Двойной аксель к принятию

— Чёрт, да что на меня нашло? Сука, вся шея в засосах, ещё на ключицах и плечах. - Матерился Лололошка, приподняв свою голову, осматривая всю красоту, проводя немного дрожащими пальцами по красным отметинам, где-то виднелись укусы, а следы сильных поцелуев и всосанной кожи немного смущали парня, впервые именно на его шеи оставили данное украшение. Ким старается от этого отвлечься, радовало, хоть возбуждение спало, а алкоголь постепенно развеивался из головы уже до конца. Страшно ли было Ло сейчас выходить из ванной? Да, определённо. Голубоглазый лицо умывает, в очередной раз жалея, что выпил и позволил перетечь всему до такого состояния, как бы приятно это всё ни было, поступил он как животное в период течки, что накинулось на предмет влюблённости вот так вот, да и Харрис был не против. Холодные капли на лице позволяли утихомирить пыл, а звук включённой воды заглушал тихие стоны Джона, который и так старался прикрывать рот собственной рукой и не быть громким, снимая второй ладонью сильное возбуждение. Лололошка невероятную тишину ловит во всём помещении, прекращая умывать своё краснющее и горячее лицо, подходя к висящим полотенцам и вытирая мягкой тканью свою кожу, прикрывая глаза и выдыхая. — Просто поговорим, на трезвую голову, мы потом просто поговорим. -

Успокаивает сам себя Ло, повторяя одни и те же слова.

Юноша на закрытый унитаз садится, вытаскивая из кармана шорт телефон, про который давно забыл, поставив на режим "Не беспокоить", смотря, как время тикало к трём часам ночи, даже не осознавая, сколько оба лобызались в кровати из-за нахлынувшей страсти. Лололошка ноги шире расставляет, облокачивая на колени локти, пуская пальцы же одной ладони в слегка мокрые волосы, и выводя гаджет из состояния блокировки, смотря, как на экране высвечиваются двадцать три пропущенных звонка от Брай, которая так активно пыталась дозвониться до друга, у которого случилась ну очень интересная и интимная ситуация, как он чуть с Джоном не переспал, да по пьяне это так глупо, неуместно, когда буквально ничего нет под рукой, даже согласия со стороны голубоглазого, если бы всё это продолжилось, Ким бы отталкивал от себя парня, не позволил зайти дальше, вспоминая самый неприятный момент, когда тот и правда занимался сексом по пьяне, в первых числах после Нового года, да только под градусом была его бывшая девушка, которая просила всё больше и больше, а парень пыхтел как не в себя, проклиная ту ночь, чувствуя даже отвращение в груди, но успокаивал себя тем, что с Джоном такого бы не произошло, здесь его понимают, как он надеялся, и слово "нет" — значит "нет". Костлявые пальцы набирают сообщение подруге, говоря, что они поговорят при встрече, зная, что та не спала в глубокую ночь, могла идентично выпивать с Диланом или Клео, даже наплевав на завтрашние занятия в первый день недели, в отличие от них, фигурист заедет на пару часов с документами в деканат во вторник, и дальше пойдет по своим делам, на свидание с Джоном, где уж точно они смогут спокойно поговорить, или, даже на утро зайдет этот разговор? С ним явно нельзя медлить. Лололошке всегда не нравились эта непонятные ситуации в отношениях: вы страстно целуетесь, но даже не в отношениях, пора бы уже расставить рамки приличия, сопоставить плюсы и минусы, как же тяжело это всё, особенно тяжело влюбиться в собственного конкурента. За дверью в ванной комнаты слышали шаги, Ло надеялся, что Джон сюда сейчас не зайдет, но спортсмен направился на кухню, дабы руки вымыть, пока голубоглазый прятался в закрытой комнате, не решая его тревожить и дать время успокоиться. Дейви обратно в комнату шагает, поправляя свои серые шорты, ложась обратно в кровать и нащупывая свой телефон под подушкой, как белый свет моментально покоряет карие очи фигуриста, заставляя того зажмуриться, но как тяжело было поднимать тяжелые веки, время от времени зевая и стараясь дождаться Ло, желая заснуть поскорее в объятиях и извиниться, что до такого всё