В западне

      Крис и сам не знал, какого черта его понесло в этот злачный переулок. Может, захотелось острых ощущений. Может, просто свернул не туда спьяну. Так или иначе, он оказался в гиблом месте, пропахшем мочой и перегаром. И как назло, умудрился застрять в узком проломе между домами, зацепившись курткой за торчащий гвоздь.       — Да ебаный ж ты в рот! — сдавленно ругнулся Крис, дергаясь в безуспешных попытках освободиться.       Куртка треснула на спине и разошлась, но толку было чуть. Крис так и остался стоять, неловко согнувшись в три погибели и уткнувшись лбом в шершавую стену. Зад в узких джинсах выпирал наружу, словно спелый персик. Руки были плотно прижаты к бокам обломками кирпичей.       Вывернув шею, Крис покосился назад через плечо. Выругался снова, от души впечатавшись лбом в стену. Ситуация была хуже некуда. Он застрял в ебучей дыре посреди гребаного гетто, и хуй знает, сколько времени пройдет, прежде чем кто-нибудь наткнется на него. А учитывая контингент местных обитателей…       Словно в ответ на его мысли, из-за поворота донеслись грубые голоса и смех. Крис похолодел, инстинктивно втягивая голову в плечи. Блядь, только бы прошли мимо! Только бы не заметили торчащую из стены жопу придурка, который не в то время и не в том месте решил поиграть в Винни-Пуха!       Увы, удача в этот вечер решительно отвернулась от Криса. Голоса приблизились, обрели четкость. Двое парней, судя по всему — подвыпивших и весьма довольных жизнью. Гоготали, травили какие-то сальные анекдоты, звенели бутылками. В нос шибанул густой запах перегара и травки.       — Ебать-копать, чувак, ты видал? — вдруг заржал один из парней. — Чья-то жопа из стены! Во прикол!       Крис зажмурился и сжался, когда на задницу опустилась тяжелая ладонь. Смачно стиснула, разминая через джинсовую ткань. Другая рука бесцеремонно прошлась по бедрам и ногам, ощупывая, исследуя неожиданную находку.       — Это че, реально чувак там? — глуповато протянул второй голос. — Бля, застрял, что ли?       — Походу да, — хохотнул первый, с силой шлепая Криса по ягодице. — Эй, мужик, ты там живой ваще? Те помочь?       Крис судорожно замотал головой, пытаясь отодвинуться от шарящих по заднице рук. Но в узком проломе особо не повертишься. Сдавленно пискнув, он уперся лбом в стену и замер, тяжело дыша через нос. Загривок заливала холодная испарина.       — О, скромняга! — заржал первый, продолжая лапать и тискать. — Ниче-ниче, ща дядя Болт тебе поможет… расслабиться.       На последнем слове он с силой дернул джинсы Криса вниз. Ткань жалобно затрещала, но выдержала. Болт недовольно цыкнул и дернул снова. На этот раз грубее, резче — и крепления позорно сдались. Джинсы поползли по бедрам, собираясь гармошкой у щиколоток.       — Ебушки-воробушки! — присвистнул второй парень. — Чува-а-ак, ты глянь, че у него под штанами!       Крис похолодел, чувствуя, как в желудок проваливается комок льда. Блядь. Бля-я-я-ядь! Как же он мог забыть?! Ведь собирался сегодня в клуб — вот и нацепил любимые шмотки. Крошечные красные стринги, соблазнительно обтягивающие упругие полушария. И мощный анальный плаг с собачьим хвостом, игриво выглядывающий из-под кружевной ткани.       — Ни хуя себе прикид! — восторженно выдохнул Болт. — Это че, типа костюм? Ролевые игры-хуигры?       Он смачно шлепнул Криса по заднице, отчего искусственный хвост задорно заколыхался. Погладил, сжал до синяков податливую плоть. Подцепил пальцем кружевную полоску трусиков, игриво щелкнул резинкой.       — Не, бля, это походу местный пассив! — радостно загоготал второй. — Приперся в наши ебеня на потрахушки. Только затычку вытащить забыл, лошара!       Крис задергался и захрипел, когда мощная длань сгребла его за шкирку. Вжала лицом в шершавую стену, до крови царапая щеку. Вторая рука пропихнулась под животом, грубо стискивая пах сквозь тонкую ткань белья.       — Слышь, Гвоздь! — надсадно прохрипел Болт. — А че эт мы, как лохи, стоим? Раз пидрила сам напрашивается — грех не вставить!       — Дак а чо, вставляй! — одобрительно загоготал Гвоздь. — Разомнем пацанчику очко, чтоб не скучал.       С этими словами он сгреб в кулак искусственный хвост и с силой дернул на себя. Плаг выскочил из растянутого ануса с пошлым хлюпающим звуком. Крис сдавленно вскрикнул и задергался, судорожно сжимая ягодицы. Но тщетно — сильные пальцы уже орудовали между раздвинутых половинок, грубо растирали припухлые края дырки.       — Бля, какой же он разъебанный! — восхищенно присвистнул Болт. — Походу, регулярно на хуй садится, пидрила. Глянь, как течет!       Он плюнул себе на ладонь и размазал вязкую слюну по покрасневшему, подрагивающему анусу. Протолкнул внутрь сразу два пальца, грубо растягивая стенки. Крис сдавленно захрипел и уткнулся лбом в стену. В висках стучало, желудок выделывал кульбиты. Сердце бешено колотилось где-то в горле.       Вдруг пальцы исчезли — лишь для того, чтобы тут же быть замененными чем-то большим и горячим. Крис взвизгнул, когда крупная скользкая головка протиснулась внутрь, распирая тугие мышцы. Он забился было, пытаясь уйти от проникновения, но хватка на бедрах только усилилась.       — Стоять, бля! — рявкнул Болт, вколачиваясь сразу на половину длины. — Раз напросился — терпи, сучка! Ща мы тебя как следует отожмем.       Он поддал бедрами, загоняя член до упора. Из груди Криса вырвался сдавленный всхлип. Распирающее ощущение было таким острым, балансирующим на грани боли и невыносимого, искристого кайфа. Стенки прохода судорожно стиснули чужую плоть, сжали почти до искр из глаз.       — Ебать, какой тугой! — просипел Болт, принимаясь двигаться. — Прям резиновый, зараза. Так и сцепляет, так и доит!       Шлепки мошонкой о ягодицы сливались в сплошной непристойный ритм. Болт вбивался размашисто, хлёстко, с влажными хлюпающими звуками выходя почти полностью — лишь для того, чтобы тут же загнать обратно, по самые яйца. Крис скулил и подмахивал, ерзая щекой по шершавой стене. От каждого особенно меткого толчка по позвоночнику прокатывалась обжигающе-сладкая судорога.       В какой-то момент Болт чуть отстранился, давая пространство для маневра. Гвоздь пристроился сбоку, под углом, деловито приставляя собственную дубину к растянутой, хлюпающей дырке. Сплюнул на ствол, растер большим пальцем вязкую слюну по всей длине. И одним гладким движением вогнал, протискиваясь рядом с членом Болта в растянутый проход.       Крис заорал и забился, суча ногами. Тело будто разрывалось изнутри, не в силах принять два громадных хера разом. Пот заливал глаза, зубы скрежетали, впиваясь в собственные губы. Пальцы царапали стену в безуспешных попытках за что-нибудь ухватиться.       — Бля, чува-а-ак! — ошалело выдохнул Болт. — Охуеть, как же туго! Я его, бля, собственными яйцами чувствую!       — Ниче, ща растянется, — прохрипел Гвоздь, проталкиваясь глубже. — Судя по виду, этой шлюхе не впервой два хуя принимать.       Вогнав свой агрегат до упора, он стиснул ягодицы Криса мертвой хваткой и принялся долбиться — грубо, остервенело, почти жестоко. Кожа горела огнем, яйца поджимались от каждого особенно резкого толчка. Но боль лишь подстегивала, растекалась по венам сладостным жаром.       Крис обмяк и затих, принимая свою участь. Лишь глухо постанывал да вздрагивал, когда очередная фрикция прошибала особенно сильно. Тело будто плавилось, растворялось без остатка в чудовищном распирающем ощущении. Сознание уплывало, мир сузился до бешеного стука сердца и мерного хлюпанья в заднице.       Он весь был — оголенный нерв, натянутая струна, трепещущая от каждого прикосновения. Член, зажатый между животом и стеной, истекал смазкой, пачкая кружевную ткань стрингов. Ноги подгибались, грозясь вот-вот отказать. И в то же время все существо Криса пело и вибрировало, отзываясь на грубую ласку.       