Болезнь сблизила нас еще больше.

В аду был самый-самый обычный день: кто-то кого-то убивает, другой трахает, третий выпивает до беспамятства, вообщем — классический день в аду. Но нас интересует то, что было в отеле хазбин... Да-да, этот отель основан Чарли Морнингстар, принцессой ада, и теперь, по её словам: —«Каждый грешник, кто захочет, может искупаться прямо в этом отеле!» Первым, кто заселился в этот отель был — Энджел Даст. Да, та самая очень популярная порно-звезда во всем аду! Но, Энджел имел небольшую проблему — слабое здоровье. Из-за этого он каждый год болел одной и той же болезнью. Всегда подолгу, минимум две недели. Болел он всего лишь раз в год, поэтому сильно не переживал, но неприятно от этого было. В один момент он на два года перестал болеть, и уж обрадовался: наконец-то я перестал болеть этой хуйней! Но... В один день Хаск, бармен отеля, заметил, что Энджел уже три дня не выходил из своей комнаты. И все бы ничего, мол: да, он мне друг, но я не обязан за ним ухаживать. Хаск решил зайти к Энджелу в комнату и узнать что с ним такое. Найдя его комнату он постучался: — Эндж, могу войти?, — прозвучал голос Хаска из-за двери. — А?... Ам... Ну, заходи..., — голос паука был очень... Странным и хриплым. Как только Хаск вошел, то он образился с безразличия на шок: — ТВОЮ, БЛЯТЬ, МАТЬ, ЭНДЖЕЛ! КАКОГО ХУЯ С ТОБОЙ?! — Хаск был в полнейшем ахуе, увидев Энджела. Тот выглядел... Ужасно и вяло, и то, это очень мягко сказано. — Ну... Я тут... Аэ... Приболел..., — Хаск услышал от паукообразного только это. Его голос звучал... Так... Невинно? Будто он мысленно говорил: «Это вообще не я, меня тут нету... Аэ... Идите отсюда». — Я ВИЖУ БЛЯТЬ. Несколько минут тишины. После этих, будто бы вечно длившихся минут, Энджел рассказал о том, что каждый год болел этим, но потом временно перестал... Вообщем, все то, что было сказано раннее. — Но... Почему ты раньше мне не говорил об этом?, — после этого коту было до ужаса интересно узнать об этом. — Я... Не хотел тебя нагружать своими проблемами..., — голос Энджела звучал очень жалко и грустно. — Ты меня бы этим не нагружал, а... Предупредил? Ну, или, хотя бы, просто рассказал об этом. — Ладно... — Энджел, чем я могу тебе помочь? — Ничем... Правда..., — он ели сдерживался, чтобы не сблевать прямо сейчас на Хаска. — Уверен? Давай я может тебе воды принесу?, — Хаск прекрасно видел это, поэтому и решил выйти под предлогом: «воды принести». Энджел кивнул. — Воды принести? Он снова кивнул. Котообразный быстро вышел из комнаты и закрыл дверь. Энтони, же, в свою очередь, быстро пошел в уборную проблеваться как следует. Хаск довольно быстро вернулся обратно, когда звезда уже снова был у себя в постели. Он оставил ему на тумбочке воду и ушел. Ближе к ночи котообразный грешник вернулся к Энджелу в комнату. — Эндж, могу зайти? — Да... Конечно... Тот зашел, но изменений в Энджеле не заметил. — Слушай... Я могу с тобой поспать несколько дней?, — неожиданный вопрос сильно удивил Даста. — Да, конечно.. Я не против.... — Спасибо большое. Энтони спал на двухместной кровати. На одной половине спал обычно он, а на второй его питомец — Наггетс, мелкая свинюшка, подаренная Энджелу Валентино. Энджел положил Наггетса себе на ноги, тем самым дав понять Хаску, что тот может спать тут. Хаск сел рядом с Энджелом и очень аккуратно приобнял. — Может поспишь? Должно стать от этого легче, — да, Хаск не мастер раздавать советы, но, это, все таки, самые базовые знания, как лечить болезнь. — Да... Наверное..., — Энджел не спал все те три дня, что болел, поэтому ему было ахуеть как хуево, очень мягко говоря. Даст очень долго не мог заснуть, но благодаря Хаску, который его гладит по голове, чтобы тому