Двойной аксель к принятию

Когда Лололошка, полный энергии и неугомонный в своих разговорах, уходит по делам, квартира погружается в непривычную тишину. Однако это не означает, что Харрис не проявляет активности. Напротив, именно в такие моменты он показывает свою тихую, но значимую заботу о доме. Пока кореец разгуливает по окрестностям снежного Сеула, американец занят домашними делами, всё же хозяин квартиры не был доволен небольшому беспорядку, ведь у Дейви всё должно быть идеально. Парень бережно расставляет книги на полках, поправляет подушки на диване, чтобы они выглядели уютно, и, возможно, протирает пыль с любимых безделушек Лололошки, которые тот так ценит. Каждый предмет на своем месте, каждый уголок дышит спокойствием.

      В ванной комнате тоже царит порядок. Джон следит за тем, чтобы все было на своих местах, чтобы полотенца были свежими, а средства по уходу за лицом – на месте и в алфавитном порядке. Это не просто уборка, это создание атмосферы комфорта и заботы. Но, пожалуй, самое трогательное в домашних делах кареглазого – это его внимание к деталям. Он может заметить, что любимая кружка Ло немного потускнела, и бережно ее отполирует. Или что на подоконнике скопилось немного пыли, и он аккуратно ее уберет, чтобы солнечные лучи могли беспрепятственно проникать в комнату. Это те мелочи, которые делают дом по-настоящему живым и уютным. Тихая музыка, что окутывала всё помещение, не была сравнима со звонким смехом корейца, который хозяйничал на кухне или валялся на мягкой кровати и смотрел глупые короткие видео, показывая Джону абсолютно всё, что попадалось в ленте рекомендаций.       Взгляд Дейви задержался на фотографии, стоявшей на полке. На снимке он был ещё совсем юным и держал в руках медаль. Рядом с ним находилась Саша, которая всегда поддерживала брата, помогая ему в начинаниях и спорте, ставшем для него смыслом жизни. Американец тяжело вздохнул, и его мысли унесли его в детство, когда он мечтал только о победе и успехе. Возможно, это были последние годы, проведённые с родителями, после чего связь оборвалась, и когда Харрису постоянно твердили, что он ничего не значит. Но стоило молодому человеку взобраться на пьедестал первого места и исполнить прыжок, который никто не делал, так сразу стал любимым сыном. Джона раздражало подобное отношение к себе, и лишь по просьбе родной сестры обдумывал разговор с родителями. На носу был день рождения, новый год, а жизнь в очередной раз подкидывает неприятные сюрпризы и моменты, но что уж поделать. Харрис встряхнул головой, переводя взгляд с фотографии, дабы не углубляться в мысли, и покинул гостиную, шагая в спальню.       На кровати лежал открытый ноутбук, а рядом телефон. Усевшись рядом поудобнее, Джон схватил мобильник, моментально останавливая свой интерес на номере матери. Как давно не было входящего звонка по этому номеру. "Что я ей скажу?" – эта мысль крутилась в голове, как назойливая муха. "Как она отреагирует? Будет ли она рада меня слышать, или же ее сердце окаменело от боли и разочарования?" Джон представлял себе ее голос – возможно, уставший, возможно, полный упреков. Парень боялся услышать в нем ту самую нотку, которая напомнит ему о всех тех упущенных моментах, о всех тех словах, которые так и не были сказаны. Внезапно перед глазами проплывают картины из детства: мамины руки, гладящие его по голове, ее смех, ее забота. Прогулки с отцом, то, как он отвозил его на ледовую арену на тренировку. Харрис вспоминает, как оба всегда были рядом, как верили в него, даже когда юный спортсмен сам в себя не верил. Эти теплые, светлые образы борются с тенями прошлого, с теми моментами, когда они отдалялись друг от друга, когда слова ранили, а молчание становилось стеной.       Телефон в руке кажется тяжелее, чем когда-либо. Сердце колотится в груди. Джон делает глубокий вдох. Он знает, что этот звонок — это не просто разговор. Это шаг через пропасть, это попытка залечить старые раны, это возвращение к корням. И даже если результат будет не таким, как он ожидает, он знает, что сделал всё, что мог. Дейви дрожащими руками набирает номер матери, поднося телефон к уху и ждёт, пока раздастся томительный гудок, который кажется ему бесконечным. Что вообще говорить? Для чего всё это происходит?

— Сынок?

Всего одно слово, и в глазах цвета тёплого осеннего леса заблестели слёзы. Этот голос, такой спокойный и знакомый, был для Джона чем-то необычным и очень трогательным. Американец чувствовал себя странно, ведь с одной стороны был обижен на родителей, а с другой — скучал.

