Двойной аксель к принятию

Парни в глубоком сне чуть ли друг на друга не навалились, у Джона же была привычка спать звездой, Харрис своего Лололошку в объятия тянет, обнимает, нагло на бок переворачивается и жмётся ближе, забирая большую половину одеяла у Ло на себя и начиная похрапывать тому на ухо, зато тепло было. Часы в комнате тикали и создавали некий шум, а стрелка заваливала за три часа ночи, Ло переворачивается в объятия Джона, но начинает уже постепенно ворочаться в разные стороны из-за лёгкого холода, понимая, что его мягкое покрывало было украдено рядом лежавшим храпящим парнем, который плюсом пинаться стал, ведь кареглазый не привык спать с кем-то, хоть и так тепло было вместе. Лололошка на спину переворачивается и медленно глаза открывает, находя рядом лежавший телефон и смотря на время, да вот белый свет ослепил голубые зенки, заставляя того зажмурить глаза и выдохнуть раздражённо, чувствуя, как желудок стал болеть из-за голода, вспоминая, что Джон принёс что-то с собой, да забыл про это несколько часов назад. Голубоглазый на кровати поднимается на локтях, осматривая Джона, что так мило сейчас спал, нагнувшись к лежащему фигуристу и чмокнув того в лоб, слегка улыбнувшись с этого милого жеста со своей стороны и окончательно вставая с мягкого полотна, почесывая свой затылок и выходя из спальни, сладко зевая и немного потягиваясь.

Лололошка медленно ногами перебирает, топает до коридора и свет включает, находя шоппер парня, что лежал под рукой, и ковыряясь в нём, словно хозяин этой вещи, довольно хихикая и покупочки беря перекус, оставляя вещи Джона, держа дальше вкусняшки и топая на кухню, даже икая от голода, убирая ненужное и открывая любимый, целый кимпаб, захватывая оттуда воду и лимоном, держа во рту длинный ролл и открывая бутылку, ставя на стол и продолжая жевать, параллельно попивая излюбленную воду и переминаясь с ноги на ногу, радуясь ночному перекусу, не думая даже о том, что вставать через два часа. Ло немного волноваться начал, что стал плохо есть, аж в весе слегка скинул, а это ему не нравилось, хоть и скидывал на стресс и переработку на льду, уже представляя и строя планы на то, как на следующей неделе начнёт бегать по всему Токио и наедаться по возможности и свободного времени, плюсом ещё и Джона с собой потащит куда-нибудь. Проходящая ночь уже нравилась голубоглазому, что спокойно жевал свой перекус и ничего не слышал помимо шелестящей упаковки и газов воды из бутылки, икая от попадавшей газировки и еды в организм, даже не думая о том, что его могут потревожить в данный момент, не слыша, как Дейви стал ворочаться в комнате на мягкой постели. Харрис рукой проводит по второй стороне кровати, в полусонном бреду не находя свою теплую грелку в виде Лололошки, а уже не нравилось спать без объятий. Джон и не удосужился на время посмотреть, лишь оглянулся на выход из комнаты, замечая вдали включенный свет и поднимаясь с мягкого покрывала, ленивым шагом направляясь в сторону освещения и попадая на кухню, смотря, как перекусывал Ло. Фигурист облокотился плечом на дверной косяк и пальцами одной руки потирал сонные глаза, открывая очи и смотря на Ло, который так довольно жевал перекус на ночь глядя, слегка посмеиваясь с этого вида. Даже сейчас Джон видел в парне этот некий домашний уют и милость, просто засматриваясь на высокого и симпатичного фигуриста, вновь оставляя свой карий взгляд на мягких ягодицах Ло, так и желая подойти сзади и нагло обнять, но держался, а ладони чуть ли не чесались. Харрис намеренно громко зевает, дабы внимание к себе привлечь и позвать обратно в теплое спальное место и продолжить сон, кинув взгляд на часы, стрелка которых медленно двигалась, понимая, что тем осталось спать совсем мало, а Дейви ещё раньше на полчаса вставать, дабы порадовать парнишку утром и поблагодарить за то, что разрешил остаться на ночь. — Ло, пошли спать, чего ты на ночь глядя ешь? Надо