chupa chups or my lips?

Тэрэ всегда шёл на поводу хотелок Чжан Хао. Прыгнуть голышом в море и резвиться в воде как пятилетки? Да. Такой экспириенс они испытали пару лет назад, когда отправились в Каннын в честь удачно сданной первой летней сессии. Это было около двух лет назад, к тому моменту два потерянных студента, вчерашние школьники, довольно хорошо сблизились и часто проводили время друг с другом. Поэтому общим решением было поехать в путешествие. Устроить ночёвку? Занятие вроде и звучало безобидным, но парни до восьми утра смотрели ненавистную Кимом Эйфорию в компании соджу. Соджу горчило горло и быстро опьяняло. Кажется, они выпили за ночь около шести банок. А до этого было пиво. В общем и целом, вечер выдался насыщенным, но Чжану этого, как оказалось, не хватило, и он потащил бедного друга под руку в восемь мать его утра, уставшего студента кормить уточек в парке. Несмотря на свою всю любовь ко сну, он поплёлся за ним в полупьяном состоянии, шатаясь во все стороны кормить мать его уточек. Между тем Хао был начинающим блогером. Его канал не набрал ни тысячи подписчиков за пол года, чем был сильно расстроен. И каждый удобный случай слезливо просил Кима снять с ним очередное видео. Челленджи разной степени дурности, влоги, мокпанги. Да что только Чжан не пробовал. Казалось, тот отснял все виды форматов, что только существуют на Ютубе, но идеи в его голове лишь увеличивались с каждым днём в геометрической прогрессии. И Тэрэ понятия не имел, на какую авантюру он согласился, в очередной раз после сообщения Чжана почти в десять вечера (в режиме Тэрэ это уже была ночь, но кто его спрашивал). «Тэрэяя Приходи ко мне сейчас же. У меня безумно крутая идея для видео.» И он — влюблённый в своего друга дурак, поплёлся в мать его десять вечера в квартиру друга. Потому что это Хао, потому что отказывать ему ни в чём не хочется, потому что он влюблён в этого чудака уже три года. Чёрт, как же время быстро летит. Я болею этими чувствами уже три года? Смех, да и только. Подтянув шарф к носу, спрятал ладони в карманах тонкого пальто, потому что он, не думая, нацепил первое, что попалось под руку, перебирал ногами по снежной дороге, отражающей свечение звёзд. На улице январь, самый пик зимы и морозов. А он сорвался с места от одного сообщения своего предмета воздыхания, забив на собственный режим и комфорт. Ёжился от холода, заставляя себя ускорить шаг, чтобы поскорее оказаться в тёплой квартире друга и согреться. Спасибо, хоть шарф нацепил вокруг шеи. Кто увидел бы, посмеялся, тыча пальцем. Глупый влюблённый парень в тонкой одежде счастливо улыбался на морозе дрожащими губами. Да, он бы сам над собой посмеялся, вот только собственный образ, плачущий в подушку по ночам время от времени, в голове наводил тоску и уныние. Таких, как он, должны жалеть, а не смеяться. Потому что не взаимная любовь — разрушение. – Ну, сколько можно идти? Ты на корточках плёлся что-ли! - недовольство Хао было явным. Но не особо понятно от чего. Тот мог бы злиться из-за долгой дороги Тэрэ или из-за того, что оделся слишком тонко. Получить он мог за что угодно. Хао заботливо стянул с шеи шарф и принял пальто, так же аккуратно повесив его на крючок в прихожей. Тёплое какао быстро согрело тело парня, и он уже забыл тот холод, что ощущал пяти минутами ранее, каждой частицей своего тела. Проблем с отоплением в квартире старшего никогда не было. И даже в самую минусовую погоду всегда было тепло. Тэрэ часто звался в гости, не желая содрогаться в холоде в своей холодной комнатушке. – Ты почему так тонко оделся? На дворе не месяц май, Тэрэ. - Хао цокал, как недовольная бабка, заставляя его хихикнуть в кулак, - что смешного? Парень стрельнул в