Lucky или новый проект Чон Чонгука

      Тэхён стоял возле поля, где проходила тренировка всех новобранцев части, которую проводили раз в две недели, чтобы сравнить успеваемость каждой роты. Бойцы были рассредоточены по диагонали и отжимались под счёт капралов. Офицеры стояли за чертой и наблюдали каждый за своей ротой, делая для себя пометки.       — Почему бы сразу не отправить слабаков домой? — язвительно сказал один капитан, показывая другому на неудачи бойцов соседней роты, которые выдохлись от долгого упражнения и упали на землю, но затем кряхтя поднялись и продолжили.       — Для этого нам всем дано два месяца, чтобы выяснить — кто есть кто. — Ким показал на солдата из роты офицера, который лёг и не вставал. — И ваши не исключение. — усмехнулся капитан, услышав слова офицера. — Еще посмотрим, кто здесь слабак.       Словив на себе недовольный взгляд, Тэхён ещё больше ухмыльнулся, убрав руки за спину. Как бы и что не говорили, ему плевать — он видит потенциал ребят, значит обойти всех тоже смогут.       — Коль ты борешься за звание лучшего, то должен быть готовым ко всему. И к этому тоже. — сказал Намджун, кивнув в сторону мужчин, которые уже ушли. — Не показывай никому, что тебя цепляют слова других, даже если это так. Уверенность правит миром и помогает достичь успеха. Очень тяжело сломать уверенного в себе и своем деле человека. И те, кто её видят, ломаются быстрее, потому что ими начинает овладевать страх.       — Ты когда успел заделаться умником? — хмыкнул Тэхён.       — Я всегда им был. — провёл по волосам рукой Нам. — Как думаешь, кто сегодня будет первым из новичков? — спросил майор, зная ответ и обводя глазами кричащих солдат, которые уже делали джампинг Джек.       — Я думаю, что мои будут первыми. — ни секунды не думая, ответил Ким.       — Посмотрим, как они справятся с погодой. — усмехнулся Намджун, подняв голову к небу, которое резко потемнело, и первые тяжёлые капли упали на землю. — А я ждал снег, а не дождь. — вздохнул тот.        Ветер усиливался с каждой минутой, поднимая в воздух пыль и опавшие листья. Когда роты выстроились возле полосы препятствий, ливень обрушился на них со всей мощью, превращая сухую землю в непроходимую грязь. Природа словно разбушевалась, напоминая о своей силе и власти.       — Вам повезло. — майор пытался перекричать дождь. — Ваша первая «водная» тренировка. Оно и к лучшему. Капрал! — скомандовал Ким.       — Есть, сэр. — ответил тот и развернулся к солдатам. — Вам необходимо пройти весь путь всем вместе. То есть, первой выполнившей все задания считается та рота, чей полный состав придет к финишу. Если кто-то не может бежать или идти, вам придётся его тащить на себе. Всем понятно?       — Так точно. — раздалось по территории.       — Отлично, бойцы. Первый отряд пошел. — крикнул он и махнул флажком. — Второй отряд пошел. Третий пошел…       Солдаты бежали со всех ног, оглядываясь, чтобы не потерять своих сослуживцев. Многие падали лицом в грязь, вставали и продолжали бег, преодолевая препятствия на своем пути.       Полностью намокшие бревна, по которым пробегали солдаты, скользили из-за налипшей грязи. Многие падали и возвращались в начало, чтобы продолжить движение. Грязная и мокрая одежда уже никого не волновала после того, как им пришлось ползти под колючей проволокой, прижавшись крепко к грязи земле, чтобы не зацепить свою пятую точку.       — Быстрее. Быстрее. — кричал инструктор, подгоняя их. — Вы бойцы или барышни? Если барышни, то я вам лично принесу платья. Уверен, что вы будете отлично в них смотреться. Шевелите задницами. — добавил он.       Впереди ждал ров с уже наполненной дождевой водой, что значительно усложняло прохождение. Бойцы, не думая, прыгали в него и через силу шли вперед, помогая своим сослуживцам. Подбежав к высокой стене, Чоны встали у неё и начали помогать своим товарищам взбираться наверх. Затем Чонгук подсадил Хосока, а потом залез и сам, цепляясь за его руку.       Добежав до больших и тяжелых бочек, рота объединилась и стала их перекатывать до назначенного места. Затем они забрались по канату и шагнули на платформу, с которой нужно было по бревну перейти на другую.       — Хо, давай. Не смотри вниз. — кричал актер, зная о его боязни. — Смотри только на меня. — махал он руками с другой стороны препятствия.       — Я не могу, хён. Я не пройду. — трясся Чон младший, то ли от страха, то ли от того, что промок.       — Ты сможешь, Хоби. Я как никто другой в тебя сейчас верю. — пытался поднять его боевой дух соратник. — Мы сделаем это, мы будем первыми и всё благодаря тебе, друг.       Вдохнув поглубже, Хосок собрал всю свою волю в кулак и с криками побежал по скользкому бревну, стараясь удержать равновесие.       — Я же говорил, что всё получится. — похлопал его по плечу Чонгук. — Ты молодец.       Младший судорожно только кивал головой в знак согласия. Его трясло, и уже от того, что он смог преодолеть свой страх.       Две команды шли на одном уровне. Разница была лишь в том, что в другой каждый был сам за себя — не было сплоченности, что их и сгубило. Они радовались, что пришли первыми, но их опустили с небес на землю, сказав, что два человека застряли на полосе препятствий. Солдаты смотрели вперёд и видели, как к ним приближается рота капитана Кима и надеялись, что те не в полном составе.       К их большому сожалению, бойцы прибежали все и заняли первое место среди всех новобранцев. Парни прыгали от радости, кричали, сжимая кулаки, и обнимали друг друга, пытаясь обтереть лицо от дождя и грязи.       Тэхён, стоя в нескольких метрах под деровом и наблюдая за ними, еле сдерживал себя, чтобы не подойти и не обнять всех. Ну или одного из них. Он всю дорогу следил за ними… Ну или за ним. Внутри него гордость растекалась вместе с кровью по венам. Ким усмехнулся, опустив голову вниз — этот парень прирожденный лидер, все идут за ним. «Я бы тоже хотел пойти за тобой… с тобой… к тебе» — проносилось в его голове.       Ким заметил, как Чон смотрел на него и победно улыбался, приводя дыхание в порядок. Встретившись глазами, они поняли друг друга без слов; встретившись глазами, парни улыбнулись; встретившись глазами, их сердца забились быстрее; встретившись глазами, не смогли их отвести. Симпатия была очевидной и это невозможно уже было скрыть.       Воспользовавшись моментом, Чон сорвался с места и подбежал к офицеру.       — Разрешите обратиться, капитан Ким? — спросил он, отдавая честь.       — Разрешаю, рядовой Чон.       — Вы гордитесь нами? — не отводя глаз, задал вопрос напрямую. По лицу стекали крупные капли дождя, который не спешил заканчиваться.       Они стояли и смотрели друг на друга, а капли барабанили по деревьям и постройкам, создавая ритмичный шум, который наполнял пространство между ними. В воздухе висела напряжённая тишина, и лишь звук падающей воды нарушал её.       Ким не знал, что сказать. Слова казались ненужными, а молчание — единственным возможным способом выразить свои чувства. Вдруг он сделал шаг вперёд и протянул Чону руку.       — Очень горжусь. — сказал капитан, подняв уголки губ.       Стоя под дождем и держась за руки, они не могли оторваться друг от друга. Оба молчали, но глаза говорили многое — понятное только им двоим.       — Товарищ капитан, разрешите обратиться? — раздался голос рядом, и Ким, резко опустив ладонь, дал понять, что слушает. — Зовут на построение. Вас искали. — сказал Хосок.       — Строиться! — крикнул он и направился в сторону роты, а Чоны поплелись следом.       Чонгук лежал на кровати и смотрел в потолок. Его губы тронула лёгкая улыбка, когда он вспомнил, как Ким смотрел на него. В его взгляде было столько нежности, что тот осознал себя самым важным человеком в мире.       Гук прикрыл глаза и почувствовал, как его тело наполняется теплом. Понимание того, что их симпатия взаимна, стало самым большим подарком, который он только мог себе представить.       — Пс. — окликнул его тонсен, и тот обернулся. — Цветешь и пахнешь как весенняя роза. — усмехнулся Хоби.       — Ох, как же ты прав, друг мой. — и опять улыбка расплылась на лице. — Кстати, спасибо.       — За что? — ухмыльнулся Хо. — Что задницы ваши спас? Не за что.       — Сам задал вопрос, сам ответил. С тобой так легко. — тихо засмеялся Гук.       — Он тебе нравится, да? — поинтересовался сослуживец, заранее зная ответ.       — Очень. — вздохнул Чонгук. — Когда он пожал мою руку, я просто не мог её убрать…       — Я заметил, как вы там стояли приклеенные. — хмыкнул Чон. — Могу сказать одно, ты ему тоже не безразличен. Никто не будет просто так смотреть на другого, не моргая.       — Хо…       — Я уже говорил, что не трепло. — перебил его Хоби, зная, что тот скажет.       — Спасибо, друг. — улыбнулся Чон и повернулся на бок.

