Актëры погорелого театра

Началась подготовка. Земля, по просьбе Луны, достала у своих землян огромное количество ткани, белой, красной, синей и золотой, а также пару похожих на золотые украшений. Луна в компании Фобоса и Деймоса, а также маленьких спутников Нептуна, гору одежды доставили довольно быстро, хотя и шумно, и свободные от ролей взрослые спутники занимались как раз-таки костюмами. — Я выгляжу ужасно! Европа едва ли не плакала, постоянно вскрикивала, бегала по импровизированной костюмерной и постоянно поправляла платье, белое с золотистым поясом и узорами на рукавах, спрашивая, как же она выглядит. В результате пары дискуссий было решено, что девушки будут девушками, а парни - парнями, банально для удобства, и одежда соответствующая. Япет, Энцелад, Мимас, Тефия и Гиперион сейчас были рядом с ней в безуспешных попытках помочь и исправить положение, которое, на их взгляд, и не нужно было исправлять. Сатурн был любителем красивой одежды и с тех пор, как начал уделять время всем своим спутникам, периодически делился с ними информацией о подобном, а потому именно они были выбраны в качестве главных костюмеров, и неважно, что такое слово они узнали буквально вчера. Энцелад и Тефия не должны быть здесь, но первого заставили, а второй очень хочет участвовать во всëм. Спутники Урана и он сам - любители поговорить об одежде, только возможности нет из-за очень холодной орбиты, а тут можно разгуляться. Титания, Умбриэль и Ариэль занимались Реей, и у них ситуация была поспокойнее - Рея тоже очень сильно переживала, но у неë это выражалось в крупной дрожи и постоянных тихих причитаниях. Она очень милая по натуре, и быть так называемой стервой и даже просто открытой не привыкла, а потому лишь пыталась настроиться. Что происходит у Ганимеда - загадка, но ясно, что с ним спокойная Каллисто, поэтому переживать за него не приходилось. — Европа. — По слогам с недовольством процедил Мимас. — Хватит. Ты выглядишь, будто ты не Зевс, а сама Афродита, расслабься. Европа остановилась и смогла сесть на подставленный Гиперионом астероид лишь тогда, когда Япет подошëл к ней с самодельной расчëской и принялся расчëсывать бело-розовые волосы под мягкие слова успокоения Тефии, что сам нервничал из-за предстоящего выступления и прекрасно понимал еë. — Вот, принëс! Пискляво крикнул прибежавший Фобос с чем-то блестящим в руках. Мимас забрал эту вещь, сдунул космическую пыль и бережно отдал остальным, чтобы те очистили. Это был золотой венец, состоящий из листьев. Европа прям застыла, увидев его, перестала трястись и переживать. — Как следует расчеши. Моя голова должна быть великолепна для этого. — Энцелад хотел съязвить, но сдержался, и Япет лишь кивнул. На голову Европы надели венец и начали поправлять и его, и волосы, которые Гиперион теперь безуспешно пытался зачесать в какую-никакую укладку под недовольные фразы Мимаса в духе:«Сатурн же сказал, что он так и выглядел, что ты там поправляешь». Европа поднялась с астероида и посмотрела на вставших перед ней в ряд спутников. Те в один голос ахнули и похлопали сами себе, решив, что работу свою выполнили на отлично. — Эй, детка, всë нормально? Ганимед подошëл сзади внезапно, остальные аж удивились, как так тихо, и посмотрели все на него - Ганимед тоже выглядел отлично. Белая накидка, завязанная золотистыми лентами, в передние пряди волос вплетены точно такие же, но потоньше и покороче таким образом, что были косичками и соединены сзади заколкой. Европа повернулась к нему, и они оба одновременно покраснели - на этом моменте спутники Сатурна начали давать друг другу «пять» -, после чего подошли друг к другу и улыбнулись. — Богиня моя. — Ганимед галантно поцеловал тыльную сторону ладони Европы, и та изящно рассмеялась. — Пойдëм на сцену, посмотрим, что с... Эм? — Реей? — Реей. Ввосьмером они отправились к месту, где сделали импровизированную сцену - просто сложили плюс-минус плоские астероиды в единую платформу и с совета Луны повесили слишком длинные куски красной ткани на с трудом построенные столбы, чтобы сделать занавес. Добавляло особой атмосферы. — Хэй, Титан! Спутник