Baby Got Back

      Возненавидеть себя за несоотвествие навязанным стандартам крайне легко: видя тех же моделей, их прекрасные лица, словно бы заточенные узкие талии и длинные ноги... А эти балерины, такие элегантные, вытянутые, словно бы струнки... Как же эти уверенные в себе люди демонстрируют себя, расхаживая по подиуму, крутясь на своих пуантах на сцене... Но откуда же у них силы на это, откуда такая уверенность?...       Разумеется, этим прекраснейшим женщинам самим приходилось добиваться подобного, и не факт, что их внешность не имела отличий от внешней – огромнейшее спасибо пластическим операциям! Помимо операций такого рода, вы можете сделать себе сиськи или идеальную задницу, вставив импланты. Появились заёбывающие прыщи? Замажь ты их тоналкой! И тому подобные вещи с другими нюансами, при скрытии которых, человек чувствует себя лучше, обретая уверенность.       Не все люди способны чувствовать себя уверенно, если они не соответствуют ожиданиям других в целом. Их истинное лицо способно обернуться в пелену маски. Маска эта, в свою очередь, защищает настоящее "я", находясь в коллективе. Человек, носящий маску шута, будет вести себя соответствующим образом: подшучивать над чем-то, насмехаться, над своими же недостатками в том числе.       "Кто же я? Что я есть на самом деле?" – задаётся вопросом этот же человек, находясь в одиночестве в обители своих мыслей, страдая, порой не замечая, что страдания эти приносит самому себе.       Человек способен бежать от настоящего себя: менять место жительства, имя, фамилию, отчество, летать в облаках, пытаясь избежать реальности, переедать, употреблять алкашку/наркоту, дабы получить хоть какое удовольствие и не зарываться в неудовлетворённости в себе и своей жизни.       В попытках сделать вышеупомянутые вещи, человек никогда не полюбит настоящего себя, а лишь сделает менее значимые в сравнение с ценностью его одной и единственной жизни вещи, даже хуже.       Владлина Аврамова именно таким человеком и была. Давление кавказских традиций, ну а точнее людей, для которых они были важны, сильно повлияло на неё. Тотальный контроль порождает либо противостояние, рефлексирующее в дальнейшей жизни, либо желание угодить обществу. У Влады особо заметно первое, но и второе имеет место быть.       Алча сменила фамилию и жёстко употребляла наркоту, дабы просто не думать о своём отце, оставившем в её жизни большой след. Этим она себе, однако, лучше не сделала, сделала только хуже. Меняла города, при этом таща за собой груз тёмного прошлого. Избегание проблем никак не помогает решить их.       В коллективе Аврамова носила маску, ибо "кому она вообще будет интересна, если она не будет вести себя подобающим образом?", но в то же время могла показаться достаточно сильной и независимой девушкой, способной отстоять своё мнение.       Среди всех масок, когда либо одетых, Влада сама не понимала, кто она есть.

