Двойной аксель к принятию

Заявление Лололошки в раздевалке было очень непонятным для восприятия Харриса. Да никогда фигурист не слышал от других парней такого, что уж них.. противоположного пола тоже. Да чтобы его попросили дать потрогать свою грудь, это казалось жутко странным и ненормальным для подсознания и мыслей спортсмена. Уж что-что, а у голубоглазого явно появилась новое прозвище "Извращенец.", не думает, дурак, что говорит, чувствует себя на одной волне после лишь единственной и первой их адекватной переписки. Харрис старается не думать об этом, но, было тяжело. Не до конца он понимал, зачем Ло попросил его о таком, да, Джон привлекательный, высокий, со спортивным телом парень и мечта многих девушек, но явно не для Лололошки, который так активно отрицал своё влечение к своему же полу, это даже позабавило кареглазого, но вот в глаза после такого, немного неловко смотреть что одному фигуристу, что другому.

Сказать, что Лололошке было стыдно — ничего не сказать, парнишка даже покраснел после такого, даже переобуваясь в свои излюбленные коньки подальше от Харриса, понимая, что такими словами он мог испортить их только зародившиеся нормальные отношения, но, с другой стороны, парень не видел в этом ничего плохого, обосновывая тем, что он очень тактильный, да вот никогда такого желания не было прикоснуться к парню, одно дело, если он мог подойти к своей подруге Брай и схватить за задницу, делая комплименты, какая она мягкая и хорошо поработала в зале, а та пристроила бы свои руки к груди друга или жмакала его ноги, только Ло это никак не привлекало, не вызывало каких-то чувств, или.. не привлекало женское тело априори? Встряхнув своей головой от этих мыслей, голубоглазый даже не знает, как извиниться перед Джоном, дабы все окончательно не испортить, очень надеясь, что второй фигурист не будет припоминать ему, как минимум, весь день, и, как максимум, оставшуюся жизнь. Но, фигуриста это чуточку пугало, казалось ему это неправильным, не может же он испытывать такое влечение прикоснуться к парню, это неправильно, не на тот пол его руки лезут, даже коря себя в этом действии. Даже в отношениях с бывшей девушкой не было такой наглости, хотя, там можно было всё, да вот при единственном воспоминании о Шэрон, Лололошка лицо кривит, не хочет это помнить, хочет закрыть закрыть глаза и жить дальше. Джон же, старался больше не обращать внимание на такое поведение Ло, надо просто закрыть на это глаза, как бы странно не было от поступка нового знакомого, каким бы странным поступок не был, на деле, его это даже забавило, самооценку подняло, что другой парень обратил на него внимание, да, слишком прямолинейно и неординарно. Дейви выдыхает на это, завязывая на своей одежде пояс от пальто, собираясь уже выходить, прихватив вещи, но слышит подозрительную тишину из зала для разминки, не понимая, где же ещё ходит тренер Лололошки. Пожав на это плечами, парень из раздевалки выходит, держа на одном плече рюкзак, а в свободной руке свою сумку с коньками, но, даже не успевая дойти до выхода с основного помещения катка, тот останавливается и поворачивает голову в сторону дверей раздевалки, замечая фигуру Лололошки, который выглядел ну уж очень смущенно, понять можно было, что парню неловко. Харрис тому рукой машет в знак прощания, как встречается с голубыми глазами, что были хоть далеко, но кричали тому всё же задержаться. Фигурист, который готов был уже на лёд выходить, медленно шагает к стоящему Джону, потирая своё плечо от неловкости, казалось, только тридцать минут прошло, а становилось только хуже морально. Дойдя до собранного уходить Дейви, Ло останавливается рядом, покосившись вбок, дабы не смотреть в карие глаза фигуриста. — Я так понимаю, ты не останешься, да? - Откашливается Ло, опуская свою руку с плеча и переплетая собственные ладони в кулак. - Извини ещё раз, пожалуйста, сказал ерунду, такое больше не повторится. - Голубоглазому было стыдно, но на свои извинения он слышит лишь тихий смешок Харриса, который старался сильно не рассмеяться от этой абсурдной ситуации. — Ты похож на кота, который покусал ноги хозяину и идёт ластиться. - Довольно милое сравнение приводит Джон, замечая ещё большее смущение и покраснение на лице напротив стоявшего Лололошки. - Но! О спасибо, о великий Лололошка, чемпион мира по фигурному катанию в мужской одиночке, Вы подняли мне самооценку своим высказыванием. - Очень иронично произносит Харрис, наклоняясь, держа одну руку у живота, а вторую отводя в сторону, в открытую стебая своего конкурента, не забыв подметить его титул как спортсмена, да вот смешок вырывался из рта Дейви. — Эй! Не называй меня котом. Ещё говоришь, что я по парням. - Хмурится Ло, расставляя руки по бокам, улавливая смешок Дейви и приподнимая одну бровь на лице. Парень думал, что тот от него побежит куда подальше, а сам остановился и подождал выходящего фигуриста. - И