Понедельник

      Понедельник начался с кокосового рафа, розовых цветов в одежде и лёгкого опоздания на работу. Игорь Викторович молча кивнул, выслушав причину опоздания — Антон тупо не смог правильно рассчитать время выхода из дома! — в самом мягком тоне из всех, что только можно было представить в этом случае, предупредил о том, чтоб больше такого не повторялось, и повёл Антона знакомиться с остальной небольшой командой.       Команда, на самом-то деле, представляла из себя не слишком большой объем людей: всего трое, двое парней и девушка. Антон задался вопросами по поводу того, чем ещё занимается Игорь Викторович, раз ездит на бэхе и живёт в новостройке, при том что его контора настолько… маленькая. Благо, хватило ума понять, что, должно быть, большая часть сотрудников работает удалённо. Весьма удобно, хотя он бы так не хотел. Сгнил бы в четырех стенах заживо, не имея причины их них выбираться, и не узнал бы ничего нового о начальнике. По правде говоря, Антон уже и не знал, какая причина работать тут для него в приоритете.       — Очень милые джинсы, Антон, — заметил Игорь Викторович, заставляя Антона невольно обратить взгляд на собственную одежду. Чрезвычайно светло-голубые, почти белые штанины были разрисованы крупными ветками цветущей сакуры.       — Спасибо. А вы всё ещё в своём черном костюме, — заулыбался Антон в ответ. — Я могу помочь вам подобрать что-нибудь более… экстравагантное. Если вас, конечно, это интересует.       — К счастью или сожалению, нет. Предпочитаю классику, — качнул головой Игорь Викторович с мягкой улыбкой.       Мужчина провел Антона мимо своего кабинета в небольшое помещение с таким же небольшим количеством рабочих мест, большинство из которых всё равно пустовало. За оставшимися сидели двое парней, сильно увлечённых клацаньем по клавиатуре, и девушка, которая пока просто задумчиво смотрела в экран. Антон ещё рассматривал новых (и первых в жизни!) коллег, когда Игорь Викторович снова заговорил, привычно мягко и негромко.       — Вы будете работать за тем столом, рядом с Димой. Дима кролик, они уж точно не кусаются, — уточнил начальник, заставив Антона глупо улыбнуться и закатить глаза. — Ваше постоянное присутствие не является обязательным, но если в планах не приходить или прийти позже обычного — пожалуйста, предупредите. Там, в дальней части, зона отдыха. Чайник, чай, кофе и всё что не потрудились подписать — в Вашем распоряжении, хотя лучше, наверное, спросить. Если что-то непонятно, понадобится или будет кто-то обижать — можете сразу бежать ко мне. Есть вопросы?       Антон кивнул, хотя на секунду задумался, как лучше сформулировать вопрос и при этом звучать так же вежливо и учтиво.       — Пока только один. Мне компьютер, в общем-то, практически без надобности, я на планшете все каляки-маляки делаю. Могу обменять стол на вон то кресло у стены?       Игорь Викторович засмеялся, поднимая руки, мол, это я уже не вправе решать. Антон тоже слабо улыбнулся, хотя цели повеселить начальника в свои слова не вкладывал. Но, честно говоря, результатом вопроса он всё равно был доволен — Игорь Викторович лишний раз показал ему, что границ в конторе практически нет, а ещё Антон только сейчас заметил планшет для бумаг с несколькими прикрепленными листами в его руках.       Игорь Викторович проследил за взглядом Антона, поняв, что акцентировал внимание на бумагах раньше запланированного, но не стал дальше задерживать парня и сразу протянул их ему.       — Ваша первая работа. Срок — три дня, сдаёте в пятницу лично мне. Пока можете сделать только общий план, деталями займетесь после того, как заказчик утвердит черновой вариант. Всё ясно?       Антон покивал, всматриваясь в лист бумаги, вжатый металлическим зажимом в пластиковую доску. На нём столбиком расположился список разделов, общие сведения об организации и требования заказчика. Антона не слишком впечатлила идея делать всё в преимущественно фиолетовом цвете, но осуждать выбор человека он не мог. Зато мог подобрать более приемлемые оттенки, чем что-то вроде фиолетово-сизого — аметист, серобуромалиновый, лавандовый и, ха, пурпурное горное величие ведь все ещё считаются фиолетовым.       Антон почувствовал, как приятная взволнованность и предвкушение перед предстоящей работой растеклись по телу легкой дрожью. А это он задумался только о цветовой палитре.       — И так… я свободен?       — Да, можете приступить к оккупации кресла.

