Друзья

— Мой мальчик, — хрипло шепчет Аркаша, прислоняя его спиной к стене. Ладони крепко сжимают мариновы бёдра, держа его в воздухе, подхватывают, ногти впиваются в кожу, а член с отчётливыми хлюпами входит всё чаще и глубже. — А вы точно друзья? — интересуется Полина, а затем делает маленький глоток крепкого вина из бокала. — Да. — Абсолютные, вообще, — отпив виски, поддакивает Марину Аркаша, даже не обращая внимания, что нагло солгал прямо в лицо. — Ах!.. — тихо стонет ему на ухо Марин, вцепившись пальцами в уже исцарапанные плечи, затылок. — Боже, да… — Котёнок мой послушный, — хрипит Аркаша, пробуждая бабочек внизу живота. Марин выгибается в его руках, застывает с открытым в немом стоне ртом, надломленными бровями и вцепившимися в аркашину спину ногтями. — Что-то вы не похожи на друзей, — щебечет она, подперев ладонью щёку. — Да? Почему это? — незаинтересованно спрашивает Марин, хотя любопытство внутри так и пляшет. — Как же ты выводил меня весь день… — шипит он Марину в шею, входя быстро и грубо, заставляет его громко дышать и пытаться не спалиться, ведь от компании друзей, с которыми они сегодня отдыхают, их отделяет одна дверь. — Да… ещё… — умоляет Марин, пока всё тело дрожит от удовольствия. — Сучка. — Ну, вы часто смотрите друг на друга, как друзья не смотрят…       Марин приоткрывает глаза, сталкивается с аркашиными — и по телу ток. Резко вжимается своими в любимые губы, скрещивает ноги за его спиной и неразборчиво мычит от удовольствия. — Уединяетесь часто, уходите вместе с тусовок всегда… — Грязный мальчик, нравится тебе экстрим, да? — Да-а… — Марин стонет в губы напротив, наслаждаясь родным низким тембром, проникающим под кожу. — Мой мальчик… — Да и я знаю, что у Марина девушки нет, а засосы на шее есть, — играется она. А Марин косо поглядывает на Аркашу и, прикрыв ладонью часть лица, стремительно краснеет, вспоминая, как только что Аркаша очень качественно обрабатывал его за дверью. — Шлюшка, — поддевает его Аркаша, вслушиваясь в нескончаемые пошлые хлюпы и хриплые вздохи.       Марин всхлипывает, слыша его слова, от которых так невыносимо хорошо. И Аркаша прекрасно это знает, а потому пользуется, доводя своего мальчишку до полусознательного состояния.       В глазах Марина отчётливо читается: «И что нам теперь, блять, делать?», и Аркаша также взглядом отвечает: «Хуй его знает». — Так что, мальчики? — Твоя… — Да, моя маленькая шлюшка. — Слушай, Полин, а ты в кого такая догадливая? — невзначай интересуется Аркаша, пытаясь всё-таки не выдать их «небольшого» секрета. — Ага, у меня тот же вопрос… — поддакивает Марин, покачивая стакан с холодным виски. — В тебя, Аркаш. Сам же догадался, что я с Максом мучу, — отвечает она с проворной ухмылкой, когда Марин давится своим виски. — Чего?! — восклицает он.       Аркаша, сдерживая смех, поджимает губы, вспоминая, в каком же шоке тогда была Полина. Марин пихает его в плечо кулаком, обижаясь, что, мол, его, блин, собственный парень и такого не рассказал, а Аркаша в ответ мимолётно скользит по нему взглядом, приценивая, что может сделать, чтобы успокоить любимого. И всё, что Марин может выдавить из себя, когда Аркаша наваливается на него и целует, не позволяя улизнуть, это только скомканные ругательства и явно плохие выражения в аркашину сторону.       Марин едва сдерживает громкий стон, когда Аркаша слишком часто проезжается головкой по простате, словно испытывая своего парня на выдержку. — Грязный… — Так и знала! — восклицает Полина, хлопая в ладоши. Такая довольная и счастливая, словно выиграла в лотерею очень-очень много денег. И Аркаша прекрасно понимает её радость.       Аркаша наседает, целует так, что все возмущения тонут в сладком стоне и румянце на лице. Марин сдаётся, снова тая в его руках. Они трутся бёдрами друг о друга, быстро возбуждаются, и теперь очень горячо целуются, мажут губами, двигаются в такт, теряя головы. И плевать, что в любой момент к ним может подойти один из друзей. Сейчас существует только Марин со своим невозможно приятным запахом и Аркаша со своими невозможно сильными руками, сжимающими горячее тело под собой. — Ос-становись, — умоляет Марин, чувствуя, как со скоростью геометрической прогрессии появляется проблемка в штанах. — Ни за что… — тянет Аркаша, залезая рукой туда, куда не надо. И Марин теряется в его жадных прикосновениях, постепенно теряя трезвость…