jerk me off

В комнате тихо. Стоит мертвая тишина, слышен только треск огня. Вокруг, по комнате, стоит несколько ароматических свечей. Сзади горит красная светодиодная лента для полной атмосферы. Руки связаны за спиной. Глаза завязаны. Руслан полностью уязвим в данный момент. Он делает глоток свежего воздуха, а после чувствует горячее дыхание и прикосновение к подбородку. Конечно шатену этого не видно, но сейчас прямо перед ним, на стуле, элегантно сидит Кашин. Его мясистые ляжки обтянуты чёрной полупрозрачной тканью. Чулки сжимают белокурую тонкую кожицу. Красиво до ужаса. Красиво до перекрытия кислорода в горле Руслана. Тело Данилы словно фарфоровое, снежное, белое, хрупкое и неиспорченное. Он укладывает ногу на ногу, рубашка чуть задирается вместе с чёрным галстуком. Тушенцова в панику кидает от неизвестности. Он желает увидеть, прикоснуться, но увы младший предвидел, поэтому закрыл доступ парню. А сделал он это в сексуальной манере, кусая мочку уха и накручивая свой галстук на палец. – Милый, хочешь увидеть меня? - стопа, обтянутая тканью чулка, дотрагивается до подбородка, поднимая его вверх. – Хочешь дотронуться? Старший даже чуть дёргается от неожиданных слов после долгой тишины. Минут двадцать он слышал как скрипит стул, а сейчас хриплый голос его парня задаёт вопросы. Конечно же он хочет. Да он готов рыдать как сука, лишь бы глазком увидеть ноги рыжего. – Хочу, очень хочу.. Дань, пожалуйста. - быстро бормочет парень, под конец превращая речь в кашу и начиная скулить. Он прикасается губами к стопе, целуя осторожно, поднимаясь выше, к щиколоткам, но его останавливают, хлопая ногой по щеке. Руслан виновато опускает лицо вниз. Чёлка падает на глаза - отросла слишком сильно. Кашин вновь затихает на время, заставляя Руслана даже потеряться во времени. Скрип пола и нежное прикосновение ткани рубашки оказывается на щеке парня. Тушенцов поднимает голову, но кроме темноты ничего не видит. На самом деле сейчас над ним стоит Даня, поправляя ремешки чулков. Он знает, как же сильно шатен любит его ляжки, бёдра, да и ноги в целом. Во время секса он обязательно испортит их фарфоровую матовую на вид поверхность. Легко может укусить, сжать, поцеловать и пройтись острым языком. Но не в этом случае. В таком положении играет младший. – Ох какая жалость.. Ты не видишь что же я делаю перед тобой. - слышится смешок. Игра и только игра. – Что же я делаю? Даня поглаживает щёки парня, затем прислоняется бедром, создавая трение. Руслан моментально становится мартовским котом - скулит и трётся об ногу. Вдыхает носом приятный ванильный аромат. Сильно расстраивается, когда от него отходят и, наверное, садятся на стул перед ним. – Ну Дань.. - тянет гласные темноволосый парень, наклонив голову набок. – Нет, мы играем по моим правилам. - уже грубый голос без всякой мягкости. Шорты и нижнее белье Руслана спускается без его ведома. Их снимает Даня. Совсем аккуратно и без лишних прикосновений. Да шатен блять реально течёт! Его орган стоит колом, венки пульсируют, а яйца сжимаются легонько. Вязкая капля природной смазки стекает под них. Руслан закусывает губу и хнычет. Руками дёргает, но они зафиксированы позади тугим узлом и бантиком. Даня охает от вида и усмехается издевательски. Он же сам довёл его до такого состояния. Хочется унижать и унижать, сделать так, чтобы Тушенцов плакал и просил дотронуться до него. Сделать зависимым. – Неужели это я тебя до такого довёл? - спрашивает Данила, знает же ответ. Руслан кивает. Даня знал. – Хорошо. - слышится тихо. Кашин доволен. Чёрт. Младший удобнее умещается на стуле, щёлкая последней пуговицей рубашки. Он цепляет взглядом блестящую розоватую головку и тянется носочком к уздечке. Прикасается аккуратно, накрывает полной стопой и начинает круговыми движениями обводить и давить. Тушенцов громко выдыхает, да так что свеча, рядом стоящая, чуть не потухла. Губу кусает, стонет. Данила знает как надо. Второй ножкой он водит от основания до головки, трогая крайнюю плоть. Делает всё плавно, без резких движений и подстраивается под вздохи. Дрочка прекрасными и любимыми ногами.. О таком только мечтать. Стопа мокнет от влаги и Даня отпускает её, теперь двумя ногами стимулируя половой орган до головки. Прижимает ногами, двигает тесно, чтобы всё Руслан смог ощутить и почувствовать. Сам Даня пыхтит, пытаясь натянуть плоть и приоткрыть уздечку. Член становится с каждым разом всё больше и больше. А вид старшего всё более жалко: нет возможности увидеть, прикоснуться, ощутить. Тело дрожит, челюсть сжата, а капли пота текут под футболку. – Хороший мальчик. - ластится рыжий, татуированной рукой зарываясь в отросшие шоколадные локоны. – Да.. - отвечает Тушенцов своим сбившимся и севшим голосом. Ему ужасно нравится. Нравится ощущать как его член обхватывают ноги в чулках. Капроновая ткань приятна на ощупь. Руслан не знает куда себя деть именно поэтому опускает лицо и целует парня в колени. Лёгкие влажные дорожки поцелуев появляются по обе стороны бёдер и ног, коленные чашечки вовсе расцелованы до влаги. Шатен кусает, сжимает белую кожицу через чёрную ткань. Отпускать не хочет как верный пёс. Теперь уже Даня стонет, ускоряя движения ног и меняя каждый раз положение. – Развяжи глаза.. Дань, развяжи, молю. - уже просит мольбами парень, размыкая крепко сжатую челюсть. – Нет, нельзя.. - цедит Данила, когда по яйцам кончиком пальцев проходится, а после вверх по вене толстой идёт, чтобы ещё трение создать. – Блять, умоляю.. - хнычет до ужаса. Член ужасно сильно пульсирует, а низ живота сжимается. Ему надо кончить. Кашин сдаётся и быстрым движением развязывает узел позади макушки. Чёрная лента спадает с карих глаз. Тушенцова даже ослепляет белая кожа парня. Он морщится от яркости и поднимает глаза на покрасневшие щёки. Белая грудная клетка, розовые бусинки, галстук на шее и чистые ножки.. С ебаными чулками и кружевом! Ещё несколько движений аккуратными стопами. Оба тяжело дышат, сгибаются в три погибели. Даня развязывает руки Руслана, и тот в свою очередь хватает щиколотки. Он умещает член между стопами ножек и начинает толкаться усиленно, рвёт тонкую ткань чулков от сильного трения. И наконец-то спускает прямо на стопы и щиколотки. Белые капли падают на чёрную изорванную ткань. Украсил и так красивый вид. Вместе с ним излился и Даня. Только его белые струйки остались на торсе и рубашке. – Идеальный. - смеётся старший, утыкаясь лицом в пространство между больших ляжек. Вновь целует. Данила опять пятерню пускает в копну волос и массирует кожу. На его лице приятная улыбка. – Ты так сильно любишь мои ноги, что даже чулки порвал? - бровь у него изгибается вопросительно. Снизу слышится смешок и несколько быстрых кивков головой. Даня точно должен подчеркивать красоту своих сексуальных ног.

конец

спасибо за прочтение!!