autumn night

      Чувство лёгкой дезориентации настигло Чимина по утру, когда он ощутил, что находится не у себя дома, и это заставило его резко раскрыть свои глаза. Он не знал, сколько времени сейчас было, но по ощущениям далеко за полдень, время, в которое он обычно просыпался в свои выходные. Воспоминания о вчерашнем вечере, который он провёл с Чонгуком, заставили его на мгновение успокоиться и улыбнуться, но лишь до тех пор, пока он не повернул голову и не обнаружил вторую половину кровати пустой. Приподнявшись на локтях, Чимин осмотрел просторный номер и, наткнувшись глазами на небрежно оставленную на стуле пижаму, нахмурил брови. Неужели его снова бросили? От этой мысли у Чимина неприятно сдавило в груди.       После всех громких слов, произнесённых Чонгуком вчера, о том, что он не оставит его одного и что хочет видеться с ним чаще, его сегодняшний уход ранил намного больше, чем в их первую встречу. В зыбкой надежде, что его опасения всё же ошибочны и он не оказался вновь брошенным, Чимин поднялся с кровати и проверил ванную комнату, но и там оказалось пусто.       — Наивный дурак, — выругался на себя Чимин и сполоснул лицо тёплой водой из крана. — Сам виноват.. развесил уши.       На душе стало очень погано: быть дважды брошенным из двух возможных встреч.. это было похоже на какую-то злую шутку. Как можно было вчера относиться к нему с такой нежностью и вниманием, а по утру исчезнуть, не оставив на этот раз даже записки? Если Чонгук хотел и дальше продолжать видеться с ним в таком стиле, то ему лучше забыть о существовании Чимина, потому что в третий раз он не позволит с собой так обойтись. Утро было безнадёжно испорчено.       Собираясь как можно скорее покинуть этот номер, Чимин вышел из ванной и подошел к столу, где лежал его телефон. В списке контактов он быстро нашел номер такси и, нажав кнопку вызова, прижал мобильный к уху с намерением вызвать машину и как можно скорее оказаться там, куда ему следовало попасть ещё вчера — у себя дома.       Случайно брошенный взгляд на террасу заставил его в удивлении изогнуть свои брови и на мгновение оторопеть.       — О? — из-за прикрытых штор, которые частично открывали вид на террасу, Чимин заметил Чонгука, выпускающего клубы дыма изо рта. Так он.. просто вышел покурить?       — Алло? — послышался женский голос на той стороне трубки. — Это такси ЧонЧи, желаете заказать машину?       — Ах, извините, я, кажется, ошибся, — поспешил ответить Чимин и, сбросив вызов, положил свой телефон обратно на стол.       Нужно ли говорить, какое облегчение испытал он в минуту, когда увидел Чонгука? Как обрадовался тому, что ошибся в своих поспешных выводах о нём.. Даже как-то неловко стало за свои мысли, в которых он уже успел обвинить Чона во всех смертных грехах. Желание срочно исправить возникшее недопонимание подтолкнуло Чимина на открытую террасу, где, обдуваемый холодным ветром со всех сторон, он поёжился, как только ступил за порог.       — Эй, ты почему вышел раздетый? — спросил Чонгук и, потушив сигарету, поспешил к Чимину, чтобы укрыть его от ледяного ветра в своих объятиях. — Холодно ведь.       — Мне показалось, что ты снова ушел, — запуская руки под куртку Чонгука и обвивая их вокруг его талии, пробубнил Чимин, утыкаясь носом ему в шею — это было то, что прямо сейчас нужно ему больше всего.       — Что за глупости, ты же сказал мне остаться с тобой, как я мог уйти? — ощутив досаду Чимина от того, что он не застал Чонгука в номере, когда проснулся, Чон тут же постарался оправдаться перед ним. — Просто мне позвонили, и я вышел. Не хотел будить тебя, ты так мило пускал слюнки в подушку.       — Но я уже успел обидеться на тебя, так что.. не знаю, как ты будешь это исправлять, — мило проворчал Чимин, говоря при этом чистую правду.       — Кажется, я снова облажался, — вздохнул Чон, признавая собственную оплошность. — Хорошо, пойдём-ка внутрь.       — Ох, Чонгук! Что ты делаешь? — всполошился Чимин и схватился за шею Чонгука, когда тот внезапно подхватил его на руки. — Отпусти, я тяжелый!       — Не смеши меня, — усмехнулся Чон: ни один мускул на его лице не дрогнул, будто бы он совсем не ощущал тяжести веса взрослого парня. — Легче пуха.       