Тайны старухи Шабашенко

Вивиан неловко улыбается хозяину дома, многозначительно похлопывая друга по плечу. — Кхм. Вы имеете ввиду, грызуны приходят умирать в ваш холодильник? — чех пытается сгладить неудачную шутку, переходя дальше к теме разговора. — Не только в холодильник. В спальне, кладовой, в ванной, на балконе. Дохнут, как мухи. Мухи, к слову, тоже дохнут… — не обидевшись на шутку азиата, Людмил вымотано улыбается в ответ. — У бабушки кот был, Гера, так после того, как она умерла, беситься стал и умер. Странно это было, добрый кот был, с детства помню, на старой свалили. Да вот щас только думаю, не в ней дело… Вивиан кладёт руку на плечо клиента, поддерживающе похлопывая. — Мы сделаем всё, что будет в наших силах. Значит, на кухне были только волосы, шёпотки из трубы и умершие грызуны? Людмил кивает, но будто неожиданно что-то вспомнив, отрицательно мотает головой. — Я, правда, не уверен, не могли ли быть то мои галлюцинации… Я много работаю, а в этом доме и сплю плохо, устаю сильно, мерещиться начинает всякое, — неловко оправдывается юноша, снижая громкость голоса с каждым словом. — То голова бабушкина на полке лежит, то глазницы в чае плавают, пальцы из сахарницы вылезает… Людмила передёргивает, но он быстро берёт себя в руки, продолжая путь, далее по планировке шла столовая. В центре комнаты огромный овальный ковёр, на нём стоит большой обеденный стол с закруглёнными углами, обставленный стульями в настолько хаотичном порядке, что казалось до ужаса естественно. По двум сторонам комнаты друг напротив друга находились длинные стеклянные серванты, заставленные посудой и статуэтками. Задняя стенка была отделана зеркалом, поэтому вошедшие почти сразу же увидели своё отражение. — Здесь билась посуда, а когда возвращался с метлой — целая стоит на прежнем месте. Стулья двигаются: то в углу, то за стол задвинуты, то на серванте лежат, то вовсе пропадают. Иногда сидишь за столом, а по ногам холод такой… — Людмил стал жестикулировать, пытаясь подобрать нужные слова. — Могильный, — до жути холодно подсказывает Сюань Шэнь. Вивиан оглядывается на друга, что безотрывно смотрит куда-то под стол. Чех следует его взгляду и вздрагивает. Всего на мгновение ему показалось чужое лицо под скатертью, но и этого хватило, чтобы мурашки страшного предчувствия волной прошлись по его спине. Старое, испещрённое глубокими морщинами и трупными пятнами. Серое, оскалившее свои гнилые блестящие зубы в безумной улыбке. — Что случилось? — заметив необычную реакцию Вивиана, китаец подходит ближе и шепчет ему прямо на ухо, чтобы его не услышали, стараясь при этом также понять, как его так могли напугать обычные отпечатки рук, пусть и когтистых. — Ты не видел? — также шёпотом отвечает Вивиан. Получив вопросительный взгляд, он качает головой. — Потом. — Простите? — обращает внимание на странное поведение двоих друзей Людмил. — Простите, немного задумался, — извиняюще улыбается чех, возвращаясь к их экскурсии. — Ничего страшного, просто немного испугался, — нервно переминая пальцы, хозяин опускает взгляд вниз. — Д-давайте тогда дальше. Тут есть небольшой коридор, он соединяет столовую и гостинную. Также тут есть дверь в санузел, там не было особенных происшествий, не считая всё тех же мёртвых грызунок и волос. А вот в коридорчике этом Лилиан и я не раз видим по ночам силуэт… Мы сюда больше не ходим, слишком страшно. Юноша проходит сквозь