было легче, он все же смог уснуть. Демон-кот лег спать следом за ним и быстро уснул. Спал он так, будто мертв. Энджел периодически ночью ходил проблеваться,так как, ебучую болезнь никто не отменял, но Хаска это никак не волновало и он даже не слышал того, что Энджел не спит. На утро Даст спал как убитый, а Хаск рано проснулся и ничего не сказав, не сделав, ушел в низ. Спустя пару мгновений он вернулся в комнату со стаканом воды и таблетками и положил их на прикроватную тумбу рядом с Энджелом и снова ушел. Второй, как только проснулся, по классике ушел в уборную протошниться, а когда вернулся, то заметил на тумбе воду и таблетки от головы, которые ему оставил Хаск перед уходом. Энджелу было намного лучше, чем вчера, но все же, боль в теле, голове, тошнота и прочие неприятные ощущения остались. Вечер этого дня повторился, Хаск снова спал с Энджелом. Так прошла неделя, вторая, третья. Хаск каждый день спал с болеющим Энджелом и помогал ему выздороветь. Хоть это и не сильно помогало, но результат был. И к четвертой недели своей болезни Энджел уже выглядел В РАЗЫ лучше, чем был раньше. В один день, Хаск, проходя мимо комнаты Энджела услышал его хриплый голос, который разговаривал с кем-то. Хаск сразу понял, что Энджел говорит по телефону и скорее всего — с Валентино. — Да, Валентино, сегодня постараюсь быть, — раздался неожиданный голос паука. — И чтобы без опозданий, а то устроил, блять, себе ебаный месяц выходных. Шлюха дранная, — хоть Хаск слышал и не все слова, но ему не составило труда сопоставить все в единую историю: Энджелу позвонил Валентино, со словами, что ему надо появиться на студии, иначе будет хуже. Дасту ничего не оставалось, как сказать свое привычное «Да,Валентино». Он, как подумала моль, сам себе устроил месяц выходных (хотя это не так). И, самое главное, что запомнилось Хаску: «Шлюха дранная». Как только паук закончил разговор, то демон к нему зашёл: — Эндж? Все нормально? Слышал из-за двери, что ты с кем-то говоришь, но ничего из этого не услышал, — конечно же Хаск врал, что ничего не слышал, он все слышал... — А?.. А.. Ну, да, там... Звонил Вал... Сказал, что надо появится на студии, иначе мне пиздец... Ну, все как обычно, короче, — кот даже слегка вздрогнул от того, как же хрипло и сломано звучал голос Энджела. — Ты даже до конца не смог поправиться, а уже идешь туда, где тебе только хуже станет?! — Это моя работа, никуда не деться. — Энджел, может перезвонишь ему и скажешь, что заболел и все это время тоже болел? — Котик, он мне не поверит... Так что, лучше смириться с судьбой, чем потом отхватить еще больше. Хаск ненавидел, когда его кто-то называет ласково, поэтому немного сморщился после слова «котик» Вот, Энджел наконец-то на студии. Иногда чувство тошноты ещё проскакивает в его организме, но он старается об этом не думать. — Где тебя носило, ебаный утырок?! — первое, что услышал Энджел от Валентино. — Я просто..., — Резко голова закружилась и стало очень плохо, хотелось прямо сейчас блевать как можно больше. Энджел даже не успел ничего договорить, как резко упал головой на пол и почувствовал чужую ногу на своем животе. — Что «просто»?! Просто ты ебаная шлюха, уставший, по каким-то причинам, трахаться со всеми, кому тебе надо?! — Н-нет... Вал... Ты все не так... Тут паук почувствовал, что он больше не лежит, а весит, и от этого было тяжело дышать. Валентино взял звезду за воротник и поднял в воздух. А потом резко выбросил в стену. Дасту было неимоверно плохо. И от боли, что ему сейчас наносил Валентино, ударяя его, и от боли по болезни, которая еще даже не прошла. Спустя десять минут избиений Энджел уже был в настолько непотребном состоянии, что выглядело так, что он сейчас в