***

      Чонгук проснулся в четыре утра — тело ломило, как будто по нему проехал каток. Лоб был горячим, а руки и ноги казались ледяными — ему было и жарко, и холодно одновременно. В горле пересохло, голова раскалывалась. Он попытался встать, но тело отказывалось слушаться. Комната вокруг него плыла, и Чон почувствовал, как его охватывает паника.       — Хо. — еле слышно шептал он, так как горло сковала боль. — Хосок. — он пытался дотянуться рукой и толкнуть товарища.       — Гук, ты чего? — еле открывая глаза, отозвался тот.       — Я походу влип. Мне кажется, у меня жар. — прошептал, не поднимая век.       — Твою мать. — чуть громче отозвался младший и прикрыл рот рукой. — Я разбужу сержанта. — спустился с кровати и побежал в другую часть казармы.       Когда дрожащего Чонгука, который еле переступал ногами, привели в санчасть, врач сразу измерил температуру, усадив того на кушетку, послушал легкие и осмотрел горло.       — Ого… 39,8. — сказал он и позвал медбрата. — Больного отвести в седьмую палату и сделать жаропонижающее. Так же принесите ему тёплую воду — необходимо много пить. Через два часа повторно измерить температуру. — отдал приказ. — Сержант, сообщите командиру об этом. Как только будет информация об улучшении здоровья бойца, я свяжусь с ним.       — Есть, сообщить командиру. — ответил тот, и они с Хоби ушли в расположение.       Тэхён ждал солдат на плацу на утреннее построение, улыбаясь и вспоминая внутри себя вчерашний день. Как бы он не старался сдерживаться, но эмоции взяли вверх. Ему было так хорошо на душе от того, что все сделал правильно, сделал то, что чувствовал, и поступил именно так, как должен был, и это приносило ему удовлетворение.       Ким знал, что его решение было верным, и это придавало уверенности не сомневаться в своём пути и быть готовым двигаться вперёд. Самое главное сейчас, не показать другим его особое отношение к солдату.       — Равняйсь! Смирно! — прокричал он, когда рота построилась. — Где рядовой Чон? — обратился к сержанту.       — Рядовой Чон в госпитале. У него температура 39,8. Майор Ли сказал, что свяжется с вами, как ему станет лучше, сэр. — отрапортовал тот.       — Твою мать. — вырвалось у Кима, и он замер. — Командуй сержант. — сказал и покинул плац.       Забежав в санчасть и не найдя врача, он поднялся в госпиталь. Подойдя к стойке и узнав, что его боец находится в седьмой палате, ушел в её направлении. Двери в палату были со стеклом, поэтому Тэ мог видеть того, не заходя внутрь.       Чон лежал на кровати у окна, накрытый двумя одеялами. Он крутил головой из стороны в сторону, будто находился в бреду. Ким резко открыл дверь и зашёл внутрь. Радовало, что сейчас они были в палате только вдвоем.       Подойдя к актёру и положив руку на лоб, он застыл — тот был огненным. Смочив полотенце под краном, он стал протирать лицо.       — Тэхён… Тэ… не уходи… — шептал в бреду Чон, пока мужчина прикладывал полотенце.       — Ну, что ты за человек такой? Зачем так пугать? — говорил тихо. — Подумаешь, попал под дождик в декабре, что сразу болеть?       Чонгук повернул голову на звук и хотел открыть глаза, но плохо выходило.       — Капитан Ким? Или у меня галлюцинации? — шептал он.       — Я так понимаю, что до этого они были, потому что ты метался в бреду. — продолжал прикладывать холодное полотенце ко лбу. — Как ты?       — Плохо. — сиплым голосом ответил рядовой. — Но когда вы проводите холодной тряпкой, то хорошо. — чуть приподнял уголки губ.       Ким рукой провёл по щекам — температура держалась. Он поставил градусник, и опять смочил полотенце в воде.       — Если здесь так заботятся, то я готов отслужить по полной. — слегка смеясь, закашлял Гук.       — Это только в качестве исключения. — улыбнулся Тэхен.       — И чем я его заслужил? — открыл глаза парень и пристально посмотрел на офицера.       — Тем, что ты хороший солдат. — он провёл рукой по щеке, и тот машинально прильнул к ней, зажав между собой и подушкой. — Мало говори, тебе сейчас запрещено это делать.       — Вы останетесь? — стал шептать рядовой, закрывая глаза.       — Я приду чуть позже. Обещаю. — достал градусник, который показывал 39, и вздохнул.       — Отдыхай. — сказал Ким и прижался губами ко лбу. Он сам не знает, почему, как и для чего это сделал — просто поддался своим чувствам, которые хотели этого здесь и сейчас. Переведя взгляд, он столкнулся с большими глазами Чона, которые смотрели на него с доверием. — Я просто проверил лоб, рядовой. Он, очень горячий и быстро сушит холодное полотенце. — ещё раз смочив его и положив на парня, офицер вышел за дверь. «Ким, ты просто идиот, идиот…» — крутилось в голове.       