типичная вечеринка с бассейном

— Думаю, тебе следует отдохнуть. О, да неужели? Хисын поднимает брови, когда смотрит на непринужденно сидящего рядом друга, что громко пшикает банкой пива. Ли выглядит настолько измученно, а это все из-за приближающейся сессии, к которой парень практически не готов, ведь взял за привычку не очень хорошее дело откладывать все на потом, а теперь не может найти свободной минуты поспать. Крутится с этой учёбой и подработкой, как белка в колесе. Ну, или хомяк. Сонхун отпивает немного из банки и вздыхает. — Ты мне глаза открыл, — язвит Ли, все еще сверля друга взглядом. — Твой сарказм меня уже заебал, честно. Хисын фыркает, скрестив руки на груди и беспардонно закидывает ноги на кофейный столик, а Сонхун лишь раздраженно закатывает глаза. — Почему ты просто не расслабишься? Не сходишь выпить, может, в стриптиз тебе купить билетик? — Я гей. — На мужской? — Зная, что у тебя нет денег, а перспектива получить стриптиз от друга-долбоеба меня не очень привлекает, то я, пожалуй, откажусь. — Фу, почему сразу я? — Сонхун ежится на месте, поморщившись. — Удивительная реакция от моего «гетеро» друга, который потом будет слюни пускать по мальчику с физматематического, — за эти слова Хисын получает сильный щипок в бок и взвизгивает, сжавшись в комок, смеясь. Тем не менее, Ли легче не становится. Он зарывается пальцами в свои смоляные волосы и больно натягивает их, откинувшись на спинку старого потертого дивана. Чувство как будто если сейчас он закроет глаза, то точно уснет. — Я серьезно, Хен. Может, я не знаю, тебе надо сходить на какую-нибудь вечеринку? Слышал, что Джей Пак устраивает одну скоро? — Джей Пак? — Пиво бьет в голову. Неужели Сонхун в курсе вечеринки популярного репера? Абсурд. — Ну, не «Джей» Джей Пак, а тот, который Чонсон Пак. — Ааа, — ну теперь все встает на свои места, — ты же знаешь, что я по таким местам не хожу. — Ну, ты хотя бы попробуй? — Сонхун передергивает плечами. На этот вечер тема по поводу вариантов отдыха от злосчастной учебы Хисына была закрыта. Только теперь он получил адрес и контакты того самого Джея. И он не уверен, что это вообще хорошая идея. Но в любом случае у него теперь есть запасной вариант. Но в итоге он становится вовсе не запасным. Боже, Хисын и не думал, что вечеринка будет настолько масштабная. Он знал, что этот Джей тот самый избалованный с детства богатенький мальчишка, популярность университета, ездит на учебу на своем новом порше, который родители подарили ему за всего одну тройку в первом семестре. Ну и во что Ли вообще ввязался? Такие вечеринки редко заканчиваются чем-то хорошим, и уже стоя перед домом, он слышит приглушенную музыку и громкие голоса. От этого всего юношу немного передергивает, но делать нечего. В конце концов, все решилось тем, что с Сонхуном они поспорили на то, что Хисын сумеет преодолеть свое нежелание ходить по таким вечеринкам и первый шаг уже сделан. Шаг к входной двери. Хисын стучится, но дверь ему открывают не сразу. Очевидно, хуй там услышишь, что кто-то стучится, музыка долбит просто невообразимо громко. Повезло, что кто-то с особенно острым слухом все-таки обратил внимание и открыл бедолаге дверь. Кто он, откуда, никто вообще не интересовался. Даже если бы он был серийным убийцей, скорее всего, всем было бы посрать. С одной стороны это хорошо, сейчас он может спокойно осмотреться и, может, найти знакомых. Одному в таких местах делать нечего. Хисын с трудом протискивается через толпу, случайно задевает какого-то парня за плечо, а другому наступает на ногу. Неловко, конечно выходит, но все же получается переместиться в более просторное место и это, по всей видимости, главный зал. Ли осматривается вокруг, видит на столе множество различных стаканов. Черт знает, что там намешано, но юноша решается отпить немного из красного пластикового стаканчика. — Хисын-хен? — Ли отрывается от края стакана и оборачивается на знакомый голос. Обладателем его был не кто иной как знакомый студент из параллельной группы технических