Mon Âme

      Приятная, лёгкая и нежная музыка жанра лаунж раздаётся из музыкальных колонок по скромному заведению, наполняя его особой атмосферой и спокойствием. Люди с удовольствием сидят за столиками на гладких, мягких, кожаных диванах шоколадного цвета, испивая свой тёплый, прекрасный и сладкий на вкус кофе, наслаждаясь компанией друг друга и уютом в маленькой кофейне.       Стены нежного и светлого, бежевого оттенка гармонично сочетаются с обстановкой самой кофейни, придавая больше комфорта и безмятежности. Керамический пол отсвечивает прекрасные, слегка блестящие узоры коричневых и бежевых оттенков, делая заведение особенным. Лампы черного, смоляного цвета нависают сверху, освещая деревянные столики и всё помещение полностью.       Прилавки кофейни наполнены различного рода десертами: тортами, чизкейками, пирожными, выглядящими аппетитно и вынуждающими покупать себя лишь только посмотрев на внешний вид. Работники обслуживают клиентов быстро и без задержек. Ранним утром всем нужна бодрость и то, что сможет заставлять работать весь день. Люди с удовольствием забирают заказ, наслаждаются и чувствуют прилив сил от бодрящего напитка.       Юнги зевает при виде этой картины и продолжает работу, принимая заказы с натянутой улыбкой, мысленно посылая некоторых далеко и надолго. Он никогда не любил обслуживать людей, стараясь избегать подобного рода работ, только обстоятельства не были согласны с ним и ему приходилось подрабатывать в этой кофейне, ведь нужно было оплачивать аренду за жильё. За всю жизнь он сменил достаточно много работ и пока остановился на бариста.       Мин ненавидел эту профессию всем сердцем только лишь из-за людей. Он никогда не мог работать с людьми, так как те были по его мнению ужасно глупы и раздражали особенно те, кто не мог выбрать заказ чуть ли не по часу, заставляя его стиснув зубы от злости, натянуть вежливую улыбку. Юнги старался терпеть абсолютно всё, что требуется, и с потерянными нервами обслуживать их, так как он не мог потерять эту работу.       Очередь, стоящая позади, лишь заставляла Юнги измученно простонать и скривить лицо от усталости. Омега посмотрел на часы, висевшие на стене возле меню и с измученным выражением лица тихо простонал, увидев что до конца смены ещё четыре часа пыток и потеря нескольких нервных клеток. Он молился чтобы эти четыре часа пролетели быстро, но сейчас они казались вечностью.       Омега сам знал что его характер не подарок, не каждый мог его вытерпеть. Юнги привык говорить людям правду в лицо и быть прямолинейным, не считая это хамством, а обыкновенной честностью. Лишь в сфере обслуживания приходилось включать ангела и сдерживать агрессию сквозь стиснутые зубы. Он никогда не терпел, но здесь приходилось улыбаться даже несмотря на желание врезать посетителю когда тот мог поливать его грязью, ведь такое было не раз.       Он сам планировал уйти с этой работы поскольку считал, что можно найти заработок лучше, чем варить кофе. Юнги был готов уже писать заявление на увольнение поскольку больше смотреть на лица людей не мог, тошнило от собственного лицемерия, от которого становилось невыносимо и от самих людей, которые были безумно глупыми и раздражающими за всё время работы здесь.       Была ещё одна причина, державшая Мина здесь — человек, которому он благодарен по сей день и будет всю жизнь. Юнги довольно долго проработал в кофейне так и не увидев настоящей выгоды с этой работы, наоборот она дала понять, что обслуживание — это не его. И это лишь добавляло неприязни и ненависти к людям. Из всего персонала он сдружился лишь с одним омегой. Это был забавный, скромный парнишка, Чон Чонгук, его спасение и лучик света здесь.       Мин начал работать вместе с Чонгуком, с которым они теперь не разлей вода. Именно эта работа связала их и сделала лучшими друзьями. До этого, Чон всегда был довольно тихим и необщительным, на что Юнги лишь пожимал плечами и думал "не знакомиться — значит ему не нужно". Они не обращали друг на друга внимания, продолжая спокойно выполнять свои обязанности, лишь изредка прося о помощи.