Сначала он действительно сделал это машинально, как мама проверяла его температуру в детстве, но потом это движение ему показалось довольно интимным и тот начал оправдываться.       — Майор Ли, разрешите войти? — спросил он, заглядывая в кабинет глав врача.       — Заходи, капитан. К своему приходил? — без задней мысли спросил врач, имея ввиду бойца, а у Тэхена все внутри упало — теперь он понимает, что чувствуют те, кто что-то скрывает и боится выдать себя.       — У него сейчас 39. Я приложил холодное полотенце к голове, чтобы хоть как-то полегче стало. — ответил он.       — Да, и пока она не хочет спадать. — согласно кивнул. — Я слышал, вчера учения были под ливнем?! А результат этого в седьмой палате…       — Майор Ли, от меня что-то требуется? Может лекарства какие? — перебил его Тэ, зная, как тот любит много говорить.       Мужчина, лет пятидесяти, положил ручку на стол и приспустил очки, удивленно смотря на стоящего офицера.       — Капитан Ким, у нас всё есть, поэтому ничего не нужно, кроме времени. Анализы взяли, но я думаю, что это обычная простуда, которая скоро пройдет. — он полностью снял очки и положил их на стол. — Он близкий для вас человек, капитан?       — Он мой солдат, поэтому переживаю за его здоровье. — прочистил горло Ким.       — Я живу побольше вашего и знаю тоже больше. — он ухмыльнулся. — Я понял вас. Как будут новости, позвоню.       — Разрешите идти?       — Идите.

***

      Тэхён ходил в госпиталь несколько раз в день, переживая за здоровье своего бойца… За того, кто так приглянулся его сердцу. Каждый визит был наполнен тревогой, но он всегда надеялся на лучшее. Пока был на тренировках с ротой, задавался вопросами: «Как он там? Есть ли улучшения?». А как только появлялась свободная минута, сразу бежал к Чонгуку.       После отбоя Ким не мог уснуть, не находя себе места. Все, что он хотел, это быть рядом и сжимать его руку. Воспользовавшись своим положением, он направился в санчасть. Чонгук спал, когда тот зашёл и сел в кресло рядом. Он смотрел на него, иногда проводя ладонью по лбу, и ждал утра. Завтра новый день, который, как надеялся капитан, будет лучше предыдущего. Сердце сжималось от переживаний за Чона.       — Всё будет хорошо. — шептал он. — Ты сильный и справишься с этой чертовой простудой. — улыбнулся. — Я буду здесь рядом, держать твою руку, когда проснешься. — сказал он в надежде, что тот откроет глаза до того, как ему придётся уйти.       В комнате стоял мягкий полумрак, а тихое сопение Чонгука расслабляло, поэтому Тэ не заметил, как стал проваливаться в сон, где не было места заботам и тревогам. Развалившись на кресле, которое поставил ближе к кровати, он не выпускал его руку.       Утро началось с вибрации телефона, который оповещал, что пора просыпаться. Время на экране показывало полшестого. С трудом поднявшись с кресла, он почувствовал, как всё тело ломит от неудобной позы, в которой провёл ночь. Переведя глаза на руки, Ким улыбнулся — как бы он крепко не спал, но руку так и не отпустил. Зевнув и потянувшись, офицер ощутил, как сжимают его ладонь. Вздрогнув и переведя взгляд, он встретился глазами с Чонгуком, который смотрел не отрываясь.       — Ты сдержал слово. — улыбнулся тот.       — Ты всё слышал? — опустил голову и, посмотрев исподлобья на него, покачал ей.       — Я думал, что мне приснилось. — ухмыльнулся Чон. — Но, когда проснулся и увидел тебя, понял, что нет.       — Давно проснулся? Как самочувствие? — потрогал лоб.       — Не знаю, может минут двадцать назад. Лучше, чем вчера. Однозначно лучше.       — Это радует. — ответил капитан и засунул ему подмышку градусник. — Посмотрим, насколько спала температура.       Тэхён с облегчением вздохнул, когда увидел на термометре 37,4. Он понимал, что это хороший знак, и надеялся, что болезнь скоро совсем отступит.       — Ты идёшь на поправку. — потеребил волосы своему парню бойцу.       — Мне даже кажется, что я хочу есть. — усмехнулся Гук, немного скинув с себя одеяло.       — И это не может не радовать. — Ким вздохнул. — Мне пора, построение через десять минут. Я ещё зайду проверить.       Чон сжал его руку сильнее, молча благодаря за всё. И пусть это была простая поддержка, и пусть они провели ночь вместе, держась за руки, но это явно повлияло на улучшение самочувствия. Ему так хотелось обнять Тэхёна, прижаться к нему и уткнуться носом в шею, но он только глубоко вздохнул, отпуская.       — Разрешите обратиться, капитан Ким? — улыбнулся солдат.       — Разрешаю. — отзеркалил с нежностью его улыбку.       — В моём шкафчике, в сумке, лежит сценарий. Принесите, пожалуйста.       — Хорошо, но при условии, что читать его будешь, как станет лучше, чем сейчас.       — Так точно, капитан Ким. — ухмыльнулся Гук.       Проходили дни, Чон шёл на поправку, но слабость ещё давала о себе знать. Несколько раз забегал Хосок на пару минут, узнать, как его здоровье. А вот один из медбратьев заходил довольно часто, бросая на него стеснительный взгляд. Актер, конечно же, сразу всё понял — парень был из тех, кто любил роль пассива — таких видно сразу, такие всегда и были у Чонгука в качестве партнеров. Только вот теперь ему нравился Тэ, который явно также, как и он, предпочитал активную роль в сексе, и как с этим поступить, он будет разбираться позже.       Капитан с улыбкой на губах бежал в госпиталь с пакетом мандаринов, которые успел купить в магазине на территории части, пока те не разобрали. Он хотел, как можно быстрее, увидеть своего мальчика бойца. В голове крутилось только одно… «Я так скучал эти часы без тебя».       Они стали ближе с тех пор, как Гук слег с температурой. Он старался проводить с ним всё свободное время, за которым они общались, смеялись и обсуждали ситуации, которые проходили в роте в отсутствии Чона.

🎵 Impossible — James Arthur

      Подойдя к палате, капитан услышал заливистый смех и, посмотрев через стекло, увидел медбрата, который в открытую обхаживал и флиртовал с актером. Злость накрыла с головой, а чувство собственности вылезло наружу. Его сердце бешено колотилось, а руки сжимались в кулаки. Он не мог поверить своим глазам — как кто-то мог так нагло и открыто проявлять свои чувства к тому, кто ему так дорог?       В голове начали проноситься мысли одна за другой, которые он пытался угомонить. Тэхён понимал, что не имеет никакого права ревновать того, с кем они не вместе. Он быстро открыл дверь и, сдерживая ярость, произнёс:       — Какого чёрта здесь происходит, сержант? — его слова прозвучали резко, но в то же время с каким-то разочарованием.       Парни обернулись в его сторону и замерли. Медбрат, быстро забрав шприц и стаканчики для микстур, вышел из палаты, извинившись. Тэ проводил его взглядом и посмотрел на Чонгука.       — Смотрю, совсем выздоровел. — усмехнулся тот, покачав головой. — И давно у вас это с ним?       — О чем вы? — приподнявшись на руках, в удивлении поднял брови Гук.       — Я же не слепой, рядовой Чон. — положил пакет на тумбочку и подошёл к окну, засунув руки в карманы.       — Сержант просто рассказал смешную историю из его практики. — пожал плечами Чон.       Актер смотрел на мужчину, который стоял спиной к нему. Тот явно нервничал, его руки дрожали, а взгляд был устремлён куда-то вдаль. В комнате повисло напряженное молчание, которое нарушалось лишь тихим дыханием.       Тэ не оборачивался, словно боялся увидеть или услышать что-то, что подтвердит его худшие опасения. Его сердце билось быстрее, а разум метался в поисках выхода.       Он пытался убедить себя, что все это лишь плод его воображения, но дрожь в руках и тяжесть в груди говорили об обратном — Ким просто безумно ревновал, и это было единственное разумное объяснение.       Как бы он хотел сейчас припечатать того к стене, запустить пальцы в волосы и сжать их, наклонить голову в сторону и впиться губами в шею. «Боже, о чём ты думаешь, Ким Тэхён…» — вздохнул своим мыслям. — «Начал с ревности, закончил похотью».       Чонгук тихо встал с кровати и подошел ближе — он был чуть ниже офицера. Прижавшись лбом к шее Тэхена, который вздрогнул, не ожидая такого прикосновения, Гук выдохнул, обдавая того горячим дыханием. Ким повернул голову в сторону, косясь на стоящего сзади парня.       — Виноват, капитан Ким. — прошептал Чон. — Такого больше не повторится.       Лёгкий аромат парфюма забился в ноздри, когда Гук глубоко вдохнул. Он пытался скрыть свою улыбку, которая предательски появлялась на губах от осознания того, что его просто ревнуют. Впервые в жизни он был готов отдаться во власть мужчины, рядом с которым сгорал как спичка на ветру.       Тэхен развернулся и увидел возле себя солдата, с опущенной головой. Он поднес пальцы к его подбородку и поднял, взглянув в глаза.       — Уверен в этом. — усмехнулся и опустил глаза на губы, в которые хотелось вцепиться и показать, что тот только его. — В пакете мандарины, обязательно поешь. — сказал он и, убрав руку от лица, вышел из палаты. Все, что ему сейчас нужно — это просто успокоиться.

