Тигриные когти, Оленьи глазки

      — Тэ-Тэ, ты с нами не пойдёшь! — строго говорит отец. — Это — охота, понимаешь ты это или нет? Там тебя могут обидеть, ударить, пока я буду отвлечён. Даже могут ранить!       — Папочка, скажи ему! — размазывает по щекам слёзы омежка.       Папа ласково гладит малыша по голове и строго говорит мужу:       — Возьми его! Наверняка там будут Чоны, а значит, и Хосок с ними. Они поиграют вместе, а вы пока побегаете по лесу. Не стоит лишать его своего общества только потому, что он — омега.       Это была больная тема для Ёнсуна. Он единственный из друзей, у кого родился омега! Его кузен исхитрился произвести одного за другим двоих альф-леопардов — Джина и Джуна. У Пака чуть раньше Тэ родился лисёнок — маленький и миленький, но альфа до кончика хвоста! Чоны с первой минуты были уверены и не ошибались, что у них родится альфа. Гепард из Хосока получился, что надо! Даже у Минов родился альфа-рысь! И только у него — тигрёнок-омега. Красивый, милый, озорной, избалованный, потому что каждый, кто его видел, проникался особенными чувствами к нему. Сыновья его друзей ухаживали за мальчишкой наперебой, несмотря на то, что ему было всего пять лет. Чимин был с ним одного года, Хосок и Юнги старше на год, а Джин и Джун, его кузены, старше на два и три года, были его личной охраной, то и дело выручая непоседливого мальчишку из различных неприятностей.       Ёнсун был недоволен тем, что Минго упомянул только Хосока. Лично ему больше по душе был Юнги, а вот сам Тэ предпочитал дружить с Чимином. В принципе, все малыши были отличными ребятами, только им решать, кто с кем захочет завести семью, ведь у них впереди ещё, как минимум, лет пятнадцать-двадцать. Альфа сдался, и Тэ убежал в комнату, чтобы взять новые наушники — показать Чим-Чиму.       Всю дорогу Тэхён взволнованно смотрел в окно, наблюдая за меняющимся пейзажем. Охоту назначили в ближайших от столицы двух поместьях, где, как говорили сами хозяева, развелось слишком много лосей и кабанов, а простые хищники в последние годы почему-то не плодятся должным образом. Ким Ёнсун следил за популяцией тигров в трёх ближайших округах и подобных проблем не наблюдал, поэтому, услышав призыв на охоту, сорвался, бросив свои дела. И, к сожалению, за Тэхёном ему в самом деле некогда будет следить, но мальчик так радовался, когда его хоть куда-то брал отец, что Ёнсун решился рискнуть.       Все уже были на месте, и Юнги, увидев Тэхёна, запищал, как котёнок, и бросился к своему другу. Следом прибежал Чимин, подпрыгивая и рассказывая своему Тэ-Тэ о том, что он узнал со вчерашнего дня! Хосок подошёл более степенно и протянул малышу обе руки, чтобы помочь выйти из машины. Вскоре рядом с ними уже стояли Джин и Джун и радостно улыбались, глядя на малышей. Ёнсун вздохнул и поспешил к их отцам — те уже оживлённо делили участки, где будут охотиться, предлагая не забивать молодняк и самок, а только старых особей, потому что часто так бывает, что к концу жизни самцы сходят с ума и принимаются гонять и забивать всех подряд, даже своих. Вскоре мужчины ушли в дом, а оттуда рванули в лес, обратившись хищниками семейства кошачьих.       Малыши какое-то время резвились под присмотром старших омег. Потом затеялись бегать наперегонки, и, конечно, Чимин и Тэхён отставали от остальных. Тогда они решили обратиться и посоревноваться в образе зверей. Лучше от этого не стало, но присматривающие за ними омеги успокоились — получить травму в образе зверя гораздо сложнее. Вскоре зверята устроили кучу-малу, потом разбежались в разные стороны, а когда снова собрались около дома, все поняли, что их любимчика нет! Побоявшись сказать взрослым, мальчишки вначале попытались найти его своими силами, но потом поняли, что, вероятно, их тигрёнок убежал из поместья. Папа Юнги набрал номер Минго и попросил его передать мужу, что они, растяпы, потеряли их Тэ-Тэ. Как было принято в семьях хищников, Ёнсун пометил мужа, и теперь между ними была тесная связь, для которой не нужны были мобильные телефоны. И вот уже Ёнсун, взлетевший в смертельном прыжке над лосем, вдруг резко разворачивается и мчится к поместью, втягивая воздух ноздрями и выискивая среди тысяч ароматов единственный, родной…       Тэхён бежал не просто так, он увидел рыженькую спинку на длинных ногах с коротким белым хвостиком и помчался за этим чудом. Однако чем быстрее он бежал, тем скорее от него скрывался обладатель тонких ног. Это было весело, и Тэхён начал подскуливать от удовольствия, совершенно не пытаясь запомнить дорогу. Вдруг бегущий впереди оступился, и ноги его стали заметно дрожать. Тигрёнок чуть прибавил ходу, и вскоре настиг того, ради кого оставил своих друзей. Это был маленький оленёнок, совсем выбившийся из сил. Он смотрел на приближающегося маленького хищника огромными испуганными глазами, что немало позабавило Тэхёна — мальчик понимал, что перед ним такой же оборотень, наверное, отбился от отца, а теперь ещё и ногу подвернул! Малыш почти подбежал к оленёнку, как перед ним, выставив рога, выпрыгнул взрослый олень и, взрывая копытами пожухлую траву, принялся напирать на Тэ-Тэ. Переступая с лапки на лапку, тигрёнок начал отступать, скаля молочные клычки и взрыкивая всякий раз, когда взрослый оборотень подступал слишком близко. Вдруг где-то у себя над головой малыш услышал грозный рык отца, и взрослый олень остановился. Тэхён сразу принялся ластиться об ногу отца, понимая, что всё самое страшное позади. Он шмыгнул между ужасными копытами и кинулся к оленёнку, который уже упал, согнув длинные ноги, и в панике смотрел на взрослых. Тэхён ткнулся мордой ему в бок, провел щекой по мягкому животу, перекувыркнулся и посмотрел прямо в глаза.       — Чпоньк! — весело сказал тигрёнок, мягко трогая лапой нос оленёнка. — Я тебя поймал, теперь ты мой. Запомни это, Огромные Глазки!       Потом подумав, ткнулся носом в лобик испуганного малыша, запоминая его запах, и побежал к отцу, который продолжал наседать на оленя. А потом сын и отец вместе шли в поместье, и взрослый тигр радовался, что с его Тэ-Тэ всё в порядке, но расстраивался, что упустил своего лося. С другой стороны он смог узнать причину, из-за чего хищники покидали эти места: этот олень, чтобы уберечь сыночка, устраивал облавы, ставил капканы и всячески прогонял хищников со своих земель. И вот, на радость отцу, в лесах стали верховодить лоси и кабаны! Хорошо, что этот оборотень только по облику олень, а не по уму — принял и претензии тигра, и пообещал, что поможет снова наладить экосистему лесов.