него злобным взглядом, стирая улыбку с лица Тэрэ. – Ничего. Ты же просил прийти как можно скорее. Танцующие вальс снежинки в окне выглядели куда приятнее, чем грозный вид друга. А ведь у них редко идёт снег. В голове закрадывается мысль, что можно было бы с Чжаном слепить завтра утром снеговика или уточек. Да и ангелочков поделать он был бы не против. Главное, что с Чжан Хао. А ведь до их встречи он таким не был. Не соглашался на детские глупости, был серьёзным и ерундой не страдал. – И ты, как верный пёс, прибежал по первому зову, забыв тепло одеться? Ким кивает, возвращая направление головы в сторону кухни, на которой возился Хао. Он протягивает ему печенье в стеклянном блюдце и садится напротив. Явно специально, чтобы Тэрэ отвечал на его вопросы честно, не пытаясь отвести взгляд. К слову, выглядел тот забавно. Строгий вид взрослого ему не шёл. Потому как лицо имело слишком мягкие черты, словно у ребёнка, не видавшего прелести взрослой жизни. В целом Хао и был взрослым ребёнком с шилом в жопе. – Я и гавкнуть могу. – Давай без квадроберских штучек, - Хао прыскает в кулак. – Что? - Ким вскинул брови. Квадрочто? Откуда Чжан берёт все эти ему неизвестные слова? Кажется, пришло время начать вести словарь молодежного сленга, потому что сохранить в своей голове это необъятное количество незнакомых слов не получалось. – Ты не шаришь? Я давно говорил скачать тебе тик ток. – Боже упаси! Я лучше от тебя буду узнавать, что значит палитра и гитара, - Хао хихикнул на его слова и почесал затылок. Только сейчас Ким понял, что тот нервничал. По началу ему казалось, что тот переживал не замёрз ли он. Но он согрелся и вроде бы переживать больше не о чем. Что-то случилось? – Так ты палитра или гитара? - Хао пытается скрыть своё волнение злобной ухмылкой. – Не скажу, - Тэрэ прячет своё покрасневшее лицо в чашке с какао, отпивая его по чуть-чуть. Было слишком горячо, чтобы выпить всё содержимое за раз, - Так что за идея? Ухмылка на лице парня растянулась ещё сильнее. Ким удивился, потому как ранее такой улыбки Чжана ему не доводилось видеть. А это значило, что идея до безумия бредовая и ему стоит сбежать из квартиры друга как можно скорее. Но он не сбежал, лишь направился за другом, ведущим его под руку в свою комнату. Перед тем как открыть дверь, Хао развернулся к Тэрэ лицом. – Это лучшая идея из всех, что мне приходила в голову. Та-дам! Дверь лёгким движением открылась, позволяя Киму увидеть все подготовленные предметы за столом, разложенные на диване подушки для уюта и камеру, что стояла по другую сторону от стола. На диване, прикрытая пледом в клеточку, лежала цветная коробка. – Так что мы будем снимать? – Для начала сядь, - Хао подталкивает его за плечи, находясь сзади и пропуская в комнату. Тэрэ оглядывается по сторонам в поисках хоть какой-то зацепки. Но сев на диван, ему в руки суют маску для сна, - сейчас всё расскажу. Ты наденешь маску и с завязанными глазами будешь угадывать вкусы Чупа Чупсов, - коробка, что была скрыта под пледом, на долю секунды показывается перед ним, но так же быстро пропадает с его поля зрения, - это всё. – Окей, - Тэрэ пускает скептический взгляд в чужую сторону и теребит в своих руках маску. – Хорошо. Надевай маску и начнём. Я пока включу камеру. Тэрэ понимает, что съёмка началась в тот момент, когда Хао через некоторое время возвращается на место и начинает своё вступление. Закончив свой рассказ, хлопает в ладони, задорно хихикнув. Тэрэ слышит шуршание фантика первой конфетки и морально готовиться пытаться угадывать. Там же будут только стандартные вкусы? Без взрывных для мозга примесей не сочетаемых вкусов? На это остается только надеется. К сожалению, за секунду он не смог разглядеть