обморок упадёт, хотя так и было. Валентино над ним не сжалился, перестав бить, он понял, что это бесполезно и тому становится откровенно поебать. Вместо того, чтобы оставить его на какое-то время он его отправил переодеваться и начинать съемки. Мучительные съемки, которые длились по часов 10, а по ощущениям так и все 24. Спустя 9 с половиной часов Энджел наконец вышел из студии. Он выглядел максимально ужасно. Макияж размазанный, все болит, огромное количество ссадин, царапин, шрамов и синяков. И это, еще не упоминая боль внутри тела из-за болезни и после секса. Дасту пришлось идти, да даже нет, ковылять, все три часа до отеля. На машине он бы доехал до отеля за час или полтора, а пешком минимум за три. Болезненное состояния давало о себе знать, отдавая свое почтение частой сильной тошноте. За весь путь паукообразный сблевал не меньше 15 раз точно. Он за день так не выблевывал, как сейчас. Он понял, что болезнь только усилилась, и что скорее всего и температура поднялась, и голова сильно разболелась, но он этого не чувствовал. Эту боль перекрывала боль, принесенная студией и Валентино. Вот, Энджел снова в отеле. Время 4:37 утра. Хаск почти уснул за барной стойкой, но как только услышал звук каблуков, то сразу оживился. — Ох, явился не запылился. Где же тебя так носило? — "поинтересовался" демон-кот, хотя сам прекрасно знал ответ на вопрос. — Я... Был... На... — неуспев договорить Энджел падает в обморок, но его вовремя ловит Хаск. — Твою мать... Взяв друга-паука на руки, он понял две вещи: 1. — Энджел весит как ребенок, недостигший 3-х лет, что будет очень странно, в силу его возраста. 2. — Энджел просто вариться. Он был настолько горячий, что просто неописуемо. И нет, горячим в сексуальном плане он был всегда, но в плане болезни... Хаск донёс его до комнаты и положил на кровать. После того как скрипнула дверь, Наггетс сразу очнулся и побежал встречать хозяина, но тот был будто... Мертвый второй раз. Свинюшка сел рядом с Хаском и вопросительно посмотрел, будто бы говоря: «что с ним?». Хаск просто взял на руки Наггетса и положил его рядом с Энджелом. Он, будто бы это был Энджел, рассказал Наггетсу, что стало с его хозяином. Наггетс прижался к Энджелу и грустно посмотрел. — Да... Мне тоже не совсем приятно, что с ним стало...., — Хаск даже удивился тому, что вкладывает свою душу и чувства какой-то свинье. Спустя пару мгновений Энджел был укутанный в одеяло и лежал среди всех подушек и игрушек — его так уложил Хаск. Позже, он взял Наггетса и повел в ванную комнату, чтобы немного искупать, и самому успокоиться, и Наггетса успокоить. Немного разобравшись где-что-кого, он принялся мыть свинку. Спустя полчаса он закончил и положил рядом с Энджелом, следом лег на вторую, свободную половину кровати. На утро паук спал как убитый, также как и Хаск. Наггетс был между ними, а они сами обнимались во сне. Время близилось к обеду и только тогда Хаск стал просыпаться. Вылезать из объятий Энджела он не хотел, но все же пришлось, потому что у принцессы иначе возникнут вопросы, мол: почему тебя так долго не было? Может тебе дать выходной? Как сильно ты устаешь? И прочая хуета. А следом за этими вопросами появились бы новые идеи у Шарлотты для всего отеля, из-за которых "пострадали" бы все. Спустившись вниз Хаска тут же встретили Вэгги и Чарли. — Хаск, ты наконец пришел! Где тебя носило?, — сказали обе девушки в унисон, но с разной интонацией. Вэгги сказала с более дерзкой и строгой интонацией, а Чарли с более переживающей. — Все.. Нормально. Просто хотелось поспать подольше, — Хаск что-то дабы смог придумать и наврать. Будь на то его воля он бы вообще не вылезал из объятий с Энджелом.                                      

