Папочки

— Мальчики! — Викки Ванточ вылетела из дома в небольшой облагороженный сад, — только что звонил профессор! — женщина практически искрились от радости. Ещё бы! Она ждала этого звонка несколько недель, и её домочадцы уже откровенно устали от этого. Но для Викки наука и всё научное сообщество всегда были второй семьёй.       Уэст, Миша и Дженсен резко обернулись в её сторону. Парни мирно занимались барбекю и рассказывали сыну Миши о том, как влипли недавно со своими приколами на съёмочной площадке. Но Викки умела переключить их внимание. За это Миша когда-то её и полюбил. Бойкая, своенравная, свободолюбивая девчонка, которая, кажется, не боялась вообще ничего. Разве можно было в неё не влюбиться? — О, дорогая! — Коллинз направился к своей супруге, раскрыв объятия, — судя по тому, как ты появилась, приглашение на конференцию у тебя в кармане? Боже мой, иногда мне кажется, что преград для тебя не существует вообще. — Именно! — она в она всплеснула руками, запрыгала в объятиях супруга и деликатно увернулась от его поцелуя. При всей её любви, при всём её уважении к мужу, в присутствии Дженсена она старается минимизировать физические контакты, в которых сам Дженсен не участвует. Стеснение? Нет-нет-нет! Это точно не про Викки! Они втроём обсуждали такие темы, за которые могло бы быть стыдно даже опытным психотерапевтам. Дело здесь как раз в уважении. «Я уважаю, а значит никогда не не стану намеренно делать ничего обидного» — как-то заявила она. И это стало девизом их отношений. — Поздравляю! — присоединился к ним Дженсен, — если это та конференция, о которой мы все слушали последние два месяца, то это определённо успех, ты умничка, Викки! — а вот ему было позволено поцеловать женщину в щёку, — красотка. — Спасибо, — тепло улыбнулась брюнетка, — но выезжать нужно уже сегодня. Мне жаль, парни… Вот так всегда: как только в жизни что-то складывается, складывается и новый выбор. — Оу… — Миша растерянно посмотрел на Дженсена. — Думаю, твой супруг будет не против тебя сопроводить. А мы прекрасно проведём время с Уэстом, — тут же улыбнулся Эклс, — как раз сбегаю к нему, пора проверить сосиски. За это Викки и любила его. Дженсен всегда чётко понимал, когда ему стоило вмешаться в обсуждение, а когда нужно оставить компанию. Этот красавчик появился в их жизни давно, но совсем недавно женщина узнала о его главной роли в жизни семьи. Она давно подозревала, что не просто так на каждом семейном празднике присутствует и Джей. Девушка всегда была открыта новому опыту во всём. Вопрос бисексуальности никогда не вгонял её в краску, а побуждал вполне неподдельный интерес. Но почему-то супруг решил первое время скрывать свой интерес к коллеге. Викки никогда не винила его за это: будучи ещё подростком она сама тяжело переживала кризис ориентации. Когда впервые задала мужу вопрос напрямую о его чувствах, тот опустил глаза и начал что-то лепетать о работе. Эта ситуация до сих пор вызывает улыбку на устах женщины. Таким милым и стеснительным она не видела Мишу со школьной скамьи. — Я правда могу сопроводить тебя, — заговорил первым мужчина, — мы ведь оставляли уже детей с Дженсеном. Это не Джаред, нам бояться нечего. — Ты прав. Он прекрасно ладит с нашим потомством. Но сегодня канун хэллоуина, детка. — Думаешь, они напугают соседей до смерти? — улыбка Миши вызвала ответную улыбку супруги. — Думаю, что пока есть такая возможность, тебе стоит провести время с тем, кого ты любишь. На лице Миши отразился ужас. Он несколько минут смотрел на супругу, но видел перед собой пустоту. Казалось, что мир рушится. Мужчина прекрасно понимал, что рано или поздно такая проблема возникнет: кто-то из твоих любимых людей непременно поставит его перед выбором. Это был страх номер один. «Вот тебе и Хэллоуин. Сбывается то, чего боишься» — пронеслось в его голове. — Папа! — в мысли ворвался голос его сына, — смотри! — но Дженсен быстро перевёл внимание мальчишки на что-то другое, дабы тот не мешал родителям. — О чём ты думаешь? — Викки уже поняла, что супруг уходит глубоко в себя. — Ты только что… Ты поставила меня перед выбором? — было непонятно, спрашивает он или утверждает. Но этот шокированный тон женщины запомнит на долгие годы. Она подняла свою тонкую руку к его лицу, пальцами провела по небритой щеке, улыбнулась, как умеет это делать только она: — Глупый… Мой глупый любимый муж. Разве после стольких лет счастливой совместной жизни, в которой ты поддерживал все мои безумства, я могу поставить тебя перед выбором? Крашник, ты так и остался Крашник. Но на это замечание мужчина лишь поморщился. Он не любил свою настоящую фамилию, и даже дома просил называть его так, как назвал себя сам. — О чем ты говоришь? — О том, что в своём страхе потерять меня или Дженсена ты совершенно забываешь о том, как мы любим тебя. Я не ставлю