Вечерний ливень

— Спасибо-спасибо-спасибо! — молоденькая сотрудница радиостанции с благоговением забрала книгу. Ее глаза блестели при взгляде на разворот, на котором красовался свежий автограф. — Буду хранить как зеницу ока. — Не за что, — слегка сдержанно улыбнулась Диана, отдавая обратно маркер. Девушка смущенно обняла рокершу, в очередной раз поблагодарила и, торопливо попрощавшись, зашагала прочь по коридору в сторону лифтов. Арбенина кивнула, провожая фанатку уставшим взглядом. Задумчиво потерла подбородок, вздохнула и тихо зашагала в противоположную сторону. Если ей не изменяла память, где-то неподалеку должна была находиться заветная дверь, ведущая к запасному выходу. — Вот ты где, — с легким смешком пробормотала под нос Диана, найдя свою цель за поворотом. С первого раза открыть не получилось. Арбенина толкнула плечом, уже не скрывая своего раздражения, и вывалилась на лестничную клетку. Дверь за спиной с громким лязгом захлопнулась, и гулкое эхо пронеслось по этажам радиостанции. Арбенина чертыхнулась и помчалась вниз. Ноги сами просили нагрузки, и с каждым этажом, оставляемым позади, мышцы обжигала приятная ноющая боль. Торопливо пробегая по порожкам, Диана ощущала, что подавляемая до этого внутренняя тяжесть наконец начала просачиваться наружу. Спустя несколько этажей дыхание стало слегка сбитым, прерывистым, но любые трудности ощущались отдельно от тела, будто на ее месте был кто-то другой. Словно не она сейчас скатывалась вниз, безрассудно пропуская порожки, и рисковала влететь носом в стену с очередным прыжком. Тело действовало само, на автопилоте, пока сознание Арбениной утопало в липком болоте из мыслей, задач, планов и обязательств. — Твою мать! — коротко выкрикнула рокерша, когда ноги опасно скользнули по кафелю. В последний момент Диана успела крепко вцепиться в перила и удержать себя в вертикальном положении. Ну вот она и добежала до первого этажа. Сердце глухо стучало в ушах от испуга и внезапно закончившегося напряженного спуска. — Заебись. Не хватало сегодня еще и убиться, — недовольно пробурчала под нос Диана. Убедившись, что крепко стоит на ногах, она сделала над собой усилие, возвращая контроль над сбившимся дыханием, и выбралась наконец из здания на узкую безлюдную улочку. Где-то вдалеке послышались раскаты грома. Арбенина на автомате облизала пересохшие губы и похлопала по карманам джинсового платья в поисках сигарет. Подозрительная нервозность, преследовавшая ее с самого утра, постепенно брала верх, и Диану это только сильнее раздражало. Последние несколько дней пролетали так, будто она была невольным пассажиром скоростного поезда. Все это время ей было жизненно необходимо не терять контроль. Организовать репу, проследить за выпуском книги, презентовать док, не забыть в этой какофонии объявить обо всем фанатам… Про новый альбом даже думать не хотелось. Порой в голове мелькала мысль о том, чтобы послать все нахрен, закрыться дома и выкинуть чертов телефон в окно, но поддаваться ей было нельзя. Диана должна была выполнить все до конца. Убедиться, что запланированное будет доведено до идеала. Выложить себя на максимум. Отдаться без остатка, если придется. Только так и никак иначе. Нервный ком в груди только усиливал хватку. Арбенина чувствовала, что если потеряет контроль хоть на секунду, то каждое дело, каждая маленькая задачка, висевшая на ее плечах, рухнет вниз карточным домиком, погребая под собой казавшуюся незначительной на их фоне рокершу. Чертова пачка наконец нашлась в заднем кармане, и Диана раздраженно достала сигарету. Подожгла, затянулась и наконец осмотрелась. На улице в какой-то момент значительно потемнело. Тяжелые тучи окончательно заволокли небо. Где-то над головой сверкнула молния и следом в открытое плечо ударили первые холодные капли, скатываясь вниз по разгоряченной коже. Диана с усилием прикусила губу и поморщилась, ощутив во рту железный привкус крови. Она со всем справится. Должна была. Других вариантов не было. Вот только привычная стальная хватка, которой рокерша гордилась, давала сбой. Прорехи становились все заметнее, выпуская наружу очевидный недосып