— Привет, мам, — произнёс Харрис, откидываясь на спинку кровати и запуская руку в свои мягкие волосы, чтобы не дать слезам пролиться. — Саша сказала, что вы хотели со мной поговорить, да? — Джон не знал, как начать разговор, так как давно потерял навык общения с родителями. На том конце трубки послышался тяжелый вздох, а кареглазый лишь продолжал: — Почему это произошло, когда у меня всё получилось? И перед моим днём рождения? Неужели... Вы не могли сделать это раньше? — С отчаянием в голосе продолжил американец, чувствуя себя словно маленьким мальчиком.

— Прости, мой дорогой, — произнесла женщина, её голос был тихим и дрожащим. Харрис почувствовал, как по его щеке скатилась одинокая слеза, и он не смог сдержать эмоций. — Мы с отцом бесконечно сожалеем о том, что произошло. Но знай, что мы невероятно гордимся тобой, это чистая правда. Понимаю, что мои слова могут показаться странными, и оправдания здесь не помогут, но я просто хочу убедиться, что у тебя всё в порядке. — Женщина сама пыталась сдержать слёзы, но получалось плохо, плюсом слыша тихие всхлипы Джона. — Если ты не против, то, может, встретимся на твоём дне рождения? Поговорим, обсудим всё. — Предложила мама Джона.

— Хорошо. — Неохотно согласился фигурист. — Как раз познакомитесь с моим парнем. — Не стал скрывать Харрис, а напрямую сказал о своём партнёре, зная, как могла отреагировать мать.

— Парнем? — Переспросила женщина, явно не ожидая такого откровения со стороны сына. — Я думала, что у тебя на уме лишь карьера, а ты... — Старалась сформулировать мать. — Ты не подумай, я не осуждаю, но это очень неожиданно. — Закончила та.

