Понедельник

      Антон старался пить как можно меньше, балуясь преимущественно с теми коктейлями, в которых алкоголя налито на донышке. Клубная движуха и так пьянила, играя на невероятном контрасте с тоской офиса. Антон не задавался никакими вопросами, мозги просто растекались в лужу от духоты и шума, но ощущение было настолько приятным, что он с радостью бы согласился умножить эффект на двадцать.       Без участия каких-либо запрещенных веществ, конечно же.       Антон думал, что после входа в клуб они вместе с Игорем разбегутся по разным сторонам и, может быть, лишь изредка будут встречаться у бара. Причины полагать были простые — может, Игорь не захочет падать слишком низко в глазах подчинённого, если очень сильно напьется, вот и предпочтёт скрыться от его внимания в толпе… но Александров совершенно противоположно предположениям Антона попросил его держаться рядом, ну так, на всякий. И Антон действительно согласился не отходить ни на шаг, хотя очень хотелось.       Раут вертел головой, вылавливая из толпы то одно, то другое умопомрачительно красивое лицо, но каждое уже было настолько пьяным, что не имело смысла подходить знакомиться. Вернее, смысл был, но секс с сильно пьяными людьми Антона не слишком-то удовлетворял, а сам он много пить сегодня не планировал, ему, наверное, на работу завтра… хотя он действительно ещё не решил, стоит ли приходить в офис с отсутствующим начальником.       — Ты часто тут бываешь?       Музыка долбила так, что приходилось сильно повышать голос. Антон уже чувствовал, что завтра у него будет болеть горло, да и голова наверняка тоже. Пил он, конечно, немного, но этого хватало, чтобы давление окружающего пространства намного ярче отразилось на самочувствии.       — Не то что бы, — отрешённо отозвался Игорь. — Но иногда бывает.       Антон вздохнул, смотря на него. Взгляд, наверное, вышел слишком уж любовным, но иначе у Антона смотреть на начальника сейчас просто не получалось — слишком потрясающе он выглядел в полутьме и сиянии неоновых огней одновременно. Хотелось коснуться, понять, что он действительно материальное создание, существующее и физически доступное… о, кажется, Антон всё-таки переборщил.       — А почему прям посреди недели?       Антон заметил смену мимики на лице Игоря — только она дала понять о грустной усмешке в ответ на его вопрос.       — Я бы ответил, но, боюсь, это будет считаться за очередной раунд нашей игры.       — Тогда я согласен на него, — не думая заявил Антон, продолжая смотреть только на Игоря, тогда как его взгляд был прикован к людям впереди.       Антон уже хотел принять это за оскорбление, но, когда Игорь внезапно отстранился от стойки, приветствуя кого-то, перестал хотеть вообще что-либо, касающееся начальника.       Из толпы словно масло от воды отделилась знакомая низкорослая фигура с намного более эффектным макияжем, чем Антон уже видел. Натали широко ему улыбнулась и, обняв в знак приветствия Игоря, почему-то полезла и к Антону. Впрочем, он совсем не жаловался, внимание девушки ему безумно нравилось, даже если он ей «не интересен».       — Боже, Антон теперь всегда будет присутствовать на наших посиделках? — залившись серебристым смехом, обратилась к Игорю Натали.       — Ты первая начала.       Антон почувствовал себя ребенком, которого по каким-то причинам нельзя оставить бабушке с дедушкой и поэтому родитель всюду таскает его за собой, но глупое ощущение быстро растворилось. Возможно, под влиянием коктейля, а может просто атмосфера вечера заново захватила его разум. Когда Натали повела их с Игорем вглубь клуба, Антон не стал задавать никаких вопросов, не стал даже следить за ходом их диалога — все внимание уперлось только в девушку.       В странноватого, но притягательного вида топ с корсетными завязками на спине, в мешковатые штаны, в длинные волосы. Наверное, Натали уже устала от того, сколько же притягивает взглядов, но Антон не стыдился быть одним из них — она определенно заслуживала такого внимания.       — Антон, возьми себя в руки, — Антон вздрогнул от внезапно раздавшегося над самым ухом голоса начальника. — То, что Натали в тебе не заинтересована, ещё не значит, что на твоё поведение она не обращает внимания совсем.       Антон закатил глаза.       — Тебе-то какое дело?       — Ревную.       Игорь сказал это с настолько непонятным выражением, что Антон сам не понял, как ему это воспринимать. С одной стороны — всего полчаса назад они в открытую флиртовали в офисе, находясь в десяти сантиметрах друг от друга, и, вероятно, какие-то эмоции такой быстрый переход с одного человека на другого может вызвать, а с другой — шутит, наверное. Ничего особенного между ними нет, а то, что было полчаса назад…       Ну, всякое бывает. Это ещё не повод переживать.       В части клуба, в которую завела их Натали, музыка долбила уже не так сильно. Люди громкими компаниями сидели за столиками, занимаясь таким бурным обсуждением, что исходящий от них шум компенсировал тишину и перемешивался с битами. Вплетающиеся в разговоры басы создавали новую мелодию, не способную на сравнение ни с одним жанром музыки.       Натали была похожа на фею, хранительницу этого места. Хотя заядлой тусовщицей, очевидно, не была, но её аура полностью отвечала здешней атмосфере, такой же дерзкой и бесподобной, но отчего-то уютной и по-своему умиротворяющей… вновь возобновившийся после короткой паузы диалог между Игорем и Натали отвлёк Антона от рассуждения.       — …мне вообще недавно предложение о продаже поступило, — поделилась Натали, садясь за столик. Игорь сел напротив, и Антон выбрал его сторону, но только для того, чтобы рассматривать девушку в полной красе. На его месте вы бы тоже выбрали любоваться ей, а не Александровым.       — Это кто такой самоуверенный?       — Я не вдавалась в подробности, — поморщилась девушка. — Пацанёнок какой-то, выпорхнул из родительского золотого гнезда и решил, что хочет по кайфу бизнес строить. Методом покупки чужого.       Антон нахмурился. Определение возможного покупателя задело его за живое так, словно говорили лично о нём. У Натали обо всех «птенцах» золотых гнёзд такое мнение? О, тогда шансов понравиться ей всё меньше.       — Ты чего это? — внезапно усмехнулась Натали, заметив смену выражения на лице Антона.       — Нить разговора потерял, — мотнул головой Антон, снимая с лица маску оскорбившегося птенца-мажора и быстро рисуя на ней улыбку перед тем, как снова надеть. — За соседним столиком слишком интересно какого-то Егора обсуждают.       Игорь прыснул, тихо пробормотав:       — Ты восхитительно ищешь оправдания, Антон…       — Да? А мне казалось, ты всё время на меня смотрел, — обворожительно улыбнулась Натали, поставив голову на обе ладони.       — Просто взгляд зафиксировал и слушал.       — Как я сразу не догадалась. Ну, в общем, там ничего такого, я всё равно это место никому ни в жизнь не отдам.       Антон удивлённо вскинул бровь.       — Это место?       — Ну да. Я владелица этого клуба, — пожала она плечами. — Программированием так, просто в рамках хобби занимаюсь. Ещё что-то?       На лице Антона определённо отражалось очень много вопросов, но ни один из них он задать так и не решился. Мало ли она неравноценными в ответ засыпет, а Антон не сможет отказаться от ответа — его воспитали в любые игры играть честно, вообще-то.       — К тебе — нет, но, к слову о бизнесе, — начал Антон, повернув голову к Игорю. Тот ответил, даже не взглянув на Раута в ответ, отчего парня кольнуло лёгкой обидой где-то изнутри грудной клетки:       — Свадебное агентство у меня, Антош. Делаю так, что люди потом смотрят на чьи-то фотки со свадьбы и думают «о, нихуя, как красиво», — кратко пояснил он. Антон хотел подъебнуть без особой злости, но получилось всё равно хмуро:       — А ты все мои фразы наизусть заучиваешь, да?       — Ага. Записываю на диктофон, восхищаюсь и заучиваю. Делать мне нечего.       — Игорь, ты чего это такой озлобленный? — вмешалась Натали и подозвала порхающую между столиков официантку: — Машенька, принеси мальчикам по виски, ну, знаешь, как обычно… Антош, ты же не против?       