flashback

      Расслабляющая музыка игравшая в наушниках, должна была помогать забыть о том что ты не выспался и опаздываешь. Но не в случае с Мин Юнги. Омега опять до трёх часов ночи просидел за любимым сериалом и проспал. Проснувшись, он быстро всполошился и начал собираться, надеясь что ему сделают лишь выговор. Сейчас нежная мелодия, которая теоретически должна успокаивать, лишь выводила из себя, от чего Мин просто выключил наушники.       Омега быстро бежит к остановке и ждёт автобус, чтобы доехать до кофейни, матерясь внутри на весь мир и автобус, за то что тот долго не идёт. Наконец, дождавшись его, Мин запрыгивает внутрь и садится на первое попавшееся место, игнорируя людей, просивших уступить его. Юнги прижимает портфель со сменной одеждой ближе к себе и закрывает глаза, решая ещё хоть немного вздремнуть.       Приехав, Мин пулей вылетает из автобуса, бежит в сторону кофейни и видит, что та уже открыта. Юнги тихо входит внутрь, замечая уже присутствующих гостей, сидящих за столиками и стоящих в очереди. Также замечает и коллегу, подменяющего его. Омега накидывает капюшон худи на голову и быстро проскальзывает сквозь толпу людей, ждущих своей очереди за чашкой кофе.        С ворчанием быстро заходит в подсобку, для того чтобы как обычно переодеться, ему нужно было срочно выходить на смену. Он останавливается, слыша тихий плач изредка переходящий в рыдания. Мин закусывает нижнюю губу и сомневается: стоит ли проходить или нет, не хотелось заставать плачущего человека перед собой, а просто переодеться в рабочую одежду.       Ругнувшись и наплевав на всё, Юнги закрывает дверь, проходя в маленькую комнату и переодевается в свою форму, стараясь игнорировать плач со стороны коллеги. Наконец, не выдержав, он поворачивается в сторону стула на котором как раз и сидел...Чонгук, которого омега не ожидал увидеть. Отойдя от шока, Мин берёт ещё один стул неподалёку и подсаживается к омеге, заметившему его лишь когда тот подсел ближе. Он раскрывает глаза в недоумении и всхлипывает тихо.       Внутри Юнги что-то вспыхивает, старые воспоминания, которые он закопал давно и надолго в прошлое. Когда-то он рыдал точно также, в полном одиночестве, давившем ещё сильнее. Сердце неприятно сжимается от этой картины, ведь он буквально видит себя...в Чонгуке. Хочется помочь, утешить, поддержать, дать то, что не дали Мину в тот момент когда ему это тоже было необходимо — утешение.       Мин не был особо знаком с этим омегой, лишь знал что тот был занят и являлся его коллегой. Тот был молчалив и не особо разговорчив. С одной стороны Юнги даже понимал почему. Чонгук всегда казался великолепным и симпатичным в глазах омеги, был крепкого телосложения и было видно что он постоять за себя может, но лицо было ангельское у Чона, словно он олицетворение самой доброты.       Он действительно не понимал кто мог обидеть такое хрупкое создание как Чон Чонгук. Омега действительно старался помогать всем, пару раз даже выручал Мина, за что тот буквально на коленях стоял и благословлял его. Чонгук всегда был понимающим и добрым ко всем, он не дружил с кем-либо из коллектива как и Юнги, но старался помогать и оставаться при всём вежливым словно Божий одуванчик.       Омега всхлипывает и поднимает взгляд на Юнги, смотрящего на него с сожалением, перемешанным с равнодушием, которое Мин пытался себе внушить. Эти глаза не хотелось видеть, Чон не хочет чувствовать жалость к себе. Чонгук слегка распахивает глаза от удивления, почувствовав как тёплые, чужие руки оплетают его талию, начиная ободряюще хлопывать по спине, словно забирая всю его боль и давая ту поддержку которой ему не хватало.              — Ты слишком красивый чтобы плакать — усмехается Юнги, смотря на всхлипывающего Чонгука. Мин подносит палец к его щекам, убирая слёзы, скатившиеся с уголков карих глаз.— Ничто не должно заставлять тебя плакать — кивая, шепчет Мин и горько усмехаясь, словно понимал его.       — Ты же даже не знаешь что у меня случилось, — бормочет Чон, смотря на Юнги с отстранённостью и недоверием. Он прищуривает глаза, смотря прямо на омегу и словно пытаясь понять, о чём тот думает — как ты можешь мне такое говорить?       — Потому что понимаю что ты чувствуешь сейчас, когда плачешь — значит больно, плохо. Со слезами легче отпустить боль,— вздыхает Юнги, поднимая взгляд на Чонгука.— Но тебе не идут слёзы. Ещё, легче становится когда есть поддержка,— улыбается слабо Мин, прижимая омегу ближе к себе и обнимая крепче.       Чонгук не выдерживает, чувствуя как дрожит нижняя губа чтобы не разреветься, но омега больше не может. Слишком больно внутри чтобы сдерживаться. Чон чувствует как слёзы капают вниз и начинает рыдать громко, словно передавая всё своё терпение и боль что копилась. Он дрожит всем телом и чувствует лёгкое облегчение когда чужие руки лишь ободряюще гладят его по спине, слегка дотрагиваясь пальцами волос.       Внутри всё давит, больно колет от чувств которые остались в душе. От них не избавиться легко, омега уже понимает. В голове пролетают все воспоминания, связанные с тем человеком, сделавшим ему так больно и разбившим его вдребезги, словно хрупкое стекло, растоптав все надежды, мечты и мысли об их совместном будущем, крутившиеся в голове долго, считая что он тот самый.       Он невольно прижимается ближе к Юнги, чувствуя некое успокоение, понимание, поддержку в чужих руках. Рыдания становятся лишь громче, давая Чону выразить то что он чувствовал внутри и выплеснуть наружу, не держа в себе. Разочарование в человеке, обида и нестерпимая боль давят изнутри, словно самая настоящая пытка. Словно эта боль тебя на цепи держит, заставляя мучаться от собственной беспомощности.       Как же так получилось?...Неужели Чонгук сделал что-то не так? Но что?       Омега всхлипывает и его истерика постепенно сходит на нет, а в голове крутится этот вопрос и чувство вины, непонятно откуда взявшееся...виноват он и только он. Никто больше. Чонгук дал слабину, дал ему шанс изменить и не уделял ему внимания. Он виноват в том, что дал шанс разрушить их отношения. Боль внутри превращается будто в узел в районе живота, начиная давить и заставляя слезы пролиться больше.       — Давай я за тебя смену отработаю, зарплату отдам тебе, можешь не переживать. Я тебя прикрою перед начальником, в таком состоянии работать невозможно. Знаю сам по себе, — Юнги кладёт руки на плечи Чонгука, заставляя взглянуть на себя, — лучше тебе идти домой, — добавляет Мин уверенно, слегка склоняя голову в бок.              — Спасибо — всхлипывая, шепчет Чонгук со слабой улыбкой, чувствуя как становится спокойнее рядом с таким человеком, понимающим и разделяющим твою боль и чувства, которые ты не в силах описать.       Юнги продолжал держать омегу крепко в своих объятиях, зная насколько тяжело сейчас ему. Если бы не Мин — Чон был бы здесь совершенно один, без поддержки, без понимания, что ещё хуже предательства. Когда нету человека рядом, поддерживающего тебя. Чонгук бы ни за что не справился один. Слишком слаб. Слишком эмоциональный и серьёзно принял ситуацию на душу, ведь подпустил человека близко к себе. К своему сердцу.

