Однажды в Хэллоуин

Утро в спальне девочек Гриффиндора пятого курса началось с легким шорохом простыней и тихого зевка. Гермиона Грейнджер открыла глаза и увидела, как серые облака затянули небо за окном, предвещая пасмурный день. В комнате стояла полумгла, но мягкий свет, пробивающийся сквозь окна, создавал уютную атмосферу. Она потянулась, зевнула и, с трудом отрываясь от подушки, села на кровати. На её столе лежала книга, которую ей подарила Джинни — роман о приключениях юной волшебницы. Гермиона терпеть не могла романы и прочую подобную литературу, однако этот вызвал у неё странный интерес. То ли дело было в том, что героине столько же лет и девушка начинала чувствовать что-то подобное, то ли в том, что гриффиндорка просто слишком любила читать и даже с этой книги пыталась выудить какие-то полезные знания. Роман был о девушке волшебнице и её первой любви, подробно описывающий все чувства и эмоции. Такого Гермиона никогда не испытывала в жизни, а потому, опыт был интересным. Она потянулась к книге и, открыв её, начала читать несколько страниц. Время пролетело незаметно, и лишь звук капель дождя, стучащих по стеклу, напоминал ей о реальности. О, нет, мы же должны идти к Хагриду... только не дождь. Дело было в том, что их друг, лесничий Хогвартса, каждый раз выращивал у себя на грядках множество тыкв к Хеллоуину, чтобы они, свежайшими попали на кухню, а затем и на столы в праздник. И этот год не стал исключением. Троица друзей, сидя накануне вечером у Хагрида и пьющая чай, вызвалась помочь ему со сбором тыкв, так как в день Хеллоуина у них не было планов до самого вечера. Дождь тут был совсем не кстати. Земля размокнет и превратится в кучу грязи, которая благополучно останется как на тыквах, так и на самих друзьях. После незаметно пролетевшего часа чтения Гермиона наконец-то решилась встать. Она потянулась, поднялась с кровати и направилась к своему шкафу. Внутри было множество вещей, но сегодня она решила выбрать что-то удобное и простое. Она выбрала светлую футболку, удобные голубые джинсы и мягкий розовый джемпер, что идеально подходило для расслабленного дня. Гермиона быстро переоделась, распустив волосы, которые ещё сохраняли следы утренней небрежности. Она посмотрела в зеркало, поправила несколько прядей и, удовлетворенная своим образом, вернулась к книге, чтобы продолжить чтение, сидя уже на застеленной кровати. Но вскоре в спальне уже начали просыпаться другие девочки. Особенно неприятной персоной в последнее время стала Лаванда Браун. Она раздражала просто по факту своего существования. Поэтому когда постель, где спала девушка начала шевелиться, Гермиона встала и с книгой направилась в гостиную. В общей комнате ещё почти никого не было, а потому девушка смогла спокойно смогла продолжить чтение, сидя около разожженного камина. Вскоре начали спускаться другие студенты, среди которых показались и двое друзей. Вместе с Гарри и Роном все трое направились к выходу через портрет и вскоре уже пересекали коридоры и лестницы замка, неторопливо идя на завтрак. Из большого зала доносился аромат английского завтрака, смешанный из запахов поджаренных яиц, бекона, сосисок и ломтиков хлеба. Вдоль протяженных столов стояли длинные скамьи, постепенно заполняющиеся учениками. На каждом столе стояли большие блюда с разнообразной едой: горячие булочки, румяные тосты, хрустящий бекон и яичница, а также свежие фрукты и каши. Аромат свежезаваренного чая и кофе наполнял воздух, создавая атмосферу уюта и бодрости. Гермиона Грейнджер, Рон Уизли и Гарри Поттер, сели за стол Гриффиндора. Рон, как всегда, не мог удержаться от соблазна и уже начал наполнять свою тарелку, заполняя её едой до краев. — Ты не сможешь всё это съесть, — усмехнулась Гермиона, отрываясь от своей тарелки, где она аккуратно