Антон мотнул головой, хотя, вообще-то, он не планировал много пить — над ответом он не задумывался, ведь голову занял другой вопрос.       — Как обычно? Ты не в первый раз сюда парней таскаешь?       — А с чего бы мне не таскать? Я должен был тебя одного всю жизнь ждать?       Антон отвёл глаза, откинувшись на спинку дивана. И вправду, хули он тут возникает, сам только что недовольстовал по поводу того, что Игорь в его жизнь лезет.       — Хотя если бы знал, что встречу, подождал бы, — полушутливым тоном заметил Игорь, но Антона всё равно впечатлил, заставив сложить руки на груди в жесте, защищающемся, похоже, от внезапных подкатов.       — Ну уж нет, — фыркнул он. — Мне тридцатилетний девственник не нужен.       — Я думал, мы говорим только о том, кого я таскаю в клуб, а ты сразу в постель полез.       — Кто бы говорил, ментальная жертва пубертата.       — Так, поссоритесь вне моего заведения, — прервала разговор Натали, закрыв обоим рты одним изящным жестом руки. — С каких пор вы вообще в таких отношениях? Я думала людям на сближение нужно больше времени.       — Нам хватило пяти минут.       — Семи, — поправил Игоря Антон. — Ещё две минуты ты со мной усиленно сближался вчера.       — Мог бы дольше, если бы ты не сбежал.       — Не обвиняй человека в своей скорострельности, — вставила Натали, снова оперевшись головой на руку.       — О, нет, такое я принимаю за комплимент, — кивнул ей Антон. Ну, вообще-то, он хотел бы получать такие комплименты от самой Натали. — Но до него не дошло. Даже не знаю, к счастью или сожалению.       Машенька поставила два стакана с виски перед Антоном с Игорем, затем с подноса на стол перекочевал высокий, волнистой формы бокал с ядерно-розовым и наверняка разъедающе сладким содержимым. Антону казалось, что у симпатичных Натали напитков в графе «крепость» должна стоять жирнющая галочка, и неважно, касается дело кофе или алкоголя, но, видимо, свои выводы он сделал поспешно.       А заодно он вспомнил о том, что всё ещё не хочет много сегодня пить…       — Более чем уверена что к сожалению, — ненавязчиво начала Натали, взяв соломинку с черной подставки в середине стола. — Сама не пробовала, но одно время мы жили вместе и я ненавидела каждый раз, когда к нему приходил его «Ти-има».       — Ну серьёзно, мы можем перестать сводить разговоры к моей постели?       — Согласен, пора переходить от разговоров в действию.       — Антош, выбери уже, я или Натали.       Антон снова предпочёл спрятать взгляд и не думать о варианте ответа «втроём». Как вообще может выглядеть секс гея, бисексуала и… ну, точно ориентацию Натали он ещё не знал, но, судя по тому, как она провожала взглядом соблазнительно покачивающиеся бедра Машеньки, абсолютно гетеросексуальной она уж точно не была.       Антон задумался. А если вообще ни на каплю не гетеросексуальна? Вообще-то, это не его дело. К тому же, ему уже дали намёк на то, что шансов у него нет... Бля, а схерали Антон принял слова Игоря за единственно правдивые? Он ещё не слышал мнения о себе от самой Натали!       Но для того, чтобы спросить, он, очевидно, ещё не в той кондиции.       Именно поэтому Антон спрятался от двух пар глаз в стакане виски, спровоцировав короткий смешок со стороны Натали.       — Не знаю, что бы ты ответил, если бы не боялся своего ужасно грозного и страшного начальника, но надеюсь, что выбрал ты не меня, — рассматривая свои ногти, тягуче заговорила Натали. — С парнями я серьезных отношений не завожу, особенно с молодыми. А ты слишком милый, чтоб бросать тебя спустя пару встреч.       Антон подавился не то виски, осевшим лёгким ожогом на стенках горла, не то воздухом, но так или иначе пару раз беспомощно кашлянул, пытаясь восстановить доступ к кислороду. Не то чтобы он думал, что сейчас Натали начнёт изо всех сил переманивать его на свою сторону, но ожидать такого все равно не мог. Или, скорее, не хотел…       — Я…