* * *

      Антон припарковал рюкзак на стул, стоящий перед абсолютно бесполезным для него столом, достал всё необходимое для работы и ушёл в дальнюю часть помещения, не удостоив даже коротким взглядом ни монитор, ни системный блок, ни клавиатуру с мышкой. Ему они ни к чему, у него другие инструменты.       Кресло оказалось даже мягче, чем Антон ожидал. Он опустился на него, по ощущениям погрузившись в мягкую обивку почти на треть тела, и упёр взгляд в планшет — для начала тот, что с бумагами — подчёркивая для себя всё самое важное или просто достойное внимания. Ещё никогда разбитый на части и собранный заново в новом порядке алфавит не вызывал столько восторга и эмоций в целом.       Фиолетовая палитра… семь основных разделов… орнаменты везде, где их только можно вставить…       Антон нахмурился, вернувшись взглядом к информации о направлении компании. Мягкая мебель. Надо же. Надо иметь в виду, что общий вид сайта должен быть достаточно аристократичным, но не переходить рамки и не становиться похожим на старые сайты непонятно каких эпох развития Интернета…       Антон записал эту маленькую заметку сверху листа и только после этого задумался, а можно ли ему вообще на этих бумагах писать. С одной стороны ничего очень официального в них нет, да и вообще у Игоря Викторовича наверняка должна быть хотя бы электронная копия, а с другой…       Антон поджал губы, уверяя себя в собственной невиновности, но мысленно пообещал себе спросить об этом у начальника чуть позже. Ну, может быть, Игорь Викторович подойдёт поинтересоваться его успехами, тогда Антон заодно уведомит о совершенных почеркушках на листах.       Сбегая от накатившего почему-то стыда, Антон с головой погрузился в работу. Это ведь не должно быть очень сложно, правильно? Все сайты, как правило, делаются по примерно одному принципу, которым ему ежегодно так усердно капали на мозги в институте, и там нет абсолютно ничего проблематичного, с чем он бы ни справился. А даже если не справится — у него есть Игорь Викторович. Бегать к нему после каждой объявившейся трудности, конечно, он не будет, но наверняка начальник не обидится, если спросить у него совета. Вообще-то, он сам говорил обращаться к нему, если что-то понадобится.       Антон по случайности выудил из памяти образ то ли просто вежливо, то ли мило улыбающегося ему начальника, но не разрешил себе надолго на нём задерживаться. Игорь Викторович просто приятный, воспитанный и интеллигентный человек, ничего особенного в его отношении нет, наверняка он общается так абсолютно со всеми сотрудниками… и соседями тоже. По крайней мере, Антон пытался себя в этом уверить.       Минуты через две Антон с разочарованием осознал, что всё это время тупо водит стилусом по экрану, перемещая кружочек на палитре то в один, то в другой угол, делая используемый цвет то ярко-фиолетовым, то пурпурно-серым, то чёрным или белым. Смысла в этом занятии было не много — рука двигалась сама по себе, пытаясь занять себя хоть чем-то, пока мозг ещё получал лёгкое подобие эндорфина от воспоминаний о чужих чертах лица и дружелюбном отношении. Ну пиздец, с каких это пор Антон падок на серьезных взрослых дяденек? Если дело касается мужской части населения, то ему, вообще-то, всегда нравились его ровесники — порой инфантильные, легкомысленные, глупенькие и шутливые, всеми собой олицетворяющие молодость и красоту свободной от забот жизни. А тут вдруг… такое.       Антон тряхнул головой, уже осознанно провёл по палитре вновь, подбирая новый цвет, и взялся за дело. Ничего «такого» тут нет и быть не может, никто из них особенного интереса друг к другу не проявляет, а обмен комплиментами после собеседования и сегодняшним утром — всего лишь констатация неоспоримых фактов о привлекательности их обоих.       — Смотрю на тебя и думаю, что зря считала работу дизайнеров простой.       Антон поднял голову. Девушка, которая во время его обустройства на рабочем месте искала какие-то ошибки в коде, сейчас стояла перед ним, а на столе за ней светился и шумел прозрачный чайник.       — Привет. Я Натали.       Натали протянула ему левую руку и Антон пожал её, представившись в ответ. В процессе рукопожатия стилус позорно упал на пол, подкатившись прямо к носкам кед Натали.       — Я так понимаю, это про тебя Игорь говорил, что взял на работу своего соседа?       