наук, с которым они часто встречались в читальном зале за ноутбуками. И оба были заняты чем угодно, но не подготовкой к экзаменам, конечно. — Чонвон? От сердца старшего тут же отлегло. Встреча со знакомым придала ему хоть немного уверенности и теперь ему не придется шататься без толку по дому, как будто он иностранец в чужой стране. — Я думал, что ты должен готовиться к диплому, — Ян хитро выгибает бровь, опираясь на косяк стены, а в руке свободно вертит точно такой же стаканчик с высокоградусным напитком. — Боже, — это то, чего Хисын и боялся. Он пришел сюда, чтобы расслабиться и отдохнуть, а не думать об учебе, что он делает на протяжении уже, наверное, полугода. Каждый день горбится над ярким экраном ноутбука и книгами. Такими темпами, ему придётся покупать очки, ведь до посаженного зрения уже не далеко, — давай не будем об этом. Сам-то что тут забыл? — Я вообще-то на втором курсе, у меня еще два года, как никак. — Вот же… — Ли беззлобно усмехается, а Чонвон прыскает смехом, активно кивая. Либо это напитки, либо компания Чонвона начинает так действовать, но Хисын и правда чувствует себя немного легче. Время проходит незаметно, стрелки часов переваливают за полночь, но народу не уменьшается, а становится только больше. Вечер становится намного веселее, Хисын больше не чувствует былого напряжения и полностью расслабляется. Голову больше не тревожат мысли об учебе, о домашке и горе незаконченных работ. Может, после этого у него и мозги проветрятся и, взглянув на все с чистой головой, его работа пойдет лучше. Так он думает, чтобы успокоить себя. Диваны в гостиной оказались такими мягкими, Ли удивляется, что они были свободны. Почти все гости сновали в разные стороны, общались и ходили за большим количеством напитков, поэтому никто, кажется, пока еще не устал. А вот Хисын любит посидеть. Так еще на такой удобной софе, и все равно что она пропахла пролитым на него недавно пивом, а белая обивка была прожжена упавшим бычком сигареты. Наверняка, семья Пак быстро заменит этот старый диван. Лишь бы их сыночек хорошо поразвлекся. — Я отойду отлить, — потягиваясь, оповестил друга Ян, отставив в сторону стакан с остатками пива и размеренной походкой удалился прочь. Воспользовавшись моментом одиночества, Хисын тут же залез в телефон, просто чтобы проверить, не потерял ли его кто. Единственным, кто ему написали были Сонхун и куратор его диплома. Любые мысли об учебе напрягали, поэтому он даже не читает сообщения, просто откладывает телефон и осматривается вокруг. Тёплым медом приятное опьянение расползается по телу и это заставило Хисына облокотиться на спинку дивана, расслабленно закинув ногу на ногу. Его взгляд устремлен куда-то в сторону, высматривая, возможно, кого-то из знакомых, но никого он не заметил, кроме открыто палящего на него парня. Хисын удивленно выгибает бровь, когда их взгляды пересекаются и незнакомец вдруг тушуется, неловко потупив взгляд в окно, хотя с ним в это время разговаривали другие люди. Ли это слегка забавляет, поэтому становится интересно. Он встает с места и целенаправленно идет к нему. — Красивый блонд, — первое, что выпалил Хисын, а потому подумал "ну и нахуя?" Парень бегает своим взглядом по лицу Ли и как же очаровательно выглядит то, как он заправляет волосы за ушко, хотя они даже не торчали. — Спасибо… Только это платиновый блонд, с отливом серебра, я специально просил в салоне, чтобы сделали такой оттенок, — последнее он бубнит себе под нос и Хисын думает, что зря. Зря он подошёл и зря смутил бедного парня. Подумал, что он милый, захотел познакомиться, узнать получше, но, кажется, ему не совсем нравится его компания. — Амм… Круто, — промямлил Хисын. Парень перед ним, распахнув свои красивые глаза, глупенько поморгал и снова заправил прядку выбившихся волос за ухо. Хисын находит это чертовски милым, поэтому слабо ухмыляется и передергивает плечами. — Прости, я немного пьяный. Подумал, может ты захотел бы познакомиться и пообщаться? Ты так долго смотрел на меня… Но, я не знаю, кажется, тебя