***

      Шла уже 7-я неделя нахождения в рехабе. Однако про рехаб так Влада сказала в своём ТГК, дабы не палить контору. На деле, она прошла кастинг в то самое шоу «Пацанки» и стала одной из его участниц. Там хоть и говорилось про решение своих проблем и изменения, но на деле сам человек должен иметь желание и стремление к этому, иначе после выхода с проекта можно увидеть не "чистого и успешного человека", а какую-нибудь кринжатину, после которой будут жёстко хейтить, но хер с ним.       Алча за пройденное время успела сделать много чего, хоть ей было крайне трудно раскрыться: и друзей найти, и лиц не столь приятных. Бывало, она жёстко скандалила, с той же Григорьевой, например, она даже подралась на одном испытании.       Так вот... Эта самая неделя была посвящена вопросу о женственности и проблемам с её принятием.       На первом испытании участницы побывали в каком-то музее знаменитых женщин, где им потребовалось выбрать наиболее симпатизирующую из всех представленных и расставить таблички с их именами. Владу сразу же притянула Клеопатра – да ей словно бы её же фотку показали! Этот хищный взгляд, на которой прямо-таки хотелось смотреть. Её властность и красота – разве об этом не возможно мечтать?... Затем они все там поиграли в «Dress to Impress» ой, то есть, одели своих героинь как следует. Прекраснейшая Лаурка затем сказала, что хотела этим показать то, настолько же женственность бывает разной и т.п.       Сейчас шло уже как второе испытание, где все сели по правую сторону от подиума. Выходит на самое начало его, значит, в зелёном пиджаке, весь такой с волнистыми волосами, типа модно одетый человек, представляющий себя Алексеем Сухаревым, мол, стилист проекта. Говорит, значит, будет щас тут показ нижнего белья. Первый комплект, нежно-голубого цвета, оказался больно "для бабки старой", никто его особо-то и не заценил. Второй комплект, тёмно-красный, получил уже более положительные оценки.       Сухарев после говорит:       – Женя, – ждёт, пока именуемая участница посмотрит на него, затем продолжает, – Мне кажется, вы вполне бы могли носить такое бельё.       Влада смотрит на блондинку, что уже раскраснелась от смущения, да ухмыляется такому.       – Да мне туда складывать нечего... – с ноткой неловкости отвечает блондинка, в ответ на это летит смех других девушек, в том числе и от Влады.       – А вы не задумывались о том, что это нужно для настроения, какого-то самоощущения? – спрашивает Алексей, в ответ от доведённой Жеки получая:       – Трусы для ощущения?!       Влада ещё больше смеётся, глазами своими хитрыми глядя, словно бы двусмысленно.       Евгения Шестерикова являлась местной "мамой" сезона. Была она человеком заботливым, но иногда "режим мамочки" так бесил Владу, не столь любящую проявления контроля в целом, что вообще. Но в то же время, Алча видела в этом нечто тёплое.       Была одна ситуация... Владу настолько рвало помыться, что она зашла в комнату без спроса, замок от двери-то уже разъёбанный был. Заходит, а там умывающаяся Женя, имеющая на себе ни капли одежды. Она такая красивая... Её фигура, ноги... Ээээ, ладно, неважно, Шестерикова потом Аврамову трёхэтажным матом обматерила за такое вторжение. Неловко, однако.

