Renaissance

Смокеру казалось, что сегодняшний день станет идеальной практикой, которая однажды поможет ему не только стать выдающимся дозорным, но и спасать невинных, попавших в беду. Особенно — девушку, оказавшуюся в лапах грязных пиратов. Однако всё обернулось иначе. Он попал в запутанную ситуацию, позволив себе судить книгу по обложке — ошибку, о которой его предупреждали с детства. Эта девушка была странной, совершенно иной. Она словно не знала ничего: ни о городе, ни о пиратах, ни даже о себе самой. Её равнодушие сбивало с толку. Она не воспринимала пиратов как врагов, но и не считала их друзьями, будто жила в мире, который не пересекался с их реальностью. Но если она не пиратка, то почему путешествовала с ними? Почему оказалась так близка к Красноволосым пиратам? Когда она неожиданно пошла на площадь, Смокер сначала подумал, что она просто не понимает опасности. Но вскоре понял — нет, она сделала это намеренно. Будто хотела спровоцировать пиратов. Это не могло остаться незамеченным. Всё произошло слишком быстро: разъярённые пираты бросились за ними, улицы наполнились криками, а он оказался втянут в конфликт, причины которого ему до конца не были ясны. Но одно он знал точно — эти мерзавцы возомнили, что раз девушка красива и кажется хрупкой, то она может принадлежать им. Это злило его до глубины души. Как можно не ненавидеть этих ублюдков? И всё же, несмотря на ярость, Смокер не мог избавиться от мысли: кто она? Почему оказалась втянутой в эту игру? И что скрывалось за её загадочной улыбкой? Вот поэтому он желал стать дозорным. Чтобы защищать слабых. Чтобы стоять на пути у таких, как эти пираты. Но всё усложнилось, когда девушка, поймав его взгляд, вдруг резко заявила: «Не доверяй мне». Более того, она велела ему уйти и не вмешиваться, будто не нуждалась в его помощи. Смокер, хоть и недоверчиво, всё же подчинился её словам. Он направился в сторону штаба дозора, решив, что лучше всего будет сообщить о пиратах или найти укрытие под их защитой. Но её уверенные слова о том, что это может подвергнуть опасности её друзей, не выходили у него из головы. Едва подавив раздражение, он выдохнул, развернулся и принял решение вернуться. Если он и вправду ошибся в ней, то извиниться — это единственный способ загладить вину. К тому же, оставить её одну рядом с пиратами было просто немыслимо. Углубившись в свои мысли, Смокер не сразу заметил, что кто-то приближается к нему. Резкий удар в спину выбил весь воздух из лёгких Смокера, и он рухнул лицом прямо на каменные плиты улицы. тяжёлый вес, навалившийся сверху, не давал ему пошевелиться, а рука оказалась безжалостно выкручена за спину попытка вырваться тут же пресеклась холодным лезвием ножа, прижатым к его горлу. Движение означало бы конец. Краем глаз Смокер заметил ещё несколько фигур — они не были одни. А голос того, кто держал его, показался странно знакомым — Хм, ну что ж, ты один? — раздался хриплый, но насмешливый тон. В его голосе звучала какая-то искренняя жестокость, словно он получал удовольствие от этой ситуации. — Где же этот цветочек, что ты утащил? — Смокер не успел ответить — его грубо схватили за волосы, заставив поднять голову. Боль пронзила скальп, но он лишь стиснул зубы, стараясь не показать слабость. Перед ним оказался их главарь-опасный, жестокий, с глазами, в которых плясала безумная радость он опустился на корточки и посмотрел на Смокера, как хищник на свою жертву — Ты серьёзно думал, что сможешь увести у меня такую красотку? — Протянул он с фальшивой заботой, крутя в руках пистолет. — А ты такой молодой… Может, всё-таки скажешь где она, а? По-хорошему. Главарь щёлкнул затвором, заряжая пистолет свежими пулями, и прижал дуло к лбу Смокера. — Скажешь — оставлю тебя в живых. Может, даже возьму к себе. Как раз юнгу потеряли только вчера, пришлось пристрелить его за непослушание. И знаешь что? Не помешало бы новое замена. Парни, как думаете? — Гениально, капитан! — раздался издевательский хор голосов его подручных. — Эй, капитан всегда на высоте!—захихикали они, словно эта сцена была для них обычным развлечением. Смокер чувствовал, как пот струится по его лбу. Сердце колотилось так сильно, что казалось, пираты могли его слышать. Но страх сменялся гневом. Слишком долго он сдерживался. Собрав остатки храбрости, он поднял голову, и в его голосе зазвучала холодная ярость. — Она человек, а не ваша вещь, которую можно присвоить! Не смейте даже говорить о ней так мерзко своими погаными ртами! - слова, полные презрения обрушились на главаря, и тот замер на секунду, прежде чем ярость исказила его лицо. –Низкосортные пираты! — Что ты сказал, щенок? — голос капитана наполнился ледяной угрозой. — Низкосортные пираты, говоришь? Посмотрим, сколько ты будешь выпендриваться, когда я прострелю твою ненасытную головушку! Пистолет сильнее вжался в лоб Смокера, оставляя жгучую царапину. Палец капитана потянулся к спусковому крючку, давая пацану больше напряжение. Смокер не отводил взгляда стараясь удержать хоть какую-то долю контроля, но знал: всё может закончиться в следующую секунду. Паф! Выстрел разорвал воздух оглушительным эхом, но пуля, предназначенная для головы Смокера, прошла в считанных миллиметрах, просвистев у самого уха, и с глухим треском вонзилась в стену. В тот же миг раздался гулкий удар — не успевший осознать случившееся, капитан