— Ну конечно, что тут скрывать? — Дейви усмехнулся, вытирая с лица засохшие следы недавних слёз. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, будто оно вот-вот выскочит из груди. С одной стороны, Харрис только что открыто рассказал о своей ориентации, не опасаясь осуждения. — Я парень взрослый, так что сам в праве решать, с кем встречаться. И у нас с моим молодым человеком всё отлично, мы живём вместе. — Добавил Джон, чувствуя, как улыбка накрыла губы, а тепло в теле окутало с ног до головы. Стоило американцу вспомнить о своём возлюбленном, как сразу становилось лучше.       Джон чувствовал, как напряжение, которое он носил в себе годами, начало медленно отступать. Это было похоже на то, как будто тяжелый камень, который он тащил на плечах, начал крошиться. Общение с мамой стало более умиротворенным и теплым, будто они стремились лучше понять друг друга. Выяснилось, что отец сегодня был на работе, но тоже хотел поговорить с сыном, хотя это не удавалось. Харрис иногда улыбался, но в некоторых моментах опасался сказать что-то лишнее из-за неизвестности реакции матери, хотя после его слов о романтических отношениях с парнем ничего не должно было вызывать страха. Фигурист то и дело, что кидал взгляд на окно, любуясь уходящим солнцем и падающими снежинками. Да, совсем скоро день рождения, новый год, вот-вот два праздника на носу, и было интересно: «Что же там приготовил Лололошка?» И где он? До сих пор гуляет или ищет подарок? Американец же пожал плечами, прощаясь с матерью по звонку и сообщая, что обязательно спишется с ней, пригласит на праздник и всё организует.       Странное чувство тепла и некой полноценности окутало Харриса, то, которое было забыто на долгие годы. Но Дейви всё равно не мог простить родных так просто, им стоило поговорить лично и обсудить все негодования. Американец отложил телефон обратно на кровать, а сам улёгся поудобнее и откинул руки за голову, прикрывая глаза и попадая в лёгкую дрёму. Через десять минут раздался звук поворачиваемого ключа в замке, возвестив о возвращении Лололошки домой. Однако кареглазого внезапно настиг неглубокий сон из-за переизбытка чувств. Ким, стараясь не издавать ни звука, аккуратно закрыл за собой дверь, поставил на пол клетку с домашним питомцем и снял верхнюю одежду. Войдя в спальню, он увидел своего возлюбленного, погруженного в спокойный сон. Кореец улыбнулся и тихо подошел, ложась на живот рядом с Харрисом и нежно проводя рукой по мягким волосам Харриса, пытаясь его разбудить. — Милый, я дома. — Прошептал Ло, оставляя лёгкий поцелуй на щеке Джона и слыша, как тот ворчит. — У меня для тебя небольшой сюрприз. — Улыбнулся Лололошка, предвкушая реакцию возлюбленного на их нового домашнего питомца, что сидел в клетке. Американец же потёр глаза, лениво зевнул и потянулся, поворачиваясь на бок и обхватывая тело Ло, обнимая того. — Какой сюрприз? Подарки же дарят ровно в день праздника. — Проворчал Джон, причмокивая губами и утыкаясь носом шею фигуриста. — Пообещай, что не будешь злиться, — начал Ким, поднимаясь с кровати и глядя на Харриса, который всё ещё лениво тёр глаза, сидя на кровати. Затем Лололошка направился в коридор, держа клетку с новым питомцем, который с нетерпением ждал знакомства с двумя новыми владельцами. Пушистый друг бегал по клетке, явно радуясь новому помещению, а глаза Джона полезли на лоб от удивления.— Это Бублик, наш пушистый друг. — Сказал кореец с выражением мальчика, который нашёл бездомное животное и принёс его домой. — Мы с Брай просто зашли в зоомагазин поглазеть, а этот маленький комочек сидел один, и никто к нему не подходил. Он был такой напуганный, что я не смог пройти мимо и забрал его с собой. — Топтался с ноги на ногу Ло, подходя к кровати и ставя клетку неподалёку, а сам аккуратно достал питомца, чтобы приручить его к рукам и сел рядом с молодым человеком. — Шиншилла? — удивился Джон, разглядывая белоснежное чудо, которое его возлюбленный держал на руках. — Ло, солнышко, я не удивлён, что ты так поступил. Но давай в будущем будем обсуждать подобные решения заранее, ладно? Мы с тобой только о котике договаривались. — продолжил американец спокойно, осторожно проводя пальцами по голове нового питомца. — Куда нам ставить клетку? В зале ему одному будет грустно, а в спальне не так много свободного места. — Джон осмотрелся по сторонам, думая, куда возможно пристроить нового друга. — Ты точно не сердишься? — уточнил Лололошка, с сияющими глазами глядя на своего возлюбленного, и прижимая к ладоням шиншиллу. — Почему я должен сердиться? Разве не здорово, что наша маленькая семья растёт? — С улыбкой произнёс фигурист, вызвав на лице корейца радостную усмешку. Кареглазый склонился к щеке Лололошки, нежно коснувшись её губами несколько раз, и с интересом наблюдал за питомцем, который принюхивался к ладоням Ло. — Почему именно Бублик? Как ты вообще ему имя придумал? — Поинтересовался молодой человек. — Он сидел так забавно, лапки поджал, и был похож на бублик, поэтому и назвал. — Проворчал Ким, всё еще поглаживая питомца и радуясь хорошей реакции своего возлюбленного. — Если что, я купил всё самое необходимое, мне сказали, как за ним ухаживать, так что всё будет хорошо. — Ло хотел сказать, что у тех не будет проблем, если они уедут куда-то, но понял, что мог проболтаться насчёт своего подарка Джону. — А твой основной подарок я купил, так что жди дня рождения. — Улыбнулся кореец, потягиваясь лицом к лицу Дейви и целуя его в губы мимолётно. Голубоглазый осторожно посадил шиншиллу обратно в клетку, стараясь найти подходящее местечко в спальне на видном месте. — А ты чем занимался, пока меня не было? — Поинтересовался кореец. — Ну, я прибрался в квартире и разговаривал с мамой, — пожал плечами американец, чем вызвал у Лололошки удивление. — Похоже, придётся забронировать ресторан на день рождения, чтобы отпраздновать его и встретиться с родителями. — Без особого энтузиазма проболтал Джон. — Ты же говорил, что не слишком доволен тем, что они хотят возобновить общение лишь только после твоих успехов в спорте. Почему им до этого было всё равно на собственного сына? — недовольно ворчал Лололошка, возясь с клеткой и не представляя, как Джон будет разговаривать с родителями. — Ты даже не представляешь, как я сам не в восторге от этого. Но если они намерены догнать упущенное, им придётся познакомиться с моим молодым человеком. — Довольно улыбнулся Джон, наблюдая за суетившимся Ло, который разобрался с местом для клетки и переодевался в домашнюю одежду. — Пусть всё сложится как нужно. Главное, чтобы этот день оказался удачным, ведь он твой. — С улыбкой произнёс Ким, аккуратно развешивая одежду на вешалку и убирая её в шкаф. Затем он взял футболку Джона, натянул на свой торс и опустился на мягкую кровать, заползая в тёплые объятия американца, что моментально схватил возлюбленного в свои руки, явно не желая отпускать.

— Мама, папа, познакомьтесь, это Лололошка. Раньше мы терпеть друг друга не могли и чуть не дрались на льду, а теперь живём вместе и завели шиншиллу, которую зовут Бублик.

— Вы бы знали, что ваш сын в постели вытворяет!

— Ло!

— Да-да, я тебя тоже очень люблю.