***

      После фотосессии в нижнем белье, от которой Влада отказалась, ибо как больно ей не хотелось, чтобы у кого-то имелись её фотки, во время перерыва между съёмок идёт она в ванную, открывает дверь, а там...       – Ой, Жень, ну чё ты рыдаешь тут...              Блондинка, ниже Алчи на голову, словно невинный ангел, сидела на закрытом крышкой унитазе, сложившись в 3 погибели и потирая свои помокревшие от слёз голубые глаза. Заметив присутствие Владлины, Евгения приподняла свою голову и пробормотала:       – Влада, уйди, пожалуйста...       Однако Аврамова так и не выполнила данную просьбу, вместо этого, подойдя к Жене, наклонилась, положила она руку правую на внутреннюю сторону локтя, как бы пытаясь убрать руку с лица, левую на висок положила, вытирая льющиеся слёзы. Она не хотела видеть, как человек, дарящий столько заботы, её не получает.              – Ну Женяяя, что с тобой?... – успокаивающе спрашивает Влада, уже положившая обе свои руки на плечи.       Смотрела она в глаза эти несчастные, горем наполненные, на губы сжатые, брови согнутые... Какая жалость...       – Ну ты сфоткалась там хоть?...       – Да это пиздец полный, стыдно очень...       – Да братан, чё так всё?...       – Ну сфоткалась я, со своим целлюлитом и ногами жирными...       Человек может менять свою внешность, хоть худеть, может и набрать вес вновь, но это ещё не значит, что он принимает себя таким, какой он есть. Влада решает дать понять Жене, что она сама по себе идеальна.       Алча, переместиа правую руку вверх с плеча на щеку Жени,убирает волосы за ухо, левая же, перемещаясь вниз по руке, ложится на бедро, которое затем поглаживает.       Женя от такого, что и не удивительно, ошарашенно смотрит, покрасневшая, прямо на ухмылку Влады, в глаза её, взглядом хищным глядящие.       – А что это мы сейчас делаем? – спрашивает Шестерикова, глаз один прищурив да ухмыляясь.       – Ну ты красивая очень, зай, нормальные у тебя ноги, сказать тебе хотела... – словно бы тянущим голосом отвечает Влада, всё продолжая эти самые ноги гладить. Правая рука берётся за подбородок.       Жека же, глаза свои прищурив:       – Ага, вижу я, как ты со мной разговариваешь, сучка...       Влада же в ответ только улыбается, лицо своё больно близко к женькиному приближает, губами губ чужих касаясь, целует требовательно.       Женя, отстраняясь, даёт пощёчину Аврамовой, находящейся в афиге с этого, но затем и сама поцеловать решает.       Алча, комплиментами задаривая, наклоняется к шее, оставляя поцелуи и талию сжимая, движется вниз к ключицам. Жека ту к себе прижимает.       Дойдя уж до груди, Влада снимает чёрный топик, видя, что под ним ничего другого нет, да сжимает их, целуя Шестерикову и тихий стон из неё вырывая.       Как только начали засосы на груди оставлять, да соски лизать, так Женя уж ногтями в спину впивается, чувствуя агонию. Влада ещё больше талию её сжимает, вскоре на лямке шорт оказываясь.       – Помочь? – спрашивает запыхавшаяся Жека и, в ответ кроткое "Угу" получив, шорты сняв, кидает их в сторону к топику.       Влада же шепчет:"Да моя ж ты хорошая", ноги прекрасные раздвигает, ещё больше наклоняясь, внутреннюю сторону бедра целовать начинает. Поцелуи становятся всё грубее и грубее, а Женя всё больше словно растворяется в и без того очень душной комнате, заставляющей лить капли пота.       Задницу расцеловав, Алча добиравается до заветного места.       Шестерикова, понимая намерения Аврамовой, настаивает на обратном:       – Так, не надо, услышат нас...       – Да нормально всё, не услышит никто...       Едва ли Алча последний элемент одежды сняла, как в дверь кто-то постучался.       – Есть там кто?       – Окс, занято...       – А, ладно, прости, Жека...       Как только человек, оказавшийся Оксаной Нецветаевой, уходит куда подальше, Влада наклоняется к пизде, проходится языком по клитору и, раздвигая, по половым губам, смазывая слюной, проподняв голову, Жене ухмыляется, та её, на себя потянув целует. Алча в этот момент два своих пальца вставляет, набирает темп. Но и Шестерикова, как бы, порадовать хочет: рукой одной в штаны спортивного костюма лезет, берёт в пальцы клитор и начинает дрочить, вверх-вниз массируя.       С каждым толчком мышцы всё более сжимались, всё больше вырывалось приглушённых поцелуями стонов, всё жарче становилось.       И вот, находясь уже на исходе, Женя хрипло шепчет:       – Я щас кончу уже...       – Да и я...       Жека, болезненно сжавшись, как пальцы Аврамова вытащила, сделала сказанное. А та не так уж и далеко от неё была. Почувствовав, дрожь, прошедшую по всему телу, делает идентичное.       Влада по-детски целует Женю в лоб, говоря:       – Ну ты красивая, очень...       – Да я поняла уже...– Шестерикова, красная, как помидор, отмывает следы произошедшего, и, накинув на тело своё полотенце, выходит из ванной за футболкой, способной скрыть всё остальное.

***

      Женя, судя по всему, нихрена не поняла, после такой-то интересной поддержки, на терапии с Розенберг говоря, что она ужасна, и что никто из других участниц не видел её жирную голую жопу, однако Влада подстебала её, Жека с этого прихерела: не хватало, чтобы кто-то узнал о кое-чём.       Тем не менее, Влада смогла проявить скрываемую за маской нежность.