пиратов ощутил, как невероятная сила впечатывает его в кирпичную кладку. Камни жалобно затрещали, расходясь трещинами от точки удара, а сам он захрипел, чувствуя, как грудь пронзает острая боль. Пальцы разжались, и оружие с лязгом упало на пол. В ушах звенело, перед глазами плясали пятна, а тело будто отказывалось повиноваться. Воздух был густым от дыма и напряжения, но у Смокера не было времени медлить — враг всё ещё был жив. Девушка стояла над ним, словно сама смерть, застывшая в шаге от последнего удара. Волосы её слегка колыхались, будто подчиняясь невидимому ветру, а из глаз лился ледяной огонь — не пылающий, а обжигающе-холодный, лишённый жалости. — Ты... — капитан пиратов сглотнул, но договорить снова не успел. Мира шагнула вперёд, и воздух словно сгустился вокруг неё. Каждый её шаг отдавался эхом в груди поверженного противника, вынуждая его сердце биться быстрее. — Как ты смеешь…? — её голос был тихим, но от него пробирал озноб. Смокер, наконец, поднялся, глаза его сузились. В нём не было страха, только осознание — той самой грани, что они все перешли. — Мира! — он выдохнул её имя, словно не верил своим глазам, будто сам факт её появления был невозможным чудом. В его голосе прозвучала гремучая смесь облегчения и потрясения. Он не ожидал увидеть её здесь, да ещё и в такой манере. Девушка резко повернула голову в его сторону, её глаза на мгновение смягчились, словно растопленные неожиданной встречей. Но этот проблеск длился лишь секунду. Резким, стремительным движением, исполненным безупречной грации, она взмыла в воздух, обрушивая мощный удар ногой на пирата, державшего Смокера. Раздался глухой звук удара — и тот с коротким вскриком рухнул, словно подкошенный, его тело безжизненно осело на землю. — Ты как? — спокойно, но твёрдо спросила она, уже протягивая ему руку. Смокер, всё ещё ошарашенный внезапным поворотом событий, на секунду замер, прежде чем схватиться за её руку. Тёплая, крепкая хватка Миры придала ему сил, и он поднялся на ноги, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Думаю, в порядке, — пробормотал он, тяжело дыша, наблюдая, как она с невероятной лёгкостью парирует атаку очередного пирата, бросившегося на неё с ножом. Её движения были плавными, точными, словно она знала каждый шаг противника заранее. — Ты вообще… откуда так умеешь драться? — спросил он, не скрывая удивления. Мира замерла на долю секунды, и в её глазах мелькнуло нечто странное — растерянность, замешательство. — Я… не знаю, — честно призналась она, её голос был полон искреннего недоумения. — Это как будто… само по себе. Рефлексы, наверное. Но даже осознание собственной неопределённости не заставило её остановиться. Как будто её тело двигалось само, следуя невидимому, но чётко заложенному алгоритму. Стоило ещё одному пирату приблизиться, как он тут же оказался выбит из игры быстрым, безупречно рассчитанным ударом. Смокер не мог отвести глаз. Она двигалась, словно вихрь — мощная, бесстрашная, непредсказуемая, но при этом полностью сосредоточенная на защите. В её боевых приёмах не было хаоса, только чистая, выверенная интуиция. "Кто ты такая?" — пронеслось у него в голове, но он не стал задавать этот вопрос вслух. Не сейчас. Смокер неожиданно поймал себя на мысли, что ему стало немного жаль этих пиратов. Конечно, он не подавал виду, оставаясь внешне невозмутимым, но смотреть, как Мира методично разбирается с каждым из них, было почти мучительно. Никто из противников не мог устоять перед ней, их оружие выбивалось из рук, а вскоре и сами они падали без сознания. Она не обращала внимания ни на их мольбы, ни на их раны — только двигалась вперёд, один за другим выводя из строя каждого, кто осмеливался встать на её пути. Это было не просто мастерство — это было нечто глубже, словно её тело само знало, как сражаться, не требуя от неё ни малейшего осознания. К тому моменту, когда бой подходил к концу, на ногах остались лишь двое. Первый — правая рука капитана, массивный мужчина с внешностью мясника, его лицо теперь было покрыто синяками и кровоподтёками, а в глазах читалась смесь ярости и страха. Второй — сам капитан, выглядевший уже не так уверенно, как в начале. Он старался сохранять видимость контроля, но предательская дрожь в руках выдавала его истинное состояние. Смокер молча наблюдал за ними, прекрасно зная, что этот бой уже окончен — им просто ещё не сообщили об этом. — Пожалуйста, пощадите нас! — прорыдал помощник капитана, тяжело рухнув на колени перед Мирой. В этот момент он совершенно забыл о своём титуле и прежней браваде. Его дрожащие руки вскинулись в воздух, будто в молитве, но в его голосе не было надежды — только страх. Мира наклонила голову набок, пристально глядя на него сверху вниз. В её глазах не было ни жалости, ни колебаний, только ледяное безразличие. — Пощадить? С чего бы? — её голос прозвучал холодно, отточенно, словно приговор. — Вы заслуживаете только смерти. Смокер невольно напрягся. Что-то в её тоне заставило его внутренне насторожиться. Это был не просто гнев, не вспышка ярости, а абсолютная уверенность человека, который привык к таким решениям. Он не мог понять — откуда у неё такой опыт? Как хрупкая на вид девушка могла так спокойно говорить о казни, словно это несло для неё ту же значимость, что и дыхание? — Нет смысла убивать их. Ими займётся Дозор, — вмешался