* * *

      Антон завис.       Он мало задумывался о том, что вообще происходит последние дни. Просто плыл по течению, поддаваясь окружающему влиянию. Не важно, что происходит, он просто должен согласиться с этим и идти дальше — такими и были его мысли последние двое суток.       Странно, что он очухался так поздно. События, происходящие вокруг, были слишком шокирующими, почему он понял это только сейчас? Все эти ебанутые попытки в интрижки, глупые сплетни, уж слишком быстро развивающиеся отношения… да, он привык к тому, что может получить всё легко и сразу, что люди вокруг него не затягивают с «нам нужно получше друг друга узнать», что он всегда окружён полуромантическими знаками внимания, но все это было в школе, в институте, в кругу знакомых, которые всегда являлись плюс-минус его ровесниками. Да, теми самыми легкомысленными, глупенькими и шутливыми, не строящими особых планов на будущее и проходящими все стадии отношений за один вечер.       Но то, что происходит сейчас… как-то несерьёзно. Антон, конечно, тоже не видит своего будущего ни с одним из этих людей, да он не планирует задерживаться даже на этом рабочем месте, но… боже, то, что происходит, неправильно. Он снова не чувствует себя собой, он просто ребёнок, которого мать притащила на посиделки с подругой, он элемент декора, вещь, недовольная чихуахуа в большой сумочке с леопардовым принтом и стразами.       Ему срочно нужно выйти.       За спиной раздался смех и полувозмущенное «ты куда?», но Антон уже не слышал и не реагировал. Голова кружилась, в ушах беспрестанно нарастал белый шум, а горечь алкоголя раздалась рвотными позывами откуда-то с середины пищевода.       Да, ему определенно нужно подышать.