и мелкие переживания. Арбенина глубоко затянулась, усилием воли заставив себя расслабить плечи и встать на полную стопу. С каждым вдохом едкого дыма она все четче ощущала свою усталость. Порыв ветра взъерошил непослушные волосы, принося с собой очередную россыпь из капель. Арбенина решительно сделала шаг из-под небольшого козырька навстречу дождю. Она не собиралась искать укрытия. Ей хотелось, чтобы набирающая силы стихия поглотила ее целиком. Внутренний раздрай только усиливался. Рука сама потянулась в карман к телефону. Рабочие СМС, сообщения из чертового чата по концертам, какая-то реклама… Ни одного звонка от Сургановой. Диана разочарованно выдохнула дым и покачала головой. Их планы были известны заранее. Все было расписано четко, понятно, правильно. Света лично сравнивала их графики, чтобы дать свободу как своим задумкам, так и проектам Арбениной. Так было нужно. Каждый следовал своему безукоризненному, логичному сценарию. У Дианы не было никакого повода звонить. Даже если она точно знала, что концерт у ее жены недавно закончился. Даже если внутренняя стена давала сбой. Каждому из них нужно было свое пространство для работы. Это было необходимо. Арбенина сама ставила это условие, когда они разговаривали о совместной работе. Но это чертово лето, ее неспособность успокоить внутреннюю тягу к болезненному самокопанию, безумный график и отсутствие нормального совместного отдыха давило на нервы. Диана разочарованно отключила экран мобильного и убрала его обратно в карман. Холодные капли ускорили ритм и теперь во всю долбили по макушке. Джинсовое платье неохотно впитывало влагу, а вот челка быстро промокла, стала завиваться и неудобно лезть в глаза. Арбенина стряхнула пепел на асфальт и раздраженно убрала мокрые волосы назад. — Черт, — нервно выдохнула она, когда промокшая сигарета сломалась и погасла. Выкинула бесполезный окурок под ноги и смахнула кулаком накатившие на уголки глаз слезы. Нервы все же не выдерживали. Слава богу, рядом не было никого, кто бы видел ее небольшую истерику. — Позвони, позвони, позвони, — пробормотала Диана и, смутившись своей же слабости, сжала зубы. Это все стресс и недосып. На ее плечах лежало слишком многое, поэтому она скатывалась в старые вредные привычки. Свете не стоило опять видеть ее такой. Да скрипачка была и не обязана ее выслушивать. Все было хорошо, пока Арбенина держала ситуацию под контролем. Лишний раз подрывать их общий шаткий фундамент, выстраиваемый с таким трудом, не хотелось. Дождь набрал полную силу, превращаясь в шумящую стену из воды. Диана благодарно подняла голову ему навстречу и позволила внутреннему напряжению вырваться наружу тихим, почти животным рыком. Тоска была невыносимой. Позвони. Я не смогу сама. Умоляю, позвони. Пообещай, что все будет хорошо, расскажи про концерт, про погоду, здоровье, любую незначительную херню. Только позвони. Еле ощутимая вибрация в кармане будто откликнулась на ее внутреннюю мольбу. — Твою мать, — Арбенина резко осознала, что полностью вымокла, и торопливо зашла обратно под козырек. Телефон, слава богу, все еще был в рабочем состоянии и прилежно продолжал вибрировать. Мутное под каплями фото Светы на экране возвращало в реальность, и рокерша торопливо протерла мобильный о мокрую джинсу на груди. Стало немногим лучше. Раздраженно цокнув, Арбенина провела по влажному экрану пальцем и приложила телефон к уху. — Да, заяц, — Диана постаралась сделать так, чтобы приветствие прозвучало максимально беспечно. — Динька, привет, — теплый голос прозвучал из динамика словно заклинание. Арбенина почувствовала, как нервный ком в груди начал слабеть. — Мне так захотелось тебе позвонить… Не отвлекаю? — Нет, — поспешно выдохнула Диана и смущенно взъерошила мокрый затылок. — Я как раз только освободилась. Собиралась уже ехать домой к ребзе. — Я успела краем глаза ухватить часть трансляции, — Сурганова на другом конце замешкалась, и Арбенина услышала шорох, который быстро сошел на нет, после чего тихий голос Светы стал будто ближе. — Ты в порядке, родная? — Да, — Диана задумчиво выставила кулак вперед, под дождь, позволяя каплям беспощадно