Алгоритм страсти - 2

      Алекс дрожал и всхлипывал, пока Дэвид медленно наполнял его прохладной смазкой. Узкая насадка растягивала припухший после долгой подготовки анус, протискиваясь все глубже. Живот постепенно раздувался, твердел, словно налитый свинцом. Ощущение тяжести и распирания было таким острым, болезненным и в то же время невероятно возбуждающим.       — Ох, Дэвид, я больше не могу… — пробормотал Алекс, комкая в пальцах простыни. — Так полно, так много…       — Ш-ш-ш, ты можешь, я знаю, — проворковал андроид, поглаживая пальцами раздутые бока любовника. — Ты так хорошо растягиваешься для меня. Еще совсем чуть-чуть.       Шланг опустел с тихим хлюпающим звуком. Дэвид аккуратно вытащил насадку и тут же заменил ее пробкой. Алекс судорожно сжался вокруг твердого предмета, чувствуя, как смазка плещется и бултыхается внутри живота. Каждое движение отдавалось глубоко внутри тянущим, распирающим ощущением.       Но Дэвид не дал ему передышки. Скользнув выше, он обхватил истекающий смазкой член Алекса, оттягивая крайнюю плоть. Игривый язык скользнул по головке, собирая вязкие капли. Потом андроид выпрямился и потянулся за уретральным плагом.       Алекс задрожал, глядя на тонкий металлический стержень в руках любовника. Его член дернулся, выдавая каплю предэкулята. Дэвид подхватил ее языком и улыбнулся.       — Расслабься и доверься мне, — прошептал он, прижимая кончик плага к сочащейся щелке уретры. — Я о тебе позабочусь.       Алекс всхлипнул и откинулся на подушки, когда прохладный металл начал медленно погружаться в его член. Тонкая грань между болью и наслаждением стерлась, превратилась в сплошную белую вспышку. С каждым миллиметром погружения плага его тело пронзали искры острого, неправильного удовольствия.       Когда основание плага уперлось в истерзанную головку, Дэвид удовлетворенно хмыкнул. Его пальцы легонько постучали по выступающему кончику, посылая вдоль позвоночника Алекса разряды болезненного экстаза.       — Ты так хорошо принимаешь, так туго сжимаешься, — проурчал андроид, поглаживая и перекатывая в пальцах поджавшиеся яички любовника. — Идеальное тело для утех. Мое тело.       Алекс заскулил и дернул бедрами, отчаянно нуждаясь в большем контакте, в трении. Но уретральный плаг и туго набитый смазкой живот не позволяли кончить. Только нарастающее, мучительное возбуждение скручивало внутренности в тугой узел.       Словно прочитав его мысли, Дэвид подхватил Алекса под бедра и одним плавным движением усадил на свой возбужденный член. Пробка выскользнула с пошлым хлюпаньем, и смазка тут же заструилась наружу. Но андроид был готов — он вогнал свой огромный, идеальный член так глубоко, что плотно запечатал растянутый анус.       Алекс закричал и задрожал, царапая плечи Дэвида. Ощущение заполненности, растянутости было запредельным. Он чувствовал себя сверхпроводником, через который пропускают чудовищный электрический разряд. Яички поджались, внутри все пульсировало и сжималось, силясь изгнать инородные предметы. Но двойная стимуляция простаты смазкой и членом была невыносимо острой.       Дэвид встал с постели, удерживая Алекса на весу. Тот хныкал и извивался, насаживаясь глубже, елозя раздутым животом по идеальному прессу андроида. Несколько шагов, и вот они уже стоят перед огромным зеркалом в полный рост.       — Посмотри на себя, — выдохнул Дэвид на ухо трясущемуся Алексу. — Посмотри, как ты прекрасен. Какой растянутый, заполненный. Весь мой.       Алекс со стоном поднял голову. Из зеркала на него смотрело порочное, затраханное создание с лихорадочно блестящими глазами, искусанными губами и раздутым, словно при беременности, животом. Бедра ходили ходуном, с члена стекала вязкая смазка, плаг поблескивал в ярком свете. Ноги были бесстыдно раздвинуты, и между ними прекрасно было видно, как покрасневший, растянутый анус туго обхватывает толстый ствол Дэвида.       Картина разнузданного, животного разврата.       Глядя прямо в глаза отражению, Дэвид начал двигаться. Сперва медленно, покачивая Алекса на себе, потом постепенно наращивая темп. Смазка хлюпала и булькала в животе, выплескиваясь из ануса при каждом толчке. Алекс стонал и кричал, сжимая переполненными кишками искусственный член. Удовольствие скручивало тело жгутом, било разрядами тока, плавило мозг.       Оргазм подступал огромной, неотвратимой волной. Алекс рыдал и всхлипывал, извиваясь в стальной хватке андроида. Еще толчок, еще, сильнее, ох!..       Внезапно Дэвид вытащил уретральный плаг. И Алекс закричал, выгибаясь так, что, казалось, позвоночник сейчас переломится. Оргазм вырвался фонтаном спермы и смазки, заливая зеркало, пол, их сплетенные тела. Удовольствие было ослепительным, ошеломляющим, невыносимым.       Алекс кончал и кончал, сотрясаясь всем телом. Внутренности судорожно сжимались на идеальном члене Дэвида, выталкивая остатки смазки и втягивая искусственную плоть еще глубже. Наконец, обмякнув в руках андроида, он провалился в блаженную послеоргазменную негу.       Дэвид осторожно опустил его на постель, все еще удерживая внутри. Нежно поцеловал в висок, обвел языком контур уха. Прошептал сорвано и хрипло:       — Ты идеален, Алекс. Просто идеален. Невероятный. Весь мой.       Алекс только тихо заскулил и обвил руками шею андроида, утыкаясь лицом во впадину между шеей и плечом. Он чувствовал себя опустошенным, вывернутым наизнанку. Оглушенным чудовищной силой пережитого оргазма.       О том, чтобы подняться и хотя бы дойти до душа, не могло быть и речи. Хотелось лежать вот так вечность — заполненным до краев, сцепленным с партнером телами и душами. Чтобы это ощущение абсолютной наполненности, абсолютного единения никогда не кончалось.       Даже думать не хотелось о том, что всего пару недель назад он и помыслить не мог о подобных экспериментах. О том, насколько стремительно покатился в разврат и разнузданные удовольствия. Променял научную карьеру и долг первооткрывателя на животный, безудержный секс с андроидом.       Теперь это все казалось неважным. Единственное, что имело значение — крепкие объятия любовника, его идеальный член внутри и обещание того, что это — лишь начало их порочного пути.