* * *

      Тишина улицы ударила по ушам, подарив последний приступ паники прежде чем она наконец стихла, успокоилась и отступила. За это время стало совсем темно. Небо ещё светило ленивыми лучами солнца, догорающими где-то на западе, но земля уже погрузилась во мрак. Тьма подступала всё ближе, но высокие потускневшие фонари и неоновая вывеска клуба защищали от нападения ночных кошмаров.       Антон бессильно подошёл к одному из них и рухнул на поребрик, окружающий непонятный островок травы с одиноко торчащим саженцем какого-то дерева. В груди бурлила пустота, но мысли, напитавшись окружающей тишиной, снова начали бить по черепной коробке изнутри. Всё произошедшее за последние два дня… Антон даже не знал, какое название этому дать, это не просто странно, это ебанутость в квадрате, смешанная и взбитая в одной миске с припизднутостью в кубе.       Лучше бы он тогда выбрал не работу в офисе, а рисовать фурри. Хотя каков шанс, что через какое-то время он не сидел бы с таким же пустым взглядом около чьего-то душного клуба и грустно размышлял, на что тратит свой талант и свою жизнь?       — Тебя так сильно расстроил отказ?       Антон нахмурился, услышав над собой привычно мягкий ровный голос. Он не хотел бы слышать сейчас ни его, ни вообще что-либо ещё. Тишина его устраивала больше всего.       — Нет.       — Ну и…       — Замолчи или иди обратно, я хочу побыть в тишине.       Антон не задумался о том, как грубо звучит его фраза, что уже завтра, вероятно, он останется без работы и что больше никогда в жизни не будет возвращаться домой полдевятого — чтобы, не дай бог, не пересечься с Игорем в подъезде. Но всё равно на всякий случай морально приготовился к конфликту.       Игорь действительно замолчал, кинул взгляд на дверь в клуб, словно размышляя, стоит ли вернуться, но затем, очевидно, сделал свой выбор и сел на поребрик рядом с Антоном. Не слишком близко, но в пределах досягаемости.       Антон не почувствовал ни раздражения, ни благодарности. Ушло даже удовольствие от тишины, мысли начали слишком активно затапливать голову, погружая извилины в удушающую вязкость.       — Я испугался.       Фраза была настолько спонтанной, что Раут сам не ожидал, когда его же голос пустил трещину по звону молчаливой улицы. Словно свыкнувшись с хрупкостью окружающего пространства, он наконец заговорил снова, пусть и не так громко, как хотел:       — Я не думал, что во второй день работы буду сидеть со своим начальником в клубе и слушать с кем и как он там спал, — он поморщился, но так и не понял, чувствует отвращение к самой теме или к своей слабости, не выдержавшей чего-то столь элементарного. — Я вообще редко думал о своих отношениях с людьми старше. Мне казалось, в них всё более серьёзно, к доверию идут намного дольше… чувствую себя обманутым.       — Ты не должен делать выводы исходя из наблюдения за мной с Натали, — ответил Игорь, игнорируя недавний приказ молчать. Антон ведь первый нарушил тишину. — Все люди разные, кто-то в семнадцать планирует свадьбу на следующий день после совершеннолетия, а кто-то и в сорок пять остаётся ветреным дураком. Намерения и интересы не делятся по возрасту, это качества самого человека. Изменчивые, но индивидуальные.       Игорь помолчал, краем глаза наблюдая, как Антон подтянул колени к груди и обнял, пытаясь от чего-то спрятаться. Он вздохнул. Мозг медленно начал анализ его собственных действий, далеко не самых невинных и скромных.       — Мне очень жаль, что ты стал жертвой моего отвратительного поведения…       — Я не жертва, — перебил его Антон. — Это была и моя инициатива тоже. Почему ты берешь на себя всю вину, если я тоже взрослый человек и тоже вполне уверенно распоряжаюсь своей жизнью?       Игорь вздохнул с незаметной улыбкой, наконец посмотрев на Антона в открытую. Тот пялился в асфальт так упорно, как будто это могло чем-то помочь.       — Ты мне нравишься, Антон. Очень рано заявлять об этом всерьёз, но я заинтересован тобой и хотел бы узнать лучше, — снова заговорил он спокойным, по-своему мелодичным тоном, заставив по коже Раута прокатиться целую тучу мурашек. Антону начало казаться, что он снова тонет — только теперь не в ледяных осколках тишины, а тёплом тягучем голосе. — Мне нравится твой стиль, я видел твои работы и то, как ты работаешь. Ты очень мило принимаешь промежуточную форму, когда взволнован, ты невероятно красивый, у тебя чудесные глаза, и твой голос… просто потрясающий.       Антон чувствовал, как по его телу с каждым словом всё более ощутимо пробегает мелкая дрожь, а соблазн снова беспомощно явить миру уши и хвост становится всё сильнее. Он со страхом ждал логического завершения слов, какого-то «но», которое не устроило бы Игоря, но его не наступило. Игорь замолчал, собираясь с мыслями, а может просто обдумывая всё, что сказал. Антон раз за разом пробегал мыслями по его словам, но так и не находил чего-то, что мог в них искать.       — Можно личный вопрос?       — Вряд ли я смогу спросить что-то в ответ.       Вопрос Антона был глупым, учитывая всё сказанное. Он уже должен был ответить на него сам, всё понять, но почему-то так и не решался в этом глупом тесте в своей голове поставить галочку рядом с «да».       — Я особенный или один из?       Игорь ответил, не задумываясь и даже не дослушав до конца.       — Особенный.       Антон улыбнулся уголком рта. Он определенно хотел услышать именно это. Он всегда был «особенным», в любом кругу. Особенный сын влиятельных родителей, особенный ребенок с незаурядной фантазией, особенный ученик, любимчик всех преподавателей, особенный друг, способный помочь в любой ситуации, особенный бойфренд, нежный, заботливый и внимательный, особенный партнёр. Всегда — особенный. Приятно добавить к этому списку «особенный работник» и «особенный для Игоря».       Последнее, конечно, приятнее всего.       Антон глупо улыбался себе под нос, когда Игорь снова заговорил, кажется, не реагируя на выражение его лица.       — Я приехал сюда посреди недели потому что ты вызываешь у меня слишком много эмоций, — признался он, отвечая уже на второй личный вопрос. Антон мысленно записал себе, что тоже должен ему два ответа. Три, включая повторную демонстрацию татуировок. — Хотел отвлечься, может переспать с кем-то без обязательств, а по итогу не смог отказать и взял тебя же с собой. Забавно.       Антон усмехнулся. Он наконец-то сел более открыто, опёрся головой на руку, поставленную на колено. Хотелось спать. Он слишком устал за этот день.       — У Натали замечательное заведение, но я поеду домой, — заявил Антон, доставая из кармана штанов телефон. — Ты со мной?       — Да, только попрощаюсь с…       Антон подвинулся чуть ближе к нему, уперевшись рукой в траву за спиной Игоря.       — Я думаю, она не обидится, — мурлыкнул Антон, замерев на совсем небольшом расстоянии от лица Игоря. — Как ты смотришь на переспать с обязательствами?       Игорь ткнул его в нос, мягко отодвигая от себя.       — Крайне негативно. С пятницы мы начнём наши отношения с начала.       Антон недовольно отстранился, уже состроив разочарованное выражение на лице.       — Но сегодня ещё можем навести на таксиста неловкости поцелуями на заднем сидении, — ненавязчиво продолжил Игорь, сразу заставив Антона улыбнуться.       — Ладно, за такое мне и помурчать потом будет не жалко.