***

Энджел проснулся только вечером, когда Хаск собирался по тихой слинять обратно к нему. Голова горячая, тошнит, все болит. Было чувство, что Энджел вернулся в свой первый день болезни. Спустя три минуты после пробуждения паук пошел протошниться, а спустя 10 минут он услышал стук в дверь, и родное: — «Эндж, могу войти?» Когда Хаск ступил на порог комнаты паукообразного, то понял, что что-то на его ноге. Посмотрев вниз он заметил Наггетса, который поставил две передние копытца на ногу Хаска. Паук лежал на спине и смотрел в потолок. Демон-кот взял на руки Наггетса и подошел к Энджелу. — Хей, ты как? — Хаск положил свинюшку на кровать и поинтересовался у Энджела про самочувствие. — Тебе честно сказать, или напиздеть по полной? — Хриплый голос паука снова заставил кота вздрогнуть. — Честно. — Тогда полная хуйня. Хаск сел на кровать, и стараясь не задеть многочисленные ссадины Энджела и не сильно его потревожить, обнял его, как тогда, пока они спали. Энджел обнял Хаска в ответ и старался не издавать никаких чувств и эмоций после студии и от своих личных загонов, что он только мешает Хаску и будто бы заставляет его сидеть с ним. Паук не смог долго держаться и все же пролил пару слез, после чего уткнулся Хаску в плечо. — Энджел? Ты чего? Хаск удивился от того, что переживает за того, кого раньше он ненавидел всей душой, похуже Аластора. После, Хаск понял, что Энджел плачет и поинтересовался из-за чего. — Этот осадок после студии... Боль во всем теле от ебучей болезни... Тошнота вечная... Ты сам себя заставляешь за мной ухаживать и помогаешь, хотя можешь сам заразиться такой хуйней и тоже лежать как и я... Хаска тут же пронзило и он около минуты не мог пошевелиться. Столько разных мыслей заполонили его разум, что он даже забыл о том, что рядом сидит и рыдает паукообразный. После этого транса он крепче обнял Энджела и поднял его заплаканную голову. — Энджел,все нормально. Я сам согласился на то, чтобы тебе помочь выздороветь. Не загоняйся по этому поводу, если я, или кто-то другой, будет тебе помогать с чем-то, то это не значит, что ты его заставляешь, а это значит, что он делает это самовольно. — Хаск вытер с глаз Энджела остатки слез. Звезда ничего не мог на это ответить и просто стал витать в своих мыслях, но его размышления прервал Хаск со спонтанным поцелуем в губы. Энджел сначала не понял, что произошло, но когда язык Хаскера оказался во рту Энджела, то второй сделал все тоже самое. Спустя три, будто бы вечных, минуты их губы отлепились друг от друга, а Хаскер заметил небольшой румянец на щеках Энджела. Спустя десять минут тишины, Хаск приблизился к уху Энджела и тихо проговорил в него: — Я тебя люблю и хочу начать с тобой встречаться, Энджел Даст. — сказал он это на итальянском, чтобы это было еще более шокирующе,так как Энджел мог свободно говорить на этом же итальянском, но он не знал, что и Хаск тоже может. Энджел был в полнейшем шоке, восторге, радости и прочих эмоциях, но спустя две минуты соизволил ответить: — anch'io, il mio gattino.

***

Спустя еще две недели такой жизни, Энджел стал идти на поправку. А спустя еще неделю, он наконец-то соизволил выйти из комнаты. Хаск же, в свою очередь, слегка придерживал своего новообретенного парня, и помогал ему не упасть. — Энджел? Энджел! Где тебя все это время носило? Я так переживала!!! — Энджела очень радостно встретила принцесса Морнингстар, а своими очень крепкими и резкими объятиями чуть не снесла Энджела. — Да-да, Чарли, я тоже рад тебя видеть, — без единой эмоции говорил Энджел. — Где ты все это время был? — Болел... Но сейчас мне уже лучше... В разы лучше, — тут он посмотрел на Хаска, стоящего недалеко от Вэгги и ели заметно улыбнулся. Когда принцесса отлипла от Энджела, то пошла ему показывать то, что новое появилось в отеле, так как пока тот болел, то она вместе с Вэгги смогли кое-что изменить в отеле. Так они и "жили" дальше. А Хаск, с тех пор, стал почти всегда спать с Энджелом в обнимку, иногда в его комнате они целовались, неподолгу (слишком громко целоваться подолгу, пока вы оба еще не приняли факт отношений). А Наггетс теперь любит проводить время с Энджелом и Хаском.