Спустя пятнадцать лет

      Тэхён знал, что все его уже ждут, но продолжал стоять у зеркала и рассматривать себя. Сегодня в их компании — корпоратив в честь Хэллоуина, к которому он так готовился, а по итогу ему всё не нравится! Он хотел нарядиться вампиром, сделал макияж, купил парик и костюм, а войдя в зал, понял, что вампиров — сорок процентов присутствующих! И затеряться среди них совсем не хотелось, поэтому он никак не решался выйти в зал. Вдруг он быстро сорвал с себя плащ, оторвал от него полосу снизу, растрепал парик, размазал макияж, повязал на голову оторванную полосу, выпрастал рубашку, дёрнул полы в разные стороны, вырывая пуговицы, потом связал их узлом. Брюки тоже были разорваны снизу, а высокие сапоги он расстегнул сверху и отвернул раструбы, чтобы они стали выглядеть, как ботфорты. Не Джек Воробей, но один из его подручных — точно! Все хотели быть в этот день не только пугающими, но и привлекательными. И только он решил, как всегда, выделиться.       Выйдя в зал, он сразу наткнулся на Чимина, который яростно соблазнял одного из секретарей. Однако, увидев друга, присвистнул:       — Тэ, сколько сердец готов взять на абордаж?       — Нисколько, я охочусь за Сердцем Мирового Океана, остальные не интересуют! — смеётся омега, понимая, что его смелый костюм и впрямь наводит на мысли, что он желает кого-то соблазнить. «Хотя это не так! — упрямится омега, выискивая глазами своего наставника. — Я просто не хочу быть "одним из", а под рукой больше ничего не было!»       И тут его сердце предательски ухает, потому что перед ним вдруг вырастает какой-то злобный джентльмен и представляется:       — Мистер Хайт.       — Джек Воробей.       Смотрят друг на друга, не улыбаясь. Тэхён не должен обижаться на Чона, потому что он пришёл в компанию на год раньше. Ничего удивительного, что отец поставил его под начало этого альфы: умный, предприимчивый, компетентный. А ещё не замечен в связях с омегами, что так же повлияло на принятие решения отца, до сих пор охраняющего своего омежку. У Тэхёна уже есть два брата альфы, но отец до сих пор возится с ним, как будто Тэ — его единственный сын! С одной стороны приятно, потому что со временем почти все друзья, кроме Чимина, от него сбежали к другим омегам, и он остался, можно сказать, один.       Хотя что это он говорит? Вот уже почти полгода у него имеется персональная тень, Чон Чонгук. Вначале юноша яростно старался подвести альфу под увольнение, нарочно путая бумаги, принимая неверные решения. Однако Чон настойчиво всё исправлял, и когда «за отлично проделанную работу» хвалили и поощряли Кима, он не говорил ни слова, продолжая «подчищать» за своим подопечным.       Сейчас они внимательно смотрели друг на друга, ожидая, кто первым сделает шаг и начнёт их обычное общение в манере постоянных подколов. И, как правило, это был Тэхён, начинавший день со слов:       — Господин Чон, Ваш довольный вид с утра меня сильно оскорбляет!       — Всегда к Вашим услугам, господин Ким. Кофе желаете?       — Вы в него плюнули?       — Фу, как банально! Я просто набрал в кофейник воду в туалете.       Потом они, так же переругиваясь, приступали к делам, и Тэхён никогда не хвалил своего наставника, который, напротив, изгалялся над ним, елейным голоском перечисляя каждую ошибку, проговаривая правильный вариант, тут же отвергая его и озвучивая промахи Тэ! Если бы их вот так учили в университете, то специалисты, выходящие из него, были бы нарасхват!       Вдруг заиграла медленная музыка, и мистер Хайт обхватил талию Джека Воробья и закружился с ним по залу, очень грамотно ведя Тэхёна в танце. Какое-то время они молчали, но вдруг Ким ощутил, как что-то настойчиво принялось упираться ему в живот, и, глянув в глаза Чону, он едва не задохнулся: огромные глаза с обожанием смотрели на него! И Тэхён мог поклясться, что уже видел эти глаза!       — Чпоньк! — сказал вдруг Чонгук, мягко трогая его нос пальцем. — Я всё ждал, когда ты предъявишь на меня свои права, Тигриные Коготки!