* * *

      Антон ходячее любопытство:       Доброе утро!       Ты действительно очень хочешь ехать сегодня в офис? : (       Можем разобрать результаты моей работы и у меня дома за чаем ;)       9:01       Игорь вздохнул, улыбаясь экрану телефона. Он бы, конечно, мог сейчас всё бросить и подняться в квартиру к Антону, но они, кажется, договорились с пятницы начать свои отношения заново. Если действительно хочешь что-то сделать, нельзя откладывать на понедельник, на первое число, следующий сезон — нужно начать прямо сейчас. Во вторник, конечно, они были изрядно поддаты и потрясены произошедшим за вечер, но сегодня всё точно должно пойти по плану.       Неловкие взгляды, глупые улыбочки, ненавязчивые, но неслучайные прикосновения, кокосовый раф. Ну вот это всё.

Вы:

Нет, имей совесть

Планшет в зубы и во двор, я жду

:*

9:01

      Игорь погасил экран и сунул телефон в карман брюк. Антон что-то ответил, но Александров не обращал внимания — был уверен, что спорить Антон не будет и даже если разворчится, то всё равно сделает. Как каждый уважающий себя человек.       Через минуту высокая стройная фигура вынырнула из подъездной двери, сразу направившись к машине.       — А где извинительная водолазка?       — Сегодня напоминательная футболка, — ухмыльнулся Антон, поворачиваясь, чтобы покрасоваться обновкой со всех сторон. — Нравится? Все два дня вне работы ей занял.       Игорь окинул его взглядом. Антон рисовал по черной ткани отбеливателем — ровные линии, кляксы и намеренные пятна расходились по футболке огнями, складываясь в короткую фразу, занявшую полотно полностью и даже так в него словно не вмещаясь.       «Я не жертва».       — Очень. Хочу такую же с надписью «а я жертва», — усмехнулся Игорь, наконец решившись поднять глаза на Антона.       — Сделаю. Если на чай зайдёшь.       — С чем чай?       — С мятой и потрахушками.       — Обойдусь только мятой, — закатил глаза Александров, открывая перед Антоном дверь машины. Тот быстро запрыгнул, бросив:       — Хорошо. А можно личный вопрос?       Игорь вздохнул, но негатива на лице не отразилось никакого. Разговор продолжился только после того, как он сел за руль.       — Задавай.       — А тебе больше нравится чай с мятой в постели или любишь более нестандартные места?       — Я люблю чай с мятой везде, где он не нарушает закона, но об этом мы поговорим не сейчас и не здесь, — он улыбнулся, наклонившись к Антону, и осторожно чмокнул его в губы. — А сейчас нам нужно играть свои роли начальника и подчинённого. И не забудь, что мы начали всё с начала.       Антон усмехнулся, важно покивал, усердно делая вид, что короткие поцелуи всегда являются обязательной частью чисто рабочих отношений, но сразу после этого вновь потянулся к Игорю и утянул его в нежный, сладкий, прямо-таки провокационный поцелуй, после которого Александров отстранился с глубоким, полным наслаждения вздохом.       — Ладно, думаю, начать с начала можно и с понедельника, — заключил он. — Пойдем. Надеюсь, чай действительно вкусный.