ждут друзья… — Нет! — Блондин поддался слегка вперед, сжав в руке свой стакан сильнее, — то есть, да. То есть, меня никто не ждет. Знаешь, я не против. Давай выпьем вместе? — В глазах нового приятеля мелькают искорки и его теплая ладонь мягко опускается на плечо Ли. — Я Хисын, — он тянет руку для рукопожатия. — Чонсон. Я Чонсон, — парень крепко жмет руку, не прерывая зрительного контакта и слабо улыбается, — рад знакомству. Ты учишься где-то? — Учусь, учусь… Удивительно, что я пытаюсь как-то отдохнуть от учебы, но любой диалог к ней и сводится. — Извини, просто я не совсем уверен в том, о чем спрашивать. О погоде говорить как-то странно, наверное. Можем просто взять напитки и выйти на улицу, к бассейну? — опережая свои слова, Джей тянется к двум стаканам, что стояли на небольшом столике. Хисын утвердительно угукнул и принял стакан из чужой руки, случайно коснувшись подушечками пальцев. — Стой, ты… Чонсон? — переспросил Хисын, чуть склонив голову вбок. Новый знакомый кивнул и недоуменно посмотрел на Ли. — Ну… Это я, да. — Ох… Ого, — Хисын слишком откровенно рассматривает парня перед собой и не сразу замечает, что это уже начинает выглядеть немного жутко. Хисын не думал, что этот Чонсон Пак такой… Милый. И несмотря на все эти слухи, что расползлись по всему университету, он выглядел нежно и очень по-доброму. В глазах его не было ни толики той надменности и высокомерия, о которой говорили другие. Лично с ним Хисын не встречался никогда, но и слепо верить слухам он не хотел, хоть и вызывали они у него небольшие сомнения. Но вот он, Джей, стоит перед ним и растерянно бегает своими глазками по лицу Хисына, словно в попытке выведать что-то у него. — У меня… Что-то на лице? — Ээ, нет, ну… Красота, только если. То есть, не красота, а. То есть, да, ты красивый, но я не красоту увидел, но ты правда красивый… Если кто не заметил, Хисын немного паникует. Джей хихикает и Хисын думает, что тот выглядит просто очаровательно, что его щеки тут же розовеют и даже не из-за выпитого пива. — Пошли к бассейну, — снова предложил Джей и, боже, как неожиданно, он взял Хисына под локоть и потянул за собой. Это прикосновение было незначительное, но либо из-за дурманящего голову алкоголя, либо тактильного голода, оно вызвало внутри Хисына нестерпимую бурю ощущений, похожих на известных бабочек, что шуршали где-то в желудке Ли. Но он этому ощущению особого значения не придаёт, хотя любоваться точеными чертами лица нового друга и залипать на его губы он не перестал даже тогда, когда они сидели на улице возле бассейна. На удивление, снаружи было тихо, основная вечеринка была в доме, где играла музыка, находились еда и напитки. Так что, можно сказать, что никого кроме них двоих здесь и не было. Хисын снял обувь и носки, задрал широкие штанины и спустил ноги в прохладную воду. Это ощущение лёгкого холода и свежести словно немного отрезвили его ум, но опьянение вновь накатывало каждый раз, когда он заглядывал в глаза Пака. — Где твои родители? — Поинтересовался Хисын, отпивая ещё волшебного хмельного напитка из красного стаканчика. — Ну, они уехали на пару недель в Бостон по работе, — Джей отставил обувь в сторону и сел на край бассейна, чтобы опустить ноги в воду. — Бостон? Ах, да… Ты ведь из Америки, — на это Джей легко улыбнулся, — что? — Ты и это знаешь? Неужели, я прямо настолько популярен… — Что?! Ну… Э, да. Ты довольно популярен в университете. К тебе бы не пришло столько людей, если бы ты не был... — Да ладно, я шучу... Просто это мило, что ты так говоришь. Джей выглядел приятно смущенным и он снова заправил за ухо выбившуюся (платиново!) блондинистую прядь. — Но, к слову, я не из Бостона. Я из Сиэттла. — Хорошо… — А почему ты не хочешь говорить об учёбе? — Да просто, столько навалилось работы в универе, просто кошмар. Много незаконченных дел, но я настолько устал, что не могу спокойно мыслить. — И ты пришёл сюда отдохнуть? — Типа того. Но я не особо люблю такие… Мероприятия. — Понятно… Хисын завороженно смотрел на смущенного юношу