...
7 мая 2025 г., 23:17
По дороге в квартиру Чимина Чонгук набрал Ли. Тот, предварительно выругавшись из-за позднего звонка, выслушал, что произошло. Чонгуку нужна была помощь, и Ли не мог отказать своему боссу, каким бы поздним ни было время, так что, откинув своё недовольство в сторону, пообещал, что они с Джусаном скоро прибудут. Чонгук поблагодарил его и сбросил вызов.
Завтра с утра их люди уже будут на месте, и тогда станет немного легче, а пока с этим грязным делом нужно было справляться самостоятельно. Он уже и не помнил, когда в последний раз ему приходилось избавляться от тела и заметать улики, но, однажды пройдя через это, уже не забудешь, что и как. Поэтому по дороге на место преступления он заехал в круглосуточный магазин и аптеку, чтобы купить хлорку и перекись — они помогут избавиться от пятен крови. Мешки для тел должен был привезти Ли, так что проблем с вывозом «мусора» возникнуть не должно.
Как только Чонгук открыл дверь квартиры, металлический запах крови резко ударил ему в нос, и он, поморщившись, сразу же надел маску на лицо. К этому моменту кровь убитых расползлась по полу, образовав две большие лужи. Осторожно переступив через них, он включил свет и распахнул все окна в квартире. После этого он решил осмотреть карманы погибших, и единственное полезное, что ему удалось в них найти, — это их телефоны, которые он отложил на тумбу в прихожей. Позже один из умельцев их команды взломает их, и, возможно, удастся извлечь из них хоть какую-то полезную информацию.
Решив дождаться Ли и Джусана, прежде чем начинать уборку, Чонгук сел на диван, откинулся на спинку и закрыл лицо руками. Всё произошедшее казалось ему непоправимым. Всё, чего он сейчас хотел, — чтобы Чимин не возненавидел его за то, что увидел, и за то, что Чонгуку ещё предстоит ему рассказать о себе. Вряд ли Чимин захочет продолжать отношения с бывшим лидером преступной организации, отец которого по сути был организатором этого беззакония. После всех дерьмовых отношений, через которые прошёл Чимин, Чонгук оказался лишь очередным плохим опытом. Как жаль, что их тихое счастье не продлилось чуть дольше.
Через полчаса в дверь тихо постучали, и Чонгук, поднявшись с дивана, впустил подмогу. Оба были одеты в чёрную одежду, а в руках у Джусана были плотные полиэтиленовые мешки того же цвета. Осмотрев двух довольно крупных мертвецов, они прикинули, какой глубины потребуется яма и сколько времени займёт её вырыть.
— Что-то известно о нападающих? — спросил Ли, раскидывая мешки по полу.
— Местная группировка. Предположительно работают на Белладжио, — озвучил Чонгук то, что недавно обсуждал с Юнги. — Я забрал их телефоны, возможно, удастся найти какую-то связь между ними.
— Что будем делать с Седжином, если связь подтвердится? — уточнил Ли. — Он фигура крупная, будет заметно, если пропадёт.
— Плевать, — отрезал Чон. — Мы вырежем всех до единого. Каждый, кто был в курсе, кто принимал участие, — все заплатят за это своей жизнью. Обставим всё так, будто их прикончила та самая группировка, которую они наняли, — якобы обозлились на своих хозяев за то, что те не рассчитались с ними за работу.
— Нужно узнать побольше об этой группировке, наверняка у них есть связи с местной полицией, — вмешался Джусан, заправляя свои шикарные длинные волосы за ухо.
— Значит, нужно оборвать эту связь, — немного подумав, ответил Чон.
— Собираешься и их прикончить?..
— Нет, конечно. Просто соберём компромат и передадим всё в национальную разведку.
Джусан одобрительно кивнул и помог Ли упаковать тела, а затем они вместе вынесли их и погрузили в багажник. Казалось, у Чонгука были ответы на все вопросы, решения на любые проблемы — кроме одной. Он знал, как расправляться с конкурентами, как избавляться от улик, как заставить кого-то замолчать, но совершенно не понимал, что делать с тем, что его парень столкнулся с его тёмным прошлым. Врать о том, что он случайно убил этих двоих, не имело совершенно никакого смысла, так как Чимин видел абсолютно всё.. да и к тому же ложь вряд ли укрепит их отношения. Да и останутся ли вообще между ними хоть какие-то отношения?