накладывала себе немного овсянки и свежих ягод. — Конечно, смогу! — ответил Рон, с улыбкой подмигивая. — Это же завтрак, а не просто перекус! Гарри, с сонной улыбкой, наливал себе стакан сока и, откусив кусочек от тоста, начал разговор об их совместных планах: — Я предлагаю пойти сразу после завтрака. Дождь вроде прошел. — Куда? — сказал жующий сосиску Рон. — К Хагриду? — Нет, Рональд, к гигантскому кальмару! — с сарказмом сказала Гермиона, закатив глаза. — Чего вы от меня хотите, мой мозг сейчас способен думать только о еде. — пробурчал Рон. — Не только сейчас. Гарри хихикнул, но попытался скрыть это за глотком сока, а затем сказал, — Как вы думаете, Хагрид собирает их магией? Ну, я имею ввиду, ему же нельзя... — Так то оно так, — понизила голос Гермиона, —Только вот ты видел размеры этих тыкв? Там руками мало что сделаешь, я думаю профессор Дамблдор разрешает ему... ну вы поняли. За столом Гриффиндора царила дружеская атмосфера, и разговоры перемешивались со смехом и шутками. Тем временем, на столе Пуффендуя раздался громкий смех, когда Невилл Лонгботтом случайно уронил свою тарелку, и еда разлетелась по полу. Гриффиндорцы, в солидарность сокурснику, смеяться не стали, ну почти. Гермиона ткнула локтем в бок Рона и тот почти сразу прекратил сотрясаться от беззвучного смеха. За столом преподавателей, который находился в центре зала, сидели профессор Макгонагал, Флитвик, Синистра, Стебль, Вектор и директор, переодически обсуждая что-то между собой. Дамблдор, с доброй улыбкой на лице, время от времени поднимал свой стакан с соком, поднимая тост за хорошее утро. Завтрак продолжался, и ученики наслаждались вкусной едой, общением и предвкушением выходного праздничного дня. Гарри, Рон и Гермиона вышли из замка Хогвартса в прохладный осенний день, когда воздух был наполнен ароматом свежей земли и сладковатым запахом спелых тыкв. Они направились к грядкам Хагрида, где огромные оранжевые плоды уже были готовы к сбору. Хагрид, как всегда, был рад видеть своих друзей. Он стоял среди грядок, его огромная фигура выделялась на фоне яркой зелени. На нем была его привычная одежда — изношенная куртка и широкие брюки. — Привет, ребята! — воскликнул лесничий с широкой улыбкой, когда они подошли ближе. — Рад, что вы пришли помочь! Эти тыквы просто великолепны в этом году! Вон, смотрите, какие вымахали! — Привет! — Гарри, Рон и Гермиона обменялись взглядами и кивнули, готовые помочь своему другу. Они начали собирать тыквы разных форм и размеров. Гермиона, с её привычной организованностью, хотела начать слева направо, чтобы не пропустить ни одной тыквы, но решила сменить тактику. — Давайте соберем самые большие, — предложила она, указывая на несколько крупных плодов, которые явно выделялись на фоне остальных. — Они отлично подойдут для Хэллоуина! Рон, с трудом поднимая одну из самых больших тыкв, хмыкнул: — Надеюсь, мы не сломаем спину, прежде чем дотянемся до конца грядки! Гарри, смеясь, помог Рону с тыквой, а Гермиона, тем временем, аккуратно собирала меньшие плоды, умело работая волшебной палочкой, которую предпочитала физической силе. Хагрид, наблюдая за ними, не мог сдержать улыбку, и тоже потянулся к одному из плодов. — Вы все молодцы! — похвалил он. — Эти тыквы станут отличным угощением для праздника. Работа шла весело, и вскоре они наполнили несколько огромных корзин тыквами. Хагрид рассказывал им истории о том, как он ухаживал за грядками, делясь секретами своего садоводства. Гарри и Рон слушали с интересом, а Гермиона время от времени вставляла свои комментарии, добавляя советы, при этом не желая задеть Хагрида. Но он был только за, не уставая повторять то, что она очень талантливая и умная волшебница. Наконец, когда все тыквы были собраны, они уселись на скамье около хижины, и отдыхая