даже одного вкуса из всех тех, что были в коробочке. – Первый лот. Открывай рот,- он приоткрывает свои губы, пытаясь поймать конфету в кромешной темноте и сразу же кривиться от кислого вкуса на языке. – Что за гадость? Лимон? - пытается стереть противный вкус с губ, но он так и остается жечь их своей кислостью. – Верно! - а Чжану это, кажется, нравилось, поэтому он, злобно хихикая, начал открывать новую конфету, - у тебя отлично получается с самого начала. – Есть вода? - облизывая губы, кривится, хоть и вкус давно пропал, но осадок оставался. Какой идиот придумал такой противный вкус для конфет? – Да, держи, - старший берет его ладонь в свою, передавая стакан с водой. Чужое касание отдалось лёгким захождением сердца. Первый звоночек дал о себе знать. От чего-то в темноте его разум реагировал куда ярче обычного. – Спасибо. Но можно что-то съедобное? – Заткнись и соси, - его подбородок обхватывают большим пальцем, открывая рот. – Очень странно звучит, знаешь ли, - пробуя новую конфету, кислость заменяется сладким клубничным вкусом. Хочется рассосать её полностью, чтобы забыть вкус предыдущий, но сладость вытаскивают из его рта. – Не налегай. Что за вкус? – Эта вкусная. Клубника. Я уверен на сто. – Там два вкуса. Тэрэ не уловил нотки второго фрукта или ягоды. Может, вкус лимона его заглушил. – Возможно, банан… – Бинго! Ты слишком быстро угадываешь. Надо что-то посложнее. О! Эта отлично сойдет. Через минуту во рту оказывается новая конфета. Не с таким приятным ягодным вкусом как до этого, но съедобная. Напоминает вкус стандартного мороженного. – Ваниль! Хао недовольно цокает. Тэрэ был слишком хорош в угадывании вкусов. И последующие десять угадал, хоть и не сразу, но верно, немного пошевелив мозгами. Вкусовые рецепторы у него работали на ура. Но Чжан был недоволен. Наверное, потому, что видео будет скучным. Но что Тэрэ может сделать? Он хорош в этом и скрывать не будет. Не все конфеты были приятными на вкус. Некоторые из них были не сочетаемыми и противными на вкус. Да, сладкими, но в обычной ситуации он бы ни за что не купил их в магазине. Даже взгляд бы не упал на них. Когда Чжан засунул ему в рот чупа чупс с дурьяном, захотелось вывернуть все внутренности. Любовь Хао к нему он принимал, но не понимал. И давиться такой гадостью не хотелось. – Фу! Гадость. Это твой любимый дурьян. – И снова верно. Как ты это делаешь? – Я просто хорош в этом, - он пожимает плечами, не зная, видел ли этого старший, - Много ещё вкусов? – Остался последний. Коварный смешок не пролетел мимо ушей Тэрэ, и он съёжился, предвкушая страшное. Что может быть хуже дурьяна и лимона? Тэрэ даже представить себе не мог. Хао вновь начал шуршать фантиком, а после послышались довольные причмокивания. – Ты решил самую вкусную оставить себе? – Нет. Сядь поближе. Ким послушно подвинулся в сторону голоса друга, не понимая, зачем. Ведь они уже около тридцати минут снимали видео в таком положении. – Chupa chups or my lips? - Чжан Хао опустил свою ладонь на бедро Тэрэ, несильно сжимая. – Ты же знаешь, что я не понимаю английский, - Чжан, цокнув языком, притянул парня за подбородок. Но вместо очередной конфетки, которая должна была быть твердой и сладкой, он ощутил что-то мягкое, но всё ещё сладкое. Вкус был похож на виноградный сок, который он так любил. Осознание, что это были чужие губы, пришло не сразу. Только когда старший начал медленно перебирать его губы своими. Он отпрянул назад, стягивая маску с лица вниз. Собственный взгляд сразу упал на розовые щеки, сгорающие от смущения, а после на приоткрытые губы, блестящие от леденца. Или их несуразного поцелуя? – Хао? Что ты делаешь? - голос предательски задрожал, выдавая волнение Тэрэ. Чжан