он, стараясь, чтобы его голос звучал твёрдо, но без вызова. Помощник, ещё мгновение назад находившийся в смертельном ужасе, почувствовал неожиданное облегчение. Даже если этот парень недавно сам грозился разобраться с ним, сейчас он казался единственным спасением. Мира, услышав слова напарника, на мгновение замерла, опустив взгляд на свою испачканную в крови и грязи одежду. — Ха, если я стану убивать вас, то только больше испачкаюсь, — усмехнулась она с едва скрытым презрением, отряхивая рукава. — А это, между прочим, подарок. Жалко портить. С этими словами она, не колеблясь, нанесла последний удар, отправляя обоих пиратов в глубокое беспамятство. Всё было кончено. Не теряя времени, Мира склонилась над поверженными врагами, бесцеремонно обыскивая их карманы. Её пальцы быстро и ловко находили потенциальную добычу: сначала мешочек с деньгами, затем — пожелтевшую от времени карту. Остальное оказалось бесполезным хламом. Она выпрямилась и обернулась к Смокеру, словно это была обычная рутинная работа. — Значит, сдаём их Дозору? — спокойно спросила она, не проявляя ни малейшего интереса к своей недавней жестокости. — Можно, но достаточно будет капитана, — ответил он, скрестив руки на груди. Однако в его голосе прозвучало нечто другое — настороженность, скрытое беспокойство. Мира заметила это, но не подала виду. — Но куда важнее другое… — продолжил Смокер, пристально вглядываясь в неё. — Откуда у тебя такая сила? Он произнёс это ровно, без явного обвинения, но в его словах чувствовалось подозрение. Этот вопрос мучил его давно. Она сражалась слишком искусно, слишком хладнокровно для кого-то, кто не проходил серьёзной подготовки. Возможно, она что-то скрывала? И если да, то что? Мира только тяжело вздохнула, перекидывая тело капитана себе на спину, словно тот ничего не весил. — Даже не знаю, — честно призналась она, бросив на Смокера быстрый взгляд. — Всё, что могу сказать, это то, что я потеряла память. О себе не знаю ровным счётом ничего. Так что можешь быть уверен — я не врала. Она смотрела прямо на него, в её глазах мелькал лёгкий вызов, словно проверяя, поверит ли он её словам. — Так что, ты поведёшь нас в сторону штаба или будем топтаться тут? — добавила она с лёгкой, почти игривой улыбкой, будто стараясь разрядить напряжённую атмосферу. Смокер кивнул, не желая задавать лишних вопросов. Его интуиция подсказывала, что правду он всё равно сейчас не узнает — если она и скрывает что-то, то, возможно, даже неосознанно. Поэтому он просто развернулся и повёл их к штабу Дозора, предвкушая реакцию местных на их добычу.

***

— Так значит, вы новая охотница за головами? — произнёс чиновник в приёмной, бегло окинув Мирy взглядом. В его голосе звучало удивление, смешанное с лёгким скептицизмом. Молодой парень, явно старше двадцати, выглядел слегка неухоженным. Длинные каштановые волосы, небрежно зачесанные в сторону, скрывали один глаз. В его манере держаться ощущалось напряжение — он то поднимал взгляд, то вновь поспешно отводил его, словно чего-то опасался. Может, его пугал сам облик Миры? Или то, как легко она приволокла капитана пиратов, не проявляя при этом ни капли усталости? Но она решила не заострять на этом внимание, лишь скептически выгнув бровь. — Для первого дела это неплохой улов, — пробормотал чиновник, нервно перебирая бумаги. Его пальцы слегка дрожали, когда он прочёл вслух информацию из отчёта. — Пират Чёрная Цепь… три миллиона белли награды… впечатляюще. Да ещё и живой… — Три миллиона? — глаза Миры удивлённо расширились. Как у этого слабака могла быть такая награда? Конечно, он доставлял неприятности, но три миллиона белли? Она ожидала меньшего, гораздо меньшего. Но реальность оказалась щедрее её предположений. Только начав новую жизнь под именем Мира, она уже заработала приличную сумму. В мире, где без белли нельзя выжить, это значило одно — теперь она больше не зависела ни от кого. Всё в её руках. Процесс получения награды затянулся дольше, чем ожидалось. Чиновники то заполняли бумаги, то сверяли подписи, то обсуждали детали между собой. Но Мира не торопила их, зная, что результат того стоит. И вот наконец, перед ней появилась гора денег. Глядя на увесистые мешочки, она поймала себя на мысли, что все усилия и ожидание были лишь ничтожной платой за столь щедрый результат. Очередной мешочек золота перекочевал в её руки, и Мира позволила себе короткую, довольную улыбку. Это был лишь первый шаг. Где-то в стороне стоял Смокер. Он не произнёс ни слова — лишь хмуро покачал головой, наблюдая за происходящим. Его взгляд скользил от мешков с деньгами к самой Мире, но он ничего не сказал. Мира, тем временем, передала чиновникам информацию о местонахождении остальных членов команды Чёрной Цепи. Это, наконец, позволило ей немного расслабиться. День выдался насыщенным — от безумного приключения в неизведанном месте до неожиданной встречи с парнем, который, несмотря на свою суровость, почти стал ей хорошим знакомым. Почти. Ведь даже после всех пережитых событий одного дня недостаточно, чтобы стать по-настоящему близкими. Теперь они стояли на самой вершине одного из высоких зданий острова. Это место предназначалось для прогулок, для отдыха — здесь горожане могли безмятежно любоваться открывающимся видом. Отсюда весь город был как на ладони: улицы, утопающие в последних лучах солнца, огоньки загорающихся