Когда машина Ли уехала, Чонгук ещё немного посидел на диване, погружённый в размышления, а затем, собравшись с силами, наконец приступил к уборке. Ещё недавно они с Чимином спали здесь, в объятиях друг друга, а теперь он отмывал засохшую кровь с этого самого пола. Он хотел бы утешить Чимина прямо сейчас, но мысль о том, чтобы показаться ему на глаза, вызывала у него страх. Он боялся его презрительного взгляда, боялся быть отвергнутым им.. боялся предстоящего разговора между ними, поэтому, как мог, старался оттянуть этот момент, тщательно вгрызаясь щёткой в пол.
Спустя несколько часов кропотливой работы всё вновь сияло чистотой, как будто здесь и вовсе ничего не произошло. Только память хранила произошедшее — воспоминания, которые, к несчастью, нельзя ни стереть, ни изменить. Чонгук стянул с себя перчатки, кинул их в пакет с мусором, который позже сожжёт, и устало рухнул на диван. Время было около шести утра. Интересно, получилось ли у Чимина заснуть и поспать ещё хоть немного? Скорее всего — нет. Наверняка он крутил в своей голове самые страшные предположения о Чонгуке, которые, к сожалению для них обоих, окажутся правдой. Даже самое худшее, о чём он мог бы подумать.
Как бы Чонгуку ни хотелось оттянуть время и ещё хоть немного побыть в статусе парня Чимина, затягивать с этим ещё дольше было невозможно. Он поднялся с дивана, переоделся из спортивных штанов и футболки, в которых спал, в худи и джинсы из чемодана, наполненного их общими с Чимином вещами, половину из которых они купили в Саппоро. Накинув куртку, он вышел из квартиры, прихватив с собой пакет с мусором после уборки. На улице было так холодно, что пробирало до костей. Это заставило его поёжиться и поспешно забраться в машину.
***
После того как Юнги отправил Чимина в спальню Тэхёна, они с Тэ устроились на диване и некоторое время болтали обо всём, что произошло за последнее время, и в особенности о событиях этой ночи. Тэхён пытался аккуратно намекнуть Юнги, что не собирается отсиживаться в стороне и хочет принимать активное участие в грядущих делах, но тот и слышать об этом ничего не хотел — по крайней мере, до тех пор, пока ему не снимут швы. В итоге Юнги уложил непослушного Тэхёна на свои колени и велел не болтать лишнего, а поспать ещё немного. С этим Тэ спорить не стал, так как и так не прекращал зевать во время их разговора, и его клонило ко сну. Удобно устроившись, он быстро заснул, заботливо укрытый пледом, под мягкие прикосновения пальцев Юнги, перебирающих его вьющиеся волосы. Спустя немного времени заснул и Мин, полусидя, откинувшись на спинку дивана. Звонок в двери в который раз за ночь разбудил Тэхёна и Юнги, и на этот раз, без лишнего ворчания, они поспешили впустить вернувшегося Чонгука. На его уставшем лице читалась тревога — за время его отсутствия, казалось, она только усилилась. — Как Чимин? — первым делом спросил Чонгук, когда переступил порог квартиры. — Отдыхает в комнате, — ответил Мин, потирая глаза. — Говорил, что хочет уйти, но мы убедили его дождаться тебя. Чонгук вздохнул. Конечно, он хотел уйти.. только вот сейчас это было не самой лучшей идеей. Как бы сильно Чимин ни хотел оказаться сейчас подальше от него, ему всё же придётся провести некоторое время под их присмотром — ради его же безопасности. И эту мысль нужно было попробовать как-то ему донести. И хорошо бы, чтобы он не ощущал себя их заложником — особенно с учётом их деятельности. Чонгук тихо постучался в спальню, но ответа не последовало. Уснул? Осторожно приоткрыв дверь, он прошёл в комнату: Чимин лежал на кровати, не издавая ни звука, ни шороха. На прикроватной тумбе стояла остывшая чашка чая, к которому тот даже не прикоснулся. Он сел на край кровати, не решаясь будить Чимина, и матрас слегка просел под тяжестью его веса. — Отойди от меня, — послышался его приглушённый и слегка охрипший голос из-под одеяла, когда рука Чонгука легла на него поверх одеяла. Чимин не