перед собой и поверить до сих пор не мог, что люди такой красоты могут существовать. И что губы могут блестеть так привлекательно. — Я думал, что ты немного другой. — Хм? — Я видел тебя в унике пару раз. Ты выглядел очень угрюмо и хмуро, ты ещё губы так дуешь, в общем, я думал, что ты… — Грубиян? — Джей схватился за сердце, драматично взглянув на Хисына, — как же ты мог так подумать! Хисын рассмеялся, когда в него полетели маленькие брызги воды. — Нет, но правда! Ты ведь знаешь, какие эти богачи в дорамах самовлюбленные! — Но мы и не в дораме! — Смеясь, возмутился Пак, и снова брызнул в Хисына водой. — Эй! Я уже понял, я ошибался! Хватит! — Хисын смеётся и без особого энтузиазма укрывается от брызг. Но лучшая защита — это нападение, поэтому он так же принимается по-детски брызгаться водой в Джея. Он прикрывается руками, очаровательно смеётся и Хи понимает, как сильно ему нравится его смех, его улыбка. Вообще все в нем такое милое и очаровательное, и нежное, и всего его хочется держать рядом и защищать вечно. Хисын даже не сразу замечает того, что Джей начинает хаотично махать руками, кричать «мамочки!» и, больше инстинктивно, схватив Ли за воротник его белой футболки, потерял равновесие и с громким всплеском, они оба грохнулись в бассейн. — Боже, Хисын! Извини! — Джей паникует. Его взгляд выдаёт искренний страх и растерянность, — прости, я безумно неуклюжий… Давай… Э, я могу дать тебе свою одежду, чтобы ты не заболел и… — Джей вздрагивает, когда чувствует чужие широкие ладони на своей талии. — Нет, мне нравится и так… Давай постоим здесь, — голос Ли стал тише, более томным. От него по спине Чонсона бегут мурашки, а живот начинает щекотать и он поддаётся этим прикосновениям, что подталкивают его встать ближе. Его взгляд прикован к мокрой футболке Хисына, что стала, наверное, самой бесполезной вещью в мире и таким пошлым образом липла к телу, словно он стоял здесь обнажённый, прямо перед Джеем. Его смуглая кожа контрастом выделялась, от этого Пак чуть ли не скулит, а когда поднимает взгляд, то тушуется и краснеет ещё сильнее. На губах Хисына играла такая нежная, но одновременно похабная улыбка, что его колени уже начинают подкашиваться. Спасибо законам физики за то, что вода позволяет ему все еще стоять на месте и любоваться, наверное, самым красивым парнем, которого он встречал. А парней, если честно, он видел действительно много. Джей даже не ощущает холода, пока что. Все, что он чувствует — это жар, зарождающийся в груди. Смущение, из-за которого ему хочется спрятать свое лицо и, желательно, просто уткнуться в шею Ли, прижаться сильнее. — Джей-я? — М? — Пак очень старательно делает вид, словно эта форма его имени не заставляет его краснеть, как девочку на первом свидании. — А что, если я тебя поцелую? Чонсон прерывисто выдыхает через нос, пытаясь унять дрожь во всем своём теле. — Это не звучит сомнительно. — Правда? И как часто ты целуешься с парнями на вечеринках? — Ты первый, — выдохнул Джей. Его сердце заколотилось просто с бешеной скоростью, когда Хисын придвинулся ещё ближе, а его безумно красивые губы, чем-то похожие на бантик, прижались к его. Внутри столько эмоций: от растерянности из-за внезапного поцелуя с парнем, до страсти и желания, что с каждой секундой становились все больше и расползались по телу Джея вместе с хаотично блуждающими по нему руками. Каждое касание отдаётся электрическим током, заставляя его извиваться и прогибаться в спине, подобно милой кошечке. Этот опыт хоть и был первым, но определённо самым лучшим из всех возможных событий. Особенно Джей в восторге от того, как сильно сжимают его ягодицы в руках и, кажется, Хисын даже стонет в его губы. — Я не знаю, это я такой пьяный, или ты действуешь на меня, как чёртов афродизиак. Ты кто вообще? Дьявол? — Воркует Ли, а Джей глупо смеётся, оглаживая мокрые плечи своего неожиданного любовника. — Может быть, — коротко ответил Пак. Они вылезают из бассейна с шумным всплеском, вода стекает с разгоряченных тел, но пыл их не спадает. Они