End of flashback

      Юнги с улыбкой вспоминает тот момент, именно после него они сблизились с Чонгуком и стали больше общаться, проводя больше времени вместе. Стали лучшими друзьями не разлей вода. Ради Чона, омега был готов на всё пойти чтобы защитить его от всех бед и проблем. Мин был таким человеком — всегда мог постоять за своих близких и пытаться уберечь.       Чон действительно был добрым, даже слишком. Наивным и доверчивым. Он всегда старался быть понимающим, замечать лишь хорошее в людях, окружающих его, и принимал всё близко к своему сердцу, но теперь же всё было иначе. Жизнь со временем расставила всё по своим местам, показав омеге как сильно может собственная наивность обернуться против тебя.       Он стал словно другим человеком, стал меньше улыбаться и стараться быть таким же жизнерадостным как раньше, несмотря на прошлое. Каким Юнги его помнил ещё как только зашёл в эту кофейню в первый раз. Его встретил приветливый и дружелюбный омега, подбежавший к нему, как только заметил. Чонгук казался ангелом во плоти. Мин часто видел как Чон подбегает к своим коллегам и помогает им, вызывая восхищение.       Мин даже рад в какой-то степени, что омега больше не будет столь наивно и дружелюбно относится ко всем людям, надеясь что эта ситуация его научила. Не быть столь доверчивым. С того момента, он каждый день наблюдал как было плохо Чонгуку и прекрасно его понимал насколько больно омеге. С того момента Юнги стал поддерживать Чона, помогать и выручать.       Внезапно, дверь в кофейню распахивается и звон колокольчиков раздаётся по всему заведению, вырывая Юнги из своих мыслей, и в здание врывается запыхавшийся парень, разглядеть которого не удавалось из-за серого капюшона, скрывавшего его тёмные локоны волос каштанового цвета, а голова была опущена вниз. Мин мог слышать тяжёлое дыхание омеги прямо перед собой, чувствуя как усмешка раздаётся с его уст от вида знакомого ему худи.       Чон быстро снимает капюшон собственной толстовки, раскрывая свою личность и сразу же подбегая к Юнги, начиная крепко обнимать его и пытаясь привести собственное, сбившееся дыхание в нормальное состояние. Чонгук крепко сжимает Мина в своих объятиях и смотрит прямо на ухмыляющегося Юнги с благодарностью в глазах и смеясь когда тот взъерошивает его волосы.       — Ты лучший, Юнги-хён, я тебе должен буду завтра кофе и твой любимый тортик! — хихикает Чон и оторвавшись от объятий, быстро убегает в подсобку чтобы переодеться в рабочую форму и привести себя в порядок.       Мин вздыхает с улыбкой и качает головой, смотря на суетившегося омегу и смеясь про себя с этого милого зрелища. Он знает что у Чонгука начались экзамены, сессии в университете — сложное время и решил помочь омеге, изредка подменяя того когда тот задерживался надолго. Чон был благодарен ему за это и будто был готов ноги целовать, но он сам не раз выручал Юнги, так что они должники, но омега считает иначе.       Внезапно он чувствует вибрацию в кармане фартука рабочей формы и напрягается всем телом, догадываясь кто это может быть. Он сжимает кулаки до побелевших костяшек, начиная дрожать. Не хочется брать трубку. Хочется просто проигнорировать и забыть этого человека как страшный сон, кошмар, мучающий Мина уже на протяжении нескольких грёбанных лет.       Медленно достав телефон дрожащей рукой, он сглатывает и зачёсывает волосы назад, долго смотря на экран гаджета и не решаясь нажать на кнопку "ответить", а казалось бы...так просто. Юнги чувствует как внутри всё сжимается от чувства страха, вины и ненависти. Злобы на этого человека. Имя "Отец" прямо сейчас видеть точно не хотелось, как и слышать его голос.       Как только Чонгук выходит из подсобки, полностью готовый, он замечает как Мин быстро устремляется вниз, закрываясь в туалете на щеколду и спускаясь вниз по двери, дрожа всем телом и ощущая как тёплые слёзы катятся вниз по его бледным, слегка розоватым щекам. Он с неохотой нажимает на кнопку принять и подносит телефон к своему уху, готовясь к очередной порции оскорблений.        — Где тебя носит, бесполезный кусок дерьма?! — в динамике раздаётся пьяный голос собственного отца, затем посторонний шум телевизора в их доме и ругательства,— почему я должен ждать тебя, неблагодарное отродье?       Мин закусывает губу до крови, представляя как сильно влетит ему дома. Омега вздыхает, пытаясь остановить подступающую истерику и привести своё состояние в норму, несмотря ещё на сотню ругательств которые льются с динамика телефона. Порой его накрывает чувство безысходности и усталости от однотипной рутины, длившаяся день за днём не переставая и не меняясь.              — Скоро приду, отец. У меня смена ещё,— дрожащим голосом бормочет Юнги, слыша в ответ раздражённые вздохи и звуки разбивания бутылок, немедленно пробудившие панику в омеге, заставляя всё тело покрыться мурашками и дрожать.       — Если ты придёшь без бутылки пива, можешь не возвращаться. Ты должен мне быть благодарен что я тебя всё ещё терплю! — кричит в трубку отец и Юнги быстро отклоняет звонок, упираясь о ближайшую стену и наконец не выдерживая, начинает громко рыдать от скопившейся ненависти и обиды внутри.       Внутри желание закончить всё. Оборвать свою жизнь, только бы не чувствовать давящую яркую обиду и злость в душе, заставляющую его страдать и ненавидеть каждый день, идущий словно по одному и тому же сценарию. Хочется счастливую жизнь как у всех, любви, понимания от единственного родителя, оставшегося с ним лишь из выгоды и денег которые он получает благодаря ему.       