Может, потому что я люблю тебя?

«Счёт 3:2 – победу одерживает команда "Bastard Munhen"!» Игроки победившей команды удаляются с поля.. – Вот как должны играть профи, неудачники, –..и конечно, Кайзер не забыл напоследок напомнить о проигрыше противника. Напомнить о том, кто буквально выгрыз победу в сегодняшнем матче. – Да чтоб тебе ногу свело ночью, придурок, – тихо проклинает немца Рео. Он был зол и расстроен. Всего каких-то двух голов не хватило для того, чтобы утереть нос зазнавшемуся пареньку. Ещё два гола, и тогда бы уже он назвал Бастардов неудачниками. – Вы хорошо играли, – говорит Отоя, подав бутылку воды Рео. Тот лишь кивает головой, но в мыслях лишь одно слово – «недостаточно». – Будь с нами Чигири, мы бы точно порвали их!.. Кстати, ты не знаешь, что с ним? Утром написал, чтобы мы искали замену, а потом резко начал игнорить. – Микаге озадаченно глядит на собеседника, и получает необычайно спокойное виражение лица в ответ. – Не-а, со мной то же самое. Рео не в восторге от ответа, но ещё больше - от результата матча, ведь теперь им остался ещё один проигрыш, после которого команда выбывает. Первый в жизни каждого игрока «Мэншайн» крупный матч, в шаге от финала... – Чертов Чигири. Такое бывало не раз. Чигири в любой день может без следа пропасть на день, а то и на несколько, и причина такого поведения для всех неизвестна.. для всех, кроме Отои. Именно он при каждой выходке друга, - а может и не только, - самолично приезжает к Хёме домой, дабы добиться признаний.

***

На пороге дома, уже как по традиции, парня встречает буквально двойник Хёмы – старшая дочь семьи Чигири. Ребята обменялись приветствиями, и девушка впустила гостя без лишних вопросов – она прекрасно знает, что после прихода друга её брат чувствует себя намного лучше. Дверь в спальню тихо открывается, и перед Эйтой открывается довольно печальная картина – Хёма лежит под одеялом, поджав под себя ноги; на столе стояла тарелка с давным-давно остывшей едой; рядом - телефон, разрывающийся от уведомлений - «наверняка от Рео». – Я же просил меня не трогать, – слышится шмыргание, присутствует нехарактерная хрипотца в голосе. – Нет, не просил, – Отоя небрежно бросает рюкзак на пол и скрещивает руки на груди. – Уйди, Отоя. Пожалуйста. – Не уйду пока ты не расскажешь причину тильта, и ты это знаешь. Конечно знает, поэтому Чигири вздыхает и принимает сидячее положение, и его поражает резкий кашель. – Почему сразу не сказал, что заболел? – Потому что.. этим подвёл всех. Подвёл команду, – Хёма даже не поднимает глаз на друга. Ему было стыдно - знал ведь, что завтра важный матч, но всё равно позволил себе гулять до поздна, из-за чего и промёрз. Ему было стыдно, что очередной раз Эйта приезжает к нему прямо домой из-за таких «пустяков». Парень крепче обхватывает собственные ноги и кладет свою голову на колени. Отоя, в свою очередь, подсаживается максимально близко. – Бастарды выиграли? – Да, всего-то– – Блять, – нецензурно перебивает Хёма и бьёт себя по лицу. Он уже примерно представляет, как ему влетит от ребят за то, что не явился на матч, и пришлось брать на замену какого-то неумеху. А ведь будь на поле «розовая пантера», ход игры мог быть совершенно другим... После короткого молчания, Эйта кладёт свою руку на розовласую голову и легонько поглаживает её. – Прекрати винить себя во всём подряд, Чигирин, – фраза эхом отдаётся в голове. «Не могу. Это моя вина. Я подвожу всех» - эти убеждения намертво закрепились, как паразит. Паразит, что мучительно поедает изнутри, не желая убраться прочь. Розовые глаза наполняются слезами, и их обладатель не в силах сдержать этого. – Извини. Разревелся, как девчонка. Тебе и правда лучше уйти, – хозяин комнаты судорожно вытирает покрасневшее лицо рукавами. Это первый раз, когда он вообще позволил себе плакать перед кем-то вне круга своей семьи. Его словестные попытки прогнать гостя прерывают крепкие объятия. – И как я могу уйти, пока ты здесь страдаешь?, – горячее дыхание обжигало ухо, а неожиданные (конкретно от Отои) слова поддержки вызвали новый поток слёз, которые уже не пытался сдержать. Взамен, Чигири обнимает друга настолько сильно, насколько позволяет его состояние, и уткнулся носом ему в плечо. – И почему ты постоянно делаешь так, Отоя? – Как «так»? – Приходишь ко мне и терпишь моё нытье. Отоя и не задумывался об этом. И правда, почему? Может, потому что считает Чигири своим лучшим другом? Может, потому что не хочет, чтобы его друг справлялся со своими проблемами сам? – Может, потому что я люблю тебя? Заплаканные, удивлённые розовые глаза мигом встречаются с привычно спокойными зелёными. Лицо напротив не передавало того, что на самом деле творилось в душе Отои. Его сердце было готово вырваться из груди, а мозг доставал лишь одним вопросом - «зачем ты это сказал?». Оба сидели молча, неподвижно. Они были настолько близко к друг другу, что каждым вздохом обжигали друг другу лица. – Чего..?, – взгляд Чигири метался. Ему не послышалось? Или это была всего лишь шутка? Шутка, сказанная с серьёзным лицом - классика, что можно услышать от Отои Эйты. Ведь так? – Хёма Чигири. Я. Тебя. Люблю. – четко повторяет парень, глядя прямо в глаза. Стало ещё страшнее, причём обоим. Мозг подсказывал, что пора остановиться. Ложно признать, что это была какая-то глупая шутка, и всё будет как прежде. Сердце же напротив – «действуй». Отоя холодными и дрожащими руками убирает длинные пряди за уши парня напротив, а затем хотел уже позволить себе ещё одну наглость, но его опередили. Чигири отбрасывает руки того, и первым даёт соприкоснуться своим губам с чужими, обхватил его шею руками, и при всём этом крепко зажмурился, и привстал на колени. Отою ввело это в некий ступор на первые пару секунд, но позже принял тот факт, что это именно то, что он и хотел. Его руки сами потянулись к талии Хёмы, и смелее прижали тело парня к себе. Только через несколько секунд Чигири опомнился, и резко прервал столь интимный момент в попытках набрать больше воздуха. – Я.., – Эйта не даёт и слова сказать, он нагло позволяет себе перебить другого: – Я..понял тебя, – Отоя одной рукой обхватывает голову Хёмы, а второй - его талию, и падает на спину, потянув того за собой. И вновь их взгляды встретились. Теперь уже не было страха. – Я тебя люблю, Отоя Эйта.