подполз на четвереньках ближе, не отрывая взгляда. В нём сверкал страх вместе с уверенностью в своих действиях. Не давая ответа на вопрос, друг снова коснулся его губ, смело пролезая языком в его рот. Тэрэ изучал спокойное лицо друга, пока Чжан с прикрытыми глазами выцеловывал его губы. Щёки все еще горели, но парень был полон решимости, укладывая свою руку на шею Кима и надавливая на подбородок, открывая его рот для лучшего изучения и погружения. Выдыхая в чужой рот, он прикрыл свои глаза, начиная отвечать на поцелуй. Мозг не варил от слова совсем. И понимание происходящего до него не доходило. Он целовался Чжан Хао. Со своим другом, в которого влюблён уже третий год. С другом, который первый прильнул к его губам. Казалось бы, всё понятно, как ясный день. Но почему он это сделал? Вопрос, светящийся ярким светом в глазах, быстро исчез, когда ладонь Чжана опустилась на талию, а сам парень сел на чужой пах для удобства. Тэрэ отстранился, задавая немой вопрос глазами. Но Чжан проигнорировал его, утягивая в новый горячий поцелуй. И где он только научился так хорошо целоваться, что от сладких прикосновений жар скапливался в ногах, делая их ватными? Свои ладони он аккуратно уложил на чужой шее, притягивая друга ближе к себе. Сейчас он либо получит то, о чём мечтал последние два года, либо остановит это всё, задав кучу вопросов, что лезли в голову. Но он предпочёл первое. Сердце заходилось в бешеном ритме, желая выпрыгнуть из грудной клетки. Казалось, что он на какое-то время потерял способность слышать. Потому что голову накрыла волна наслаждения. Он всегда представлял, на сколько могут быть мягкими губы Хао, но понятия не имел, какие вещи они могут сделать с его телом за несколько минут. Чжан отстраняется сам и перекладывает ладони друга себе на талию, чтобы тот его придержал, пока он наклонился назад за виноградным чупа чупсом. Он с треском откусывает леденец и возвращается к губам Тэрэ, передавая ему языком кусочек, что царапал язык, но таял во рту, наполняя его приятной сладостью. Передавали друг другу осколок, словно футболисты на поле пасовали друг другу мяч, желая забить его в ворота противника, чтобы воскликнуть в радостном крике в конце. Тэрэ вскрикивает, потому что чувствует, как его кусают за губу, тут же зализывая рану. Что творит Чжан Хао? Что творит собственный разум? Он подкидывал грязные мысли в голову, наращивая возбуждение в паху. Что творил Тэрэ, когда своими руками сжимал ягодицы парня? А Чжану, кажется, это нравилось. Он пошло мычал в поцелуй и ерзал на чужих бёдрах. Нужно утихомирить поскорее зверя, что пытался проснуться из дрёмы. – Хао, давай поговорим, - Чжан лишь помотал головой в стороны, возвращаясь к губам Кима, которые опухли от нескончаемых поцелуев. Воздуха в груди не хватало, хотелось продолжить, но и задохнуться он не горел желанием. Он отодвигает друга за плечи, смотря на него из под ресниц. Хао был запыханный и возбужденный. Волосы, к которым Тэрэ не прикасался, растрепались. Он коснулся чёлки, что лезла в чужие блестящие глаза. – Тебя оно не устраивает? - наклонив голову в бок, Чжан ухмыльнулся и получил отрицательный кивок от друга, - тогда заткнись и давай продолжим. Тэрэ понятливо промычал. Чжан припал к его губам снова, не оставляя живого места. Пытка продолжилась не долго, потому как Хао начал изучать шею, к которой давно мечтал прикоснуться. Изучить своими губами, пальцами и языком. Что сейчас он и делал. Оставлял засосы, кусал, пробегался языком, обжигая шею в самых разных местах, раскидывая искры пламени везде. Тэрэ вело и останавливать ни свои блуждающие руки, ни парня больше не хотелось. Наоборот, он притягивал Хао ближе к себе твёрдой хваткой на талии. Чжан