Юнги всегда старался поддерживать отца в тяжёлый период, когда папы больше не стало, но тот не слушал и не хотел видеть собственного сына. Всегда во всём винил Мина и даже сдавал в детский дом, когда тот ещё не был совершеннолетним потому что ненавидел всем сердцем и вернул его обратно когда лишился работы, заставляя омегу работать и покупать на заработанные деньги — алкоголь.       Никто из его близкого окружения не знал о проблемах в семье Мина, из его окружения никто не интересовался и омега сам был не заинтересован в том чтобы делиться этим, ведь чувствовал стыд, разочарование и боль внутри, рассказывая о своих родных. Он всю свою жизнь надеялся и верил что будет счастлив как и его семья но всё пошло ровно наоборот от чего Юнги готов всё бросить, как последний трус.       Ему больно видеть свою семью такой, ему больно каждый день приходить домой с чувством одиночества и желания сбежать с этой квартиры, пропахшей никотином и алкоголем, не ощущая себя будто ты дома и в безопасности. Юнги устал постоянно тянуть всё на себе, наблюдать день за днём как выпивает и не собирается ничего менять в своей жизни, смотря лишь телевизор, собственный отец.       Мин пытался откладывать на квартиру себе чтобы съехать ведь попроситься жить у друзей мучала совесть и грызло бы всю жизнь чувство неоплаченного долга и вины, за то что был бы обузой в чужом доме. Каждый раз, отец находил его заначку и "воспитывал" Юнги своеобразным методом, считая что тот был неблагодарным дитём, оставляя синяки по всему телу и после тратил отложенные омегой деньги вновь на выпивку себе, поэтому Мин перестал откладывать.       Выйдя из туалета, омега возвращается медленными шагами, попутно вытирая слёзы со щёк и пытаясь унять дрожь в теле, чувствуя как крики отца до сих пор эхом громким в голове раздаются, вызывая головную боль. Он улыбается, когда Чонгук быстро подбегает к нему и крепко обнимает, ничего не говоря. Чон не знал причины слёз Юнги. Ему не требовались слова, если Мину было плохо, не хотелось допрашивать друга, а хотелось поддержать.       Мин усмехается с тихими всхлипами и притягивает омегу ближе к себе, утыкаясь ему в плечо, ведь разница в росте у них довольно существенная. Юнги чувствует как внутри ураган из волнений, тревоги и злости успокаивается как только Чонгук слегка похлопывает его по спине. Как только чувствует поддержку друга. Это согревает лучше всего и заставляет забыть обо всём.

Вечер

      Обои песочного оттенка "родной" квартиры, порванные наполовину и отслаивающиеся от стены мелкими кусками вместе со скрипящим деревянным полом в котором виднеются мелкие щели и стеклянные разбитые бутылки из под алкоголя, лежащие рядом с сальными вещами сразу же встречают Юнги на пороге, чему он особо не удивляется и омега со вздохом снимает верхнюю одежду и проходит в гостиную.       Мерзкий шум старого телевизора, по виду которого можно смело сказать что он из девяностых, неприятно забивается в уши и вызывает лишь раздражение. Взгляд омеги переводится на кожаный диван, покрытие которого потрескалось и превратилось в жёсткое сидение, приносящее дискомфорт. Несколько бутылок из под различного рода алкоголя лежащие рядом с диваном и окружающие человека, выпившего это всё.       Мин стискивает зубы, сжимая кулаки и проглатывая все оскорбления, желающие выйти наружу, а с тем и обиду на отца. Он со злостью проходит на кухню, открывая холодильник, зная что за всю готовку в доме отвечает лишь он, но его встречает лишь пустота. Юнги хмурится и быстро осматривает место для хранения продуктов вновь и ругается себе под нос, наконец не выдерживая и поворачиваясь в его сторону.       — Отец, где вся еда? Я только вчера купил продукты, а ты опять всё съел один?! Эта была последняя! — шипит омега, сдерживая рвущуюся ярость внутри и позже видит разъярённый взгляд родителя на себе.              — Ты будешь мне указывать, неблагодарная сволочь! Благодари что я тебе оставил хоть остатки, свинья, — начиная повышать голос отец Юнги,— ты должен быть благодарен что я не выгнал на улицу и оставил доживать там свои последние, жалкие деньки!       — Да лучше бы ты оставил меня сгнивать там нежели жить с тобой! Я постоянно работаю чтобы прокормить нашу блядскую семью пока ты пропиваешь свою жизнь и наше будущее, — не выдерживает Юнги, начиная повышать голос. Усталость и терпение берут своё, начиная пробуждать ярость внутри омеги и не думать о последствиях сказанных слов.       Глаза отца темнеют от злости и Юнги чётко может видеть насколько зол старший альфа, но его это сейчас не особо беспокоит. Не подкашиваются ноги от страха и не расширяются глаза от ужаса и дальнейших действий родителя. Омега видел и чувствовал на себе абсолютно каждый удар чем угодно и смотрит на собственного отца с нескрываемой ненавистью, словно больше нечего терять сейчас.       Мин ухмыляется, ощущая хлёсткую пощёчину на собственной щеке, но омега словно не чувствует боли. Не чувствует ничего, будто смирился. Каждый раз чувствовал и терпел такой удар, ему незачем привыкать ведь это была своего рода привычка отца. Он вновь поворачивает голову в сторону разъярённого отца, готового словно наброситься на него. Юнги лишь наклоняет голову слегка в бог и с насмешкой наблюдая за отцом, насколько же ток жалок что поднимает руку.       — Проваливай, щенок! Чтобы я никогда тебя не видел в этом доме, неблагодарная сволочь! — кричит отец, не сдерживая свою ярость — я тебя воспитал, одел, а ты смеешь такое говорить мне?! Не появляйся даже на пороге этой квартиры.       Пустота и равнодушие кажется единственные чувства, что испытывает Юнги. Омега берёт свою куртку, даже не смея обернуться в сторону отца, не соизволившего извиниться и увидеть сына похоже в последний раз в жизни потому что Мин знал — он больше не вернётся сюда. Никогда. Не навестит отца, оставляя того сгнивать вместе с алкоголем в обнимку.       Слёзы отчаяния, смешанного с облегчением и чувством свободы, медленно льются по бледным щекам Мина с уголков глаз. Как же давно он мечтал это сделать. Холодный ветер, несущий снег, развевает на ветру пряди алых волос, сверкающих при свете уличных фонарей, вместе с опадающими мелкими снежинками, посылая мурашки по телу омеги от едва ощутимого холода, но было плевать.       Хотелось расслабиться и забыться, не думать ни о чём, словно просто существуешь. Мин достаёт телефон с кармана своей тёмной, кожаной куртки, единственной согревающей его в этот момент. Омега уже получил деньги со смены и потому не успел потратить всё на алкоголь отцу. Он открывает приложение такси, выбирая "комфорт" и заказав, убирает мобильный обратно в карман, смаргивая подступающие слёзы с ресниц.       Как только машина оранжевого оттенка подъезжает к указанному ему адресу, Юнги тут же распахивает дверь и садится внутрь, тихо всхлипывая и неосознанно начиная обнимать себя, словно сердце само хочет защитить и уберечь себя и от всей это боли внутри, давящей и неконтролируемой, убивающей внутри. Омега едва ощущает как в глазах снова скапливается влага, но он быстро вытирает её рукавом куртки.       Вся поездка проходит в молчании, таксист не задаёт никаких вопросов зачто Юнги ему безумно благодарен, ведь не выдержал бы разговора с кем-то по крайней мере сейчас точно. Мин поворачивается в сторону окна и смотрит пустым взглядом на проносящийся мимо город, где с каждым домом который они проезжают мимо, омега будто отдаляется от привычной ему жизни и начинает новую.       Машина останавливается и Юнги быстро вытаскивает с кармана наличные, молча передавая нужную сумму водителю и выходя из такси. Он поднимает взгляд на вывеску клубного заведения "Paradise". Громко сказано...кажется здесь омега точно почувствует себя в раю, нежели день за днём жить словно в аду. Толпа счастливых и расслабленных людей, стоявших на улице бросается в глаза Мину. Неужели он тоже испытает спокойствие сейчас?       Он проходит внутрь, смотря на танцующих людей, словно находившихся в своём собственном мире где были лишь только они и музыка, заставляющая их тела неосознанно двигаться на танцполе, пока алкоголь разгорячил и избавил от стыда. Запах сигарет, алкоголя сразу забивается в нос, заставляя омегу брезгливо прикрыть глаза, слегка сморщив нос и скривиться, заставляя себя постепенно привыкнуть к ним.       Юнги подходит к барной стойке и садится, прикусывая нижнюю губу. Это был один из тех клубов, где он мог позволить себе напиться. Мин мельком смотрит на бармена и заказывает обычный виски. Видя кивок в ответ, омега упирается локтями о стол и со вздохом зачёсывает локоны волос назад. Как только стакан со спиртным ставят прямо перед ним, он быстро хватает его, выпив сразу всё до дна и чувствуя как алкоголь разливается по телу, расслабляя, начинает слабо улыбаться.       Лёгкий шорох рядом заставляет его нахмуриться и посмотреть в сторону источника звука. Молодой альфа, сидящий за другим барным стулом, и кажется даже моложе Юнги, смотрит с заинтересованностью и увлечением в глазах, удивляющим омегу. Тот не смотрел как все альфы, с похотью в глазах от которой его тошнило. Мин лишь фыркает и вновь смотрит в сторону бармена, понимая что если закажет ещё один стакан, останется без денег, но было плевать.       Как только стакан спиртного подаётся в сторону Мина, он сразу же выпивает его, чувствуя долгожданное расслабление и покой в алкоголе когда тот разливается волной удовлетворения по всему телу. Пьяная и счастливая улыбка появляется на лице Юнги, зная что сейчас он далеко от всех проблем и всё напряжение, боль и обида отошли на второй план, заменяясь спокойствием и радостью. То чувство, которого так давно не хватало омеге.              — Такой красивый омега и пьёт так много? — наконец подаёт голос альфа, заставляя Юнги повернуться в его сторону и нахмуриться больше. Тот лишь с ухмылкой наблюдает за Мином, ожидая что ответит омега.       — Тебя это волновать не должно — резко отрезает Юнги, не желая продолжать с ним разговор, чувствуя как раздражение по всему телу разливается и допивая виски со стакана, оценивает мужчину напротив, нахмурив брови.       Волосы оттенка грязного блонда элегантно и аккуратно уложены на бок, слегка падая на лоб. Светлые, пухлые губы были искривлены в усмешке, заставляющей Мина покрыться мурашками, а тёмные серые глаза, блики которых блестели азартом и интересом, пленили. Тёмный смокинг идеально сидел на мужчине, подчёркивая его талию и мышцы. Чёрная серёжка в ухе соблазнительно блестела при свете светодиодов.       Усилившийся запах тёмного шоколада заставляет Мина заметно напрячься и он слегка приподнимает вопросительно бровь, смотря прямо на альфу. Тот был безумно привлекательным и прямо во вкусе омеги, словно сошёл с небес и прожигал его этими ангельскими глазами, но сейчас было совершенно не до альф. Хотелось расслабиться и забыться в море алкоголя наедине в собственном одиночестве.       — Все последующие напитки которые он закажет — за мой счёт — подаёт голос альфа, смотря на бармена и кивая тому. Он переводит взгляд на омегу и с усмешкой наблюдает когда тот нахмурился и с подозрением покосился на него, выглядя при этом безумно мило по мнению альфы. Хотелось успокоить, прижать к себе и показать ему что ничего не угрожает. Природные инстинкты просто вопили " защити".       Юнги с прищуром и недоверием осматривает альфу с ног до головы, словно пытается прочитать его. Омеге не понятен ход его мыслей, многие альфы пытались заполучить его внимание, но он всегда отвергал эти попытки. Было вовсе не до отношений, но этот взгляд...не такой же похотливый, каков был у других. Тот был мягкий и такой...успокаивающий словно, но Мин лишь фыркнул и отвернулся, отпивая напиток.       Он не видел причин доверять этому альфе, наоборот лишь были причины подозревать его и догадываться чего тот хочет. Мин не был любителем отношений на одну ночь, ведь с детства мечтал о здоровых, где его будут любить, но со временем желания и мечты отошли на второй план, окуная омегу во взрослую жизнь, игравшую в его голове совершенно не так как он представлял себе.       Его давно перестали интересовать альфы, те думали лишь об одном по мнению омеги. Мин чуть наклоняет голову и слегка улыбается когда альфа слегка морщится от выпитого алкоголя, красивый и милый...интересно. Юнги выходит из собственных мыслей когда вновь замечает пристальный взгляд незнакомца на себе и возвращает маску серьёзности на лицо, стараясь не выдавать истинных эмоций.                    — Зачем? — наконец находит в себе силы спросить Юнги, пристально смотря на улыбающегося незнакомца, мягкий и нежный взгляд которого заставляет на миг успокоиться и расслабиться.       — Не хочу чтобы ты пропивал свои последние деньги здесь — отвечает с мягкой улыбкой мужчина, усмехнувшись, промелькнувшей искре заинтересованности в глазах омеги что он на миг заметил — будет печально, а как я вижу у тебя всё плохо. Мне жаль тебя, если это действительно так.       Слова, вызывающие ненависть сразу же у Мина. Омега всегда ненавидел жалость других людей по отношению к себе, не привык открываться и жаловаться, ведь всегда справлялся и переживал все проблемы самостоятельно. Никогда нельзя ни на кого надеяться — лишь на себя. Юнги всегда придерживался этому правилу с самого детства ведь был в одиночестве, ему не хотелось обременять людей своими проблемами когда у тех их по горло.       Он вздыхает и зачёсывает волосы назад, смотря на альфу уже более отстранённо, холодно и с ноткой злобы. Ему не нужна была ничья жалость и помощь. Юнги чувствовал себя беспомощным и ничтожным каждый раз как только ощущал сожаление или же жалость по отношению к себе. Мин понимал что люди лишь хотят помочь, но это только больше выводило из себя.              — Засуньте свою жалость...— бубнит под нос, а громче говорит, — Не стоит, всё в порядке. Не ваши проблемы же, — чуть прикрывая глаза и вспоминая все самые дерьмовые моменты в жизни которые идут поочерёдно, словно отрывки фильма.              — Я лишь надеюсь что у вас всё наладится, не хочется видеть вас таким отчаявшимся — кивает незнакомец и мягко улыбается, с такой искренностью и душевностью, что внутри Юнги словно лёгкий трепет ощущает от доброты этого альфы. Мужчина лишь продолжает одаривать омегу мягким взглядом.       Мин не замечает как слабая улыбка вновь расплывается на его лице, но на этот раз он уже не пытается её скрыть. Омега с интересом смотрит на альфу и чувствует нарастающее спокойствие и счастье что его пытаются утешить, поддержать, успокоить, даже не зная всей ситуации. От этого мужчины хочется слышать слова поддержки, утешения. Юнги находит спокойствие в его словах.       — Как я могу к вам обращаться? — с лёгкой и расслабленной от алкоголя улыбкой спрашивает омега, слегка наклонив голову в бок и улыбается ещё больше, видя ответную заинтересованность и лёгкость. Никогда прежде Мин не проявлял интереса в разговоре с альфами, но этот мужчина...был совершенно другим.       — Пак Чимин, можно и на ты. Не думаю что у нас большая разница в возрасте — усмехается альфа и кивает, слыша тихий смешок со стороны Мина — могу я узнать и твоё имя? — спрашивает в ответ Чимин с улыбкой.       — Мин Юнги...просто Юнги. Я тоже думаю что у нас небольшая разница в возрасте, ты выглядишь очень красиво, не думаю что ты сильно старше меня, — хмыкает омега, смотря на Пака и отвечая на его улыбку собственной.        — Благодарю за комплемент. Ты тоже не дурен собою. — тихо посмеивается, увидев как изменился омега в лице. — Ну не дуйся, на самом деле я считаю что ты очень красивый. У тебя необычная и притягательная внешность, не смотря на уставший сейчас вид. Может, — делает паузу, —...расскажешь с чего решил напиться? Обещаю выслушать и не лезть с нравоучениями.       Юнги опускает голову, тяжело вздыхая и зачесывая волосы назад, чувствуя внутри неприятное ощущение и дрожание в теле от всех событий, вновь проигранных в голове, заставляющих скривиться от боли внутри.       — Не думаю, что это стоит твоего внимания — холодно отвечает Юнги, стараясь отвязаться от навязчивого Пака и уйти от вопроса, не видя никакого смысла и не имея желания делиться той колкой болью в сердце, которую он решает залить в море алкоголя и забыться полностью.       