***

      Сегодня именно тот день, когда Джин хотел поспать подольше, т.к. никаких планов не было. Он потягивался в постели, наслаждаясь выходным, как вдруг резко вскочил, отчего голова немного закружилась.       — Боже, Джини, ты уже староват для таких резких скачков. — простонал он и, опомнившись, схватился за телефон. — Твою мать, воскресенье… Гуки… Прости, мальчик мой, чуть не забыл о тебе.       Телефон показывал восемь утра, что не могло не радовать — он успеет привести себя в порядок и доехать до части. После того, как Ким принял душ, он зашёл в свою гардеробную, которая была по размеру как ещё одна комната. Выбирая себе наряд и перебирая вещи на полках, он задумался.       — Хм, мне совершенно нечего надеть. Безобразие. — надул губы и прохныкал. — Боже, как же тяжело быть красавчиком. Это как вторая работа, и за неё явно должны тоже платить.       Он стоял посередине комнаты гардеробной и примерял всё, на что упадёт взгляд.       — Оф, всё не то. И это не то. Божеее… — запрокинул голову. — Так, Ким Сокджин, соберись. — говорил он, смотря в большое зеркало перед собой. — Быстро взял себя в руки, тряпка. Ты едешь в какую-то часть, а не на фэшн показ.       Договорившись с собой минут через сорок, он выбрал тёплую светло-голубую водолазку, чёрные джинсы и голубое пальто. Возле апартаментов, где жил менеджер, уже ожидала машина с водителем, чтобы отвезти того по заданному маршруту. Подъехав к части, Ким хотел пройти через КПП, но его остановил солдат, не желая пропускать внутрь.       — Мне срочно нужно увидеть моего мальчика, вы обязаны меня пустить к нему — сегодня воскресенье. — возмущался он.       — Простите, но не положено, тем более, как вы говорите, он в учебке. — развёл руками боец.       — Да ты знаешь к кому я приехал, и кто тут служит? Мне нужен Чон Чонгук, я его не слышал неделю, телефон отключён. А если с ним что случилось? — махал руками Джин.       — Я правда не могу без разрешения командира…       — Так зови его сюда и пусть даёт мне это разрешение. — не унимался тот. — Боже, надо было Чимина взять с собой, он бы все решил.       Сокджин сидел в комнате для посетителей, пока дежурный связывался с начальством и пытался вызвать хоть кого-то. Ожидание затягивалось и становилось слишком долгим. Джин отвык уже столько времени чего-то ждать, но продолжал сохранять спокойный настрой, иногда расхаживая по помещению.       Он услышал разговоры и обернулся, видя, как солдат разговаривает с каким-то офицером, указывая на того рукой. Получив информацию, мужчина переступил порог и зашёл в комнату.       — Здравствуйте. Я Капитан Ким Тэхен — командир роты, где служит рядовой Чон. А вы, простите, кем ему приходитесь? — офицер смотрел на красивого и хорошо одетого мужчину перед собой. Почему-то в голове сразу всплыли слова Намджуна про того красавчика из его давней истории.       — Здравствуйте, капитан. Я Ким Сокджин — менеджер и близкий друг Чонгука. Я приехал, чтобы увидеть его. — Джин теребил подол пальто, как будто оправдывался. — С ним все в порядке? Чует моё сердце, что нет. — взмахнул руками, вздохнув.       — Сейчас с ним все в порядке. — замялся Тэхен. Он вспомнил, как Юнги упоминал это имя при их встрече.       — Что значит сейчас? — поднял брови. — Он болен? Я хочу его видеть сейчас же. — подошёл ближе к офицеру.       — Господин Ким, понимаю ваши переживания, но все уже позади. Была температура, которую сбили, и он идёт на поправку. Простите, но я не могу вас провести. — сжал губы в тонкую линию Тэ.       — Нет, не понимаете. Я должен его видеть, он не просто солдат-срочник, он будущая звезда Голливуда. — поднял палец к верху. — И я не уйду, пока сам не буду уверен, что все хорошо.       — Ожидайте здесь. — вздохнул Ким. — Я уточню у зама по части. — сказал он и вышел на территорию.       Сокджин радовался тому, что решил надеть пальто, а не ту тонкую куртку — все-таки их путь по части до госпиталя занял определённое время. Они шли по дорожке вдоль деревьев, и менеджер нервно пытался достучаться до Тэхена, что же все-таки произошло с Чонгуком, периодически причитая. Подойдя к палате, Сокджин посмотрел через стекло — актёр не спал, в его руках был сценарий, как понял менеджер. — Гуки, мальчик мой. — с большим вздохом сказал он, заходя внутрь. — Как ты меня напугал. Ну разве так можно? — провел рукой по его лбу, проверяя температуру. — Джин? Ты что здесь делаешь? — удивился тот, приподнимаясь. — Как ты попал сюда? — Один милый капитан помог. — сказал тот, кивая головой в сторону двери, где стоял Ким. — И вообще, слишком много вопросов, Гуки. Главное, я здесь. Чонгук проследил за его движением и увидел, как на него смотрят самые красивые медовые глаза. На губах появилась улыбка благодарности. Ким кивнул, приняв её, и вышел за дверь. Джин проследил за этими переглядками, щуря глаза. Просто так друг на друга не может смотреть офицер и солдат. В груди екнуло — флешбэки прокатились по его телу в виде мурашек, когда он вспомнил, как они так же с его лейтенантом встретились глазами. — Что случилось? Почему ты в госпитале? — Да простыл немного после учений под дождем. Не переживай, все уже хорошо. — похлопал по руке Гуки. — Они хотят угробить тебя? Я обязательно пойду к командованию. — возмутился Джин. — Ахахах. — рассмеялся Чон. — Сам говорил, тут армия, а не детсад. Все через это проходят. Не переживай. — он убрал талмуд на тумбочку. — Смотрю, читаешь сценарий. — рукой тронул пачку скрепленных листов. — Да, пока есть время решил почитать. — усмехнулся тот. — Это правильно. — согласно кивнул Ким. — И как он тебе? — Этот новый проект очень важен для меня. — сказал Чон, посмотрев на дверь, когда услышал голоса за ней. — Я не должен его упустить. — А мы точно говорим об одном и том же проекте? — уточнил Джин, усмехаясь и наблюдая за его глазами. — Может я чего не знаю? А, Гуки? — Ну, хён, не начинай. — закатил глаза тот. Его всегда поражала проницательность менеджера. — Вижу, пошёл по моим стопам. — ухмыльнулся Сокджин и повернул голову, когда дверь открылась. — Вынужден прервать. — сказал капитан, заходя в палату. — Но я должен проводить вас. Больше времени дать не могу. — Армия. — закатил глаза менеджер и встал со стула. — Поправляйся скорее и береги себя, Гуки. — сказал Джин и наклонился к нему. — А он красавчик. — подмигнул и вышел вслед за офицером. Чонгук только закатил глаза, стараясь сдержать свою смущённую улыбку.