Сатурна повернулся на отклик и ахнул - ему безумно понравились наряды, созданные спутниками Сатурна и Каллисто, которые тоже пришли следом и сели в подобие зрительного зала. — Вау... Вы выглядите потрясающе, ребята! А где Рея? — Не знаю, ещë собирается, наверное. — Ганимед пожал плечами, после чего сразу снова поправил одеяния. Он никогда этого не признает, но тоже переживал. — Ох, вы уже ждëте? Простите, задержались. Послышался высокий голос, и все повернулись к Рее - платье, более вычурное, чем у Европы, но тоже аккуратное и нежное, тоже белое с золотистым, но у неë этот цвет выглядел менее величественно, скорее изящно. В белых волосах золотое украшение, что сцепляло несколько прядей. — У нас ушло много времени на шлейф. — Ариэль показала на подол платья, и спутники Сатурна понимающе кивнули. Урановские спутники тоже сели на места. — Ничего, ничего! Давайте начнëм репетицию. Ганимед почти вырвал из рук Титана сценарий, чтобы перечитать, и девушки сделали то же самое, чтобы убедиться, что точно правильно выучили реплики. После этого вышли на сцену. Гелиос крутился вокруг своей оси, испуганно озираясь по сторонам, ища хоть кого-то, с кем можно поговорить. Одиночество съедает изнутри. Рядом появляется Зевс. Он только родился, ему страшно. Осматривается, видит светило, щурится, но доверительно движется на встречу. — Не бойся, дитя. Иди ко мне. Зевс двигается вперëд, прикасается кончиками пальцев и сразу одëргивает, но всë же снова касается и на этот раз удачно. Гелиос придвигает еë к себе, и они начинают кружиться, вокруг появляется пыль и разносится мягкий, нежный смех. Титана и зрителей по-настояшему завораживала эта сцена. Для удобства часть рассказанных диалогов были урезаны, и сцена выглядела гораздо короче. Все молчали, лишь внимательно наблюдая за происходящим. Появляется Кронос. Тоже осматривается, следует примеру первой планеты и начинает кружиться вокруг, крутясь так же вокруг себя. Этого не было в планах, но всем это даже нравилось, да и это первая репетиция, стоило посмотреть, как будет лучше. Зевс отпускает руки Гелиоса и тоже кружится вокруг него, а не с ним. Приятно. Сцена прерывается прилетевшим прямо в них астероидом. Никого не задело, но заставило остановиться и начать озираться по сторонам. Титан подскочил и побежал в сторону, откуда прилетел астероид. Там были Мимас и Энцелад, последний со следом удара на лице. — Что произошло? — Титан поставил руки в бока. Недоволен был не только он, а абсолютно все, ведь сцена шла безумно хорошо, пока не случилось это. — Э-это не мы! — Энцелад получил удар в бок и тут же ударил в ответ. — Мы решили уйти, начать готовить костюмы для ледяных. Я назвал его салатом, он кинул в меня астероид, я тоже и попал. Он кинул так сильно, что астероид прилетел в вас. — Мимас неловко сложил руки и усмехнулся. Титан тяжело вздохнул. — Ладно, не страшно. Вроде бы мы прогнали эту сцену, всë хорошо. — Так называемые актëры облегчëнно выдохнули. — А что по костюмам? — Да-а... Насчëт этого... Энцелад поднял вверх большой кусок синей ткани, и все ужаснулись - это был не один кусок, а уже много рваных. Если бы не поддержка Титании, организатор бы упал в обморок от этого вида. — Нет, мы попробуем что-то с этим сделать, правда... Пускай эти трое придут, с ними и разберëмся, ладно?.. — Репетиция окончена! Крикнул Титан и ушëл. Гиперион и Тефия тут же бросились за ним, Япет неспеша пошëл следом. Убрав вещи так, чтобы они не разлетелись по невесомости, спутники Урана тоже ушли оттуда. Европа, Ганимед и Рея переоделись обратно в свою одежду, их костюмы тоже спрятали, и ушли к своим планетам. Вместо следующего дня Титан собрал их лишь через половину недели. Спутники его не понимали, ведь ничего особенно страшного не произошло - прервана репетиция и порвана ткань. Теперь разбираться с этим должны были те же спутники Сатурна, занимающиеся костюмом теперь для Дионы. — Это что? — Брезгливо спросила девушка, глядя на куски ткани, и почти все рядом с ней закатили глаза. — Произошла проблема. Сейчас исправим. У них ушëл час на то, чтобы что-то придумать - обрезать, связать и так далее. У