фонарей, силуэты прохожих внизу. А вдали, на горизонте, мерцало бескрайнее море, окружавшее остров. Лёгкий прохладный ветер играл с прядями волос, приносил с собой солёный привкус прибоя. Они молча стояли у перил, каждый погружённый в свои мысли, пока тишину не нарушила Мира. — Похоже, пришло время прощаться? — её голос прозвучал спокойно, но в нём проскользнула едва заметная нотка печали. Мира слегка наклонила голову, глядя на него с теплотой, но без сожаления. — Кто знает? — тихо сказала она, её голос был лёгким, но в нём звучала скрытая глубина. — Может, наши пути ещё пересекутся. Ветер снова усилился, взметнув её волосы, словно подчёркивая неизбежность расставания. Мира шагнула назад, отступая от перил, и ещё раз взглянула на горизонт, туда, где её ждали неизвестность и новый путь. Смокер не проронил ни слова, но его взгляд говорил больше, чем любые фразы. В его серых глазах мелькнула тень разочарования, смешанного с чем-то ещё – чем-то, что он не смог бы объяснить даже себе. Он знал, что не сможет остановить её. Да и имела ли это смысл? — Значит, прощай? — голос его звучал ровно, но внутри что-то неприятно сжалось. Мира на секунду замерла, а затем чуть склонила голову, бросив на него лёгкую, но полную смысла улыбку. — Нет, не «прощай». В такие моменты говорят «до встречи». – Она сделала шаг вперёд и, прежде чем он успел понять, что происходит, вложила в его ладонь небольшой мешочек с деньгами. Он нахмурился, глядя на подарок, будто не верил своим глазам. — Зачем? — Плата за мою вину перед тобой, — пожала плечами она, словно это был пустяк. — Я не могу это принять, — попытался возразить он, но она уже сделала шаг назад, наклонив голову в сторону. — Уже принял. Её голос был лёгким, но в нём звучала твёрдость, не оставляющая места для споров. — И, Смокер… — она посмотрела на него чуть внимательнее, будто запоминая его лицо. — Надеюсь, ты сумеешь исполнить свою мечту. Прежде чем он успел ответить, она развернулась и уверенно направилась прочь, её силуэт растворялся в уходящем вдаль горизонте. Ветер подхватывал её длинные пряди, играя с ними, будто прощаясь. Смокер молча следил за ней взглядом, пока её фигура окончательно не исчезла. Только тогда он сжал кулак, сжав в пальцах подаренный мешочек, и, тихо выдохнув, прошептал: — Не переживай. Я стану дозорным, которому можно будет довериться… Его голос был твёрд, а взгляд, устремлённый вдаль, загорелся новой целью.

***

Мира не знала, где теперь искать пиратов, но была уверена: их корабль всё ещё ждёт её у берега. Главное — чтобы они не решили, что она решила остаться на острове. Первым делом она направилась в торговый квартал, туда, где утром проходила мимо небольшой лавки. Она не могла позволить себе оставаться в долгу. Осторожно подойдя к входу, Мира убедилась, что внутри никого нет, а хозяин на мгновение куда-то отлучился. Не теряя времени, она оставила на прилавке аккуратно перевязанный свёрток с половиной миллиона, заработанных на пиратах. Едва положив деньги, девушка поспешила скрыться, стараясь двигаться быстро и незаметно. Сердце бешено колотилось, но внутри стало легче — теперь всё было честно. Тем временем на пиратском корабле назревала настоящая катастрофа. Девушка, которую они вытащили из моря месяц назад, а вчера впервые очнулась после долгого беспамятства, исчезла. Её похитили или она сбежала? Никто не мог дать точного ответа. Полдня команда потратила на закупку припасов, а оставшееся время — на поиски таинственной незнакомки по имени Мира. Она не помнила ничего — ни о себе, ни об этом мире — и её внезапное исчезновение только осложняло ситуацию. Вернувшись на корабль, пираты собрались на палубе, над которой раскинулось небо, окрашенное в багряно-розовые тона заката. Им предстояло обсудить, что делать дальше. — Может, она просто сбежала? — выдавил из себя Габ, с трудом сдерживая слёзы. Он не мог избавиться от мысли, что причина в нём. Может, её напугало его поведение? А вдруг он сказал или сделал что-то не так? — Да сто раз уже говорил — её похитили! — раздражённо бросил Яссоп, ударяя кулаком по столу. — С её внешностью долго ходить по острову небезопасно. Такие, как она, мгновенно становятся добычей. На корабле повисла напряжённая тишина. Никто не знал, какой шаг предпринять. — Это возможно, — наконец заговорил Бенн, правая рука капитана. Его голос оставался спокойным, хотя он явно пытался успокоить остальных. — Но за то короткое время, что я успел с ней поговорить, стало ясно: Мира далеко не глупа. Если её действительно похитили, она найдёт способ выбраться. Ей не занимать ума и смекалки. Однако, если честно, я больше склоняюсь к тому, что она сама решила остаться на острове. Бенн старался выглядеть спокойным, но в глубине души его разрывали тревожные мысли. Он знал, что беспокойство не поможет делу, и потому держал себя в руках. В отличие от него, капитан сохраняла абсолютное хладнокровие — настолько, что это вызывало у экипажа смесь восхищения и зависти. — Она вернётся, можете не сомневаться! — уверенно заявила капитан, взмахнув своими огненно-рыжими волосами. — А если вдруг передумает, мы её найдём и убедим. Или заставим, если придётся. — Хорошо бы, чтобы всё прошло так гладко, — тихо вставил Снейк, поправляя оранжевые очки, за которыми скрывался его проницательный взгляд. — Только вот мы прочесали весь остров, и следов