есть за три часа до сна, чтобы организм работал как надо. - Хриплым и низким голосом говорит Джон, немного пожимая плечами и держа свои руки переплетенными на груди, осматривая парнишку, который медленно к нему поворачивался и доедал ночной перекус. — Я голодный и ничего не ел, и чего ты умничаешь даже сейчас? - Ворчит Лололошка, дожевывая кимпаб и выкидывая упаковку, лениво прибираясь за собой на кухне и слыша смешок со стороны Джона, который ещё и глаза как на зло закатил. - Чего ты проснулся вообще? - Задаётся вопросом Ло, собираясь выходить с кухни вместе с Джоном. — Питаться надо правильно и вовремя, мне что, откармливать тебя по часам? Сам знаешь, как много сил надо, особенно сейчас. - Дейви потягивается, потянув руки вверх и шагая перед Ло в его комнату, от чего его спина сзади немного приоткрылась, будто чувствуя взгляд Ло на себе даже в темноте. - И мне стало холодно спать, ты ушёл, и я проснулся. - Всё таким же голосом говорит Харрис, вызывая лёгкий смешок с губ Ло, которого явно позабавило это высказывание. — Знаешь, Джон, за первую же ночь я понял. - Начинает голубоглазый, пока второй укладывался обратно под одеяло, ложась на спину и приглашая Ло обратно к себе, приглашая в объятия и довольно улыбаясь в темноте. - С тобой спать невозможно, ты меня запинал, на ушко похрапел, одеяло забрал, всю кровать тоже, я чуть не свалился. - Перечисляет Лололошка, укладываясь обратно щекой на мягкую грудь парня и притираясь, пытаясь найти удобную позу для дальнейшего сна, закрывая зенки и обнимая кареглазого поперёк тела. — Привыкнешь. - С легким и хриплым смешком сказал Харрис лишь единственное слово, закрывая глаза и обнимая Ло в ответ, слушая его ворчание. На секунду кареглазый даже почувствовал легкий укус в левую грудь, на что дёрнулся от неприятного ощущения, ущипнув голубоглазого в ответ за плечо и смеясь тихо вместе, желая поскорее уснуть, да побесить второго фигуриста тоже хотелось, который стал дёргаться от каждого прикосновения и тихо хихикать. Длинные пальцы Дейви тянутся к торсу Ло, что-то шепча себе под нос и дурачась вместе, начиная щекотать парнишку, который готов был выпрыгнуть из кровати, понимая, что нашёл слабое место Ло, ведь голубоглазый просто напросто боялся щекотки, продолжая играться так с парнем и чуть не нависать над ним, видя даже в темноте комнаты его довольную и милую улыбку, которая сопровождалась вместе со смехом, что становился всё звонче и ярче, а самому Джону нравилось это, вот так вот развлекаясь на ночь глядя. Пока голубоглазый пытался оттолкнуть от себя фигуриста, который щекотал его дальше, парень чуть не выгибается в спине, стараясь успокоить кареглазого, упираясь своим руками в его плечи и замечая даже в темноте некие горящие огоньки в глазах напротив. Вся эта ситуация, общение с Джоном напоминало самую первую подростковую любовь, когда оба ни о чём не думают и лишь поступают так, как хотят, наплевав на все стандарты в мире, только наслаждаясь друг другом, и казалось, что оба никогда похожего не испытывали, хоть и бывали в отношениях, а всё нынешнее казалось сном, в который никто не мог поверить по настоящему и до конца, но на душе двоих так легко и спокойно, даже забывая о том, что на деле являются конкурентами, особенно Харрис, отдавшись по-своему в руки голубоглазого, даже чувствовал эти отголоски души, которые твердят по своему: он явно хочет стать первым не только на льду, а в другом моменте тоже, неужели впервые позволяя себе влюбиться, хоть и так быстро? Как хорошо, что наглый Дейви отпускает свои руки с тела Ло, но не до конца, лишь наваливаясь сверху на парня, который притянул его к себе под одеялом и обнимая, чувствуя, как кареглазый утыкается носом в его плечо и тепло дышит, но так расслабляется, аж и так крепкое тело становится тяжелее, надеясь, что тело не подведёт и вновь не устроит конфуз в трусах, пока второй спортсмен лежит на нём полуголый и чуть ли