Никогда

      — Почему ты так ждёшь его? — тихо, будто бы бесшумно, спрашивает Чжун Ли, глядя на сидящего к нему спиной Сяо.       — Не знаю... — так же тихо отвечает ему Сяо и поворачивает голову. Молчание начинает вызывать неловкость, и, наконец, перед тем как архонт успел открыть рот, Сяо добавляет: — Возможно, потому что я люблю его...       Чжун Ли молчит.       — Я бы хотел побыть один, не беспокойся за меня, Чжун Ли, — говорит адепт, отворачиваясь от архонта.       — Как скажешь.       Слышен шелест высокой травы. Чжун Ли уходит, оставляя Сяо в полной ночной тишине. Адепт коротко вздыхает и, лежа на земле, смотрит на звёзды, которые навевают ему воспоминания об Итэре и о том, как они вместе, лёжа на траве, искали созвездия.       Прикрыв глаза, Сяо погрузился в воспоминания об их встречах с Итэром. Он приходил ночью на гору Тяньхэн в надежде, что будет один, но, будто из ниоткуда, появлялся путешественник, и они вместе сидели на склоне горы. Поначалу молча. Каждый вслушивался в какие-то тихие, почти никем не слышанные звуки. Первую беседу всегда начинал Итэр. Его голос, мягкий и чёткий, всегда нравился адепту, и он был готов слушать его бесконечно... Беседа всегда шла о чем-то незамысловатом: Итэр рассказывал о новых путешествиях, например, в Сумеру. Он делился впечатлениями о том, как оказался там и как неожиданно познакомился с архонтом, в итоге став с ним хорошими друзьями. Говорил о празднике Сабзеруз и о многом другом. Сяо тоже что-то рассказывал, но большую часть беседы позволял вести именно путешественнику, ведь у того было намного больше приключений, чем у Сяо.       Он вспоминал, как в прошлом году, в праздник морских фонарей, Итэр неожиданно приехал в Ли Юэ. Как обычно, он помог горожанам, а потом, в разгар праздника, поднялся на гору, где как раз находился Сяо. Они, не говоря ни слова, подарили друг другу небольшие, но приятные подарки и решили прогуляться в тишине, подальше от Ли Юэ. Подальше от шума. Во время этой прогулки Итэр невольно держал адепта за руку, нежно сжимая её и перебирая худые пальцы. И Сяо, полный смущения, наслаждался этими аккуратными действиями и внимательно наблюдал за ними.       Позже они лежали где-то в поле на траве, крепко сжимая руки друг друга.       Сяо всегда чувствовал что-то особенное, находясь с Итэром. Как будто его холодность уступала место теплу и нежности, которые так сильно хотелось отдать Итэру. И он отдавал сполна.       Адепт вспоминал руки путешественника на своей спине. Вспоминал его нежные губы, целующие его везде. Вспоминал, как тот, подходя сзади, легонько щекотал его шею своим теплым дыханием.       — Сяо... — послышалось глухо. Сяо даже не до конца понял, это воспоминания или реальность. — Эй... Сяо... — вновь раздался голос, но уже ближе. Адепт ощутил руки на своей спине и резко обернулся, собираясь напасть, но застывает так же быстро.       Слов нет. Они застряли где-то в глотке. Чувствует, что на глазах что-то. Что это? Касается пальцем и смотрит на него. Слеза? Почему он плачет?       — Сяо... — перед ним опускается путешественник и мягко сжимает его в объятиях. А Сяо по-прежнему выглядит как статуя. Не двигается. Не дышит. Итэр уже хотел растормошить адепта, но внезапно ощущает худые руки, сжимающие его так крепко, что Итэр издаёт болезненный стон. — Полегче, пожалуйста.       — Итэр... — тихо шепчет он, не в силах издать больше ни звука. Он отстраняется и трогает путешественника за щёки, шею, плечи, грудь, живот, руки — везде и всюду. Итэр был настоящим. Это был не сон и не мимолётное воспоминание, которое могла создать Сянь Юнь. Он был прямо перед ним, живой и здоровый. И главное — реальный...       Адепт снова прижимается к нему. Вдыхает знакомый запах. Нежно целует в шею и где-то вдали замечает Чжун Ли, который ему улыбается. Вдруг рядом появляется Бай Чжу, мягко берёт архонта за руку, и они вместе уходят, о чём-то беседуя.       — Как давно ты здесь?       — Недавно приехал и встретил Чжун Ли... Он обо всём рассказал, и я поспешил к тебе.       Итэр посмотрел на Сяо и тихо сказал:       — Сяо... Моё путешествие закончилось, и теперь я не уйду от тебя...       Недолгая пауза...       — Никогда.