никаких. К тому же дозорные сегодня как будто на ушах стоят. Что-то явно не так. Его слова словно тяжёлый якорь опустились в напряжённую тишину, заставив всех на палубе застыть в раздумьях. Никто не осмеливался нарушить молчание. Штурман замолчал, и напряжение нарастало, будто шторм, готовый обрушиться на корабль. Однако именно тогда, когда тишина стала почти оглушающей, раздался глубокий, уверенный голос. Самый возрастной член на борту, всё это время молчаливо наблюдавший за горизонтом, медленно поднял руку и указал вдаль. — Не ломайте головы. Вон она, — сказал он спокойно, и все тут же устремили взгляды туда, куда он показывал. У аллеи, залитой мягким золотым светом заката, стояла девушка, которую они искали весь день. Её силуэт казался чётким на фоне заходящего солнца. Простая белая футболка и чёрные брюки подчёркивали прямую осанку, в которой чувствовалась сдержанная уверенность. На плече висела тяжёлая сумка, но, судя по её виду, она не ощущала веса. Ветер слегка шевелил её волосы, и в этот момент стало ясно: поиски окончены. Команда застыла на месте, словно время замедлило свой ход. Никто не осмеливался заговорить первым, но их взгляды говорили больше, чем любые слова. Удивление, облегчение, нескрываемая радость — всё это читалось на лицах моряков. Она стояла перед ними. Живая, невредимая, такая же, какой они её помнили. Тишина длилась всего мгновение, а затем раздались громкие возгласы. Кто-то вскрикнул её имя, кто-то просто рассмеялся от переполняющих чувств. Радость, которую они так долго сдерживали, наконец вырвалась наружу. Они бросились к ней, не веря глазам, но точно зная: это не сон. Она вернулась. Она снова с ними. — Мира! Ты вернулась! — раздался голос, перекрывая общий гул. Шанкс шагнул вперёд, его лицо сияло искренним счастьем. Он помахал ей рукой, не скрывая эмоций, а затем, не раздумывая, перепрыгнул через борт корабля. Легко приземлившись на землю, он мгновенно направился к ней, словно боялся, что она исчезнет, если он замешкается хоть на секунду. В его стремительности было что-то детское, неугомонное — и в то же время до боли знакомое. Мира тяжело вздохнула, закатив глаза. Его импульсивность никогда не знала границ, и это раздражало её так же, как всегда. Но, несмотря на это, где-то глубоко внутри разлилось едва ощутимое тепло. Они действительно ждали её. — Значит, ты сделала свой выбор, — заявил он, остановившись всего в паре шагов от неё. Его широкая улыбка была полна уверенности. — Я и не сомневался. Его голос звучал легко, почти беззаботно, словно всё произошедшее было не больше чем очередным приключением. Мира устало вздохнула, но, к своему же удивлению, вместо твёрдого и колкого ответа её слова прозвучали неожиданно мягко: — Ну вот, остался. Дурак. Это было скорее шуткой, чем упрёком, и лёгкая, почти неуловимая улыбка мелькнула на её лице. В этот момент в воздухе повисло странное чувство — что-то тёплое, но едва уловимое, как солнечный луч сквозь плотные облака. Шанкс замер на долю секунды, не столько от её слов, сколько от того, как они прозвучали. Однако он быстро взял себя в руки. Улыбка на его лице стала ещё шире, почти победной, словно он только что выиграл важнейшее сражение. Не тратя времени на ненужные разговоры, он внезапно схватил её за запястье и потянул за собой. Мира вскинула бровь, но не сопротивлялась. Это было так похоже на него — действовать, не спрашивая разрешения, просто зная, что так и должно быть. Как только её ноги коснулись палубы, команда тут же окружила её плотным кольцом. Их взгляды были полны смеси облегчения, беспокойства и негодования. Мира сразу поняла: её ждёт шквал вопросов, от которых теперь уже не сбежать. — Мира! Где ты была?! — первым подал голос Яссоп, неожиданно громче, чем обычно. — Ты даже не представляешь, как мы волновались! — тут же подхватил кто-то из команды. За ним раздалось ещё несколько голосов, перебивающих друг друга: — Мы тебя весь день искали! — Кто посмел тебя похитить?! Назови имя, и мы разберёмся! Вопросы сыпались со всех сторон, слова звучали резко, почти сердито, но в каждом из них явственно читалось беспокойство. Их лица, их взгляды — всё говорило о том, что они действительно переживали. Мира молча стояла в центре этого хаоса, глядя на них и не в силах понять. Они ведь почти не знали её. Так почему? Как можно так волноваться за человека, который сам толком не знает, кто он? Скептицизм уже начал подниматься внутри, готовый защитить её от этого непрошенного тепла. Но прежде чем он успел окончательно окутать её мысли, раздался спокойный, уверенный голос Бенна: Слова Бенна, произнесённые тихо, но с такой уверенностью, прозвучали сильнее любого крика. Пираты нехотя отступили, переглядываясь между собой и бросая на неё любопытные взгляды, но никто больше не пытался говорить. Бенн спокойно посмотрел на Миру, и, встретив её взгляд, едва заметно кивнул — короткое, простое движение, но в нём читалось всё: Ты дома. Всё в порядке. Мира чуть заметно кивнула в ответ. И впервые за этот долгий день почувствовала, что может позволить себе расслабиться. — Ты помнишь того, кто унёс тебя? — продолжил Бенн, его голос оставался ровным, но в глазах читалась настороженность. Мира подняла взгляд, не ожидая такого вопроса. Она замялась, раздумывая над ответом, но прежде чем смогла что-то сказать, её опередил Шанкс. — Да! Скажи