любовались результатами своего труда. День был все таким же пасмурным и мрачным, но яркие оранжевые тыквы, аккуратно уложенные в корзины, создавали атмосферу уюта и предвкушения праздника. — Спасибо вам, ребята, — сказал Хагрид, глядя на своих друзей с благодарностью. — Без вас я бы не справился! — Да ладно тебе, Хагрид, мы только рады. — сказал Гарри, а Рон и Гермиона улыбнулись, понимая, что помогать Хагриду было не только полезно, но и очень приятно. После того как Хагрид передал корзины с тыквами гигантами эльфам, дабы те начали готовить из них праздничные угощения, друзья, не имевшие других планов на день, решили провести его в уютной хижине лесничего и её окрестностях, гуляя с волкодавом Клыком и попивая ароматный чай за приятными разговорами. — Кстати говоря, Дамблдор как-то обмолвился, что на сегодняшний ужин приглашены министерские сотрудники, вы знали? — Нет, впервые слышу. — сразу включилась в разговор Гермиона. — А кто именно? — Я не слышал особо, кажется, мракоборцы. — Ох, вот бы это был Грозный Глаз Грюм. — мечтательно протянул Рон. — Он же не в себе, ты чего. — возразил Гарри. — Отец очень уважает его, он посадил чуть ли не половину узников Азкабана, что очень впечатляет. — Ну... не знаю. Лучше уж тогда братья Лестрейнджи, Крауч младший и Беллатрикс Блэк, ибо вторая половина Азкабана посажена ими. — Ох, да, а Блэк зато в себе прям. — с сарказмом отозвался Рон, отпивая свой чай. — Это будет что-то вроде торжества, получается? — решила уточнить Гермиона. — Да вроде бы обычный праздничный ужин. Просто школе надо... как это сказать правильно... статус свой показывать иногда и всё в этом роде, поэтому и приглашают министерских. Ближе к вечеру ребята вышли от лесничего надолго с ним не прощаясь и направилась в гриффиндорскую башню, чтобы привести себя в порядок к ужину, ведь сбор тыкв из влажной земли не проходит бесследно. Если мальчишкам достаточно было просто переодеться, то Гермиона подошла к своим сборам тщательнее. Она приняла ванную в ванной для старост, оделась с особой придирчивостью к деталям, остановив свой выбор на короткой плиссированной серой юбке и укороченном свитере патриотично-алого цвета. Нанесла нежный макияж, делающий лицо более свежим и подчеркивающий медово-карие глаза, и, оставшись довольной свои результатом вновь уткнулась в книгу. В которой к слову пошло множественное описание эмоций и чувств от встречи с предметом воздыхания волшебницы. Неужели, можно и правда испытывать столько эмоций от появления какого-то человека? Стрелки часов приблизились к семи часам и отложив книгу, Гермиона, в компании Гарри, Рона и Невилла отправилась в Большой зал. В Большом зале Хогвартса царила особая атмосфера, предвещающая приближающийся Хэллоуин. Свечи, подвешенные под заколдованным потолком, мерцали как звёзды, создавая волшебное освещение, а стены были украшены черными и оранжевыми гирляндами из тыкв и паутины. В воздухе витал сладковатый аромат тыквенных пирогов и других угощений, готовившихся к праздничному ужину. Очевидно, что с самого утра ученики и преподаватели активно готовились к этому важному событию. Профессор Макгонагал, строго следившая за порядком, организовала команду, которая занималась уборкой и декорированием зала. Столы были накрыты длинными скатертями, а на каждом столе стояли большие тыквы, вырезанные в виде лиц, из которых светились свечи. К моменту, когда студенты и профессора начали собираться, зал был полон жизни. Ученики Хогвартса, одетые в свои лучшие наряды, с нетерпением ждали начала ужина. На столах уже появились блюда с разнообразными угощениями, от традиционных тыквенных пирогов до запеченной индейки и картофеля. Приглашенные гости из Министерства магии, начали прибывать. Они были одеты в элегантные наряды, некоторые даже в официальные