Не смотря на холодный ветер, на секунду Чимину стало даже жарко от накатившей в моменте неловкости. Лицо горело от резкого притока крови, ведь последний раз его носили на руках, кажется.. в детстве? Чонгук бережно прижимал Чимина к себе, не позволяя даже на секунду усомнится в том, что его не уронят. Безопасно доставив малыша-хёна до самой кровати, он снова уложил его в неё и накрыл одеялом.       — Что? Почему? — удивился Чимин, разве они не должны были позавтракать, поскольку уже оба проснулись?       — Закрой глаза и притворись, что всё ещё спишь, хорошо? — убирая в сторону упавшие волосы с лица Чимина, попросил Чонгук и, как только тот послушно закрыл свои глаза, доверившись его странному желанию, вернулся к стулу с пижамой и стал снимать с себя одежду.       Сложно было представить, как после вчерашней ночи, проведённой в объятиях друг друга, Чимину могло прийти в голову, что его бросили? Это было абсолютно невозможно.. но, видимо из-за того, что Чонгук однажды с ним так уже поступил, он и решил, что история снова повторилась. Что ж, винить за это можно было только себя самого, но так же в его силах было это исправить. Искренне сожалея, что с самого утра заставил Чимина пережить такие неприятные эмоции и желая всё исправить, Чон обратно натянул на себя смятую клетчатую пижаму, чтобы подарить ему то самое пробуждение, каким оно должно было быть изначально — совместное, наполненное нежностью и ленивой негой.       Забравшись в постель к притворяющемуся спящим Чимину, который, поджав свои губы, пытался сдержать довольную улыбку, Чонгук подобрался к нему поближе и обнял. Чимин уже понял, что Чон собирался сделать, и эта его попытка была воспринята им очень хорошо. Теперь от той горечи, которую он испытал мгновениями ранее, не осталось и следа. Руки Чонгука прижимали его ближе к себе, подобно тому, как обнимались они перед тем, как заснуть, а его мягкий поцелуй в лоб заставил Чимина открыть свои глаза и наконец-то освободить улыбку, рвущуюся с его губ.       — Доброе утро, малыш-хён, как спалось? — улыбаясь в ответ, спросил Чонгук.       — Ох, Чонгуки, — рассмеялся Чимин и погладил кончиками пальцев скулу этого актёра без Оскара. Все-таки не зря он решился открыть своё сердце этому чудесному и очень заботливому человеку, ведь он действительно был искренним в отношении к нему, и это так отчётливо читалось в его больших глазах. — Я очень хорошо спал.       — Я рад, — притянув маленькую ладошку к своим губам и оставив на ней краткий поцелуй, сказал Чон. — Есть планы на сегодняшний день?       — Не знаю, ещё не думал об этом.       — Тогда, может быть, проведём его вместе? — Чонгук смотрел на Чимина так, словно ему и правда могли бы отказать в его предложении, но на самом деле Чимину и самому не хотелось расставаться с ним. — Ты ведь с понедельника будешь очень занят на новой работе, так что.. подари мне один свой выходной, м?       — Хорошо, я не против, — согласился Чимин, уверенный в том, что время, проведённое в компании Чонгука, будет наполнено счастьем и весельем. — Только сначала я хотел бы попасть домой и привести себя в порядок.       — Зачем, ты и так красивый, — искренне удивился Чон, не преувеличивая: даже гнездо на голове Чимина не портило его природной красоты. — Даже слишком красивый, я чуть не ослеп, когда ты вышел на балкон..       — Какая наглая ложь, — рассмеялся Пак и поцеловал милого врунишку, даже не осознавая того, насколько он действительно был очаровательным в его глазах.       — Это чистая правда, — ответил Чон прямо в целующие его губы. — Ты очень красивый, Чимин.       Некоторое время они наслаждались обществом друг друга, предаваясь нежным поцелуям и ласкам. Затем они поочерёдно приняли освежающий душ и приступили к утренней трапезе, которая состояла из аппетитных панкейков с ароматным вишнёвым джемом. Всё складывалось так легко и хорошо, что никто со стороны даже и подумать не смог бы, что эти двое только-только познакомились — настолько непринуждённым было их общение.       Закончив с завтраком, Чонгук, как и обещал, доставил Чимина домой в безопасности и сразу же от него поехал к Тэхёну. Он не стал возвращаться к себе домой, поскольку через несколько часов они с Чимином договорились встретиться вновь, и, так как добираться туда и обратно у него заняло бы ровно такое же количество времени, то ехать туда не было совершенно никакого смысла.       