его имя, и мы прикончим этого ублюдка! Его голос прозвучал слишком серьёзно, слишком твёрдо. Ни намёка на смех или беспечность — только ледяная решимость. Мира на секунду застыла. Уголки её губ дёрнулись в слабой ухмылке. Этот дурак серьёзен? Он действительно готов пойти на убийство? Но вместо ощущения защищённости внутри поднялось другое чувство — глухое, неприятное. Ещё одна смерть? Ещё одна травма для того мальчишки, который и без того пережил слишком многое за один день? — В этом нет нужды, — наконец сказала она твёрдо, но спокойно. Её голос прозвучал так уверенно, что даже самые шумные из пиратов на секунду притихли. Шанкс взглянул на неё с лёгким удивлением, но затем лишь пожал плечами и улыбнулся, как ни в чём не бывало. — Ну как скажешь. Но знай, мы всегда прикроем твою спину. Его тон оставался лёгким, почти шутливым, но Мира знала — за этими словами скрывалась настоящая сила. Они были не просто дружеским заверением, а обещанием. И впервые за долгое время она позволила себе почувствовать тёплую искру доверия внутри. — Неужели тебе угрожали, чтобы ты молчала об этом?! — вдруг выпалил Морги, настолько воодушевлённо, что Мира едва удержалась от недовольного вздоха. Он явно любил драматизировать. Но, к её удивлению, остальные тут же подхватили его идею. Их лица отразили смесь тревоги и возмущения, словно они всерьёз поверили в его предположение. Почему они делают такие глупые выражения лиц? — раздражённо подумала она, едва заметно закатив глаза. Только Бенн и старик сохраняли привычное невозмутимое спокойствие, будто весь этот переполох их совершенно не касался. — Может, уже успокоитесь? — наконец произнесла Мира, на этот раз чуть громче обычного, но без раздражения. Пираты на мгновение замерли, переглядываясь между собой. Их любопытство, смешанное с настороженностью, не исчезло, но твёрдость в её голосе заставила некоторых сделать шаг назад, словно невидимая стена встала между ними и её личным пространством. — Никто не угрожал мне, — продолжила она, её голос звучал чётко, словно ставя точку в их догадках. — И тот человек, что утащил меня, безобиден. Её слова прозвучали уверенно, но, вместо того чтобы успокоить команду, только вызвали ещё больше вопросов. Некоторые пираты нахмурились, обдумывая её ответ, кто-то явно выглядел недовольным. — Безобиден? — переспросил Яссоп, его брови удивлённо приподнялись. — Тебя просто так утащили, и ты называешь это безобидным? Мира устало выдохнула, готовясь к новой волне расспросов, но прежде чем успела ответить, вмешался Бенн. — Если она так говорит, значит, так и есть. Он спокойно облокотился на деревянный поручень, его голос был ровным, уверенным, не допускающим возражений. Мира молча кивнула Бенну, не желая продолжать эту тему. Она понимала, что любые объяснения только усугубят ситуацию и вызовут ещё больше вопросов, на которые у неё не было ни желания, ни сил отвечать. — Может, будем разговаривать за ужином? — лениво протянул Лаки, улыбаясь своей привычной беспечной улыбкой. Мира почувствовала огромное облегчение. Спасибо тебе за это, — мысленно отметила она, наконец-то ощущая, как напряжение немного отпускает. Наконец-то смогу привести мысли в порядок после всего этого дня! Но стоило ей расслабиться, как капитан внезапно хлопнул в ладони, будто вспомнив нечто важное. — Ребята! Устроим пир в честь Миры, как нового члена команды! Шанкс воскликнул это громче, чем обычно, и в его голосе звучала искренняя радость. Поначалу Мира хотела возразить, но не успела — команда мгновенно взорвалась ликованием. Радостные крики, смех, одобрительные хлопки по спинам — пираты словно разом забыли о своих тревогах и странных догадках. В одно мгновение на палубе началась суета: кто-то поднимал якорь, кто-то готовил снасти, чтобы как можно скорее покинуть остров. Пираты начали распределять припасы и готовиться к пиру. В это время Хонго, не теряя ни секунды, подошёл к Мире и жестом пригласил её к лазарету. — Идём, есть кое-что важное. Он быстро открыл шкаф и достал небольшой пакетик, который с довольным видом протянул ей. — Это вещи для личной гигиены, — пояснил он, явно довольный собой, словно преподнёс ей ценный подарок. Мира осторожно взяла пакет и мельком взглянула внутрь. Там были зубная щётка, паста, шампунь и ещё несколько необходимых мелочей. Однако упаковка некоторых вещей вызвала у неё странное ощущение. — И ещё, — продолжил Хонго, указывая на один из предметов, — это пригодится тебе во время циклов. Мира подняла на него недоумённый взгляд. — Циклы? Что это? — спросила она, и в её голосе не было ни капли иронии. Хонго застыл, явно ошеломлённый её вопросом. — Ты шутишь? — он уставился на неё с таким удивлением, что, казалось, сейчас потеряет дар речи. Но, внимательно посмотрев на её серьёзное лицо, он понял, что это вовсе не шутка. — Ты… правда не знаешь? — медленно переспросил он, всё ещё не веря своим ушам. Мира отрицательно покачала головой. Тогда, слегка покраснев, он начал объяснять, что такое «циклы», стараясь быть как можно более тактичным. К его удивлению, она спокойно выслушала его объяснение, но в конце лишь фыркнула: — Фу, что за мерзость. У меня такого нет, — заявила она с невозмутимым выражением лица. Хонго тяжело вздохнул, прикрыв глаза рукой, словно пытаясь переварить услышанное. Ему ещё предстояло понять, с кем он имеет дело. — Как у тебя их