костюмы и мантии. Дамблдор, в своей привычной мантии волшебника, приветствовал их с широкой улыбкой и добрым словом, в то время как профессор Снейп, стоя у своего стола, с недовольным выражением лица наблюдал за происходящим. Стол преподавателей явно расширили, добавив туда еще около шести мест. Пока что прибывшими волшебниками были заняты четыре из них. Это были очень взрослые трое мужчин и одна волшебница. Гермиона не знала их, но выглядели гости очень опытными и видавшими разное на своем пути. Когда все гости расселись, зал наполнился оживленными разговорами и смехом. Дамблдор поднял свой бокал, предлагая тост за праздник и за дружбу между Хогвартсом и Министерством. Ребята из Гриффиндора обменивались шутками и подмигиваниями, предвкушая вечер, полный веселья и угощений. Гермиона уже было наклонилась к Гарри и Рону, чтобы обсудить то, что знакомых и интересных гостей им не стоит ждать, как из парадных дверей зала, отворенных Филчем в очередной раз, донеслись шаги. Когда девушка перевела взгляд на дверь, сердце её словно рухнуло куда-то в пропасть, а затем взлетело до небес, разгоняясь до предела. Высокая темноволосая волшебница в черном платье в пол, нереальной красоты и грации, которой было наполнено каждое её движение, шагала, отстукивая каблуками по каменному полу, а рядом с ней шел мужчина, ростом ещё выше, с широкими плечами и очевидно, спортивной формой, тоже темноволосый. И тоже весь в черном. — Ну вот тебе и твоя Блэк с Лестрейнджем. — пробурчал под нос себе Рон, так, чтобы Гарри его услышал. Все остальные же наоборот затихли, словно потеряв дар речи и Гермиона их прекрасно понимала. Пара, идущая между столами Гриффиндора и Когтеврана, мгновенно привлекла к себе всеобщее внимание, завораживая и очаровывая своим видом, своей энергией. Несмотря на внимание к своим персонам, оба, казалось, чувствовали себя абсолютно расслабленно, неспешно шагая к преподавательскому столу. Гермиона, абсолютно забыла как дышать, а не то чтобы себя контролировать, и когда волшебники приблизились к месту, где сидела троица друзей, она подняла голову на темноволосую волшебницу, не в силах оторвать от неё глаз. В ней читалась непоколебимость, очевидная привычность находиться в центре всеобщего внимания и она абсолютно точно сама знала, насколько шикарно выглядит. Она шла справа от мужчины, тем самым проходя близко к столу Гриффиндора. Очень близко. Так, что аромат горького миндаля и терпкой вишни с корицей достиг Гермиону раньше, чем сама женщина приблизилась к её месту. Но самым шоковым было то, как пронзили её темные глаза, кажущиеся почти черными в этом освещении. Сердце гриффиндорки ушло в пятки и абсолютно отказалось биться, когда изящная аристократичная рука в черной перчатке протянулась к ней и еле касаясь двумя пальцами сквозь бархатную ткань, одаряя теплом и словно пробивая искорками тока, приподняла подбородок Гермионы, приводя в порядок её приоткрытый от шока рот. Темная ведьма подмигнула девчонке, сидящей за столом и тут же убрала руку, продолжив свой путь всё с той же горделивой осанкой. Все это произошло во мгновение ока. Только сидевшие радом Гарри и Рон, успели это заметить. А Гермиону целиком и полностью бросило в жар, покрывая щеки румянцем чуть ли не до самых ушей. Она осознала, что сейчас произошло, только тогда, когда прибывшие волшебники уже подошли к столу. Дамблдор поприветствовал мужчину за руку и тут почтительно ему поклонился. А женщину директор взял за кончики пальцев протянутой руки и с наклоном поцеловал их, выражая свое уважение и восхищение. После чего пара заняла два оставшихся места за столом рядом с волшебниками сильно старше их самих и пир начался. На столах появлялись все новые и новые блюда, в их числе были и тыквенные оладьи. В воздухе витала атмосфера