быстро пробираются в комнату Джея, мокрые, оставляя за собой кучу мокрых следов и беспорядочно целуются по пути, когда никого нет рядом. Джей дёргает ручку двери в свою комнату, затягивает туда Хисына и закрывает на замок, чтобы никто им не помешал. Хисын времени не теряет. Он хватает парня за талию, грубо прижав того к стене, и жадно впивается в раскрасневшиеся губы, кусая их и оттягивая зубами, на что Чонсон реагирует сдавленным скулежом. Хи извиняется, лаская его губы языком и проталкивает его в горячий рот, против чего Пак не может устоять. Одежда неприятно липнет к телу, становится холодно и тело начинает чесаться, поэтому Джей стягивает с Хисына футболку и кидает на пол, а она с характерным шмяком приземляется на ковролин, а после избавляется и от своей, исподлобья глядя на Хи. Джей готов взвыть, когда Хисын предстал перед ним таким полуобнаженным, с хитрой ухмылкой, кусает губы и ведёт себя так уверенно. — Я хочу тебя, — на стоне произнёс Чонсон, когда Ли опустился мягкими губами на чувствительную шею, облизывая и прикусывая нежную кожу. — Да? А я подумал, что ты хочешь просто мне одежду дать, — усмехнулся Ли, уже расправляясь с ремнем на штанах Джея. Избавившись от одежды, Хисын первый падает на мягкие подушки. Джей забирается следом, он перекидывает ногу через бедра Ли и умело седлает его, воруя очередной смазанный поцелуй. С губ Пака срывается высокий стон, когда Хисын с особой силой прижимает его к себе все ближе. Вокруг стало так жарко, просто невыносимо жарко. Они растворяются в жарких поцелуя, а Хисын не жалеет силы, сжимает талию Пака руками, выдавливая из него жалобные стоны. Джей двигает бедрами, извивается и так пошло трется о стояк Хисына через белье, что становится даже немного не по себе. Его движения были до непозволительного уверенные, плавные и такие сексуальные, что Хисын сходит с ума, особенно, когда видит наглую ухмылку любовника. — Ах…ах, Хисын, — выстанывает Пак, уткнувшись носом в шею Хисына, пока его резко не переворачивают на спину и теперь уже он утопает в мягких ароматных подушках. Он вытягивается, так элегантно и соблазнительно, глядит из-под прикрытых ресниц и кусает губу. Все ещё будучи в белье, парни не спешат избавляться от него, они трутся мокрой тканью друг о друга, стонут почти в унисон и Джей не выдерживает первым и тянется к резинке своих боксеров. Завороженный его движениями Хисын, оглаживая чужие бока, хищно облизывается, пока парень под ним не оказывается полностью обнажен. Этот сладкий вид вызывает непреодолимое желание взять в рот горячий член, так сочно истекающий предсеменной жидкостью. Так Хисын и поступает, а это действие ведёт за собой протяжный звонкий стон. Перед глазами Чонсона все плывёт, сверкают искры, перед ним образ Ли, такого сексуального и горячего. Он все же осмеливается опустить взгляд и его сердце только сильнее заходится в бешеном темпе. Хисын такой растрепанный, раскрасневшийся берет так глубоко, почти профессионально втягивая щеки и лаская головку языком. — Блять, Хисын-а…! — Джей​ ​​выгибается в спине, его бедра дрожат и он готов кончить от одного лишь языка, но именно в момент наступающей кульминации, все пропадает. — У тебя все есть? — Все? — глухо переспросил Пак, уже не совсем осознавая реальность происходящего. — Да… Все, — Хисын почти по-лисьи улыбается своими блестящими губами и тянется к прикроватной тумбе. Находит Ли только полупустую баночку смазки, мысленно усмехаясь тому, что, очевидно, Джей любил время от времени поласкать себя пальцами. Джей, взгляд которого был бесповоротно затуманен возбуждением, лишь поддавался этим распаляющим ласкам и сладко стонал в сильных руках Ли. И все тело пробивает приятной судорогой удовольствия, когда на его член вновь опускаются ртом, вбирая так глубоко, а в него входят сразу же два пальца. Он вздрагивает, стонет, царапает смуглые плечи Ли и елозит на постели, до неузнаваемости растрепал свою идеальную укладку. Его тело немеет, простыни шуршат с каждым грубым толчком и Джей уже не в силах