Прогореть изнутри

Холодно. Так холодно. Словно бы мороз пробивает до самых костей, обволакивая их. Это ужасно. Даже почти что больно. Но не ему жаловаться на это. Всего лишь побочный эффект спустя столько лет использования причуды. Даби давно прогорел изнутри, и каждый раз того морозило после собственного огня. Жар всегда временный. Но сейчас все по другому... – Хэй! Тут же раздался чей-то, до боли в головном мозгу, знакомый голос где-то сверху. Голубой взгляд тут же метнулся в сторону. Пришлось задрать голову. Тупая привычка, словно бы Ястреб по настоящему был птицей, и каждый раз предпочитал именно спускаться с крыш и карнизов. Бесит прям до ужаса. Единичные красные перья разлетелись в стороны, падая на асфальт. Некоторые падали прямо под ноги пирокинетика. Они тут же сгорали, не пробыв на поверхности и пары секунд. Синий огонь тух слишком быстро, освещая все лишь на краткий миг. И Даби бы соврал, если бы сказал о том, что не помнит лица Ястреба. Он соврал бы, если бы сказал, что не помнит цвета его глаз и... Тяжелые шаги раздавались эхом от стен переулка. Шуршание одежды, тяжелое дыхание, и тихий звук приземления со стороны Ястреба. Он поднимал неприятную пыль, заставляя прищурить глаза. Курица облезлая, ну по иному не назовешь его. – ты опять опоздал. Прошипел Даби, убирая замершие руки обратно в карманы длинного плаща. Бросилось ли это в глаза героя? Нет, это уже привычный жест со стороны брюнета. Губы героя номер два тут же растянулись в улыбке, стоило услышать раздражение в голосе злодея. Их стиль общения - это грубость. Их стиль общения - это комментарии, которые могли бы задеть обычных людей, что не привыкли к чем-то жестче, чем простое “идиот”. Ненавидят ли они друг друга? Нет. Ни в коем разе. – Да-да! Подумаешь задержался. Ты сам иногда не лучше, уголь Тут же парировал Герой номер два, протягивая ладонь что бы поздороваться с Даби. Но тут же его ударили по ладони. Короткий миг, но этого хватило что бы... – Я никогда не опаздываю Верно, иногда бывает так, что брюнет совсем не приходит, именно по этому он не опаздывает. Но это уже не важно. Со стороны героя тут же раздался тихий смех. Бесит. Определенно смех Ястреба бесил, раздражал и вместе с этим заставлял отвлекал от чего-то негативного. Мерзость. Помахав еще дымящей ладонью в попытках избавиться от темных струек дыма, пирокинетик после этого сразу же убрал руку обратно в карман. Темные нити дыма было сложно не заметить, только если ты совсем не слепой. Но это ведь уже привычное дело? Это привычно, когда Даби по новой перегревается. Это привычно, когда из швов струился дым и что-то синее искрилось, опасаясь вновь вспыхнуть и все тут сжечь. – Ты перегрелся Это не вопрос, а прямой факт. Он бьёт прямо под ребра, неприятно начиная ныть. Голубой взгляд тут же встречается с янтарным, а между ними повисла тяжёлая тишина. Сколько бы не прошло времени, Ястреб продолжает говорить то, что видит, то что чувствует, но только в том случае, если это касается самого Даби. Остальное обычное связано с работой. – Нет. Даби врет. Он очень часто это делает, но вместе с этим он просто недоговаривает важную информацию. И потому это скорее «не вру, просто умалчиваю». Тяжёлые шаги вновь разносились эхом по нешироком переулкам, распугивая каких-то мелких тварей. Где-то даже пробежала кошка, сбивая что-то с неприятным звуком. Похоже, жестяная банка. Они шли в тишине. В тишине, что давила на них двоих. На Ястреба из-за того, что идущий чуть впереди до сих пор источает тонкие нити дыма, что