волшебства и дружбы, а смех и разговоры переплетались, создавая незабываемую атмосферу праздника. Хэллоуин в Хогвартсе всегда был особенным, и этот вечер обещал стать одним из самых запоминающихся. Гермиона сидела словно окаменевшая, все еще сомневаясь в своей способности двигаться после этого мимолетного прикосновения темной ведьмы. В ходе разговора за столом, она поняла, что это была Беллатрикс Блэк — одна из талантливейших и успешных мракоборцев этого времени, и правда, чуть ли не собственноручно посадившая в Азкабан половину заключенных там преступников. Разве она не должна выглядеть как Аластор Грюм? Вся в шрамах и дерганная, отталкивающая на вид и пугающая? Должна... Почему тогда она выглядит как чертово великолепие, смахивающее на произведение искусства. Все ужинали и разговаривали между собой, шутили, смеялись, обсуждали гостей. Гермиона даже услышала несколько пошлых шуток в адрес Беллатрикс от озабоченных старшекурсников Хогвартса. В то время как Рудольфус, сидящий рядом и привлекавший не меньше внимания, явно пользовался огромной популярностью среди дам. Причем как семнадцати, так и одиннадцатилетних. Хотя, кто-то из профессоров, по типу Стебль, уже раз десять поправившей свою прическу, собранную в пучок и не нуждавшуюся в поправлении в целом, тоже явно не были равнодушны к персоне мужчины. Сам он изредка общался со своими старшими коллегами, Дамблдором и Макгонагаал, но чаще всего разговаривал именно с той, с кем зашел сюда сегодня, наклоняясь к её уху и заставляя Гермиону задуматься о том, кем они друг другу приходятся. Эти двое явно не вели себя как пара и скорее походили на друзей и коллег, но то, как гармонично они смотрелись вместе и понимали друг друга с полуслова, а иногда и с полувзгляда, наводила на разные мысли. Мысли, которые Гермионе пришлись совсем не по душе. Она положила себе ещё тыквенных оладий и разжевывая очередной кусочек, все ещё продолжала разглядывать темную ведьму, что-то выпивающую из своего кубка и слушающую Рудольфуса. Когда мужчина договорил и опустил взгляд в свою тарелку, Блэк внезапно подняла глаза, словно почувствовав на себе взгляд. Темные глаза безошибочно стрельнули в сторону Гермионы, а на алых губах в тот же миг появилась еле заметная усмешка. Это длилось ровно мгновение, пока сидящий рядом с женщиной Снейп не обратился к ней, заставляя оторвать взгляд. И это мгновение Гермиона не дышала. Заметив это с опозданием, она резко и глубоко вдохнула, привлекая этим внимание друзей. — Эй, ты чего? — спросил Гарри, только что закончивший описывать Рону подвиги Рудольфуса и Беллатрикс на службе в мракоборцах. — Ничего, — опомнилась наконец Гермиона. — Чуть не подавилась просто. — соврала она, продолжив жевать оладьи. Это было очень странно, но тыквенный вкус словно стал ярче в тысячу крат, а сами оладьи вкуснее и насыщенней. На протяжении всего ужина, девушка ещё не раз ловила себя на взглядах и мыслях, заполненных до краев образом Беллатрикс. Но женщина больше не поднимала глаз на неё, беседуя в основном с Рудольфусом и иногда отвлекаясь на Снейпа с Макгонагалл. Когда на столах появился десерт, за преподавательский стол пришел Хагрид, Гермиона, как раз смотрящая на него, заметила как темная ведьма резко поднялась со своего места, грубо отмахнувшись от Снейпа и что-то ему сказав. Девушка прочитала по губам, но подумала, что ей показалось, ведь вряд ли такая аристократичная особа станет так выражаться. После чего, эта особа вышла из-за стола и решительным шагом направилась к выходу из зала. Рудосльфус, спустя время последовал за ней, что-то сказав одному из своих коллег. Они ушли? С какой-то досадой подумала Гермиона. Десерт она не хотела. Ей резко стало душно. Не понятно, от разговоров старшекурсников о фигуре Беллатрикс, которые совсем