не целует в шею, стараясь отпустить это, да вот длинные ноги Ло уже сами закрепляются на бедрах Джона, не отпуская его от себя, склеившись в одном положении, будто желая стать одним целым, толком не понимая, как оба проваливаются в сон, держась друг за друга, будто боясь потерять. Лололошке никогда не было так тепло в чьих-то объятиях, уже и не желая вспоминать прошлое, мечтая обо всём забыть, что ничего не было в личной жизни до появления Джона как нового знакомого, который поменял абсолютно всё, да и сам Ло перестал сомневаться в себе, чувствуя себя на том месте, где он должен был быть, но боясь перейти на следующий шаг, словно он только родившийся котёнок, который толком глаза открывать не умел, и, как назло, сейчас было не самое подходящее время для развития новых отношений. С одной стороны, это твой конкурент, а с другой, это человек, с которым ты чувствуешь собой, вместе хорошо и спокойно, тепло, хочется строить нечто иное, и прикрывать всё это "дружбой с привилегиями" будто неправильно, но как взрослый человек, Ло знал, что всё не так просто, с этим нужно повременить и в любом случае всё само придёт к тому, куда двигаются парни. Откатать хотелось хорошо как одному, так и другому фигуристу, не всё бывает так просто, как бы желали спортсмены, не забывая, кем они являются, а именно людьми, выросшими на льду с самого детства, строя свою успешную карьеру. Лололошка словно жук, который не упускал свою добычу из колючих лап, даже не ощущая того, как он оказался сверху Джона, который обнимал его точно так же, и, на удивление, даже не храпел, а его теплые руки держали за талию и спину фигуриста. Но как назло начал трещать собственный телефон под ухом, моментально распахивая глаза и хватая гаджет, стараясь побыстрее выключить будильник на половину пятого утра, поглаживая парнишку на себе, которому было всё равно и продолжал мило сопеть на груди Джона, перекатившись слегка на бок. Ло не из тех людей, что просыпаются не по своему будильнику, продолжая пускать слюни, пока Джон аккуратно отодвинулся от парня и приложил руку на его мягкую щёку, чмокнув парня в нос и вставая с кровати, решая сделать завтрак на двоих в знак благодарности парню и милости. Хоть Харрис конкретно не выспался, тот всегда вставал вовремя и начинал делать дела, пока голубоглазый мог проваляться несколько минут и вновь задремать, в очередной раз проспать всё, а ещё Дейви не нравилось то, как на самом деле питается Ло, понимая его как фигурист-фигуриста, потягиваясь и шагая в сторону кухни и холодильника, решая, что можно сделать питательного, но не такого, чтобы плохо было желудку на тренировке, хотя, их питание было похожим и сбалансированным. Пока Джон хозяйничал на кухне, пытался найти нужные ингредиенты на кухне и в холодильнике парня, тот параллельно ругался и не понимал, как вообще Ло питается с полупустым холодильником, зато, запасы риса и кимчи имеются, всё по стандарту, пока у самого кареглазого буквально чуть ли не всё было дома, на удивление, всегда это съедая и держа форму, которой он был доволен. Запах чего-то поджаренного, солёного и аппетитного доходил уже и до самой комнаты Ло, вместе со временем на телефоне, как будильник и часы пробили ровно пять утра, а голубые зенки и вовсе не хотели открываться, этот противный звон будильника дошёл до самого Джона, что взглянул на часы на кухне и поторопился будить Ло, пока завтрак почти был готов в сковородке. Джон словно на цыпочках шагает в комнату без единого звука, смотря на ворочающегося Ло и подходя к нему, садясь на край кровати и поглаживая парнишку по боку, потянувшись рукой к растрёпанным волосам парня.

— Просыпайся, соня, пора завтракать и собираться на тренировку, сегодня тяжелый день. - Одновременно мягкий и хриплый голос Джона проносился у уха голубоглазого, который с недовольным стоном перевернулся на спину и прикрывал своё лицо руками, не желая куда-то идти, да надо.