на это довольно мычал и ёрзал ещё больше, временами делал лишние движения намеренно. Ким почувствовал сильную волну жара в паху и простонал, откидывая голову назад. Член наливался кровью, и в штанах становилось тесно. Даже сквозь одежду он хорошо чувствовал округлые ягодицы друга, идеально подходящие его члену. – Помочь с этим? - Чжан хитро улыбался, пародируя Чеширского кота и спускался ладонью от груди к животу. Остановившись у края футболки, забрался под неё, щекотя вспотевшими от возбуждения ладонями кожу живота. Что-то внутри Тэрэ запорхало, и он лишь промычал в очередной поцелуй, давая старшему красный свет на действия. Чжан вновь потянулся за леденцом, откусывая остатки и оставляя обнажённую палочку валяться на столе. Пошло причмокивая, распробовал конфету и передал её Тэрэ, но быстрым движением языка вернул в свой рот. Руки пролезли под резинку белья, находя вставший член. Проведя пару раз по нему, из уст Кима слетел выдох наполненный наслаждением и предвкушением. Хао хотел заглянуть в его глаза, но тот их прикрыл, глубоко дыша всей грудью. Нужный ритм под толщей одежды не набирался, и он решил припустить штаны с бельём до бедра. Так было лучше. Лучше видно то, как был хрупок в этот момент его друг. Тэрэ доверял ему, позволяя делать с собой всё, что он захочет. Второй руки, лежавшей на диване, коснулись холодные пальцы Кима, переплетая их и оставляя в крепкой хватке. Приглушённые вздохи друга возбуждали не меньше его раскрепощённого вида. Конфета на языке наконец-то была обработана языком, все острые края разгладились. Он кинул вновь взгляд на лицо Тэрэ. Брови того хмурились, а губы сжимались, не желая издавать лишних звуков. Но Хао хотел слышать его. Вернув взгляд на член в своей руке, остановил махинации и приблизился к нему лицом. Рука скользнула вверх. Большим пальцем он провёл по уретре и облизал её языком. Вкус не казался неприятным из-за оставшейся на языке плёнке сладости. Ким дёрнулся, распахивая глаза. – Что ты делаешь? - слова давались с трудом из-за сбившегося дыхания. - Собираюсь отсосать тебе, - лицо Тэрэ загорелось удивлением. Хао на это лишь хмыкнул, обхватывая пухлыми губами головку, после чего вбрал побольше, заинтересованно наблюдая за реакцией младшего. – Рук было бы достаточно, - Тэрэ пытается скрыть стеснение, прикрыв лицо локтем. Но с губ всё равно слетает глупая улыбка, оголяющая зубы. – С рукой своей можешь поиграться сам. Но только позже, - член Кима снова оказывается во рту Хао. На этот раз он насаживается больше и начинает двигать головой вверх-вниз. Тэрэ не сдерживает стона, что звонко разбежался по комнате. Очередной симптом неловкости появляется румянцем на щёках. Хао останавливается на долю секунды, выпуская член изо рта, вновь рассасывает леденец. И языком проходится снизу вверх, оставляя между своим языком и плотью леденец. Рука Кима зарывается в тёмные волосы друга, сжимая их на затылке. Чжан теперь смотрит ему прямо в глаза, играясь языком с членом. Чертовски блядский вид друга так шёл ему, что Ким хочет кончить только от одного этого вида, но сдерживает себя, настраивая своей рукой на чужой макушке нужный ритм. Хао умудряется улыбнуться во время процесса и хвастается своими чёртиками в глазах. Да уж, интересный контент они сейчас снимают. Тэрэ, вздрогнув, перевёл взгляд на камеру. – Я её не включал, - успокаивает Чжан. Ненадолго, потому что снова начинает играться языком с чувствительной уретрой. Тэрэ от избытка различных ощущений дрожит всем телом, ноги размокают ещё сильней, не давая мозгу восстановить с ними связь. Кажется, что кукуха вовсе скоро отлетит. – Ты с самого начала это планировал? - он с интересом задаёт вопрос, прекрасно зная ответ. Это