спал. — Брось, Мин-а, ты ведь знаешь, что я тебя не обижу, — мягко произнёс Чонгук, в душе терзаясь его холодным «приветствием». — Не смей называть меня так! — вынырнув из своего укрытия, прорычал Чимин и с силой толкнул Чонгука прямо в грудь. — Кто ты такой, чтобы звать меня так?! Как будто ничего не произошло! — Я всё ещё тот, кто тебя любит и не желает плохого, — тихо ответил Чонгук, виновато опустив глаза. — Любишь? — с презрением хмыкнул Пак. — Да чем ты отличаешься от тех, с кем я встречался раньше? Они хотя бы с самого начала не строили из себя благородство.. — Я никогда не обманывал тебя, Чимин, — слышать, как его опускают до ранга бывших Чимина, было больно, но он знал — тот прав. Возможно, он был даже хуже.. но только не в чувствах к нему. — Я просто.. просто не рассказывал о своём прошлом. Но в чувствах я был честен. — Кто ты такой? Чем ты занимаешься на самом деле? — строго спросил Чимин, не желая слушать его оправданий. — Генеральный директор компании, в которой ты работаешь, — спокойно ответил Чонгук, как есть. — Чушь, — резко бросил Чимин. — Это правда, — он поднял глаза и встретился с холодным и пустым взглядом Чимина. Немного помедлив, он всё-таки решился рассказать ему свою историю — честно, без прикрас. — С тех пор как я приехал в Сеул, я не занимался криминальной деятельностью. До этой ночи.. Если не считать тот случай в клубе — когда девушку, опоившую и ограбившую его, отправили отрабатывать долг в пусанский бордель — он действительно держался в стороне от грязи. Но даже это было ещё до того, как между ними с Чимином что-то началось. С тех пор как они были вместе, он не позволил себе ни одного преступного шага. Он просто хотел быть его директором.. и любимым человеком. Надёжным. Заботливым. Тем, кому Чимин может доверять. И, возможно, всё так бы и продолжалось, если бы кое-кто не решил спровоцировать конфликт, вынудив Чонгука снова взять в руки оружие. — В прошлом.. знаешь, я ведь не мог выбирать, в какой семье мне родиться. Мой отец.. он вроде как Дончжу в пусанской преступной организации, так что некоторое время я возглавлял одну из группировок внутри этой структуры. Чимин ожидал услышать что-то подобное, но осознание этого всё равно ударило по нему с новой силой. Он будто получил прямой удар в грудь, холодный и точный. На глаза снова навернулись слёзы — это было выше его сил. Всё это происходило взаправду. Не страшный сон, не выдумка. Этот человек, который казался ему идеалом, его якорем, его тихой гаванью.. оказался не просто частью тёмного мира — а его вершиной. Его лидером и воплощением. — Как долго ты собирался скрывать это от меня?.. — надломленным голосом спросил он, смахивая катящиеся по щекам слёзы. — Я ни о чём не думал, — честно признался Чонгук. Даже их первая встреча была случайной, она не оставляла ему возможности заранее что-то планировать или предугадывать. Он просто хотел увидеть его ещё раз.. и потом снова, и снова. — Но ты просто.. встретился мне той ночью, и я уже не мог думать ни о чём другом. Я хотел быть с тобой, несмотря ни на что. Хотел, чтобы ты сначала привык ко мне, узнал меня.. полюбил. В конце концов, моё прошлое.. это ведь не то, о чём стоит рассказывать при знакомстве, чтобы произвести впечатление на того, кто понравился, правда? — Безусловно, — горько усмехнулся Пак. — Лучше было дождаться, когда я увижу это своими глазами, так ведь? Тишина повисла в воздухе, как плотный туман, обволакивая всё вокруг и проникая под кожу. Чонгук ощущал, как между ними разрасталась бездна, и ничто — ни слова, ни прикосновения, ни воспоминания — не могло перекинуть через неё мост. В глазах Чимина отражалась не просто боль — там были предательство, страх и усталость от самого себя. Чонгук чувствовал, как всё рассыпается из-за него — чувства, доверие, Чимин — и страшнее всего было то, что он не знал, как теперь всё исправить. — Я так сильно боялся твоего разочарования, — голос