совсем быстро пропадали в воздухе. И стоит заговорить об этом, брюнет по новой отрежет все попытки поговорить об этом. Вновь после этого не выйдет даже короткое сообщение получить от него. Опять изолируется на неделю. Всего стоит Ястребу засомневаться в нем как то хрупкое подобие доверие со стороны одного из самых непредсказуемых членов лиги злодеев, будет просто попросту утрачено. Буквально сожжено. А вместе с ним и сам Ястреб. Паршиво. – Проходишь стадию отрицания, Даби? Голос Ястреба был тем, что разрушило гнетущую тишину. Словно бы шутит. И именно интонация голоса героя номер два заставила пирокинетика повернуться. Лишь немного, что бы краем глаза зацепить силуэт героя. Как же он бесит. Ястреб создает впечатление человека, что не умеет держать язык за зубами. Совсем беззаботно выглядит. Но ведь он таким не являлся. Даби знал это... К великому сожалению. Керосин в голубых глазах слишком опасно сверкнул, но не вспыхнул огнем гнева. Лишь искры раздражения. Слишком короткий зрительный контакт. Но этого хватило, что бы прошибить до костей. Двоих разом. У одного в глазах ненависть и раздражение к миру, у второго - тепло и усталость, стремление и упрямство. Со стороны брюнета тут же раздалось недовольное фырканье, прежде чем тот продолжил идти вперед. – Хэй?! Ты собрался игнорировать меня? Какого черта, уголь? Не боясь обнаружения другими, повысил голос Ястреб, когда Даби ушел слишком вперед. Злодей не ждал его, даже не повернулся вновь. Ему хватило. *** Сколько прошло времени с их последней встречи? Как давно они даже пересекались... Лига стала лишь внимательнее. Осторожнее. С Героем номер два больше никто из более значимых людей не выходил на связь. Вина ли это Даби?.. Янтарный взгляд скользнул на дисплей телефона. Цветы сакуры давно отцвели, больше ничего не радовало глаз героев и мирных граждан. На улицу давно опустилась ночь. Влажный воздух делал все холоднее в разы, заставляя распушить от холода алые перья, в попытке закутаться в них. Ястреб пытался согреться. И тишина на крыше здания быстро разрушилась негромким звуком уведомления и вибрацией телефона. Янтарный взгляд лишь на секунду взглянул. Номер был неизвестным. Но что-то подсказывало герою, что ответ лежал на поверхности, буквально на самом видном месте из всех, которые только можно было придумать. Птичье чутье не подвело его. В сообщение был лишь один адрес. Ничего более. Ловушка? Нет. Точно нет. Губы растянулись в легкой, но довольной улыбке, а крылья за спиной зашуршали в нетерпение. Возможно, сегодня намечается кое что веселое. Ответа на сообщение этот “абонент” не получил, но это и не нужно. Один мощный взмах алых крыльев поднял не только Ястреба в небо, но и мелкую пыль, что скопилась на крыше здания. *** Для Даби мерзко проявлять слабость. Мерзость, что после его собственного огня прошибает дрожь от потери тепла. Это не нормально, он знал это еще со слов своего горе папаши. Дрожащие плечи быстро скрылись под черным плащом. Не поможет согреться, но скроет дрожь, пока тело пытается согреться изнутри. Когда-то он обязательно сгорит, но об этом сожалеть будет лишь тогда, когда это произойдет. А сейчас... Голубой взгляд тут же метнулся на резко распахнувшеюся дверь склада, создавая ну ахринеть какой громкий грохот. Пирокинетик знал, кто именно вошел сюда. Потому он почти сразу же отвернул голову назад. Со стороны двери тут же раздался нвозмущенный вздох. Слишком театральный, что бы быть настоящей обидой. – Сам позвал, а теперь ты игнорируешь? Даби! Недовольно начал