Ни соседи, ни друзья

      - М, Юнги, - девушка несмело схватила одногруппника за локоть и тот остановился, непонимающе оглядываясь на Джие.       - Че? - Мин прокашлялся и постарался быть мягче. - Чего?       - А у твоего соседа, Сокджина, есть девушка? - девушка наконец осмелилась поднять глаза на Юнги и с надеждой заглянула ему в лицо.       У Мина сердце ушло в пятки. Он тяжело вглотнул:       - Нет.       Лицо Джие тут же озарила довольная улыбка. Она подпрыгнула, хлопнув в ладоши, поблагодарила Юнги и убежала. Тот проследил за удаляющейсяя спиной одногруппницы, развернулся и пошел в сторону выхода.       До съемной квартиры Мин добирается как в тумане. Он не помнит толком как шел и что делал, не мог понять как перешел все светофоры и его не сбила машины, но когда открылась дверь и из-за нее со стороны кухни донесся аромат чего-то невозможно вкусного и пряного, живот Юнги заурчал подобно умирающему киту и он пришел в себя, встрепенувшись.       Мин скинул кроссовки и рюкзак, и прошел вглубь квартиры. Джин, как обычно, носился у плиты, что-то готовя. Юнги и сам умел готовить и в целом готовили они по очереди, но все равно всегда было приятно возвращаться домой и знать, что тебя накормят.       - Как раз успел, - Сокджин бухает перед Мином тарелку с рисом и тушеным мясом с овощами. У него во рту сразу же скапливается слюна. - Руки мыл?       Юнги отрицательно качает головой, обиженно дует губы, но встает, идя к мойке, чтобы помыть руки, потому что знает, что с Джином спорить бесполезно и бессмысленно.       - Умница, - Сокджин, смеясь, потрепал Мина по волосам и они сели есть.       После они вместе помыли посуду и убрались. Когда Джин снял фартук, вешая его на крючок, Юнги буркнул:       - Тобой интересовалась моя одногруппница, Джиен.       Сокджин дернулся, но не обернулся на Мина:       - В плане?       - В романтическом.       - Что сказал? - Ким наконец посмотрел на соседа через плечо.       - Что ты свободен, - отвел взгляд.       - Ты правда так думаешь? - Джин приподнял уголки губ и отвернулся, опираясь ладонями о столешницу.       Юнги пожал плечами, хотя знал, что это никто не увидит:       - А разве нет?       Они замолчали. Тишина резала напряженные нервы ножом, заставляя внутренне дрожать и бояться каждого звука. Сокджин тяжело вздохнул:       - Красивая?       Мина передернуло:       - Джие?       - Ага.       - Это хорошо, - Джин мечтательно улыбнулся. - Хорошо, - развернулся, все же собираясь покинуть кухню, когда его перехватили за запястье прямо на пороге.       - Ты с этим согласен? - Юнги нахмурился, стискивая чужую руку до побеления.       - А разве не должен? - передразнил Ким, а потом тяжело вздохнул. - Ты уже сказал то, о чем думаешь. Поэтому твоя злость сейчас неуместна. Отпусти, - дернулся, пытаясь вырваться - не вышло.       Мин заскрипел зубами:       - Нет, - дернул Сокджина ближе, обхватывая его за талию, и впился в его губы кусачим поцелуем.       Джин как-то обреченно вздохнул, но ответил также напористо и резко.       Да, они были именно в таких отношениях. Когда-то переспали по пьяни (им тогда было очень плохо от говенной жизни и они вместе глушили не то пиво, не то соджу, не то виски или вино, а может все вместе) и после этого понеслось. Тогда они были не настолько пьяны, чтобы ничего не помнить, поэтому воспоминания о хорошем добротном сексе остались и, конечно, им захотелось повторить. Юнги уже не помнит сколько раз Сокджин хотел о чем-то с ним поговорить, но всегда замолкал под напором поцелуев и жестких касаний. И теперь Мин чувствовал себя полным идиотом, потому что когда к нему подошла Джие и спросила про Джина, все внутри него загорелось адовым пламенем несогласия и протеста. Мин даже не понял как начал злиться не только на Джие, но и на себя, потому что сказал, что Сокджин свободен, и теперь жалел об этом. Еще и сам Ким будто бы заранее согласился попробовать с Джие и это бесило до трясучки.       Бесило это до тех пор, пока Юнги не ощутил Джина глубоко в себе. Тогда у него из глаз брызнули искры, а в голове взорвался фейрверк. По квартире, отбиваясь от стен, разлетелся протяжный стон Мина, полный удовольствия. Юнги задрожал от наслаждения в чужих руках и вцепился в чужие плечи мертвой хваткой, осознавая, что не готов ни с кем делить ебаного Ким Сокджина, разве что только с самим собой.       Когда страсти улеглись и они оба отдышались от, как и всегда, умопомрачительного секса, Юнги вжался в Джина как можно крепче и зажмурился, признавая свое поражение.       Мин с трудом открыл рот, неразборчиво шепча:       – Скажи Джие, что я ошибся. И что у тебя есть девушка.       И судя по усилившимся объятиям, сказанному был рад не только Юнги.