Антон увёл взгляд, вздохнув. Его определенно не привело в восторг то, что Натали сказала это так громко.       — Много кому он сказал?       — Только мне.       Антон окинул Натали быстрым взглядом, пытаясь не слишком детально представлять, какие отношения царят между ней и Игорем Викторовичем.       — А вы?.. — он снова выпалил свой вопрос сразу, не задумываясь о последствиях.       — Боже, нет. Он гей.       Антон качнул головой вбок, мол, «ну, весомая причина не встречаться с тобой». Хотя сам он, может, хотел бы пригласить её на чашку кофе — как только закончит хотя бы с главной, «лицевой» страницей сайта.       — А ты? — так буднично поинтересовалась Натали, как будто по Антону было видно, что он каждые выходные порется в жопу, и ей просто нужно было подтвердить свои догадки на всякий случай.       — Нуу, шансы у тебя есть, — протянул он, приулыбнувшись. Натали ответила лисьей улыбкой и отвернулась, доставая из одного из висячих ящиков кружку.       Девушка была милой, но даже по манере общения — бойкой и нескромной. Будь она начальницей, Антон сегодня, наверное, пришёл бы ещё раньше неё, лишь бы не опоздать.       — Прекрасно. Надеюсь, ты успеешь освободиться к двум часам и на мой перерыв мы пойдём вместе.       Бойкая, нескромная и первой проявляет инициативу. Натали меньше чем за минуту стала для Антона самым интересным человеком в помещении — может быть ещё и потому, что она обладательница не только интригующего поведения, но также впечатляющей внешности и двух Х-хромосом.       Загорелая кожа, острые черты лица, длинные чёрные волосы и глаза-чёрные дыры, съедающие душу смотрящего вместе с рассудком — всё это делало Натали примечательной и интересной хотя бы для простого рассматривания.       Натали развела растворимый чёрный кофе в кружке кипятка, бросила туда по меньшей мере четыре кубика сахара и, размешивая на ходу, вернулась к своему рабочему месту, так и оставив Антона под впечатлением. Господи, да какой там Игорь Викторович, когда на горизонте появилась она.

* * *

      Антон бросал взгляд на часы чаще, чем следовало бы, когда ты очень сильно погружен в работу и она очень сильно тебе нравится. Честно говоря, для кого-то кроме преподавателей в институте Антон ещё никогда не занимался дизайном. Ну… ещё мама периодически таскала эскизы одежды, нарисованные им только в рамках хобби, к своей стилистке чтобы посоветоваться насчёт того, подойдёт ли ей этот цвет или фасон — на удивление, чаще всего их взгляды на вещи совпадали, и меньше чем через неделю в гардеробной матери красовался новый костюм, блуза или платье, что, естественно, очень льстило Антону. А кому не понравится, когда твоё бесконечное впахивание на учёбе в итоге выльется в настолько значимую похвалу?       Странно, что от такого Антон в итоге пришёл к работе в какой-то полуконторе, где прямо сейчас рисует общую концепцию сайта для компании, у которой доход наверняка вдвое меньше, чем карманные деньги, получаемые Раутом от родителей. Ну, у них всё впереди.       Но и у Антона тоже, он не собирается вечно работать на Игоря Викторовича — это так, простая забава, он вообще сейчас проходит курсы маминой стилистки, чтобы затем продолжить работать в направлении одежды. Никакого отношения к информатике он в течение жизни иметь не хотел, ни косвенно, ни напрямую, но ради общего развития и получения какого-то опыта это было интересным занятием. Может, он тут задержится на год, а может и на два — посмотрит по времени, когда станет полноценным подопечным Наины Елезаровны.       — Ну что, Антош, уже два, — весело объявила Натали, снова подойдя к нему. — Надеюсь, ты уже закончил, иначе мы уйдём без тебя.       Антон усмехнулся первой части предложения, рисуя последнюю линию на эти полчаса и выключая планшет, но вторая уже вызвала вопросы.       — Мы?       Он поднял глаза и встретился с блеском целых двух пар неестественно ярких радужек. Чёрных, не дававших и намёка на то, что в лучах выглянувшего солнца могут неожиданно засветиться янтарно-жёлтым, и уже знакомых зелёных, прямо сейчас почему-то отсвечивающих очень бледно-зелёным оттенком хризопразов.       Антон почувствовал себя загнанным в угол и внезапно осознал, к какой породе людей относятся как Игорь Викторович, так и Натали.       Волки.

