composition

в тёмную и бессонную ночь я никак не мог сконцентрироваться на сне и том, что будет завтра. мой разум забит новыми аккордами и размышлением о публичных выступлениях. мама долго упрашивала хотя-бы попробовать пару раз сыграть для семьи, но я отмахивался под предлогом «некогда, пальцы болят». пальцы действительно не в лучшем состоянии, но ради любимого хобби я готов пожертвовать буквально на всё, кроме единственного сигнала в моей голове, что вовсе не даёт закрыть глаза и погрузиться в сон. с огромными мешками под глазами, в душной комнате я аккуратно настраиваю свою гитару для нужного звучания, держа под рукой бумажки. горло ужасно пересохло, хочется попасть под бесконечный дождь и остаться там надолго. наверное, ты спишь в своей мягкой постели, обнимая плюшевую игрушку, словно маленький ребёнок. я уверен, что ты в полном порядке и не стоит переживать и думать о тебе каждую чёртову секунду на равне с гитарой, а может даже и больше. ты всего на три года младше меня самого, а так заметно вырос, хоть мы и знакомы со времён твоего выпускного.  всё же решая сделать перерыв, я дотягиваюсь до бутылки с водой и делаю несколько глотков. внутренняя тревога и одиночество сжирают меня с ног до головы, и это так неприятно, аж до боли в грудной клетке. я повторяю: «ким тэрэ слаб, очень слаб», и эта ниточка, разделяющая нас, хоть и не совсем далеко, показывает мою привязанность. слеза отчаяния капает прямо на мою футболку прямо в месте сердца. а ведь такой я по причине «я скучаю». целую неделю мы не виделись с тобой из-за дурацкого случая, когда я постеснялся играть тебе мелодию и просто сбежал с нашего места встречи домой. было видно разочарование на твоём лице, а я знаю, как ты дорожишь нами вместе.   чтобы загладить вину, достаю телефон и набираю самый часто используемый номер. даже с родителями я разговариваю меньше, чем с таким человеком, как ты. гудок идёт, в душе покалывает от волнения, но я до последнего дожидаюсь ответа. — алло, – раздаётся из другого мобильника спокойным тоном. я чувствую себя лучше, понимая это. — я ужасно скучаю, что не могу заснуть уже не один день. я виноват, я хочу извиниться перед тобой, ведь ты долго ждал того, что я сыграю первому именно тебе, – вторая, третья и ещё множество слезинок виднеются на моём лице, и я резко замолкаю. — не стоит мне обижаться по такому поводу, просто успокойся, – имя твоё - пак гонук, самое родное имя. — жди звонок в квартиру.  эти слова заставили меня вздрогнуть от счастья, я аж не смог не улыбнуться. сколько ещё ждать твоего прихода - неизвестно. главное, что это будет совсем скоро. после этого, звонок прерывается, и я открываю окно, чтобы хоть как-то освежить память и проветрить комнату.  чтобы больше не замыкаться в себе и не чувствовать неуверенности, в этот раз я поборю свой страх и сыграю тебе абсолютно любое произведение. только, не уходи от меня. нас не смущает, что на часах три часа и тридцать минут, важнее было простить друг друга за даже самые детские обиды и почувствовать родные объятия.  на столике уже стоит зелёный чай, ещё горячий. такой же, как моё сердце. именно в этот момент раздаётся тот самый звонок, которого я ждал больше, чем элементарного здорового сна. я выбегаю, дёргая за ключи и открываю. вижу тебя в твоей любимой толстовке, не могу скрыть ямочки на щеках от поступающей улыбки. мои глаза выглядят опухшими и красными от слёз и недосыпа, но это уже не особо волнует. я шепчу тихое «проходи», перед тем как сказать все самые важные слова.  на краю кровати и возле самого столика помещаемся мы, рассматривая каждый сантиметр друг друга взглядом, и это выглядело так очаровательно и трогательно. слёзы давно высохли, можно начать свой сказ обо всём, что мучало меня. — я был закрыт в себе, ведь считал себя полным провалом в этом деле, – поглядываю на гитару, лежащую на самой кровати. — я исполню твоё любое желание, только останься со мной навсегда.  — сыграешь? но, и без этого всегда прощу, – ухмыляешься, теснишь в объятия меня, это получается быстро. руки твои лежат у меня на плечах, а я, допивая кружку чая, после этого беру инструмент с уже настроенными аккордами. переспрашиваю у тебя, как в прошлый раз. — эту же? – сигнал, посылающий слово «верно» из твоих уст впитывается мне в мозг. не успев смазать пальцы кремом, я начинаю проводить ими по струнам, символизируя начавшуюся игру. мелодия начинает слышаться громче, и я слышу самый ангельский звук в моей жизни.  тембр твоего голоса звучит с определённой нежностью, попадая в каждую ноту сквозь мою игру. ты решаешь спеть в такт с мелодией, и это похоже на некий музыкальный дуэт. от вокала у меня появляется намного больше уверенности и чувств внутри, и в самом конце песни на заключающемся припеве мой голос добавляется в произведение, выглядя так гармонично.  песня заканчивается, вены на пальцах будто показались ещё больше. вся игра была похожа на терапию между нами. обратно положив музыкальный инструмент, я крепко прижимаюсь к тебе, вдыхая самый-самый родной аромат. — я правда нуждаюсь в тебе, гонук, – и это последнее, что я мог произнести в эту ночь перед тем, как наконец-то заснуть.