Чимин двигает новый стакан с алкоголем ближе к омеге и разворачивается к нему всем корпусом, смотря с пониманием и сочувствием на него, будто чувствует что у того на душе без лишних слов. Юнги слегка расслабляется и желание открыться и маленькое чувство доверия постепенно расплывается в груди, но омега из принципа немедленно старается игнорировать его, решая для начала изучить собеседника.       — Не думай сейчас, просто расскажи, просто отпусти то, что тебя беспокоит.       — Отец выгнал с дома, мне пока негде жить, решил пропить заработанные деньги здесь, терять мне больше нечего — с какой-то пустотой, отчаянием и отрешенностью в голосе отвечает Мин, одаривая Пака горькой улыбкой. Омега сжимает стакан со спиртным в руках сильнее и выпивает содержимое разом, чувствуя как алкоголь по венам течёт и расслабляет, дарит спокойствие лишь на миг, заставляя уйти из реальности.       Лицо мужчины в миг меняется, Чимин нахмурившись, непрерывно смотрит на Юнги пустым и задумчивым взглядом, словно пытаясь придумать выход из данной ситуации и способ помочь омеге. Пак видит насколько пьян и не в совсем вменяем сейчас Мин, и понимает что тот особо не сможет добраться до своего дома самостоятельно, да и куда-либо, обязательно нарвётся на неприятности.       Спустя пару минут, Пак опирается локтем своей руки о столешницу барной стойки, придерживая подбородок одной рукой и кладя другую руку на плечо Юнги, одаривая его настолько уверенным и понимающим взглядом, что это даже на миг удивило омегу, немного отрезвляя. Раньше его бы взбесили такие сочувствующие и понимающие взгляды, но с этим альфой они были словно...не те как другие.       — Как я понимаю, домой сейчас ты не сможешь вернуться? — спрашивает Чимин, слегка кивая самому себе головой и ощущая внутри странное желание утешить этого омегу, помочь ему, сделать всё возможное для него чтобы облегчить его жизнь в данной ситуации. Знает насколько Юнги сейчас тяжело.       — Конечно...нет, он меня сразу же выгонит — невнятно отвечает Мин, чувствуя подступающую икоту от выпитого и стараясь не поддаваться желанию закрыть глаза и уснуть прямо здесь. Омега знатно вымотался и хотелось просто прийти домой, упасть на кровать и провалиться в сон, не задумываясь о всех проблемах.       — Давай я оплачу тебе мотель на одну ночь? Довезу тебя туда, отоспишься и поедешь уже на утро. Не хочу чтобы ты спал где попало хотя бы сегодня — спрашивает Чимин, с беспокойством глядя на омегу и придерживая его рукой за плечо чтобы тот не упал.       — Какая тебе разница где я буду ночевать? Мы никто друг другу по сути, незнакомцы — фыркает Юнги, одаривая Пака недоверчивым взглядом, словно подозревая его в чем-то и прищуриваясь, пытаясь что-то узнать.       — Будет довольно некрасиво с моей стороны оставлять тебя одного непонятно где в таком состоянии. Мне станет легче на душе если я буду знать что ты в безопасности — честно отвечает Чимин, не скрывая своих намерений и переводя взгляд на удивлённое лицо напротив, кажется он застал омегу слегка врасплох.       — Это подозрительно слышать от незнакомого альфы что ему не плевать где я буду ночевать и что станет с моей никчёмной жизнью — хмыкает Мин, мгновенно меняясь в лице, на котором читалось полное недоверие — какие мне основания тебе доверять? — с неким вызовом в глазах спрашивает омега.       — Я делаю всё из добрых побуждений, на слово поверить сложно, поэтому я могу дать тебе свой номер телефона, позвони как доберёшься — мягко улыбнулся Чимин, доставая маленький листочек и записывая порядок цифр, превращающийся в полноценный номер телефона. Пак перечитал, и кивнув самому себе, передал листочек слегка качающемуся Мину.       Юнги хватает бумажку и смотрит на нее несколько минут пустым взглядом, пытаясь вглядеться в набор цифр, стараясь игнорировать тот факт что перед глазами всё расплывается. Омега достаёт собственный телефон и не торопясь записывает цифру за цифрой, понимая сам что реакция у него заторможенная. Убедившись в достоверности, он кивает и встаёт с барного стула, смотря на Пака.       — Спасибо тебе большое — шёпотом проговаривает Мин, чувствуя как слабая, пьяная улыбка расплывается на лице, а внутри что-то трепещет от вида ответной улыбки альфы которая заставляет поверить что он будет в безопасности.       — Без проблем, такси я уже заказал, скоро приедет — усмехается Пак, вставая следом со стула и придерживая покачивающееся тело Юнги, неспешно продвигаясь к выходу — я тебя провожу — кивает альфа, чувствуя как внутри становится легче как только они выходят из шумного помещения.       Мин облокачивается на Чимина и укладывает голову на плечо альфы. Омега слегка расслабляется и прикрывает глаза, прислушиваясь к посторонним звукам, к голосам людей и музыке. Он чувствует как запах Пака его расслабляет, успокаивает и словно убаюкивает, но он держится из последних сил, не давая себе права уснуть, ему нужно дождаться такси и убедиться что Чимин не пиздабол и держит своё слово.       — Да.... Чонгук... Чон Чонгук. — доносится глубокий, бархатный голос со стороны стойки администратора. Юнги напрягается, заметно нахмуривает брови в нндоумении, пытаясь собраться с мыслями, кто-то интересуется его другом. Это может быть серьёзно. Он оборачивается, пытаясь разглядеть человека стоящего у стойки, а точнее двух. Но без успешно.       