потеряли стыд с её уходом или от собственных мыслей и воспоминаний. Подождав, пока старый мракоборец закончит свою речь об их увлекательно работе, которую Гарри с Роном слушали с придыханием, девушка встала из-за стола и направилась к выходу из зала. Ей хотелось подышать свежим воздухом, а потому, преодолев выход из замка, гриффиндорка оказалась во внутреннем дворе, освещенным одной лишь луной и редким светом с окон замка. Однако, она была тут не одна. — ... и чего ты так завелась? — раздался низкий мужской голос. — А ты не слышал, что он весь вечер намеренно меня доводил? — в красивом голосе скользило явное раздражение. — Да, но тебе обычно все равно, Белл, это же Нюниус, чего ты ожидала? — Того, что как минимум он перестанет меня трогать. Меня дергало весь вечер, ибо он видимо не в состоянии держать ноги под столом неподвижно! Рудольфус рассмеялся. — Теперь понятно. — Тебе смешно? Ещё немного и он бы визжал как девчонка от круциатуса прямо на столе. Я уверена, это бы позабавило его студентов, перед которыми он строит грозный вид. Представляешь? Грозный Нюнчик, который в школе рыдал от одного твоего взгляда. Теперь смеялись уже оба. — И всё же , надо вернуться, Белл, это не красиво перед Дамблдором. — Некрасиво — это его бакенбарды. А я просто хочу подышать воздухом. Иди если хочешь, я за тобой. — Точно? — Точнее некуда. И укради мне огневиски с другой стороны стола, а. Я уже не могу пить эту медовуху, такая гадость. Мужчина усмехнулся. — Я постараюсь, госпожа. — после чего удалился быстрым шагом внутрь замка, так и не заметив Гермиону, стоящую в проходе. Девушка, сама не зная почему, вышла на лунный свет, обнаруживая себя перед темной ведьмой. — Подслушивать плохо, тебя не учили? — не оборачиваясь, стоя к Гермионе спиной сказала Беллатрикс. — Как... Как вы узнали? — спросила девушка, не понимая, как она могла чувствовать её спиной. — С моей профессией нельзя не знать того, что происходит за твоей спиной. Чревато смертью. — обернулась на неё ведьма, гордо оскалившись. По телу Гермионы тут же пробежали мурашки от такого ответа. Она подошла ближе своей гордой походкой и оглядела Гермиону с головы до ног. — А вот тебя видимо, эту жизнь ещё не научила. Гермиона похолодела, буквально попрощавшись с жизнью в момент, когда чья-то рука сжала её плечо сзади. Они не слышала ни шагов, ни дыхания. Не осознавая, что делает, она подлетела к стоящей впереди ведьме и резко обернулась. В воздухе таяла черная резиновая рука, очевидно, созданная старшей ведьмой. Обернувшись на которую, Гермиона чуть было не задохнулась от того, в какой близости находится к ней. Дыхание её было сбитым от испуга, а сердце норовило вот-вот выпрыгнуть из груди. — Вы... вы... да вы... — она не могла найти слов для возмущения, чтобы выразить всё, что переполняло её. А старшая волшебница явно забавлялась её реакцией. — Да, я. Тебе не кажется, что ты слишком зациклена на мне сегодня? — Я... я не...! Что происходит?! — слова всё ещё подбирались с трудом. — Это Хэллоуин, детка. — усмехнулась волшебница, проходя мимо Гермионы, — Если ты так боишься, лучше спрячься под одеялом и не высовывайся. Она явно издевается надо мной! — Я не боюсь! — воскликнула Гермиона. — Тогда аккуратнее со взглядами, маленькая ведьма. Ночь Хэллоуина — поистине волшебное время, мало ли, что может произойти. — произнес хрипловатый голос где-то совсем рядом. Без сомнения, теперь рука Беллатрикс легла на плечо Гермионы, несильно сжимая его в том месте, где минуту назад её напугала магическая перчатка. Она снова разорвала прикосновение так же быстро, как и в прошлый раз, после чего стук каблуков начал становиться всё тише, вскоре и вовсе скрывшись за дверьми замка. Сердце Гермионы отбивало бешенный ритм. По двору пробежала черная кошка. Ну и Хэллоуин.