Чонгука дрогнул, он был полностью разбит. Слёзы Чимина уничтожали его изнутри. — Чимин, я не могу изменить своего прошлого.. — Я не хочу ничего знать, — будто подводя черту, вдруг сказал Чимин. — Как только рассветёт — отвези меня домой. Я хочу вернуться в Пусан, к родителям. Я хочу забыть всё: и тебя, и эту ночь. Слова Чимина были острее лезвия — раня не тело, а душу. Никогда прежде Чонгуку не было так больно. Лучше бы его действительно пронзили ножом сотню раз, чем услышать эти беспощадные слова о том, что тот хотел забыть всё хорошее, что было между ними. Чонгук запрокинул голову, как мог стараясь удержать в себе рвущиеся наружу слёзы. Когда он в последний раз плакал? В детстве? Ничто из того, что ему довелось пережить во взрослой жизни, не причиняло ему такой боли, как этот разрыв с Чимином. Он понимал, что к этому всё и идёт, но совершенно не был к этому готов. — Сейчас тебе небезопасно быть одному, — тихо проговорил Чон, выдохнув. — И в Пусане — тоже. Если они проследят за тобой, можешь пострадать не только ты, но и твои родители.. и брат. — Господи, во что ты меня втянул, Чон?! — Чимин сорвался, почти закричав. Гнев и страх смешались в его голосе, взрываясь внутри. — Чимин-а, мне так жаль.. — его голос был пропитан болью, которую он держал внутри всё это время. — Я правда не хотел, чтобы всё так вышло, пожалуйста, поверь мне только в этот раз, и позволь защитить. А потом.. если ты всё равно не захочешь иметь со мной ничего общего.. — Конечно не захочу! — выкрикнул Чимин, хватаясь обеими руками за голову из-за резкой и пронизывающей боли. — Я не хочу встречаться с хреновым преступником! Только не снова!.. Почему это постоянно происходит со мной?! Слова Чимина продолжали хлестать по сердцу Чонгука, заставляя его испытывать невыносимую боль, раздирая душу в клочья. Он был прав в каждом своём слове о нём, и Чонгук впервые жалел о том, кем он был. Бандитом. Пятном, которое не стереть из жизни того, кого любил. — Я думал, что на этот раз мне наконец-то повезло, — с горькой усмешкой бессильно вымолвил Чимин. — Думал, что смогу быть счастливым.. но всё было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я должен был догадаться. Похоже, мне просто не суждено быть счастливым. — Прости.. — выдохнул Чонгук, опуская голову. Горло сжал ком. Слёзы, которые он больше не мог удерживать, покатились по его щекам, оставляя жгущие следы. — Прости меня, Чимин.. — Уходи. Я не хочу тебя видеть, — устало сказал Чимин, не желая больше слышать ни слова о его сожалениях или вообще хоть что-либо произнесённое Чонгуком. Ему понадобилось несколько мгновений на то, чтобы собрать остатки силы воли и исполнить просьбу Чимина. Он не хотел уходить. Вместо этого хотел бы обнять его, молить о прощении, поклясться, что всё бросит ради него и никогда не вернётся к своей прошлой жизни. Но Чимину этого было не нужно. Ничто уже не могло изменить того, что случилось. Он стал свидетелем того, как Чонгук расправился с двумя людьми на его глазах, и едва ли теперь нуждался в утешении убийцы. Как только двери комнаты закрылись за Чонгуком, Чимин прижался лицом к подушке и беззвучно зарыдал в неё. Он так сильно любил Чонгука, так доверял ему, так надеялся, что сможет быть счастлив с ним. И вот всё это рухнуло в один миг. Разочарование, которое он испытал, было сильнее всего, что он пережил раньше. Он чувствовал себя обманутым. Ни один его бывший не причинил ему столько боли, потому что, в отличие от Чонгука, разочарование в них было не таким резким и беспощадным. А сейчас ему казалось, что вместе с теми мужчинами был убит и он — оставленный умирать здесь, в одиночестве, прямо в этой комнате. Как он сможет вынести это? Что ему делать дальше и куда податься после всего? Наверное.. ему и правда будет лучше вернуться обратно в Пусан. В конце концов, Сеул не принёс в его жизнь ничего хорошего. Казалось, от собственных несчастий ему не скрыться нигде.