них были целые куски синей ткани, но их отдали для Оберона и Харон, чтобы было честно. С трудом и под ворчание Дионы, пять спутников всë-таки создали ей наряд - из уцелевшей части подол платья, из порванной смогли сделать верх и прикрыть белой накидкой сверху. Выдохнув с облегчением, сделали простую причëску и выпихнули в сторону сцены. — Опять я среди девушек... Заметил Оберон с тяжëлым вздохом, пока ему придумывали костюм - что-то похожее на юбки, утеплëнный верх, в котором Оберону стало жарко, но он терпел, и вплели в волосы сомнительного качества украшение. Ему понравилось, да и он не хотел возмущаться. — Да ничего страшного, Оберон. — Успокаивала Титания, вычëсывая каждую прядь серых волос. — Считай это особенностью. Ты среди них самый сильный. — Но я должен буду ругаться с ними. Я не хочу... — Это ведь не по-настоящему. Ты справишься. Титания по-сестрински чмокнула Оберона в щëку и вместе с Ариэль и Умбриэль повели его к сцене. У Харон всë было довольно спокойно, не считая того, что она всë время вертелась и довольно смеялась, мешая меньшим из спутников Сатурна и Юпитера выдумывать что-то с еë причëской, но даже так справились они явно быстрее, чем с Дионой, и тоже пошли к сцене. — П-привет, Оберон. Как тебе играть в-в-в спектакле? Ио никуда не подпускали, ни и к костюмам, ни к постановке. Имея на руках блокнот, он решил брать интервью - Луна подсказала, как это называется - и просто подходил ко всем и задавал вопросы, записывая ответы на них в блокнот. Ему нравилось чувствовать себя хоть каким-то, но участником события, и никого это не раздражало. — Оу, даже не знаю. Я ведь ещё не играл даже. — А, точно! Титан! — Ио ринулся к режиссёру, они наконец выяснили, как называется эта работа, и решил задавать вопросы ему. — Что вы сейчас будете ставить? Титан прямо сейчас грыз кусок случайного астероида от нервов, отпустив его лишь благодаря Ио. Это была неплохая возможность отвлечься. — Сейчас будет знакомство и времяпрепровождение ледяных гигантов. Где же Диона... — Титан на этот раз начал грызть ногти, хотя скорее пальцы, постоянно смотря по сторонам и следя за всеми, чтобы свободные от работы спутники сидели здесь, и ничего больше не произошло. Харон и Оберон играли в «ладушки» от скуки, остальные либо смотрели вверх или вниз, либо разговаривали. Внезапно случилась большая тряска. Все моментально дëрнулись, сжались либо сами, либо прижались друг к другу, и стали испуганно оглядываться. — Юпитер... — Озвучила мысли Титана Каллисто, что видела, как гигант прошëл через пояс астероидов, да и не заметить это было крайне сложно. Титан вгляделся вдаль, чтобы убедиться, что больше никто не пойдëт. — Титан, ничего страшного. Юпитер же не контролирует свою гравитацию... — Харон тут же бросилась к Титану в попытках успокоить. — Знаю, знаю. Но ты посмотри! Сцена и зрительный зал начали разлетаться. Спутники-дети, что и строили это, тут же начали собирать всë обратно. — Нет, подождите. Юпитер ведь и обратно пойдëт. Подождëм пока. Скорее всего, он хочет поговорить с Солнцем. — Титан! Всë нормально? Мы сказали Юпитеру пройти чуть подальше, но мало ли... — Ганимед резко затормозил, увидев разрушения, как и Диона, которая наконец-то пришла сюда и тоже чувствовала это. — Спасибо и за это, Ганимед. — Эй, я хотя бы попытался. Так бы он уничтожил и сцену, и вас. — Да, да, прости. Просто... Всë постоянно идëт не так. Но быстро исправляется. Я постоянно жду, что что-то пойдëт не так, настолько не так, что сорвëт нам всë представление, но пока мы со всем справляемся, и... Титан начал ходить туда-сюда, сжимать волосы в кулаке, пока снова не почувствовал тряску. Ганимед тут же побежал к Юпитеру, видимо, чтобы попросить в следующие разы идти ещë дальше, и Титан лишь пытался успокоиться. Теперь дети во главе с Каллисто уже по-настоящему ремонтировали сцену. Справились они с этим быстро, и чувство «Всë будет ужасно» росло в Титане всë сильнее. — Ладно. Вот сценарий, просмотрите, и мы начинаем. Актëры мельком просмотрели сценарий, вышли на сцену и начали отыгрывать. Уран накручивает на палец волос, смотрит в космическое