может не быть? Это есть у каждой женщины, — возразил Хонго, пристально глядя на неё, словно пытаясь уловить хоть намёк на ложь. — Я говорю правду, — спокойно ответила Мира, глядя на него так же уверенно. — Я могу не знать, как устроен этот мир, но точно знаю, что этих ваших «циклов» у меня нет. Я об этом даже не слышала, так с чего бы мне их иметь? Она сделала короткую паузу, прежде чем продолжить: — Ты можешь подумать, что я просто забыла об этом из-за потери памяти. Но если бы так, я забыла бы и другие важные вещи, например, как читать или писать. А этого, как видишь, не произошло. Её логика звучала настолько чётко и уверенно, что Хонго, хотя и не хотел это признавать, всё же не нашёл, что возразить. — Ладно… предположим, — наконец пробормотал он, явно сбитый с толку. Он отступил на шаг, устало потерев лоб, словно пытаясь осмыслить услышанное. — Ты странная, — заключил он после паузы, и в его голосе слышалось не раздражение, не насмешка, а искреннее любопытство. Хонго задумался, стараясь найти объяснение её словам. Это мог быть какой-то дефект её тела, результат травмы или даже чего-то более сложного. А может, ответ был глубже? Связан с тем, кто она на самом деле. Вопросы, казалось, роились в его голове. Если не человек, то кто? Это предположение показалось ему безумным, но в этой девушке было что-то, что не укладывалось в рамки обычного. И она явно сама искала ответы на те же самые вопросы. Мира, заметив его задумчивый взгляд, вздохнула. — Ты сейчас думаешь слишком много, Хонго, — сказала она спокойно. — Если это поможет, я тоже хочу знать, кто я и почему так всё устроено. Её слова заставили его отвлечься от мыслей. Её голос был твёрдым, но в нём скрывалась лёгкая грусть. Она действительно не знала, кем является, но её уверенность в отсутствии «циклов» была абсолютной. — Знаешь, — наконец сказал он, выпрямляясь, — иногда ответы приходят не сразу. Но пока ты с нами, мы поможем найти их. Мира удивлённо посмотрела на него. — Благородно, — произнесла она с лёгкой усмешкой. — Просто часть работы, — улыбнулся он в ответ, возвращая себе привычное спокойствие. Мира кивнула и аккуратно поставила пакет на стол Хонго. — Полагаю, пир уже начинается. Идём? — предложила она, её голос звучал спокойнее, чем минуту назад. Хонго мельком улыбнулся, видя, что её настроение, кажется, стало чуть легче. — Идём, — согласился он, махнув рукой в сторону выхода. Они вместе отправились на палубу, где вся команда уже вовсю готовилась к пиру. На столах выстраивались блюда, напитки, а вокруг слышались смех и оживлённые разговоры. Атмосфера была яркой и тёплой, полной радости и жизни, которой Мира пока ещё не привыкла, но постепенно начинала понимать. Шанкс, заметив их появление, махнул рукой: — Эй, вы двое, быстрее сюда! Без вас не начнём! Мира невольно улыбнулась уголком губ, чувствуя себя частью чего-то большего, пусть и странного, но по-своему уютного. «Может, это начало чего-то важного,» — мелькнула у неё мысль, пока она шла к команде. – В честь нового члена команды! — воскликнул капитан, ударяя кружками для спиртного и заставляя всех разразиться радостным смехом. Вокруг царила атмосфера веселья и свободы, и для Миры это было совершенно новым опытом. Она не могла не заметить, что такого в её жизни ещё не было. Пираты веселились, пили и смеялись, никто не выделялся, даже те, кто не был членами команды. Мира, однако, оставалась настороженной. Она не пьёт, предпочитая сохранять ясность мыслей, да и в её возрасте это было бы не совсем уместно. Но вот капитан, её ровесник, похоже, был в своём репертуаре. Он пил больше всех, его смех был громким и заразительным, а глаза — немного затуманены от выпитого. В какой-то момент он протянул ей странный предмет, и Мира, не сразу понимая, что происходит, взглянула на него с недоумением. В его руках оказалась маска — белая, с маленькими рогами, кончики которых были окрашены в красный оттенок. Маска была простой, закрывала только область глаз, а по её краям шли тёмно-красные стрелки, как будто подчёркивая контуры. — Это мне? — спросила она, не скрывая удивления. — Да! — с улыбкой ответил капитан. — Купил, потому что она напоминает тебя. И решил подарить. Мира стояла в немом удивлении, стараясь понять, как такая маска может напоминать её. Но было одно, что её не оставляло в покое: его улыбка, в которой скрывалось что-то большее, чем просто шутка. Это раздражало её, но она не могла объяснить, почему. — Ты серьёзно? — её голос прозвучал чуть более холодно, чем она хотела. Капитан лишь засмеялся в ответ, не замечая её недовольства, и, похоже, искренне полагал, что этот подарок будет воспринят с радостью. Несмотря на её раздражение, Мира в конце концов приняла маску, не желая портить атмосферу праздника. Это было в какой-то степени мило с его стороны, несмотря на всю его нелепость. — Подарок от капитана-дурака, — произнесла она с лёгкой усмешкой, надеясь, что её слова будут восприняты как шутка. — Не могу разозлиться. Хотя её слова звучали с лёгким сарказмом, внутри она почувствовала, что всё-таки оценить этот жест стоит. Возможно, это был просто способ капитана показать свою заботу, хотя и в своём своенравном стиле. С маской в руках она снова оглядела команду. Несмотря на свою недавнюю усталость и странные мысли, она ощущала себя частью чего-то большего — странного, но настоящего.