тебя перед выбором. Просто говорю о том, что у вас выдалась возможность побыть обыкновенный гомосексуальной семьёй. Оставим полиаморию на Рождество. — она подмигнула супругу и помахала рукой Дженсену, который украдкой наблюдал за супругами, пока рассказывал сына любимого мужчины о своём детстве. Парни благополучно дожарили мясо, пока Викки побросала в чемодан самые нужные вещи. По настоянию Дженсена они сложили несколько кусочков овощей в ланч-бокс, помыли и уложили фрукты, а Миша принёс пару кусочков пирога. — Мама не останется с нами на Хэллоуин? — без тебя не грусти уточнил мальчик. — Нет. У мамы важные мероприятие, о котором она рассказывала нам уже очень-очень много дней. Это важно для неё и её карьеры. Остаёмся здесь втроём, приятель. Позвоним Мейсон, узнаем, как дела у неё в лагере. Включим какую-нибудь страшилку. Будет не так скучно, как кажется, дружок. Обещаю! — Дженсен всегда мог найти общий язык с сыном Миши. Иногда, по незнанию люди принимали его за отца мальчишки. И казалось, что в такие моменты Миша чувствует какую-то особую любовь к коллеге. Удовлетворённый ответом Уэст побежал к батуту. Он видел, что его папа с невероятной теплотой относится к своему другу. Да и мама всегда была рада появлению Дженсену в доме. Когда родители сообщили ему, что Дженсен приедет за пару дней до Хэллоуина, а потом мы проведёт с ними этот праздник, ребёнок уже нафантазировал себе море развлечений! Когда настало время приступать к сервировке стола, Дженсен предложил разделить обязанности: он сам занялся бы приборами и блюдами, а Миша должен был помочь собраться жене. — Чувак, она твоя законная супруга. Проведи с ней эти полчаса так, чтобы ей хотелось вернуться домой поскорее. — Викки ненавидит, когда её отвлекают от сборов. — А ты не отвлекай. Просто побудь с ней рядом, подари свои объятия. — Ты же видишь, она даже не целует меня. Дженсен… Не нужно этого всего. Она умная женщина, прекрасно всё понимает. И вроде как, её даже всё устраивает. — А тебя? — Ты же знаешь… — Иди к ней. Ты там сейчас нужен. Я не подпущу тебя к столу и буду рассказывать неприличные истории, если ты не пойдёшь сейчас к своей жене. Вот так Дженсен и разруливал спорные ситуации. Порой, и его терзало чувство вины. Он влез в чужую семью, что самого детства казалось ему практически невозможным. Да ещё и не жену оттуда уводит, а мужа. Если бы об этом только узнал его отец… Даже думать не хотелось, какой ремень он выбрал бы для наказания. Если бы это вообще был ремень. Ну глубоко в душе мужчина был благодарен этой мудрой женщине. Она не закатывала скандалов, не смотрела на него, как на конкурента. Они сели и просто поговорили несколько месяцев назад. Определились, кто из них друг друга любит, кто друг друга хочет, кто и какого поведения будет придерживаться. Это было похоже на сделку. И сделка устроила всех. У Миши и Викки был опыт в подобных отношениях. Продлился достаточное количество времени, чтобы оба поняли приемлемо это для них или нет. Викки относилась ко всему проще. Миша был более стеснительным. И даже это не помешало супругам. «Всё в жизни нужно попробовать!» — произнесла брюнетка, сидя за «столом переговоров». «Добро пожаловать в семью, Дженсен!» — после разговора она обняла его, как самого родного человека и вовлекла в тройной поцелуй. Дженсен потом часто вспоминал это. С такими тёплыми мыслями мужчина расставлял на столе посуду, приборы, продукты. Он и не заметил, как подошли к нему Викки и Миша. Женщина была в привычных джинсах и спортивной майке. Она собрала волосы, видимо, чтобы не мешали ей за рулём, почему-то сняла серьги. Дженсен отметил её немного нервное состояние. Но перед таким серьёзным мероприятием он и сам начал бы переживать. — Мне пора, — улыбнулась она, — Уэст не хочет попрощаться? — сказала она громче, чтобы звук долетел до мальчишки. — Пока, мам! Я тебя люблю! — ответил маленький прыгун, и Викки послала ему восточный поцелуй. — Викки, дорогая, — Дженсен приблизился и обнял женщину, — счастливой дороги. Жаль, что Хэллоуин пройдёт без тебя. Но эта конференция того стоит. — Я буду скучать по вам, — пообещала она без тени грусти, — берегите друг друга, мальчики. И, Миша, — она выпустила из объятий Дженсена и повернулась к мужу, — не занимайтесь ничем при Уэсте. — она одарила мужа жарким поцелуем, а затем переключилась и на Дженсена. — Боже, Викки… — простонал Миша. — Оу, мальчики, придется вам побыть самой настоящей семьёй. У Уэста в школе небольшое мероприятие. Завтра у них будет вечеринка по случаю Хэллоуина. Нужно самостоятельно сделать костюм. Но вы справитесь! — Что?! — брови Дженсена поползли вверх от удивления. Но красотка Виктория уже захлопывала двери своего авто: — Удачи, папочки! — она помахала рукой в открытое окно автомобиля, — люблю вас! Этот Хэллоуин они запомнят на всю жизнь.