коридор, проводя гостей в гостинную. Ковёр на стене, небольшая плазма, явно купленная недавно, старый но уютный диван и два кресла, тумбочка под телевизор, комод с засохшими цветами. Одним словом — ничего необычного. — В гостинной были проблемы только с телевизором. Он мог сам по себе включиться или выключиться, начать бешено листать каналы, терять сигнал. Странно, ведь мы с Лилиан купили его специально перед въездом в этот дом, — Людмил оглядывает комнату, в который раз потирая руки о джинсы. Волнуется, вытирает потные руки. — Растения здесь тоже мрут, даже кактусы. Иногда, когда сидим ночью перед телевизором, кажется, будто по дому кто-то ходит. Один раз даже слышали мяуканье Геры… Вы не подумайте, я не мнительный! Просто у него оно было особенным, гортанным, будто человеческая речь немного… Такого больше не встретишь. — Всё хорошо Людмил, я вам верю, — кивает на слова парня Вивиан, чувствуя, как тот всё больше и больше начинает волноваться. Хозяин смотрит на чеха полными благодарности глазами, кашляет и выходит из гостинной. Они возвращаются в прихожую, а после поднимаются на второй этаж. Сюань Шэнь пошатывается, только поднявшись наверх, хватается за рот рукой и тяжело дышит. Вивиан тоже чувствует себя не очень хорошо, но видя состояние друга, обеспокоенно поддерживает его за руку. — Если тебе совсем плохо, мы можем выйти. — Нет, всё хорошо, просто… — он не договаривает и вновь хватается за рот, ещё сильнее бледная. — Выйдем, я сейчас прям тут и рухну иначе. — Извините, — Вивиан оборачивается на хозяина дома. — Мы выйдем на улицу ненадолго. Расскажите всё моим коллегам, а я лично навещу эти комнаты немного позже. Вы не против? — Н-нет конечно! Понимаю вас, меня тоже тошнить начинает, когда поднимаюсь на второй этаж, — Людмил улыбается, кивая в знак согласия. Вивиан, держа за спину друга, спускается вниз и выходит из дома. Они садятся на небольшую лавочку прямо возле крыльца. Сюань Шэнь жадно хватает ртом воздух, цвет постепенно возвращается на его лицо. Какое-то время они так и сидят в полной тишине в полуобнимку, погружённые в собственные мысли, пока немного пришедший в себя азиат не подаёт голос. — Что скажешь? — М? — не ожидавший вопроса Вивиан сначала теряется, а после, спохватившись, потирает устало лицо. — Атмосфера могильная, в воздухе явный привкус мертвечины, в этом доме точно что-то есть. В досье было написано, что странности стали нарастать, как лавина. Сначала это можно было свалить на излишнюю фантазию, но потом врать самим себе стало трудно. Однако, это странно. Мёртвые грызуны, мухи, растения. Волосы и шёпотки, передвижения предметов и галлюцинации. Ни падающий на голову предметов, толчков с лестницы и прочего, что могло бы навредить людям. Словно нечто просто пугает их, — Вивиан смотрит на стволы деревьев, словно пытаясь рассмотреть что-то между ними. — Что ты увидел под столом? — Сюань Шэнь также смотрит на темнеющий сосновый лес. Отчего то, показавшийся на первый взгляд красивый и живописным, теперь он казался каким-то напрягающим. — Старуху. Она выглядела как труп, — Вивиан выдыхает, качая головой. Среди деревьев мелькает тень, Сюань Шэнь слишком резко даже для профессионала хватается за сумку, нащупывая там что-то. Двое юношей сидят как на иголках, вглядываясь в стену леса, но ничего больше не шевелится. — Птица, — подытоживает китаец, закрывая сумку. — Пойдём обратно, мне стало лучше.