Ебари что-то хрипло бормотали, вколачиваясь в многострадальную дырку. Таранили в четыре руки, шлепая тяжелыми мошонками по покрасневшей коже. Тесно стиснутые стенками, их агрегаты при каждом движении проезжались друг по другу, сладко сцеплялись венчающими головки шипами. Это было больно, неправильно, совершенно невыносимо — и вместе с тем так восхитительно правильно.       Финал наступил неожиданно. В какой-то момент тело Криса забилось и затрепетало, скрутилось тугим жгутом. Оргазм прошил вспышкой от макушки до пяток, выбил воздух из легких протяжным воем. Анус судорожно стиснулся на распирающих его херах, запуская цепную реакцию.       Ебари взревели в унисон, когда спазмы удовольствия прокатились по телу их жертвы. Несколько особенно жестоких, безжалостных толчков — и вот уже густые горячие потоки ударили по стенкам прохода, затапливая и распирая нежные ткани. Кончали они долго, обильно, щедро поливая нутро Криса терпкой спермой.       Обмякнув и сотрясаясь всем телом, Крис обессиленно повис в проломе. Ноги подгибались, отказываясь держать. Анус судорожно пульсировал, силясь удержать в себе семя.       Внезапно давление с боков исчезло. Еще секунду назад распиравшие задницу хуи выскользнули с хлюпающим влажным звуком. Тут же в освободившееся пространство хлынули густые белесые потеки, потекли по дрожащим бедрам. Крис сдавленно застонал от унизительного ощущения собственной использованности.       Но передышка была недолгой. Сильные руки вздернули его, вырвав из плена обломков. В следующий миг невесомость захлестнула с головой, когда два крепких тела прижали Криса с обеих сторон. Подхватили под колени, вздернули повыше, насаживая враз на два напряженных, подрагивающих хера.       Крис взвизгнул и задергался, хватая ртом воздух. Резкая смена положения вышибла весь кислород из легких. Тело будто горело и плавилось, нанизанное на два чудовищных агрегата. Гвоздь и Болт, удерживая его на весу, принялись двигаться — сперва неуклюже, но постепенно приноравливаясь друг к другу.       Это был какой-то сюрреалистический трах — лицом к лицу, в четыре руки. Хриплое дыхание в унисон, шлепки влажной кожи о кожу, влажное хлюпанье в растянутой, перегруженной заднице. Крис обнимал Болта за шею, стискивал коленями бока, подмахивал что есть сил. Анус пылал огнем, но с каждой фрикцией из груди рвались постыдные умоляющие стоны.       В какой-то момент Гвоздь с утробным рычанием вонзил зубы Крису в загривок. Прикусил до крови, терзая нежную кожу. Крис жалобно всхлипнул, чувствуя, как от смеси боли и острейшего наслаждения поджимаются яйца. Член, зажатый между их потными животами, задергался и выстрелил горячими плотными струями.       Оргазм был долгим, мучительно сладким. Несколько бесконечных минут Крис только скулил и извивался, сжимая в себе две чудовищные дубины. Пытался насадиться глубже, впустить их в самое нутро, слиться с ними воедино. Желание быть заполненным, растянутым, разъебанным в хлам застилало взор алой пеленой.       Когда все кончилось, ебари опустили его на землю и отстранились. Крис стек по стене безвольной тряпичной куклой, упершись лбом в колени. Зад полыхал, из припухшей растраханной дырки ручьем текло семя. Дышать было тяжело, двигаться — невыносимо. Хотелось сжаться в комок и провалиться в спасительное забытье.       Но у Гвоздя и Болта были другие планы. Бесцеремонно вздернув Криса на ноги, они поволокли его вглубь подворотни. Крис благоразумно решил не сопротивляться — после такой интенсивной долбежки ноги держали с трудом. Да и мысли в голове плавали вялые и неповоротливые. Может, они просто проводят его до дома? Ну там, из вежливости, все дела…       Увы, дома в планы ебарей явно не входили. Вместо этого они приволокли Криса в какой-то угрюмый неосвещенный подвал. С гиканьем втолкнули внутрь и заперли за собой тяжелую железную дверь. Крис вжался спиной в холодную стену, лихорадочно озираясь. С десяток мужиков расположились вокруг на продавленных диванах, пили пиво и гоготали над какой-то похабной шуткой.       — Эй, пацаны! — громогласно оповестил Болт, пихая Криса в центр комнаты. — Глядите, какого красавчика мы вам привели! Стоял раком в подворотне, так и ждал, пока его натянут.       Мужики заинтересованно загалдели, сползаясь со своих мест. Облепили Криса со всех сторон, лапая и тиская во все дыры. Задирали ошметки рубашки, шлепали по заднице, мяли через ткань стрингов вялый обтраханный член. Крис вертелся угрем, силясь увернуться от жадных прикосновений, но тщетно. Слишком много рук, слишком крепкая хватка.       — Ну че, давайте опробуем пидрилу? — осклабился Гвоздь, дергая Криса на себя за волосы. — Посмотрим, на сколько палок его шлюшечья жопа натягивается!       Крис взвизгнул и забился, когда его лицом вниз уронили на просевший диван. Мужики тут же обступили со всех сторон, одобрительно гогоча и улюлюкая. Зашуршала снимаемая одежда, защелкали пряжки ремней.       Первый же подошедший дернул многострадальные стринги в сторону и с ходу вогнал свой агрегат в растянутую хлюпающую задницу. Крис взвыл и зажмурился до искр в глазах. Руки шарили по спине, царапали кожу, вжимали в жесткую обивку дивана. Чьи-то пальцы грубо ухватили за челюсть, заставляя открыть рот. В глотку ткнулся горячий скользкий ствол, протискиваясь сразу до гланд.       И понеслось. Крис только скулил и мотал головой, непрестанно насаживаясь ртом и задницей на долбящие его хуи. Ебари сменяли друг друга, вколачиваясь с остервенением, будто в последний раз. Тело прошивали судороги, плавили мышцы в желе. В висках шумело, перед глазами плясали блики и круги.       Сколько это продолжалось — час, два, целую ночь? — Крис не знал. Помнил только бесконечное горячечное марево, череду оглушительных, опустошающих оргазмов и давящую тяжесть чужих тел. В какой-то момент он просто отключился — то ли от боли, то ли от непереносимого, чудовищного кайфа. И все, что было потом, воспринималось уже как в тумане.       …Очнулся Крис на том же диване, липкий и затраханный в усмерть. В заднице хлюпало от спермы, саднило растянутое горло. Все тело ныло и протестовало при малейшей попытке шевельнуться. Кое-как приподняв голову, он обвел мутным взглядом притихшую комнату.       Ебари дремали вповалку вокруг своей измочаленной жертвы. Причмокивали во сне, скалились и постанывали, видать, додрачивая в фантазиях не закончившийся марафон. Крис перевел дух и со стоном уронил голову обратно на подлокотник.       Что ж, кажется, приключение удалось. Авантюра вышла что надо — с душком, с подъебом и литрами спермы в заднице. Как он и мечтал в своих самых стыдных фантазиях.       Вот только одна проблема. Крис понятия не имел, как выбираться из этого гиблого места. Да и, честно говоря, не был уверен, что хочет.       В конце концов, разве не об этом он грезил — быть затраханным до потери пульса, опустошенным и залитым под завязку? Отдаться животной страсти без остатка, позабыв о морали, принципах и здравом смысле?       О том, чтобы повторить что-то подобное в реальной жизни, не могло быть и речи. Слишком стыдно, грязно и непотребно. Так что, может, стоит урвать кусочек запретного наслаждения, пока представилась возможность?       Крис расслабленно вздохнул и прикрыл глаза. Что ж, как бы там ни было, первый раунд его более чем устроил. Осталось набраться сил и терпеливо подождать второго. И третьего. И сколько их там еще будет у этих ненасытных ублюдков.       В конце концов, не зря же мамка учила чтить законы гостеприимства. Негоже отказывать хозяевам в удовольствии как следует отыметь припозднившегося гостя.       Тем более, если гость совсем не против. Совсем-совсем.