Первый снег

Первый снег в ноябре этого года сразу же перешёл в снегопад. В раннее утро — девять утра Аарон считает ранним временем — он получил двадцать сообщений от Никки: «Аарон!!! Аарон, у вас правда там первый снег??» и множество других. Остальные девятнадцать он даже не стал читать, а стикеры, отправленные Хэммиком, даже не смотрел и не считал. Откуда у него столько радости для такого обычного явления? Ещё пять следующих — от Кевина. Тот лишь приглашал его прогуляться ближе к вечеру.. Так какого чёрта он стоит на месте уже почти десять минут, а Кевина-мать-его-Дея, до сих пор нет? Он скуривает уже вторую сигарету, выдыхая в морозный воздух, в котором витают снежинки, вишнёвый дым. Кевин ненавидит эту его привычку. Аарон не слышал, как хрустел снег под чужой подошвой. Не заметил приближающегося к нему сзади, пока чьи-то руки не опустились на его талию, сжимая через куртку. Одним взглядом лишь пронзил выкинь , а Аарон уже знает, кто сзади него. Уже по касанию у-тббя-р-руки-оггромнне нн-сжмй-ттк понял. Чужое горячее дыхание опалило за ухом, после — сбоку на шее, заставляя передёрнуть плечами. После лёгкое касание обветренных губ к его холодной шее. — Я тебе гигиничку подарю, — повернувшись лицом к Кевину, приподнял голову, смотря в зелёные глаза. — А я тебе шарф, или балаклаву. С ушками, — улыбнулся. Представил, как Аарон натягивает на голову балаклаву с заячьими ушками. — Я тебе уши сейчас надеру, что у самого будут как у тушканчика, без каких-то балаклав. — Язва, — снова наклонился и оставил поцелуй на чужой холодной щеке, а казалось, запечатлил прозвище в виде поцелуя на нём. — Придурок, — Аарон запечатал прозвище тычком кулака Дею под рёбра, после — поцелуем, почти в губы. До них таки не достал. Сам не достал, но Кевин помог. Усмехнулся, а после наклонился, чтобы Аарону даже не пришлось вставать на носочки. Аарон, не медля.. укусил его за нос, предварительно резко поднявшись на носочках. Кевин шикнул от — несильной — боли: — Блять, — нахмурился, — Аарон. — Что? — На свои слова он получил взгляд, полный возмущения. Прежде чем Дей сказал что-то, Миньярд поцеловал его в приоткрытые губы. Взял правой рукой того за волосы, подстраивая, чтобы целовать было удобнее. Почувствовал, как руки Кевина сжали его бока через одежду сильнее. На улице было холодно, а снег, попадающий на все возможные оголённые участки кожи, делал ещё хуже. Было. Кевину и Аарону было тепло. Любовь греет лучше любого огня из камина, горячего шоколада, или тёплого пледа. — С первым снегом, meine Liebe. — прошептал Кевин в губы Аарона, что свои обветренные касались его — несмотря на погоду — мягких губ. — Мы точно идём покупать тебе бальзам для губ, — так же, вторя Дею, прошептал в самые губы. Ответом ему послужил лишь смех, а после он снова почувствовал тепло чужих губ на своих.