ударять по нему. — Просто легкий стресс и недосып. Ничего, с чем бы не справился продолжительный совместный отпуск. Удивительно, но осознание того, что Света рядом, пускай и в телефоне, позволило Диане поверить в произносимые слова. Въевшаяся в нутро тревожность ослабила хват, и Арбенина облегченно достала вторую сигарету. На этот раз она курила, предусмотрительно прикрываясь от капель ладонью. Легкий родной смешок с другого конца трубки вмиг заставил сердце томно расплавиться от щемящей нежности. — Как я тебя понимаю, — голос Светы скользил знакомыми нотками усталости. — У нас сегодня был аншлаг. Ты представляешь, минут за десять до начала концерта парни вдруг обнаружили, что программа была безнадежно утеряна, и Лене пришлось срочно через организаторов искать ближайший доступный принтер… Диана прикрыла глаза, неспешно затянулась и позволила себе раствориться в любимом голосе. Сурганова продолжала шутливо пересказывать дневные злоключения, а Арбенина не находила в себе сил даже на то, чтобы вставлять редкие комментарии. Она позволила себе расслабить плечи и просто насладиться человеком, по которому невероятно скучала. — Свет… — внезапно невпопад вырвалось у Дианы. — Ты справишься, любимая, — Сурганова, казалось, даже не удивилась, что ее рассказ прервали. — Ты никогда в себе не сомневалась, не стоит начинать. Это всего лишь день рождения, не дай ему себя поглотить. — Легко говорить тем, кто уже через это прошел, — Арбенина горько хмыкнула и, не удержавшись, чихнула. Света осуждающе вздохнула, но удержалась от лишних комментариев. — Говорю как полноправный житель второй половины века, ничего не изменится, — Диана будто видела перед внутренним взором спокойную улыбку скрипачки. — Особенно, когда речь касается тебя. Динь, ты в душе навсегда останешься ребенком. — Точно? — переспросила рокерша и сама же смутилась своей наивной интонации. — Точно, — уверенно подтвердила Света. — А теперь марш в машину и домой сушиться. Я даже отсюда вижу, что ты опять промокла насквозь. — Ниче я не промокла, — обиженно пробормотала Диана и взъерошила влажные волосы. — Так, слегка увлажнилась… — Родная, не заставляй меня читать тебе нотации, — по одной интонации было понятно, что Сурганова закатила глаза. — А то мы проведем остаток вечера за этим увлекательным занятием. — Ты права, это было бы ужасно, — саркастичный голос Арбениной предательски выдавал, что она была готова к лекции любой длины в данный момент. — Заяц? — Ммм? — почти промурлыкала Света в ответ. — Ты ведь приедешь завтра? — голос Дианы сквозил неприкрытой надеждой. — Обязательно, — твердо ответила Сурганова. Легкость этого слова и его очевидная правда подкупали. Арбенина чувствовала, как прежние тяжелые мысли начали казаться глупыми и какими-то незначительными. — Господи, что бы я без тебя делала, — еле слышно пробормотала рокерша. — Сидела бы с температурой в свой день рождения, — ворчливо пошутила Света, но потом нежно добавила. — Я приеду ближайшим поездом. Дождешься? — Дождусь, — Диана широко улыбнулась, позволяя нежному предвкушению захватить сердце, и зябко повела плечами. Кажется, до нее только начало доходить, как сильно на улице похолодало. — Вот и договорились. А теперь звони своим, пока они не выслали за тобой поисковую бригаду. Арбенина задумалась и фыркнула от пришедшего в голову осознания. — Мои черти тебе звонили что ли? — А кому еще, когда от тебя и след простыл, — вздохнула Света. — Вот лодыри беспомощные, — Диана покачала головой. — Я отлучилась на пять минут от силы. — Двадцать. Они сильно беспокоились, — демократично заметила скрипачка, и Арбенина услышала у нее на фоне какой-то шум из спорящих голосов. — А это уже за мной. Кажется, мне пора… — Беги, — Диана пожала плечами и проигнорировала внутренний жалобный протест. — До завтра, родная, — торопливо бросила в трубку Сурганова и отключилась. — До встречи, заяц, — с задержкой выдохнула в уже погасший телефон Диана. Арбенина задумчиво оценила бушующий во всю ливень, выкинула ставший бесполезным окурок, устало провела ладонью по лицу и криво ухмыльнулась самой себе. Ей предстояло еще много работы.