Три омеги

– Всё будет хорошо. Давай, зелёнка, - мягкий шёпот. Это был знак. Лайла вскочил, невольно демонстрируя свою панику, но тут же доверчиво повернулся к своему «альфе» спиной. Тот, кто притворялся Достойным, мягко притянул зелёнку к себе, одной рукой беря за руку, а другой доставая из потайного кармашка стерильно чистое и остро заточенное лезвие. Дверь ещё несколько раз сильно ударили. Фани приложил лезвие к тонкой шейке. Лишённый сглотнул. - Я аккуратно, - пообещал змей, оставляя успокаивающий поцелуй на маленьком ушке. - Давай, - поторопил Лайла и не пискнул, когда металл рассёк кожу, оставляя неглубокую царапину. До крови, но не кровотечения. - Уже всё, - виновато успокоил тот, кто притворялся альфой. Дверь, наконец, распахнулась. Замок не выдержал напора ударов. – Какие люди! – ядовито протянул тот, кто притворялся Достойным, истинному Достойному. - Фани, прекрати! Ты не хочешь его убивать, - похоже, в безумие Смертоносного Зофиэль был готов поверить без каких-либо вопросов. - Не хочу? Хммм, - будто бы задумался змей. – Но скажи, красавица, зачем мне сломанная игрушка? – Фани сильно сжал маленькую ладонь, так что Лайла поморщился и болезненно замычал. Тадиэль долго уговаривал принцессу просто изобразить боль, но тот боялся, что переволнуется и не сможет, а потому попросил причинить её, просто самым безопасным методом. - Позволь мне забрать его. Рас тебе порченный лишённый не нужен отдай его мн… - Зачем мне отдавать бывшего друга нынешнему врагу? – невозмутимо уточнил тенор, пока лезвие еле-еле надавливая прошлось по коже, ведя новую царапину. – Проваливай, если не хочешь унести отсюда лишь труп, - последние слова Смертоносный выплюнул, разгневано сверкая глазами. - Хорошо! Хорошо. Я уйду. Только успокойся, - настоящий Достойный попятился. – Я ухожу. - Проваливай, - процедил змей, закрепляя успех. И это сработало. Зофиэль ушёл, уверенный, что этим спасает Лайле жизнь. Ушёл, считая принцессу жертвой, а Фани злодеем. Пока что всё идёт по плану. Дыхание зелёнки по мере удаления насильника от комнаты успокаивалось, пока, наконец, не стало ровным, не смотря на всё ещё висящее в паре сантиметров от его шеи лезвие. - Я так боялся, что он не поверит, - облегчённо выдохнул дискант. - Ты удивительно хорошо играешь психа, - сказал Тадиэль, выйдя из кухни и закрыв входную дверь. - Спасибо, стараюсь, - горько усмехнулся Фани. – Но пошёл отсчёт. Воцарилось молчание. Вопрос пары часов, когда обеспокоенный Зофиэль притащит сюда свою братию.