Darkness

Вечерний ветер был прохладным и тревожным, словно сама природа чувствовала напряжение, возникшее между ними. Рио Видаль — загадочная и неумолимая, ведьма, известная как Леди Смерть, стояла на склоне холма, вперив взгляд в горизонт, где постепенно исчезало солнце. В её глазах горела смесь усталости и решимости, знакомая тем, кто прошёл через многое и видел слишком много. Её тёмная мантия тихо колыхалась на ветру, как сама тьма, окружающая её. Агата Харкнесс, уже давно известная своими знаниями и опытом, следила за Рио на расстоянии, не торопясь приближаться. В Агате сочетались мудрость, присущая тем, кто познал всю горечь жизни, и изощрённая хитрость, о которую обжигались многие. Но с Рио всё было иначе. Она не могла не заметить, как молодая ведьма, несмотря на свой грозный образ и славу, выглядела такой ранимой. Казалось, её сердце покоилось под тяжёлым панцирем, но это лишь усиливало притяжение, которое Агата чувствовала к ней. Они встретились взглядами, и Рио, наконец, позволила себе нарушить тишину: — Ты зачем здесь, Агата? Думаешь, сможешь приручить ещё одного «монстра»? — В её голосе прозвучала насмешка, но в глубине глаз — легкий страх быть ранимой. Агата тихо рассмеялась и сделала шаг к ней. Она не любила показывать, что её что-то волнует, но с Рио было иначе. Она вдруг осознала, что её обжигает не столько сама молодая ведьма, сколько её боль и холодная изоляция, которую она носила, как свою собственную кожу. — Я не здесь для того, чтобы приручать, Рио. Я здесь потому, что вижу в тебе себя. — Агата пристально посмотрела ей в глаза, и Рио почувствовала, как её сердце начинает стучать быстрее, сопротивляясь, но не имея сил противиться этому притяжению. Рио отвернулась, сжимая кулаки. Она знала, что её ярость и боль были тем, что удерживало её от потерь. Каждый, кто пытался её приблизить, так или иначе терялся в её тени, в её тьме. Но Агата была другой. Её присутствие было тёплым и спокойным, как свет, проникающий в самые тёмные уголки души, обнажая то, что она так долго прятала. — Ты не знаешь, что значит быть мной, — прошептала она, и её голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Каждый, кто был рядом со мной, в итоге исчезал. Ты думаешь, я могу жить иначе? Агата не отводила взгляда, и Рио чувствовала, что этот взгляд проникает в её самую суть, обнажая всё то, что она так долго пыталась скрыть. Поддавшись порыву, Агата подошла к ней ещё ближе, их лица оказались на расстоянии одного вздоха. — Позволь мне остаться рядом, Рио. Я знаю, что такое тьма. Я жила в ней, как и ты. Но, может быть, вместе мы сможем найти что-то другое. Что-то большее, чем одиночество и страх. Рио закрыла глаза, чувствуя тепло Агаты, её искренность и то необъяснимое притяжение, которое медленно разрушало её стены. Это было так неожиданно и больно — осознавать, что кто-то может её понять, что кто-то может видеть её не как Леди Смерть, а просто как Рио. И вдруг Рио позволила себе шагнуть в эту неизвестность. Она подняла руку, осторожно коснулась лица Агаты, и её холодное сердце вдруг стало биться быстрее, как у человека, который осознаёт, что он ещё жив. Их губы встретились в нежном, но решительном поцелуе, и в этом мгновении исчезли все страхи, все предубеждения. Когда они отстранились, Рио посмотрела на Агату, и в её глазах светилась тень улыбки. — Если ты думаешь, что сможешь выдержать мою тьму… — начала она, но Агата её перебила, взяв за руку и притянув ближе. — Мы обе из тьмы, Рио. Мы будем светом друг для друга. С тех пор их жизни переплелись так же, как свет и тьма в каждой из них, создавая нечто новое, нечто целое.