Волки

      Ветви хрустели под ногами, каждый раз напоминая князю зачем он забрался в самую чащу леса.       – Найди Чародея, он живёт в лесу, в помощи никогда не откажет, но и плату попросит. Уж он то с вас точно проклятье это снимет. Вы только батюшке своему не говорите, что я вам про чародея рассказал. Его, ну, колдуна этого, давно ещё казнить хотели, да он ловкий, спрятался. – Как же я его найду, ежели он прячется? – Найдёте, если нужно будет. А вам, князь, очень нужно. Все знают, что он в лесу живёт, кто-то говорил, что видел его, всё помнит, и как лечил его колдун тот, и как домой шёл, а вот дорогу туда и лица не запоминают. Говорят, идут по лесу, идут, а там и дом его. Мы когда всей деревней за ним пошли, весь лес то прочесали, а дома никакого нет. – Может, врут? Ну люди ваши. – Ваши, Княже, ваши. А на что им врать? Дружину лишний раз погонять? – Раз он помогает, чтож они его то сдать за три гроша готовы? – Такой уж люд, ничего не поделать. Ох, батюшка ваш мне язык отрубить прикажет, ежели узнает, что я вам про колдуна рассказал. Сами же знаете, ещё прадед ваш всю нечесть с наших деревень да лесов погнал, а кто свяжется с ней – казнят. – Отец меня самого чуть не казнил, сына родного, а виноват я разве, что кто-то из народа на меня колдовать вздумал?       Нет никакого чародея. Вернусь, точно прикажу язык отрубить. Подумал Князь, вокруг одни деревья да пеньки. Уже темнело, пора возвращаться. Но что-то заставляло князя идти дальше, ноги будто сами дорогу прокладывали. Часы шли. Идти было сложно, метка на руке жгла до чёртиков. В глазах плыло, сил не осталось, может и было там в лесу что-то, колдун, да река какая целебная, Олег уже не узнает. Ноги, что до этого сами прокладывали дорогу, подкосились и он повалился на землю, готовившись погрузиться во тьму.       Шелест листьев, совсем рядом, будто чьи-то шаги. Говорят, перед смертью все слышат и видят самое сокровенное и потаённое. Олег закрывает глаза. Нет сил, пусть он умрёт в этом лесу, чем все увидят, как его, того – кому пророчили стать великим князем, сгубила магия в собственном ложе.       – Ну что ты разлёгся? Небось думаешь, я сам тебя понесу. – Князь чувствует, как всего в нескольких сантиметрах от его головы падает что-то, что по звук напомнило ему мешок с одеяниями, но даже не открывает глаз. – Поздно ты, я уже явь покидаю, чувстую, пришло моё время. – Но рядом никто не издаёт вздохи сочувствия, и Олегу думается, что голос ему лищь померещился, но кто-то сверху посмеялся. – Умираешь, говоришь…– Листья снова зашуршали, и Олег чувствует чьё-то дыхание, совсем близко к своему лицу. Князь наконец распахнул глаза, в которых до сих пор всё было кругом, в темноте леса он смог рассмотреть лишь длинные рыжие волосы, да красный кафтан. – Это кто ж тебе такое сказал то, княже? – Мужской голос. Хоть Олег и не видел, но он был готов поклясться, его лесной товарищ улыбался. Тёплая ладонь легла ему на лоб и боль будто рукой сняло, хотя, так оно и было. Князь зажмурился, покачав головой в разные стороны.       Он наконец сел, и теперь постарался лучше разглядеть своего спасителя, но ничего не получалось, он вглядывался в чужие черты лица снова и снова, но забывал их сразу, стоило ему только отвести взгляд. Колдовство. Сразу понял он. Значит, всё-таки нашёл. – Прокляли меня. Хворь наслали. – А хворь ли это? ¬– Чародей улыбался, он разговаривал с Олегом как с равным, где-то даже позволял себе посмеиваться с него, в иной раз Олег бы за такое приказал голову отсечь, да только не в его сторону сейчас жизнь повёрнута. Надо было ему сейчас за каждую ниточку яви держаться. – А что ж иначе? – Княже наконец встал с земли и только сейчас понял, что лес какой-то другой. Ветер не шелестел листьями на деревьях, совы да мыши летучие молчали, ни взмаха крыльев, ни звука гонящихся оленей. Ничего. – Как же ты тут нашёл меня? – Олегу было тяжело разговаривать с безликим, как бы он ни пытался всматриваться в чародея, да всё попусту. – Ты когда только в лес вошёл, я сразу почувствовал. – Злотовласый кладёт князю руку на спину и постукивает по ней. Он снова улыбается, Олег это чувствует и самое главное – его это злит. – Я нечесть сразу чувствую. – Нечесть?... – А ты не знал, что если волк первый раз убивает, то он обращение своё начинает?— Дальше Олег ничего не слышал, в глазах снова потемнело. Последнее, что он запомнил, это как с него стягивали кафтан.