пространство и ожидает. К нему подходит Посейдон. Они смотрят друг на друга недоверчиво, с неким презрением, но позже Уран всë-таки подходит ближе. — Посейдон. — Уран. Прибегает третий участник, осматривает их робко, с некоторым страхом в глазах, но тянется к ним. — Планета Икс. Остальные двое кивают. Они сцепляют ладони и приближаются друг к другу ещë больше. Уран отходит, Посейдон и Икс остаются друг напротив друга, пристально взглядываясь. — Поцелуй! Актëры смотрят со сцены на Мимаса, что и выкрикнул это. Диона и Харон вновь поворачиваются друг к другу, спутник Плутона играет бровями. Тянутся друг к другу и целуются, коротко, вскоре отрываясь, с зала слышатся аплодисменты. — Лучшие! — Класс! Титан устало прикрывает рукой глаза, Каллисто рядом понимающе кладëт руку ему на плечо. Он устал. Но нужно продолжать. — Ещë раз. Давайте. Репетиция шла даже дольше, чем создание костюмов. Они постоянно прогоняли одно и то же, ведь Титана вечно что-то не устраивало. Остальных спутников не отпускали, Ио в коротких перерывах подходил и задавал вопросы каждому, кто здесь был, даже малышам, что занимались сценой. Это было ужасно скучно, актëры играли переменно - раз плохо, раз хорошо -, просто потому что уже не надеялись что их отпустят. Тритон, пришедший ради Каллисто, был запряжëн в работу - отправиться за Луной и привести еë сюда. Луна была ответственна за то, что они назвали «земной частью» - пояснять за термины, рассказывать про театр и прочее, что есть на Земле, в общем, то, что они не знают. Титан решил заодно разобраться с другими делами. — Э-эй, Луна! Иди сюда, Титан попросил тебя позвать. Луна и группа каменистых планет повернулись к нему. У планет в глазах было исключительно непонимание, у всех, кроме Земли, ведь она делилась с ними материалами, но тоже не знала, чем конкретно они занимаются. — Зачем она тебе? — Венера встала и сильно возвысилась над Тритоном. — Луна знает. Это важно. Земля машет рукой и спокойно отпускает Луну под предлогом «в отличие от вас с Марсом, она хотя бы не сосаться уходит», и под крики они идут в пояс астероидов. — Так, я здесь ненадолго. Зачем я нужна, Титан? Спутник Сатурна поворачивается к ней и берëт еë за руку. — Хорошо, что ты здесь! Скажи, что такое музыка и как это делается? Луна прямо-таки удивилась. Осмотрелась, увидела ругающуюся с другими Диону, после Харон, что поправляла причëску, и поняла, что дело важно. — Так... Музыка - это приятные звуки. Их можно делать самому, например... Луна взяла поблизости два астероида и начала бить ими друг об друга в каком-то ритме. Вокруг собрались маленькие спутники Нептуна. Пара из них тоже взяла астероиды и начали бить друг об друга. Композиция максимально простая, но Титану понравилось. — Отлично! Галатея, — Титан наклоняется к девочке, в руках которой сейчас были астероиды, — могу я тебя назначить ответственной за музыку? — Да, да! Все малыши Нептуна начали кружиться вокруг друг друга и обниматься. Во время дальнейших проигрышей тех же сцен с ледяными гигантами, Титан заметил, что подходят малыши к задачи со всей ответственностью - экспериментируют, пробуют, чтобы звучало хорошо. Им было явно веселее, чем Титану, который прогонял уже шестую сцену, но так и не сказал, что всë хорошо. — Тита-а-ан, — Протянула Титания, — Хватит. Мы все устали. Ты даже не можешь объяснить, что тебе не нравится. — Да, но... Айгх. — Пускай Титания попробует поставить сцену. — Предложила Ариэль, лежащая на коленях у Титании и уже почти засыпающая. — Но!.. — Титан. — Ворвалась Диона. — Пускай она будет ставить, раз тебе ничего не нравится. Мы играем пять одних и тех же сцен, и ни одна не одобрена. — Ладно. Давай, Титания. Титания выскочила со своего места, осторожно сняв Ариэль с себя, и начала менять. Добавила пару фраз и действий, игнорируя недовольства Титана сзади. После села в зал и просмотрела все сцены снова. — Хм... — Титан, если ты скажешь, что тебе не нра-... — Мне нравится. Все облегчëнно выдохнули, помогли снять костюмы и начали уходить отсюда. Чувствовали все себя абсолютно уставшими и лишь сейчас могли отдохнуть перед следующей репетицией.