хватит упоминать мой титул, завидуешь что-ли? - Закатывает глаза парень, скрещивая уже руки на груди. Лололошка и правда был удивлён довольно мягким отношением к своей персоне, открывая для себя будто иную сторону вечно недовольного Джона. — Бла-бла-бла. - Ворчит Дейви, закатывая точно так же глаза. - И нет, на твою тренировку я не останусь, я голодный и хочу полежать отдохнуть, да и тем более, завтра увидимся, прилипала. - Отвечает Джон, осматривая сейчас очень рассеянного Ло, не выдерживая и кладя свою одну руку на его голову, слегка взлохмачивая темные и, чёрт, такие мягкие локоны волос на макушке. Не зная, как описать свой же поступок, Харрис на это ухмыляется, замечая вновь красноватые пятна на лице голубоглазика, убирая ладонь через парочку секунд. — Ты что, головой об лёд ударился, что мою трогаешь? - Спрашивает Ло, наблюдая, как рука Джона пропадает в его кармане чёрного пальто. Для самого же себя фигурист подмечает, что это было приятно, как-то слишком по-доброму к нему относится сам Джон. — Головой из нас двоих явно тронулся ты, что сразу полез на мою грудь, а это, считай, лишь дружеское прикосновение, и вообще, иди на лёд, мне не нравится стоять тут как идиот. - Разворачивается Дейви, уходя уже к выходу с катка, крича в след: "Держи в башке, что если падать будешь при тройных, буду лохом называть, а не по имени." - Разносились слова перед окончательным уходом, на что голубоглазый и ответить ничего не успел, смотря на уходящую высокую фигуру спортсмена, за которым захлопнулись двери с катка. Лололошка улыбается на это легко, вообще не узнавая своего конкурента, который готов был прибить его на месте или кинуть коньком в раздевалке ещё неделю назад, если бы сам Ло подошел к нему на метров пять ближе, а теперь и погладил как кота. Казалось, что это ледяное сердце Харриса оттаивало, давало трещины, будто общение с Ло действовало совершенно иначе, раскрывало настоящую, мягкую, и, надеясь, искреннюю личность заклятого врага. Парень не доверял ещё Джону, но всё складывалось очень хорошо, быстро, в какой-то степени даже мило, что не могло не радовать. Ло проводит рукой по своим волосам, хмыкнув на это и ощущая тепло на макушке головы, сердце, предательски быстрее стучало, а мысли о том, что, на самом деле ему нравится такое отношение, хоть и мизерное, не всерьёз, но нравится. Будто парню и никогда должного внимания не уделяли, его желание о том, чтобы о нём заботились давали о себе знать, может, и не зря Харрис привёл в пример то, что Ло на кота похож, к которому только притронься, он уже за тобой пойдет на край света. С мягкими чувствами на сердце, Лололошка на лёд выходит, Окетра где-то задерживается, значит, у фигуриста есть время ко льду привыкнуть, погрузится в настрой, настроиться на прыжки, да и посмеивается с крайних слов Джона о том, как он будет его называть, если что-то не получится в исполнении трюков, других элементов. Да вот стоит только Лололошке подумать о тренере, как уже синяя макушка волос появляется, но сопровождается смехом и говором тренера Джона, не думал голубоглазый, что женщины будут так тепло общаться между собой, выходя из тренерской. И правда какой-то абсурд, они с Джоном тоже выглядели как друзья, а те же, их тренера, пережили свои ругани в прошлом, а сейчас спокойно общаются. Всем сердцем голубоглазый верил в то, что дружба на льду существует, люди лишь просто не умеют принимать поражение, либо же место ниже, чем первое, кинув в своей голове мысли о Джоне и приведя его в пример, но.. судить он его не мог, не знал ведь всей истории становления парня на лёд, только поверхностно, не знал точно, что он забыл в Корее и почему здесь, для чего покинул штаты и так рвётся к своей цели. Не олимпийскому чемпиону судить, но, Ло делал всё для этого титула, он к нему пришёл своими силами, как бы ужасно не чувствовал себя и сколько травм пережил, как моральных, так и физических.

Как только Абер покидает тех, Окетра же смотрит на своего фигуриста, что уже готов был и стоял на льду. По лицу Ло можно было понять всё, парень очень воодушевлен и как-то рад по своему, но, фигурист не фигурист, пока музыку не услышит, прокат не начнёт, и как только первые ноты запоминающихся и выученных до дыр песни разносятся по всему ледовому дворцу, ноги сами скользят по плотному и гладкому полотну, с головой голубоглазый погружается в свою отработку, в свой прокат и самый любимый звук коньков, которые отрываются от холодной поверхности в идеальном, первом за сегодня прыжке, как ноги скользят и оставляют после себя узоры с маленькими крупицами снега. Пока тело чуточку мёрзнет, голова и душа горит, будто что-то нереально хорошее произошло, а всего лишь очередной и довольно смешной разговор с Джоном. В голову лезут представления, некие картинки следующего дня, надеясь, что всё пойдёт так, как хочет Ло, без каких-либо глупых происшествий как сегодня.