Ещё одну ложечку

      — Сань Лан, я давно хотел спросить об одной… Только обещай, что будешь честным, — голова Се Ляня лежит на груди мужа, и он мягко водит пальцами по его обнажённой коже.        Рука Хуа Чена в волосах супруга тут же замирает.        — Что случилось, гэгэ? — он наклоняется к лицу Се Ляня и пытается заглянуть в его глаза. Но Его Высочество лишь смущённо отворачивается, прячась в складках одежды. Это заставляет демона беспокоиться всё больше. Он прокручивает в голове все вещи, которые могли бы заставить его мужа волноваться.       — Право дело, ничего серьёзного. Просто мне всегда было интересно, почему Сань Лан так любит мою стряпню, хотя все остальные считают её отвратительной, — Се Лянь приподнимается на локте и заглядывает в глаза супруга.        Тихий смех вырывается из груди Хуа Чена, и он с облегчением прижимает Его Высочество ближе к себе.       — Этот недостойный без ума от готовки своего гэгэ. Он знает, что его муж очень старается и делает всё с любовью. И от этого вся его еда становится самой вкусной на свете. А если кто-то говорит иначе, то пусть попробует сделать лучше.       Се Лянь фыркает и ласково ударяет его кулаком в грудь.        — Сань Лан опять смеётся надо мной!       — О, гэгэ очень ошибается. Этот демон говорит со всей возможной серьёзностью, — улыбается Хуа Чен. — К тому же, он в жизни пробовал вещи и похуже.        Но он сразу же жалеет о своих словах, когда взгляд Его Высочества становится очень серьёзным.       — Гэгэ не стоит беспокоиться, теперь всё в порядке, — торопливо добавляет Хуа Чен, видя, как глаза мужа стремительно наполняются слезами.       — Мне так жаль, Сань Лан… Мой бедный Сань Лан не должен был пройти через это, — губы Се Ляня дрожат, и демон нежно смахивает крошечные бусины слезинок с его порозовевших щёк. Его Высочество осторожно гладит подушечками пальцев лицо мужа, пока тот успокаивающе касается его спины. Сквозь тонкую ткань рубашки Хуа Чен чувствует, как сильно дрожит его супруг. Вина болезненно колет давно остановившееся сердце.       Он утыкается носом в висок мужа и шепчет ему на ухо всякие успокаивающие глупости, пока Его Высочество не начинает приходить в себя. В последнее время он стал гораздо чувствительнее. Однажды ночью демон проснулся от кошмара, и в таком состоянии его обнаружил его драгоценный супруг. С этого момента Его Высочество стремился окружить своего возлюбленного всей возможной заботой, чтобы воспоминания об ужасном прошлом мучали его меньше.        Уже позже, успокоившись, Се Лянь тянется рукой к коралловой бусине в причёске мужа и тихо произносит:        — Если Сань Лану действительно так сильно нравится моя еда, то я буду готовить чаще. Я всегда буду заботиться о Сань Лане и никогда его не брошу.        Хуа Чен прячет улыбку в его волосах.

***

      Инь Юй задумчиво хмыкает.       — Я думаю, что если вас это так интересует, то стоит поинтересоваться об этом у самого Собирателя Цветов под Кровавым Дождём.       Се Лянь тяжело вздыхает и откидывается на подушки.       — Разумеется, я уже спрашивал у Сань Лана. Но я знаю, что он лукавит. К тому же, Сань Лан знает, как меня отвлечь…        Инь Юй тактично отворачивается и ничего не говорит о мгновенно покрасневших щеках Его Высочества. Лишь пододвигает к нему пиалу с чаем.       — Вы ведь знаете, что демоны почти не чувствуют вкусов? Это объясняется их природой. Демоны — мертвецы, и их чувствительность понижена. Но всё же определяется индивидуально. Она может зависеть от ранга, однако редко когда сильно разнится, — Инь Юй рассеянно стучит пальцем по столу и подаёт Се Ляню тарелку с паровыми булочками. — Однако ваша еда… Прошу меня простить, Ваше Высочество, за такие резкие слова, но её вкус довольно сложно… Не почувствовать. Даже демону высокого ранга. Зелёный Фонарь, думаю, мог бы это подтвердить.       Се Лянь давится чаем, вспоминая крики Ци Жуна. Мелкие коричневые брызги тут же лепятся к белой ткани его одеяний.        — Думаю, ему и правда не очень понравилось, — смущённо соглашается Его Высочество. На самом деле Се Ляню даже немного неловко перед братом. Каким бы дрянным характером ни обладал Ци Жун, но даже он не заслужил такой участи.       Инь Юй дипломатично молчит, без слов кивая головой.       — Да. И наш господин так же способен ощущать вкус вашей стряпни. Это лишь мое предположение, Ваше Высочество, но я думаю, что причина именно в этом.        Брови Наследного Принца ползут вверх от удивления. Он с растерянностью смотрит на своего собеседника.       — Что это значит?        Инь Юй в ответ лишь спокойно пожимает плечами.       — Представьте, что вы восемьсот лет не можете чувствовать вкуса еды. Но внезапно вам попадается настолько ужасная стряпня, ещё раз прошу меня извинить, Ваше Высочество, ни в коем случае не хочу обидеть, что и мертвого вроде вас разбудить способна. Думаю, вы бы на месте Собирателя Цветов тоже не отказывались от лишней порции.        Се Лянь задумчиво кивает.        — Да, думаю, в этом действительно есть смысл. Всё было так просто. Хотя теперь я даже рад, что мои способности в готовке настолько плохи. Ведь если из-за этого Сань Лан может что-то почувствовать…       — Но дело ведь не только в этом, Ваше Высочество, — качает головой Инь Юй. — Главной причиной всё ещё остаются ваши с Собирателем Цветов под Кровавым Дождём… близкие отношения. Если вы понимаете, о чём я, Ваше Высочество.        — Да-да, конечно, я понимаю, — смущённо бормочет Се Лянь, теребя полы своей одежды. — Мне, наверное, пора идти. Нужно прибраться в монастыре, да и вообще… Спасибо за разъяснения.       — Всегда к вашим услугам, Ваше Высочество, — голос Инь Юя звучит немного устало. Наверное, ему действительно нужен отдых.

***

      Се Лянь растерянно помешивает варево в котелке. Он не совсем уверен, что похлёбка должна была потемнеть настолько быстро и превратиться в тёмно-коричневую кашу, но пахнет вроде недурно. Наверное, если он добавит немного репы, хуже не будет. В крайнем случае можно будет смешать всё это с рисом. Он, конечно, жестковат, но хотя бы не сгорел, как в прошлые разы.        Хуа Чен обнаруживает его в огороде. Демон опускается на колени рядом и касается губами его испачканного в земле лба.       — Как всё прошло? — улыбается Се Лянь. На его верхней губе блестят капельки пота, а щёки после пары дней на солнце обсыпало веснушками. Се Лянь любит копаться в земле. Это успокаивает. Сегодня вот решил прополоть грядки, сорняков после дождя слишком много вылезло.        — Эти ничтожества не стоили ни секунды моего внимания, — хмурится демон. — Гэгэ что-то готовил? Пахнет необычно.        Се Лянь пожимает плечами.        — Просто похлёбка с репой. Мне показалось, что вышло неплохо. Сань Лан хочет попробовать? — хитро улыбается он, уже зная ответ.        — Всё, что приготовит гэгэ.