больше сдерживаться. — Хисын… Ах, хен… ах, Хисын, я-я сейчас… Удивительно, что Хисын даже ему своего возраста не сказал, но Джей все равно называет его хеном. Ну, может это его кинк? Джей отчаянно пытается игнорировать все пошлые хлюпающие звуки и, кажется, будто он пытается заглушить их своими стонами, но в момент, когда Хисын втягивает щеки так хорошо, создавая ощущение приятного вакуума вокруг члена, а пальцами давит куда-то, куда Джей не дотягивался сам, что перед его глазами все резко начинает сверкать и он выгибается в спине, подобно кошке со звонким стоном. С удовлетворённой улыбкой, Хисын не сразу отстраняется от члена. Лишь только тогда, когда проглатывает все до последней капли и вылизывает обмякающий член ещё раз. Джей даже не заметил, как в нем уже без труда двигались четыре пальца. Хисын вынимает их из измученного тела, но это совершенно не значит, что он оставит Джея просто так. Он резко подхватывает парня под бедра и притягивает ближе к себе, упираясь скрытым под бельем стояком прямо между ног. Джей отвечает тихим скулежом, с силой сжимает подушку, кусает её уголок и качает бедрами. — Что? Не терпится насадиться на этот член, да? — томно прошептал Ли, потираясь носом о мокрую шею Джея и не упускает возможности приласкать её нежными влажными поцелуями, — какой ты, оказывается, милый и податливый. Нуждающийся, просто… Как маленький котенок. Эти слова лились изо рта Хисына так естественно и легко, Джею даже показалось, что одними лишь словами и мелодичным тоном он оказался обласканным с ног до головы. — Да, Хисын, пожалуйста… — Джей мямлит и втягивает воздух носом, когда ощущает жар чужого члена между своих ног. Хисын не спешит, он смакует каждую секунду, смотрит на то, как трепещут реснички Пака, что в ожидании тяжело дышал, поджав губы, как он старательно держит ноги раздвинутыми и поддаётся вперёд бедрами, но Хисын лишь двигает тазом, прокатываясь смазанным членом между бёдер Чонсона, дразнит. Отстранившись от Джея на пару секунд, Хисын стягивает с себя чёрные боксеры и, пристроившись поудобнее между ног Пака, одним плавным движением толкается в подготовленное тело, но Джей, кажется, готов не был вообще. Его дыхание спирает, на губах застыл немой стон. Он не был готов к тому, что Хисын… Такой большой. — Порядок? — шепнул на ухо Хисын, мягко поцеловав блондина в висок. Джей лихорадочно закивал, цепляясь руками за шею старшего и Ли делает пробный толчок. Это все выбивает землю (кровать) из-под Пака, он сжимается, стонет, царапает плечи Хисына, не в силах сдерживать надрывистые вскрики, в то время как Хисын уже набирает достаточно размашистый и быстрый темп. Комната наполняется грязными пошлыми шлепками кожи о кожу и громкими стонами. — Блядь, какой ты узкий и горячий внутри, — Хисын почти рычит, пока вбивается с бешеной силой в разгоряченное нутро и прикусывает за плечо, — никогда бы не подумал, что самый популярный в университете парень такой громкий и нуждающийся в сексе, черт… я в полном восторге. А твоё тело, ох, блять, ты идеальный. Все эти слова казались Джею просто звенящей пошлостью, и если бы он услышал это просто от кого-то другого, он бы, скорее всего, покраснел от злости и начистил виновнику рожу. Но это Хисын. Джей удивляется тому, как же вышло так, что он популярнее, чем Ли, ведь он такой прекрасный и замечательный. Ах, да, Хисын ведь даже не знал о том, что Джей каждый день представлял его руки на своём теле, да? И когда он ласкал себя, то представлял Хисына. Что Пак отчаянно желал ощутить жар его ладоней, прижаться как можно теснее и позволить управлять собой, быть слабым, быть податливым и скулящим, позволить себя сломать. И это у Хисына получается слишком хорошо. Даже чересчур. — Да… Да, Хисын, пожалуйста, — бормочет Джей, уткнувшись щекой в подушку, в попытке спрятать свое лицо, но Ли не согласен с этим действием и, схватив парня за подбородок, он сжимает его щеки и заставляет Джея смотреть прямо в его глаза. Горящие желанием и похотью глаза, которые будто светились в темноте. Темные