Когда Чонгук позвонил в домофон Тэхёна, тот был не слишком рад "раннему" приходу своего друга, так как всё ещё отсыпался после вчерашней бурной ночи. На часах было около двух часов дня, так что Чонгука мало волновало то, что кое-кто собирался спать до самого вечера. Ему нужно было переодеться перед своим первым свиданием с Чимином, а остальное было не его заботой.       — Боже, что за тряпки ты носишь, — возмущался Чонгук, перебирая вешалки в чужом гардеробе. Стиль Тэхёна и его собственный были слишком противоположны друг другу, как и они сами.       — Гуччи, Селин, Дольче Габана, Луи Виттон.. продолжать? — недовольно фыркнул Тэхён в ответ. Уж кто бы говорил о плохом вкусе!       — Нет. Где Кельвин и Балленсиага?       — Чон, ты буквально стоишь в штанах Луи Виттон, тебя ничего не смущает?       — Мне просто понравилась модель, это не мой любимый бренд, ты знаешь.       — Ну тогда вали в магазин и купи себе свои шаромыжные Балленсиага..       — Да, надо было так и сделать, — почесав затылок, ответил Чонгук, уже теряя всякую надежду подобрать для себя хотя бы что-то из всего этого гламурного безобразия. — Леопардовая рубашка? Серьёзно?       — Господи.. свали нахрен, — отпихнув друга в сторону, Тэхён вошел в свою гардеробную и начал рыться по всем полкам, а затем, когда наконец-то нашел искомую вещь, запустил ею в Чона. — Вот, держи, — огромная худи цвета хаки, не понятно как оказавшаяся в его гардеробе и до которой у него всё никак не доходили руки, чтобы её выкинуть — то, что будет Чонгуку в самый раз. — У меня ещё где-то лежали эти бомжатские джинсы, как ты любишь. Думал, как-нибудь надену, но мать, когда увидела, сказала вычеркнет меня из семейного реестра.       — Ооо, ты знаешь, что мне нужно, — подхватив худи, которая сразу же ему понравилась, обрадовался Чонгук. Он уже и правда решил, что придётся переодеваться прямо в магазине, если ничего в гардеробе Тэ для него так и не найдётся. — Спасибо, друг.       — Не благодари, это полный отстой.. можешь даже не возвращать, дарю.       Они всегда были полны противоречий, с самой школьной скамьи, порой Чонгука даже удивлял тот факт, как они вообще смогли подружиться. Но, как бы там ни было, Тэхён был очень надёжным другом, да и в бизнесе на него можно было полностью положиться. Он был одним из тех людей, которому Чонгук и вся его семья безоговорочно доверяли. Они не раз прикрывали спины друг друга в опасных ситуациях и буквально были готовы заслонить от пули, если придётся, так что даже при всех имеющихся противоречиях, они были самыми лучшими друзьями, которых ещё поискать.       — А я вытащил волосатика в люди, сколько можно сидеть взаперти? — сообщил Тэхён Чонгуку, когда они вышли покурить на балкон. — Он так и правда в домохозяйку превратится.. Ли сказал, что он связал мне свитер.. блять, как осторожно сказать ему, что я такое не ношу, и не лишиться глаз при этом?       — Просто прими с благодарностью, — ухмыльнулся Чон, отпив глоток собственноручно сваренного кофе. — Будешь приходить в нём к нему в гости.       — Надеюсь, он не заставить меня надеть его в клуб..       — Ты вытащил его в клуб, и он согласился? — удивился Чонгук, ведь он хорошо помнил, что Джусан не в списке тех людей, кто был фанатом клубной жизни.       — Да, я сказал, что достану ему крутую машинку для шитья из Германии, и у него аж глаза засветились.. выглядело страшно, — хмыкнул Тэ и затянулся сигаретой.       — Оо, так мы скоро будем не только вязку от него получать, — сказал Чонгук, и они оба рассмеялись, уже заранее представив себе эти причудливые наряды от Джусана.       Для них обоих было удивительно, как этот мужчина, глаза которого раньше светились при виде холодного оружия.. занимался сейчас такими несвойственными бывшему убийце вещами. Но за пару лет его отставки они уже давно к этому привыкли.       Как только Чонгук наконец-то уехал, Тэхён снова упал лицом в подушку, в надежде кемарнуть ещё пару часиков и набраться сил на эту ночь, чтобы его, не дай бог, не сморило после пары рюмок. Вдруг ему снова повезёт встретить ту симпатичную дворняжку, от тяжелого удара которой у него всё ещё саднило челюсть..