* * *

      Антон мысленно записал себе главное предпочтение Натали в кофе — чем крепче, тем лучше. Насчёт Игоря Викторовича он никаких выводов сделать пока не мог, но уже сейчас его моккачино вовсю кричал, что вкусами начальник от подчинённой отличается. Антон сделал себе вторую заметку, но пока не обводил её в такой же мысленный кружок, чтобы потом всё это не перечёркивать.       Его графическое мышление когда-нибудь сведёт его с ума. Или эти вот волки. Или их глаза. Или только Натали. Или руки Игоря Викторовича. Или его голос. Или… блядство!       Антона одолевала би-паника, а он даже не знал, что с этим делать. Он уже пытался дышать глубже и отвлекаться на окружающие предметы, техника 5-4-3-2-1, вот только это не паническая атака, а его элементарное непонимание как себя вести перед целыми двумя настолько красивыми людьми, которые просто сидя напротив и общаясь о чём-то между собой давят его насмерть своей охуенностью. Настолько, что Антон уже перестал переживать за свой внешний вид и сидел, никак не беспокоясь о торчащих на голове кошачьих ушах и вылезшем из-под розовой рубашки и над самым ремнём джинс пушистом хвосте. Ну, ему нужно было как-то выражать своё напряжение в этот мир, и распушённый хвост отлично выполнял эту задачу.       Раут задумчиво ковырял вилкой цезарь и смотрел то на Натали, то на Игоря Викторовича, стараясь никак не вникать в их разговор. Вообще-то, он хотел провести с ней время без участия начальника, но они, похоже, были достаточно близки, чтобы участие Александрова являлось фактором системы «само разумеется», к тому же Антон не мог сказать, что общество мужчины ему совсем не нравится. У него приятный голос, его интересно слушать, он милый, да и в целом, если подумать, ничем не уступает Натали — только в другой категории, которые сравнивать нельзя.       Когда разговор прекратился и взгляды собеседников обратились к нему, Антон наконец понял, что смотрит на них слишком долго.       — Что-то не так? — спросил Игорь Викторович; Натали повторила его вопрос взглядом в более настороженно-раздраженной форме.       — В каких вы отношениях?       Антон в очередной раз выпалил первое, что пришло в голову. Натали промолчала, очевидно, сигнализируя, что она уже отвечала на другую вариацию этого вопроса. Игорь Викторович усмехнулся, оперевшись головой на руку и смотря прямо в глаза парню:       — Антон, почему Вас так интересуют мои отношения с другими людьми?       — Человек — социальное, а к тому же ещё и любопытное существо, — так же мягко как и он улыбнулся Антон, пожимая плечами. — В совокупности это даёт заинтересованность в совании нос в дела других людей. Ничего не могу поделать, просто природа.       Начальник снова усмехнулся, склонив голову набок сильнее.       — Я понял. Натали моя хорошая подруга, мы дружим с детства, — кратко объяснил Игорь Викторович. — А Вы теперь должны мне ответ на второй личный вопрос.       — Задавайте.       — Личный, —повторил он, намекая на присутствие Натали. Девушка состроила выражение лица, ясно обозначившее, что в этой скрытности она не видит решительно никакого смысла, поскольку ответ Антона всё равно рано или поздно перейдёт и в её руки. — Так что этот диалог мы отложим.       — До того момента, как Вы снова решите подвезти меня до дома?       Игорь Викторович промолчал, зато Натали коротко посмеялась. Антон даже не знал, что её повеселило больше — его неловкая попытка поставить начальника в неловкое положение или реакция на эту попытку. Наверное, посмеялась она всё-таки с них обоих, хотя Антон смешным быть не хотел.       — Так как продвигается Ваша работа? — спросил Игорь Викторович меняя тему, на что Натали недовольно закатила глаза, пресекая всякие попытки ответа:       — Ну давай хоть вне офиса о работе говорить не будем. Я уверена, с Антоном можно обсудить и другие вещи, — произнесла она, отодвигая от себя уже опустевшую тарелку и вместо этого оперевшись на стол локтями. — Вопрос про наши с Игорем отношения касался и меня тоже, так что, если я правильно поняла правила вашей игры, то я тоже могу задать тебе личный вопрос. Ты кем-то занят?       Антон наконец заставил себя начать полноценно орудовать вилкой, а не тупо совершать бессмысленные акты насилия над салатом, и то — только в целях оттянуть время перед ответом. Ему не хотелось говорить ничего конкретного — ни да, ни нет, лучше всего, конечно, было бы как-нибудь умело избежать прямого ответа, чтобы у девушки остались сомнения.       — Думаю, занятость в конторе Игоря Викторовича делает меня человеком, который занят им.       — Ты знаешь, о чём я, не включай свою кошачью изворотливость.       Антон хитро улыбнулся, выпрямившись и кокетливо вздернув уши, мол, «а хуй тебе не пососать? Тоже мне, выдумала». От внимания не ушёл внимательный взгляд начальника, скользнувший по всему Антону, смеряющий его с самой нижней доступной точки до кончиков ушей. Рауту это только польстило.       — Так ты в отношениях?       — Это уже второй вопрос, — отмахнулся он, возвращая своё собственное внимание к тарелке. Натали тем временем обратилась к Игорю Викторовичу:       — Может, ты тогда спросишь?       — Зачем? Я и так знаю, что Антон скажет, — пожал он плечами, заставив Натали разочарованно фыркнуть.       — Ну и пожалуйста. Тогда я вернусь в офис, — предупредила она, вставая со своего места и подхватывая повешенный на спинку стула бомбер.       Скоро о присутствии девушки уже не могло сказать ничего, кроме посуды.       У Антона были вообще не такие планы, хотя он не знал, смог бы отказаться от похода с ними на перерыв, если бы знал чем это закончится. Конечно, Натали была приоритетом и в первую очередь именно с ней Антон хотел бы свои отношения углубить, но, с другой стороны, Игорь Викторович привлекал его не меньше.       — Вы ей не интересен.       Заявление было настолько решительным, внезапным и так резко вырвало его из мыслей, что Антон замер; вилка застыла в воздухе на полпути ко рту.       — С чего Вы взяли? Я интересен всем. Готов поспорить, что даже Вам.       Игорь Викторович улыбнулся, покачав головой.       — Всем, мне, кому угодно. Но не ей, — он снова так внимательно посмотрел на Антона, что у того что-то перевернулось внутри, тяжёлым узлом осев внизу живота. — Она бы не позвала меня сюда, если бы хотела полностью занять Ваше внимание.       Антон хмыкнул.       — Может, просто постеснялась быть со мной наедине?       — Натали? Постеснялась? Не смешите, — Игорь Викторович сказал это таким тоном, что Раут и сам понял, что его догадка глупа и, может быть, даже оскорбительна для девушки. — Думаю, в её планах изначально было оставить нас наедине.       — Бред.       — Поверьте, это происходит не впервые. Иначе бы я не стал предупреждать о заведомой провальности Ваших попыток с ней флиртовать.       Антон решил не прислушиваться к словам, но запомнить. На всякий случай. Доводы начальника может и не были приятными, зато хотя бы аргументированными. Впрочем, Антон не хотел бы стать жертвой свахи-любительницы, даже если упорно свести его пытаются с Александровым.       — Так значит, не впервые? — снова начал диалог Антон, улыбаясь. — И как часто её сводничество кончалось удачей?       — Это уже второй личный вопрос, а Вы не ответили мне пока даже на первый.       — Так задавайте, — хмыкнул Антон с вызовом и полной готовностью отвечать за свои слова. — Натали уже ушла. Другим людям здесь нет до наших разговоров никакого дела.       Антон усмехнулся и понизил громкость голоса.       — Если, конечно, Вы не собирались лезть в самые потаённые уголки моей души.       Игорь Викторович вздохнул с лёгкой улыбкой, покачав головой.       — Нет, туда я пока заглядывать не хочу. Мне хватит и Ваших поверхностных тайн.       «Поверхностные тайны». Очень забавное наименование для того, что люди обычно узнают друг о друге на первом же свидании или вовсе при знакомстве. Зачем им эта «игра», как её обозвала Натали, если можно просто сесть и поговорить? Например, в этот прекрасный момент, когда они находятся наедине, на некоторое время свободные от своих обязанностей и, возможно, даже от должностей и лёгкой, но заметной власти одного над другим.       — Тогда, может, наконец спросите меня о моих «поверхностных» тайнах? Или мне начать задавать вопросы в долг? — Антон наклонил голову, опирая её на кулак и стараясь смотреть прямиком в глаза начальнику. Тот не отвечал жестами, которые выразили бы его эмоции идентичной красочностью и понятностью, но взгляд всё равно блестел, говоря о заинтересованности Игоря Викторовича куда лучше его вежливых слов.       Мужчина подумал, задержав взгляд на лице Антона. Раут, честно говоря, не понял, о чём он может так долго рассуждать, если они уже подняли одну тему, касающуюся Антона, в день собеседования, и тема эта не была доведена до своего логического завершения. Однако затем Антон задался вопросом — на месте Игоря Викторовича он бы тоже интересовался тем, откуда у только что выпустившегося студента квартира? Он, кажется, уже дал вполне ясный намек на то, что отдельное жилье ему обеспечили родители, вряд ли Игорю Викторовичу будет так интересно получить подтверждение и так очевидного. «Я и так знаю, что Антон скажет», а получить новую загадку, конечно, куда увлекательнее простого «да, верно» на уже разгаданную.       — Покажите татуировки.       Антон удивлённо вскинул брови. Татуировки? Серьезно? Он ожидал чего угодно, вопросы об ориентации, родителях, его отношениях с людьми, да бля, он бы не удивился и вопросу про то, какой идеологии он придерживается и какие политические взгляды имеет. Но татуировки?       — Это даже не вопрос, — озвучил Антон следующую свою мысль, и Игорь Викторович спокойно кивнул:       — Да. Но, думаю, это всё ещё считается чем-то личным.       — Особенно личным оно станет если я скажу, что татуировки у меня есть и на груди. Их вам тоже показать?       — Мне стоит ответить, что когда-нибудь увижу их сам, или всё же быть поскромнее?       Антон мазнул по Игорю Викторовичу быстрым взглядом, пытаясь понять, больше идёт ему монашеская скромность или громкая уверенность. К конкретному выводу он не пришёл, обе этих черты перекликались и прекрасно сочетались в начальнике, но отделаться от представленных совершенно противоположных образов уже не получалось. Стеснительно краснеющий от случайных прикосновений и раздевающий одним только взглядом Игори Викторовичи выглядели одинаково притягательно.       — Очень милая попытка пофлиртовать без флирта, — заметил Антон. — Но в следующий раз постарайтесь увереннее.       — Хорошо. В следующий раз сразу скажу, что Ваши джинсы нравятся мне не из-за рисунка на них, а из-за того, что изумительно подчёркивают ягодицы.       Антон каждой клеткой ощутил, как лицо вспыхнуло наверняка чрезвычайно ярким смущением. Так это тоже была попытка пофлиртовать без флирта? Или Игорь Викторович только сейчас её предпринял? Да ещё и так бесскромно, фактически в открытую заявляя о том, что с удовольствием засматривался на зад Антона!       Антон кашлянул в кулак, впервые за всё знакомство позволив себе отвести взгляд первым. Он даже не знал, по каким причинам его так впечатлила высказанная фраза, почему он тут так краснеет от не слишком-то и красноречивых слов и с каких пор улыбка начальника отзывается таким трепетом в глубине души и районе паха.       Игорь Викторович поставил локти на стол, ненавязчиво сократив дистанцию между собой и Антоном, и улыбнулся с настоящей наглостью, присущей, наверное, всем волкам.       — Полагаю, после такого уже можно на «ты»?