волосы Хи липнут к лицу и свободной рукой он заправляет их назад, а после опирается локтем у головы Пака. — Смотри на меня, ты ведь такой красивый, — Джей хнычет, обнимая Ли за спину, — да, вот так, Джей-я… Чувствуешь как я двигаюсь в тебе? — Хисын демонстративно замедляется, заставив Джея протяжно застонать, — ответь мне. — Да… да, я чувствую, как ты двигаешься во мне… — тараторит Джей. — И тебе нравится? — Блять, если бы не нравилось, то… Я бы не… Я бы… Ммм! — Джей не договаривает, потому что Хисын резко хватает его под колени, прижав их к его груди и двигается особенно быстро. Хисын не может поверить, что тот человек, с которым он пару часов назад беседовал в зале, ухоженный, казалось, такой недотрога, сейчас так открыто и звонко стонет перед ним и одним лишь взглядом умоляет о большем. И кто такой Хисын, чтобы ослушаться такой очаровательной слезливой мольбы? Джей звонко стонет, сжимая простынь, едва не разрывая её ногтями. От этого темпа у Джея немеют пальчики ног и все его тело мелко дрожит. Он готов уже второй раз кончить, но Хисын все не прекращает, остервенело рыча, он толкается, да с такой силой, что кровать бьётся о стену. Она уже едва держится и жалобно скрипит, но Хи не сбавляет темпа. — Давай, ещё немного, кошечка, я почти на пределе, — горячо прошептал Хисын на ухо блондина и в этот момент, Джей окончательно сошёл с ума. Что за человек этот, Ли Хисын? Даёт милые прозвища и трахает как зверь. Движения бёдрами стали хаотичными и когда Хисын в очередной раз проезжается головкой по простате, Пак выгибается и забрызгивает свой впалый живот белесым семенем. Хисын выходит из разморенного тела и быстро двигает рукой по своему члену, раскрывая губы в томных стонах, хмурит брови и прикрывает глаза. Хватает ещё пары движений рукой, чтобы горячая сперма оросила живот Джея и смешалась с его семенем. Тяжело дыша, Хисын падает рядом с Джеем. Джей выглядел просто невероятно мило в неярком свете луны. Хи умиленно улыбается и аккуратно убирает волосы с лица Чонсона, на что тот реагирует, слегка повернув голову в бок. —… Вау, — выдохнул Ли. — Вау? — Джей тихо усмехается, все ещё тяжело дыша. — Нет, это было хорошо… — Подай салфетки, пожалуйста. Чуть порыскав около кровати, оказалось, что салфетки лежали там же, где Хисын нашёл смазку. Джей осторожно стёр все следы с себя и повернулся на бок, лицом к Хисыну. Его выражение лица немного изменилось, отчего Джей немного напрягся. — О чем думаешь? — Ты несколько раз назвал меня хеном. Сколько тебе лет? — А тебе? — Я вообще-то первый спросил, — Джей хмыкнул. — Мне двадцать. — А как ты узнал, что я старше? — Хисын удивлённо выгнул бровь, приподнявшись на локтях. Джей пожал плечами и придвинулся чуть ближе к Хисыну. — Нуу… Просто, я давно уже знаю тебя. Хоть мы и не общались… Ты мне понравился, знакомые мне рассказывали о тебе, знаешь так, с человека по нитке… — Чонсону на Хисына? — усмехнулся Ли, — я нравлюсь тебе? И ты ни разу не подошёл ко мне? — Ну, просто я знал, что вероятно ты не захочешь общаться со мной из-за слухов. Ты ведь такой, типа не такой как все, справедливый, все такое. — Ты тоже не такой, как все, Джей. Чонсон хихикает и утыкается носом в ложбинку между шеей и плечом Ли. — Нет, правда, ну… Слухи на то и слухи. Я же не кретин какой-то, чтобы верить всему, что говорят. — Но ты сам говорил, что… — А это уже не важно. Они устало смеются и Джей чувствует, как тот груз, что был на его сердце уже несколько месяцев, исчезает, особенно, когда Хисын обнимает его и становится так тепло. Забавно то, как Хисын наотрез отказывался идти сюда, хотя все оказалось не так уж и плохо. — Наверное, Чонвон меня потерял… — Кто это? — А ты уже ревнуешь? — язвит Хи, на что получает толчок в плечо и надутые пухленькие губы, — не обижайся, я шучу. — Меня, наверное, тоже ищут… — Джей лёг на плечо к Хи, совершенно не спеша вставать с кровати. — Да, какая жалость. — И не говори, очень стыдно перед всеми. — Второй раунд? — Спрашиваешь ещё. Надо будет сказать Сонхуну спасибо.