Ястреб, подходя ближе. Не на много, лишь что бы разглядеть в полумраке этого сырого склада. Пахло сыростью, да и влажность была просто противная. Дождь прошел еще вчера, но вода продолжала капать с разных мест с крыши. – Не шуми, птица. И без тебя тошно. «Но зачем тогда позвал?!» - так и утонула мысль в голове героя, но не сорвалась с его губ. Почему? Потому что янтарный взгляд зацепился за дрожь в чужих плечах, за слабые столбы дыма, что источало это тело. Недавно использовал причуду? Звук шагов разносился эхом по почти полностью пустому складу. Это были шаги Ястреба. Твердые, но почти бесшумные. Он не хотел напугать и так хуёвовыглядещего Даби? – Выглядишь паршиво, что случилось? И в этот раз голос Ястреба не сочился привычным весельем и едким ядом, который может выпускать лишь в сторону Даби. Скорее наоборот, в его голосе было слышно настоящие волнение за этот кусок живого угля. Удивительно ли это, что герой волнуется за злодея? Определенно да. Но его можно и понять как человека. И все же спустя длительную минуту молчания, пирокинетик удостоил повернуться на пернатого. Наверное, лучше бы он этого не делал. – Твою мать... И, наверное, подобное было бы слишком ироничным в обычной ситуации. Но точно не сейчас, когда от Даби буквально идет дым. Это даже не было похоже на то, что этот придурок обгорелый разом использовал слишком мощное пламя. Далеко нет. Сейчас это похоже на... Подбежав ближе к Даби, Ястреб схватил того за плечи, но лишь через секунду отдернул руки. Горячо. Чертовски. Редкостное блядство, из которого сейчас будет выйти куда сложнее. Почему? Так потому, что Ястреб не мог понять причину с ходу. – Придурок пернатый. Не прикасайся ко мне. Тут же резко огрызнулся брюнет, дымящей ладонью отмахиваясь от героя рядом. Дым был гуще чем обычно от перегрева тела. В янтарном взгляде виднелось сильное замешательство, пока в циановом не было видно даже намека на боль. Знал ли Ястреб, что тело Даби давно перестало ощущать боль в обычном плане? Даже если так, это не меняет того, что такими темпами пирокинет просто на просто сдохнет. Перчатки на ладонях Ястреба значительно обгорели, продолжая слабо дымиться. А кожа под этой тканью была обожжена. Да какого черта вообще творится с Даби? потеря контроля? Тогда будет еще хуже. – Тогда зачем ты меня позвал?! Тут же задал логичный вопрос пернатый герой, заставляя злодея задуматься. А ведь действительно... Молчание с обеих сторон подозрительно затянулось, а атмосфера была тяжелой. Воздух вокруг нагревался, не из-за напряжения, а из-за, блять, Даби, что так упорно молчал! Как дитя малое, хотя ему уже двадцать с лишним! – Что бы передал, что я сдох. Это тело не протянет больше, чем хотелось бы. Голос хриплый, значительно спокойнее, чем был до этого. Словно бы тогда Даби пытался оградиться от Ястреба, которого сам позвал. Доверял ли он ему? Сложно сказать на самом деле. Как и Ястреб не доверял ему в открытую. Всегда между ними недомолвки, но... – и поэтому ты захотел, чтобы я стал свидетелем твоей смерти? Голос Ястреба не дрогнул. Но звучал твердо, серьезно... – Хочу, чтобы ты стал причиной моей смерти. Не так много времени осталось, я не хочу провести его так. “Все ведь достойны умереть без мучений?” – эта фраза так и не сорвалась с губ пирокинетика, но тот улыбнулся. И... Боже, это жутко. О, как же замечательна была картина, которую сейчас видел Даби. Этот шокированный взгляд Ястреба. Испуг. И явный отказ от этой идеи. ***

   Герои не убивают.

          Кейго Таками больше не герой.