дошло, ругая себя за то, словно животное воспользовался моментом и пьяным состоянием парня, но отпугивать его от себя не хотел, всё ведь только хорошо стало, да снова что-то не то. Харрис просто смотрит короткие видео в приложении на минимальной громкости мобильника, укладываясь поудобнее в постели и слыша, как дверь ванной комнаты открывается, а силуэт высокой фигуры моментально показался в свете, как так же быстро исчез, и Ло уже топал к кровати, держа собственный мобильник в руке, пряча его под подушкой и ложась рядом с Джоном, ничего не говоря. Голубоглазый отворачивается от парня, укрываясь с головой под одеяло, а Харрис на того поглядел, на этот спрятанный комочек под мягким покрывалом, понимая, что сейчас Лололошку лучше не трогать, а то накричит ещё и уедет домой, но, это было самое последнее чего хотел кареглазый спортсмен. Решая не мешать парню, Джон идентично тому откладывает телефон, лёжа на спине, но смотря на Кима, который повернулся сначала на спину, а через время лицом к лицу к Джону ложась, приоткрывая глаза и в теми стараясь рассмотреть полюбившееся лицо Харриса. Лололошка придвигается ближе, укладывая голову на груди американца и обнимая того, в объятиях всегда было спокойно, даже после такого, что произошло с Джоном, парню становилось легче, словно руки кареглазого снимали лёгкую панику и стресс, позволяя голубоглазому расслабиться и почувствовать комфорт, никакой страсти и возбуждения. Ло устраивается удобнее под боком, слегка елозя щекой и притираясь к мягкой коже на теле Харриса, как ладони того приобнимают Ло, поглаживают по мягким волосам и успокаивают. Джону уж очень нравилось ощущать эти пушистые локоны меж своих фаланг, это казалось куда интимнее, пока голубоглазый растекается, словно мороженое под горячим летним солнцем, успокаивается и засыпает, а Дейви очень мягко целует Лололошку в макушку головы, почесывает, вдыхает аромат собственного шампуня и слабо улыбается, всё же, Ло и правда был похож на кота, которого мягко устроили на груди и позволяли мурчать, даже жаль этого юношу, что никогда в своей жизни не подавал и виду тому, как ему одиноко было в отношениях, рвал всех и вся, а про себя забывал, не отдыхал, никто толком не заботился, вечные тёрки с отцом, упрёки от пассии, которой больше, к счастью, не было. Лишь друзья были опорой, но и это не то, некому вылить душу так, чтобы тебя обняли и поцеловали в лоб, позволили выплакаться и обматерить весь мир, а позже дать выспаться. Только лишь с Харрисом начал Ло испытывать что-то теплое, всю эту тактильность в себе открывать, привязываться, и, быть собой настоящим, не скрывать мягкость характера. Своими руками Ло очень аккуратно, медленно и нежно поглаживает тело лежащего Джона, будто пытаясь запомнить каждый изгиб, узнать, где находятся родинки на Харрисе, и его точно так же мягко касаются, двоим безумно нравилось лежать именно так, в тишине и гармонии, словно и правда было что-то большее обычных прелюдий, а теперь так отдыхают. Джон вот-вот хотел сделать первый шаг, сказать, признаться, что на деле испытывает к парню, хоть момент и не самый подходящий, плюсом и Лололошка в панике убежал. И тело становилось ватным с каждой секундой всё больше и больше, а тяжелые веки закрывались, прятали янтарные очки, тем более алкоголь дурманил голову, но а голубоглазый постепенно засыпал, монотонно дышал и заканчивал свои движения пальцами. Единственное, за что радовался парень, так за то, что наконец-то выспится за долгое время, сможет пролежать в кровати до обеда и ничего не делать, фигуристам никуда не надо, два дня свободных выходных перед очередными тренировками, началом всех перелётов и небольших путешествий. Дейви непроизвольно переворачивается на бок, вновь обнимая рядом лежавшего Ло как свою большую подушку, зарываясь носом куда-то в изгиб исцелованной шеи и горячо дыша, даже не чувствуя того, как парень в ответ обнимает Харриса, а желанный сон моментально двоих, не расставаясь от рук друг друга. Лололошка