***

Майор Ким перебирал документы в своём кабинете, когда поступил звонок от Тэхена. — Да, Тэ. Что-то случилось? — Никак нет. Точнее… — он замялся. — Намджун, ты же сегодня замещаешь начальника части, можешь дать пропуск на территорию одному человеку? — Не понял? — удивился он, откидываясь на спинку стула. — Решил любовника привести в расположение? — засмеялся он. — Скажешь тоже. Тут менеджер приехал к Чонгуку, а, как ты знаешь, он в госпитале и выйти не сможет. — почесал затылок. — Вот я и подумал, может сделаем исключение на буквально минут тридцать? С меня виски… — Ооо, печешься о солдате, да еще подкупаешь начальство? — засмеялся тот. — Аищщ, ты просто пользуешься моей добротой, капитан. Ну как я могу отказать тебе, да ещё и менеджеру Чонгука. — ответил Ким, доставая пропуск. — Как его зовут? — Ким Сокджин. — ответил офицер. — Хорошо, выпишу. Пришли кого-нибудь за ним… Стой, а ты уверен, что он точно менеджер? — Во-первых, я помню, как Юнги о нем говорил. Во-вторых, он выглядит как с обложки журнала — пиздец какой красивый. Поэтому да, я уверен. Намджуну после его слов стало довольно любопытно — он захотел обязательно увидеть этого Ким Сокджина. Радовало то, что дорога в госпиталь проходила мимо его корпуса, через окна которого он смог бы понаблюдать. Благо находился на втором этаже. Он стоял возле открытого окна и курил, когда в далеке показались двое. И чем ближе они подходили, тем чаще сердце отбивало удары, а в горле образовывался ком. Он чувствовал, как его охватила смесь чувств волнения и радости. Его взору предстал тот, о ком майор никогда не прекращал думать. Встряхнув головой, как бы приводя себя в порядок, Намджун опять направил свой взгляд на мужчину. Он не мог оторвать глаз от приближающейся фигуры, словно боялся, что это всего лишь иллюзия. Взгляд скользил по знакомым чертам лица, по каждому движению, словно пытаясь убедиться, что это действительно тот, кого так долго не хватало в его жизни. — Джииин… — на выдохе протянул тот и прижал ладонь к губам. Все время, пока менеджер был у Чонгука, майор не находил себе места. Он ходил взад-вперёд по кабинету, забыв про свои дела. Его руки стали холодными, а на лбу появились испарины. Да, давно он так не нервничал. Наверное, с того дня, как столкнулся глазами с этим прекрасным парнем, застыв на месте и не смея их отвести. Он тогда как будто чувствовал, что больше не увидит его, поэтому изучал каждый сантиметр самого красивого лица на свете. Посмотрев на часы, он сорвался с места и выбежал из кабинета. Залетев на КПП и уточнив у дежурного, что гражданский точно пока не покидал часть, вздохнул и подошёл к окну, ожидая. Когда в поле его зрения показались мужчины, майор занервничал ещё больше. Нет, в этот раз, как бы ему не было страшно, но он не упустит возможность дать свой номер Джину. Выйдя на улицу и пройдя несколько метров, он встал спиной к приближающимся — хотел эффектно появиться перед глазами красавчика. Капитан и менеджер шли по территории, ведя беседы на разные темы. Как ни странно, но они быстро нашли общий язык. — А вы служили, Сокджин-щи? — вдруг решил поинтересоваться Тэ. — Да, в погранвойсках. Но это было давно. — махнул тот рукой. «Значит я был прав. Значит это он» — пронеслось в голове капитана. — Это хорошо. — улыбнулся тот. — Капитан Тэхен. — менеджер лукаво посмотрел на него (он так всегда делал, когда хотел добиться своего). — Это мой телефон. — протянул визитку. — Могу я быть уверен, что вы мне позвоните через пару дней и скажите, как дела у моего Гукочки? — захлопал ресничками. — Несомненно. — усмехнулся Тэхен, тряся карточкой. — Майор Ким, разрешите обратиться? — сказал он, увидев впереди стоящего спиной офицера. — Разрешаю. — ответил низкий бархатистый голос, который осел на языке менеджера как медовый нектар, и тот резко перевёл взгляд на впереди стоящего офицера. Время было не подвластно — он помнил этот голос до каждого измененного тембра.

🎵 22 hours — Teflon Sega

Намджун развернулся и застыл — перед ним стоял тот, кто забрал его сердце, ещё когда он был лейтенантом. Тот, чей образ снился долгое время в мокрых снах. Тот, кого он уже не надеялся повстречать снова. — Ким Сокджин покидает территорию части в установленный по пропуску срок. — отчитался капитан, но понял, что его не слышат. Он обвел их взглядом и приподнял уголки губ — Тэ был рад, что его друг наконец встретился со своим красавчиком. Отдав честь, Ким ушёл. — Намджун… — оцепенев, медленно произнёс его имя менеджер, боясь просто вздохнуть снова. — Джин… — отдалось в ответ в облегченном выдохе. В головах обоих пронеслись мысли о прошлом, о всех пережитых моментах радости и грусти. Они одновременно испытывали желание броситься друг другу в объятия и страх быть отвергнутыми.