*** Почему? Как? А главное... Почему ему это так больно от этого? Они же друг другу никто, разве что коллеги. Но и это можно назвать с трудом, ведь Даби не доверяет Ястребу, а Ястреб... Но даже если и так, то почему это все равно так больно? Руки героев не должны приносить боль. Они не должны быть запятнаны кровью. И все-таки... Ладони в черных перчатках тянуться к злодею, а тот буквально дымиться. Короткие вспышки синего огня то и дело мелькали из-под швов. Еще пару лет, и вся кожа Даби станет такой. Сожжённой, напрочь испорченной, и ничего не чувствующей. Держать в своих объятиях горящий кусок угля становилось все больнее и больнее, даже через слои плотной одежды. – Удумал сдыхать, то будь добр не от моих рук. Ястреб ругается, но не отпускает. Не отпускает Даби в своих руках, не позволяя тому упасть на холодный пол. Пирокинетик не остывает, а герою становится невыносимо жарко. Горячо. Ожоги точно останутся, но сейчас это было главным? Далеко нет. Тихо. Слишком тихо становится. Лишь шумное дыхание Даби, да звук капающей воды на сыром складе давал понять, что Ястреб ещё не оглох. Но кажется, он близок к этому. А Даби совершенно не слышит сейчас ничего, ничего кроме своего собственного сердца. Оно бьётся в глотке. Или в желудке? Почему то было так сложно понять. Кровь в ушах шумела, искажая звуки. – Не трогай меня, курица облезлая. Гневно хрипит, даже скорее шипит брюнет. Скалиться и показывает всем видом, что ненавидит это все, но не отталкивает, и не жмется ближе. Просто позволяет Ястребу весь этот беспредел мазохиста, иначе не назовешь. Ведь пернатому герою тоже больно, но он продолжает прижимать его, второго самого разыскиваемого по Японии, злодея, к себе, не смотря на весь жар, что источало его тело. И Даби противно. Противно от прикосновений, а не от самого Ястреба. Как долго эти “объятия” еще продляться? Даби не мог ответить, а вот Ястреб знал то, что это первая и последняя возможность с кем-то обняться. Это вообще можно назвать подобным? *** – Ты остываешь, слышишь? Больше не горишь. Тихо. Совсем-совсем тихо, словно бы Кейго говорил не со взрослым парнем, а с маленьким ребенком, которого не хотел пугать. Он ведь герой, он знает как работать с людьми, его учили подобному еще с самого рождения. Даби больше не горит. Он стал теплым, не горячим. Так его в разы приятнее держать в руках. Но ожоги точно остались. Уже не важно. Уже ничего не было важно для Таками сейчас. Это все со временем пройдет, а сейчас единственная цель Ястреба была помочь Даби. Не как герой помогает злодею, а как герой простому человеку. Больно. Очень больно. Не физически, а конкретно на душе. Словно бы ее вырвали, а вместо нее оставили бездонную яму. Таками Кейго не мог больше сказать, сколько он стоит вот так. Алое маховое перо в правом крыле отсутствует. Нет, оно не сгорело. Просто… В ином месте. Даби остыл. Спустя длительный час, а может вовсе два? Но он больше не был даже теплым. На забытым богом складе, что явно пережил вспышки эмоций брюнета, где сейчас было чертовски холодно, стоял противный запах крови. Больше ничего не согревало Кейго, но он так цеплялся за Даби. Больно. Глотку сжимал ком. Пока он был горячим было легче. Было легче верить, что он ещё жив и просто еле держится на ногах. Было легче, когда боль от его жара не утихала, продолжая вредить Герою номер два.

     Смеет ли он вообще теперь зваться героем?

– Я тебя ненавижу, Даби… Хрипло, еле сдерживая свой жалобный всхлип, Кейго начал проклинать его. Алое перо испачканное кровью злодея давно валялось на полу, больше не подходя на оружие. На нем даже крови не видно. Лишь прилипшая грязь с пола. Кейго совершил хорошее дело, убив двух зайцев одним ударом, и от злодея избавился, и облегчить мучения сумел. – Но почему блять так больно?..