готов был пожертвовать всем, но не тёплыми объятиями, точно так же как и Джон, да и плюсом в кровати, а от осознания того, что голубоглазый выспится, было так хорошо, фигурист готов был спать по несколько часов, не мешали сладким снам корейца, а наутро не трогали, чтоб он не материл всё вокруг, и всех. Казалось, что два фигуриста хотели слиться в одного человека, не отпуская конечности друг дружки, Джон неосознанно закидывает ногу поверх бёдер Ло, причмокивает губами, видимо, сниться что-то хорошее, либо сушняк во рту после выпитого алкоголя даёт о себе знать, да вот подобное ощущал голубоглазый, но тот словно завис в одной позе, как уснул на правом боку лицом к лицу к Джону, так и спал, равномерно дышал, и становилось так жарко под одеялом, плюсом чуть сам Харрис того давить не стал своими объятиями и весом тела. Дейви через время ворочиться начинает, ощущая, как голова кружится вместе с животом, отчего с недовольным и тихим стоном переворачивается на спину, стараясь размять руки, что затекли от долгого положения в одной позе, немного приподнимаясь и принимая сидящее положение, как через секунд десять хватается за голову, перенося невероятную боль. В сонном состоянии, кареглазый старается телефон свой нащупать, проверяя время, которое показывало шесть утра, словно по инерции проснулся, мол, пора ехать на тренировку, но никуда не надо. Спортсмен встаёт с кровати, слыша, как шуршит одеяло за тем, видимо, Ло соизволил лечь в другую позу, именно на спину, да ещё и немного одеяло откинул от себя, дабы не так жарко не было. Тихими и небыстрыми шагами, Харрис на кухню направляется, потирая своё сонное лицо руками, перебирая ногами и направляясь на кухню, заходя в комнату и не включая свет, подходит к холодильнику, моментально открывая её и выпивая бутылку холодной воды, корча лицо, как газированная вода попадала в глотку и стекала с лёгкой болью по телу, а маленькие капельки начинали стекать из уголков губ, касаясь уже оголённых участков тела и тем самым вызывая мурашки. Харрис чуть ли не половину бутылки выпивает, откашливаясь и прикрывая рот рукой, захлопывая холодильник и ставя воду на стол, пока что не убирая её и перешагивая к ящику, доставая из аптечки таблетки обезболивающего, дабы так сильно голова не болела и он смог дальше спать. Закидывая два медикамента в рот, Дейви запивает их и немного вздрагивает, как лёгкая бодрость прожигает тело, а утренние лучи только встававшего солнца пробивались сквозь жалюзи, светя на парня, очерчивая каждый мускул, кубик пресса, а карие глаза и правда на свете становились янтарными, да только он жмурил их, зевая и выходя с кухни, не забывая взять на всякий случай блистер с таблетками с собой и бутылку воды, представляя, как плохо может себя чувствовать Ло после выпитого. Харрис плечи расправляет, чувствуя, как всё тело затекло, особенно спина, направляясь в спальню и смотря на спящего красавца, который разлёгся в очень смешной позе, ставя захваченные вещи на прикроватную тумбочку и находя свой телефон, решая сфотографировать на память то, как спал голубоглазый: словно девица в беде, ждёт своего спасения, прикрывая блаженное и сладкое личико своей рукой, уложив ладонь внешней стороной ко лбу, приоткрытые пухлые губы и подогнутые ноги, откинутое слегка в сторону одеяло, ну правда принцесса, так ещё и весь в засосах, вызывая очень лёгкий смешок у Джона, делая парочку снимков и ставя эту фотографию себе на рабочий стол телефона, откладывая гаджет в сторону и ложась обратно, рядом с юношей.

— Принцесса... - Очень тихо, таким хриплым и сонным голосом произносит Харрис, проводя кончиками пальцев по лбу Ло, заправляя попавшие прядки на его лицо, убирая за ухо и оставляя мягкий, мимолётный поцелуй на бархатной щеке корейца, который даже не вздохнул лишний раз резко, спал как убитый. Дейви даже прикинул, до скольки мог проспать парнишка, явно до обеда, и сегодняшнюю ночь, Джон точно не забудет, такое воспоминание навсегда останется в голове фигуриста.