***

Среди тёмных улиц города лишь одно здание выделялось светом, пробивающимся сквозь окна. Это был штаб Дозорных — место, где о спокойствии можно было только мечтать. Сегодняшняя ночь не стала исключением. Причиной напряжённой атмосферы стал взрывной характер молодого капитана, чей гнев обрушился на пленённого пирата. Того схватила охотница за головами, но теперь саму её никто не мог вспомнить. — Как, чёрт возьми, вы могли не запомнить лицо и разузнать имя этой "Охотницы"? — раздражённо выдохнул дозорный, устало откидываясь в кресле. Он заложил руки за голову, глядя в потолок, лишь бы не смотреть на дрожащего подчинённого. — Она… она настаивала, чтобы награду выплатили немедленно! — голос Дозорного дрожал, почти срываясь на панический писк. Его пальцы сжались на коленях, словно он пытался удержаться от того, чтобы не рухнуть со стула. Воспоминания путались, но грозный взгляд начальника заставлял мозг работать из последних сил. — У неё… были светлые волосы! Да, точно! И карие глаза… Он судорожно втянул воздух, когда ещё один образ всплыл в памяти. — И… и у неё был забинтован один глаз! — С такими скудными показаниями мы её вряд ли найдём… — недовольно вымолвил капитан. Эти слова больно ударили по самолюбию дозорного. Он и так чувствовал себя бесполезным, но теперь внутри разлилась настоящая вина. — С-сэр? Могу я задать вопрос?.. — нерешительно начал он, и, получив молчаливый кивок, набрался смелости. — Разве мы не ловим только преступников, пиратов? Зачем нам эта охотница? Особенно если она сама поймала того, кто доставлял нам столько хлопот? Капитан на мгновение замер, чуть склонив голову, а затем хмыкнул: — Вроде бы трусишка, а вопросы задаёшь смелые. Знай, если бы не твоя эта черта… тебя бы здесь уже не было. С этими словами он устало выдохнул и, наконец, взглянул на коммандера, что каким-то чудом снова оказался в приёмной, вместо того чтобы заниматься своими прямыми обязанностями. В службе давно ходили разговоры о нём — трусливый командир, которого никто не уважает. Он не мог отказать даже солдату ниже по званию, если тот просил поменяться с ним на день, позволяя ему беззаботно шататься в рабочее время. И никто не понимал, почему этот человек до сих пор занимает свою должность. Никто, кроме капитана. Он прекрасно знал причину Встав с места, капитан медленно зашагал по комнате, размышляя. — Коммандер, Кури Юканна. Ваше имя должно олицетворять вашу сущность — строгость и справедливость, — голос капитана был холоден, но в нём не звучало злобы, лишь усталость. Он остановился у окна, бросив взгляд через хрупкое стекло на звёздное небо. Эти слова он говорил Юканне не в первый раз. — Если подобное повторится, вы знаете, чем это закончится. — Понимаю, капитан Вальтер… — его голос прозвучал глухо, почти безжизненно. Он опустил голову, позволяя чувству вины окончательно захлестнуть его. Он уважал своего капитана больше всех, но почему же… почему же он был таким тряпкой? Почему не мог измениться, стать полезным для своего капитана? Эти мысли тянули его всё глубже, пока вдруг грубая, мозолистая рука не схватила его за подбородок, вынуждая поднять голову. Юканна замер. Капитан смотрел прямо на него, и в его тёмных глазах не было ни капли разочарования, как он ожидал… — Если будешь продолжать в том же духе, только сильнее добьёшь свою самооценку. Так что прекратите — голос капитана прозвучал твёрдо, но без осуждения. Он ослабил хватку, позволяя Юканне осмыслить сказанное. — Перейдём к делу. У этой охотницы есть то, что принадлежит правительству. И мы должны вернуть это, пока она не догадалась, как этим воспользоваться. Юканна коротко кивнул, его лицо стал бесстрастным. — Значит… мы убьём её? — эти слова сорвались с его губ без малейшей запинки. В них не было эмоций — только ожидание приказа. Капитан развернулся, задумчиво расчёсывая пальцами свои тёмные, словно обсидиан, волосы. — Это зависит от неё самой, — бросил он, словно не придавая этому особого значения.