Хао, и у него всегда всё спланировано от и до. Собственный член в чужом рту смотрелся до нельзя хорошо. И приятно. Ответа он так и не получает. Друг был слишком сильно увлечен его телом, сжимая бёдра до приятных покалываний, пока отсасывал ему. Пиздец. Мне делает минет мой краш. На сон это похоже не было. Слишком много эмоций и ощущений он испытывал, чтобы это всё оказалось его очередным бредовым сном. Всё это происходило наяву. Он ярко ощущал жар, скопившийся в животе. Слышал своё сбившееся дыхание и громко бьющееся сердце. Хорошо ощущал мягкость тёмных волос меж своих пальцев. Отлично видел лицо Хао, усердно ублажающее его тело. Эта картина дурманила разум. Он почувствовал, что скоро придёт разрядка, и попытался остановить друга, оттягивая за загривок назад: – Я сейчас кончу. Но Чжан не отстранился. Скинул руку Тэрэ со своей головы и, кинув хитрый взгляд, прикрыл глаза, начиная двигать головой усерднее. Помогал себе ладонью у основания, царапая кожу ногтями. В ушах Тэрэ зазвенело. Он ощущал слишком много и ярко. Жар в груди, белый шум в ушах, заглушающий всё, дрожь его тела и последнее — звёздочки в глазах в тот момент, когда он кончил, изливаясь в чужой рот. Голову откинул назад на подлокотник, переводя дыхание и пытаясь прийти в себя. Попытка была неудачной. Голова закружилась сильнее. – Только попробуй проглотить, - Разглядывая потолок, Тэрэ сжал свою грудь, надеясь, что так сердце успокоиться быстрее. Чжан хмыкнул, с уголка его губ стекала сперма вниз по подбородку. Встал с дивана не проронив ни слова. Кинув коробку с салфетками рядом с Тэрэ, удалился из своей комнаты, давая младшему немного времени прийти в себя и очистить разум. Через минуту послышался голос Чжана из ванной. – Я почищу зубы и вернусь в комнату. – Хорошо, - Заикаясь, Тэрэ ответил, принимаясь вытирать свой член. Осознание произошедшего начало понемногу приходить. Щёки снова загорелись, обжигая кожу изнутри. Натянув штаны с бельём на бёдра, вернул руку на сердце. Что двигало Чжаном, пока он бесстыдно целовал его, а после отсасывал? Что между ними теперь будет? Как себя должен вести Тэрэ после такого? О чём говорить с ним после такого хорошего отсоса? Первого в его жизни, к слову. И сравнивать ему было не с чем, но собственная рука никогда раньше не доводила его до белой коленки. Ощущать взгляд Чжана на себе, его руки и губы оказалось куда приятней, чем во время его ночных фантазий. Он встал с дивана, чтобы выбросить салфетки в урну, и по пути обратно захватил леденец с колой. В голову как нельзя кстати вернулся вкус их поцелуя Чжана с леденцом. И он клянется, что убьёт себя, если они это не повторят снова. Хао возвращается в комнату через двадцать минут с мокрой головой и полотенцем на плечах. Остаётся стоять в дверях, облокотившись на край. – Пойдёшь в душ? – Что теперь будет между нами? - вопрос вылетел из уст быстрее, чем Тэрэ успел подумать. Старший лишь пожал плечами, но глаза его выдавали такой же интерес. Он оттолкнулся от косяка, проходя в комнату, по пути взял леденец с дурьяном. И довольно расплылся в улыбке. – Я не сосу друзьям. Тэрэ выстраивает логическую цепочку и кивает Чжану. – Значит, с этого дня мы больше не друзья? – Это значит, что я хочу поцеловать тебя снова, - Чжан подсаживается ближе, поджимая ноги к груди. – Я не целуюсь с фанатами дурьяновых леденцов. – Придется привыкать, - возразить не дают пухлые губы Хао. К счастью, зубная паста заглушала вкус неприятного фрукта и придавала свежести их поцелую. Более нежному, чем до этого. Тэрэ, правда попытается привыкнуть к поцелуям с Хао. Потому что они нравятся ему так же сильно, как и сам Хао. Кто знает, может и леденцам с дурьяном он когда-нибудь даст шанс.