***

-- Значит, Вы видели в своей постели умершую бабушку? — переспрашивает Вивиан, напряжённо уставившись на кровать. Недавно приехавшая Лилиан стоит в дверном проходе, облокотившись на косяк. — Да, — кивает Людмил. — Проснулся посреди ночи, поворачиваюсь, зову Лилиан, а потом вспоминаю, что она на ночном дежурстве. Старуха как повернёт голову на сто восемьдесят градусов, я зорал и вылетел из дома. Всю ночь провёл в машине. — Покажите спальню покойницы, — Сюань Шэнь выходит из комнаты, ожидая хозяина дома. По голову понятно — что-то его напрягает. Людмил переглядывается с невестой, но всё же ведёт группу из уже трёх человек в закрытую спальню. Хисо решил дождаться их в машине. Комната была заперта на ключ, её приходится долго открывать из-за заржавевшего замка. — Он был куплен два месяца назад, — комментирует Людмил и пропускает людей внутрь. Из комнаты веет ещё большим холодом, аура, пропитанная запахом смерти, давит на грудную клетку, но Сюань Шэнь уверенно шагает внутрь. Небольшая кровать, крест над кроватью, что удивительно, не перевёрнутый. Кресло-качалка, письменный столик, стеллаж с книгами и пианино. По комнате сразу можно понять, что жила в ней старенькая бабушка. — Простите… Я отойду. Не хочу сюда заходить, — так и не переступивший порог хозяин с разрешения детективов уходит, оставляя их в комнате одних. — Есть догадки? — воспользовавшись уединением, обращается Вивиан к своим ребятам. Сюань Шэнь показывает кругляшок указательным и большим пальцем, пожимая плечами. Что удивительно, следом не последовала фраза «это не очко, а ноль», что было в привычной манере парня. Похоже, в этом доме они все себя плохо чувствуют. — Можно посмотреть по более потрёпанным книгам. Раз уж призрак, который видел Людмил — его бабушка, то и причина её буйства должна быть как-то связана с ней. Может по книгам можно будет понять что-то, вдруг она ведьмой какой была, — Валерий слегка пожимает плечами и подходит к шкафы, проводя пальцами по корешкам. — Герасим и муму, Хроники Чэйсули, Белый Клык, Породы собак, Оборотни и вся подноготная… Кто-то был явно помешан на собачьих. — Стой, — резко оказывается рядом Сюань Шэнь. — Оборотни и вся подноготная? Странный выбор для старушки, — китаец с трудом вытягивает книгу из ряда прочих. Раскрывая страницы, он слегка хмурится. Явно потрёпанные, листанные не один раз, покрытые где-то застывшим воском со свечей и другими пятнами пожелтевшие страницы. — Судя по отсутствию экслибрисов, она была первой владелицей. Посмотрите-ка: как обратить человека, чем питаются оборотни, как приручить обращённого, ритуал обращения… Если не ведьма, так помешанная. — М-да уж, ну и бабулька, — Валерий заглядывает в книгу, отчего Сюань Шэнь слегка морщится, но терпеливо молчит. — Нужно тёмное маленькое помещение, желательно подвал. На полу нарисуйте круг волчьей кровью, как показано на картинке. В центр кругу положите умирающего человека, предварительно напоив его волчьей кровью с примесью тимьяна… Меня одного смущают эти бурые пятна на страницах? — Не одного, — хмурятся двое юношей, произнеся слова синхронно. — Что же она здесь творила… Давайте заглянем в подвал, — хмурясь, Вивиан кивает своим спутникам. — А я говорил — трупы в подвалах! — пытается лениво отшутиться Сюань Шэнь, но бледное лицо выдавало его плохое ощущение. — Да, да, говорил, — улыбается ему чех. — Возьмём книгу с собой. Найдите что-то похожее среди книг, если оно есть.