Может ему показалось?       Да нет же. Он ясно слышал, не на столько пьян.       — Эм... Чимин, мне кажется нужно в уборную. У нас же есть немного время? — Юнги пошатываясь делает шаги в сторону коридора ведущего к нужным помещениям. Он очень надеется, что альфа не решит помочь ему добраться до туалета.       — Тебе не нужна помощь? — с беспокойством в голосе, спрашивает Пак. Но Юнги красноречиво закатывает глаза и сразу становиться понятно, что Чимин сморозил глупость и мысленно ударяет себя по лбу, чувствуя как начинает самому себе лекцию насколько же это было глупо. Ну не пойдёт же он в омежий туалет в самом то деле! — Ясно, понял. Я жду на улице.       Юнги кивает и сворачивает в коридор, тут же прижимаясь спиной к стене. Здесь музыка не настолько громкая и разговор слышно достаточно. Двое альф настойчиво разыскивают Гуки. Но администратор упёртый, отказывается разглашать личную информацию сотрудников.              — ... его смена здесь в выходные, большего я вам сказать не могу. — Мужчины разворачиваются и уходят. Сразу на выход. То есть они пришли с одной конкретной целью, найти Чона. В груди начинает неприятно шевелиться червячёк страха. Какого хрена происходит? Нужно как можно скорее добраться до мотеля и написать Чону. Пусть знает и будет осторожнее. Юнги не хочет больше видеть его заплаканное, распухшее личико. Не хочет видеть страх и неуверенность в его глазах.       Он выходит следом за этими посетителями, всё ещё стараясь рассмотреть хоть что-то, запомнить. Но всё бестолку. Голос, только голос. Такой редкий, низкий тембр. Достаточно запоминающийся, кажется омега смог увидеть слегка карамельного цвета глаза, глубокие такие...красивые, но было не до этого и словно бесполезно. Алкоголь не даёт увидеть странных мужчин полностью и чётко.       — Юнги! — Пак подходит, как только омега появляется из дверей заведения. Обеспокоенный и напряжённый вид альфе не нравится. Видимо парня ни как не отпускает ситуация с отцом. Оно и понятно. Так быстро с этим не справиться. Сейчас ему нужно хорошенько проспаться, а уже потом, на трезвую голову решать что делать дальше.       Юнги крутит головой продолжая свои наблюдения, дым от сигарет и запах никотина заставляет омегу сморщиться, те самые сигареты которые курит его отец. От этих воспоминаний начинает воротить, но его успокаивает лишь то что он выбрался из этого ада под названием "дом". Мин не замечает как начинает утыкаться лицом в плечо альфы, пытаясь заглушить этот тошнотворный запах чем-то более приятным и успокаивающим, как запах Пака.       Мин оборачивается назад, помня что недавно этот голос раздавался оттуда, и снова видит двух мужчин, при виде которых становится не по себе. Те выглядят роскошно, богато, устрашающе, и таких знакомых он не помнит ни у себя, ни у Чонгука. В другой ситуации, он бы не побоялся подойти и спросить прямо в лоб какого хрена им нужно от его друга. Но сейчас тело совершенно не слушается от выпитого алкоголя. Ноги словно ватные, да и в голове расползается каша, язык с трудом ворочается. Нет. Сейчас это не вариант.       В этот момент подъезжает автомобиль оранжевого цвета, по видимому такси, но омега уже не отличает и для него не столь важно это сейчас, ведь мелкая тошнота подкрадывается к горлу...чёртов алкоголь! Чимин усмехается, смотря на прищурившегося омегу, и поднимает удивлённого Юнги на руки, открыв дверь машины, альфа усаживает Мина на заднее сиденье.       Омега ругается про себя, ведь времени запомнить этих альф больше не будет, всё что у него — голос одного из тех альф и лишь немного очертания их лиц, которые скорее всего будут расплывчатыми и нечёткими отрывками в памяти Юнги. Главное сообщить Чонгуку, предупредить и самое главное, если будет необходимо, защитить.       — Будь аккуратнее по пути, Юнги — хмыкает Чимин и слегка взъерошивает волосы задумавшегося о чём-то омеги, который кивает и бурчит себе под нос. Альфа закрывает дверь, оставляя Мина наедине со своими мыслями, пока такси трогается с места и направляется по указанному маршруту.       Юнги чувствует как беспокойство окутывает его с ног до головы, а что если с Чонгуком уже что-то случилось и он опоздал? Мин не был паникёром, но за своих друзей всегда был горой и волновался за них больше, чем за себя. Он пытается на загрызть и не утопить себя в плохих мыслях, более пытаясь убедить себя в том, что омега в порядке и сейчас спокойно видит седьмые сны в тёплой кровати.       С этими мыслями, омега чувствует как алкоголь продолжает своё дело, расслабляя мышцы его тела, вызывая желание немного прилечь уснуть но он держится, стараясь и прося себя не заснуть пока он не доберётся до отеля. Такси останавливается, и омега с трудом покидает машину, пошатываясь, заходит в мотель, называя нужный номер как ему написал Чимин и взяв ключи от номера в руки.       Он тяжело и медленно поднимается на второй этаж, держась за перила, открывает замок своего номера и заходит в него, подмечая что выглядит тот прилично. Снимает верхнюю одежду с себя, принимая решение принять душ лишь на утро, ведь сил уже не осталось. Юнги оставляет на себе лишь футболку, подходит к кровати и падает на неё с удовольствием накрывая себя одеялом, чувствуя как усталость берёт своё.       Бесконечный поток мыслей о Чонгуке, плавно покидает его голову, уступая место покою и умиротворению. Наконец-то, это именно то, чего он добивался сегодня.