***

Троица спускается в подвал в полном одиночестве с разрешения хозяина, которому, судя по всему, стало плохо. Лилиан кружилась над женихом в гостинной, принося то чай, то валерьянку, то какие то лекарства. В подвале почти не было света, старая лампа накаливания освещала помещение очень слабо, посему пришлось использовать фонарики. Помещение и вправду было не большим, обычно подвалы занимают весь участок под домом, но на этот раз это было помещение максимум в половину его площади. Несколько рядов стеллажей, между которыми было настолько мало место, что даже самый худой среди них Сюань Шэнь не мог пройти через них, не зацепив мебель. На полках под слоем пыли стояли соленья, их содержимое было не разглядеть из-за слоя пыли, но стоит лишь потереть их и сквозь стекло просвечиваются соленые огурцы или иные яства. — Что мы здесь ищем? — подал голос Сюань Шэнь, разглядывая ближайшие к входу банки. — Все, что могло бы намекнуть на ритуалы из книги, — Вивиан подхватил открытую книгу под одну руку, второй направляя фонарик. — Сожженный тимьян, пятна и флаконы с кровью, письмена, зубы волка, клочки волчьей шкуры, следы когтей. Тело, на крайний случай… — По первичному осмотру, тут ничего из этого нет. Возможно, только письмена какие, но пол чистый, а стеллажи пусты, не считая заготовок, — прокомментировал Валерий, просвечивая углы фонариком. — Может быть только их мы и сможем найти. Опять же, это просто догадка, поэтому сильно на успех не надеемся, — на вздохе парировал глава агентства, оглядываясь в поисках друга. — Эй, докторишка, — подаёт голос Сюань Шэнь из дальнего угла подвала. Коллеги его не видят, но чётко слышат. — У вас же в медицине есть какая-то хрень, как спиртование? Органов всяких, паразитов там… Чтобы сохранялись. — Есть, — напряженно отвечает Валерий и спешит к нему, не желая отвечать на обращение с явным налетом сарказма. — Тогда я нашел, — Сюань Шэнь стирает пыль с трехлитровой банки. — Череп, предположительно волчий, чей-то глаз. В мелкой банке выше острые зубы, возможно тоже волчьи. Троица собирается возле загадочного стеллажа. Поставленная четка за бетонной стеной лестницы, эта полка кажется совершенно не примечательной, но из-под слоя пыли на них смотрит круглый зеленый глаз. Ребята стремительно стирают пыль с банок и перебирают их. В отличии от других, этот стеллаж более закрытый и заполненный. За банками находится флакончик с запекшейся старой кровью, остатки шерсти и чашка с наполовину сгоревшими цветочками тимьяна. — Пол крашенный, — скашивая глаза вниз, произносит Вивиан. — Под стеллажом это прекрасно видно. Его красили, не отодвигая стеллаж, скорее всего, закрашивались впитавшуюся в бетон кровь. — Возможно, этот стеллаж преграждает путь на волю чудовищу, что создала бабка, — в который раз вспоминаю типичные повороты событий из книг и фильмов, отшучивается Сюань Шэнь, стучит по стене за стеллажом, и все трое в ужасе слышат гулкое эхо. Юноша сглатывает. — Там полость… Я же пошутил! — Нужно его отодвинуть. А-Шэнь, сбегай и расскажи обо всем Хисо и прихвати все необходимое в случае, если мы там что-то все же найдем, — голос Вивиана приобретает стальной оттенок и лёгкую нотку напряжения. Азиат кивает и скрывается на лестнице, тогда чех оборачивается на Валерия. — Мы с тобой будем двигать стеллаж, А-Шэнь будет стоять наготове. Вскоре юноша возвращается с предметами, замотанными в грубую ткань. Разматывает один из них и на свете блестит изогнутый небольшой клинок из черной стали. На стали выгравированы замысловатые символы, а на рукояти красуются заговоренные веревочки, обмотанные по кругу. Кивнув друг другу, они встают на нужные позиции. Если там действительно нечто, созданное старухой, то единственное, что правда сможет пригодиться, это банальное оружие. Вивиан и Валерий схватились за стеллаж с разных сторон. Пару движений и они замирают, прислушиваясь к звукам изнутри. Тишина. Двое парней уже окончательно передвигают стеллаж, заранее освободив себе путь отхода. Сюань Шэнь подходит к двери и на вытянутой руке стучит рукоятью клинка по дереву три раза. Все также тишина. — Может, он сдох? — тихо выдаёт китаец. — Или там в принципе никого и не было, — поживает плечами Дорохов и подходит к коллеге. — Был. Я чувствую, — юноша прислоняется к двери почти вплотную. Сплошная, покрашенная под цвет стены, даже не отличишь, только щели выдают. Неожиданно Сюань Шэнь чувствует на себе лёгкое дуновение, сквозящее из щели, и отскакивает назад со взвизгом. — Он дышит на меня!