На грани безумия

Четверо друзей вновь воссоеденились и готовы всеми силами бороться с Векной. Каждый из них прошёл свой путь, но теперь, когда угроза изнаночного существа нависла над их миром, ни одно расстояние не могло разлучить их. Собравшись вокруг стола, они обдумывали план дальнейших действий. Кругом царила тишина, нарушаемая голосами парней. Каждый из них знал, что впереди их ждут испытания, которых не одолеть без взаимной поддержки. Внезапный звуковой резонанс раздался, словно из самых недр старинного леса. Зловещий звон часов, отзвучавший по всей округе, не оставил места для сомнений: что-то произошло, что-то сокрушительное и неотвратимое. Каждый удар, отмерянный свинцовыми молотками, казался предвестием беды, заставляя сердца замирать, а мысли - метаться в неведении. Уилл оглядел своих друзей, которые, будто и не заметив ничего странного, продолжили активное обсуждение. Сначала, Байерс списал все на собственную усталость и галлюцинаций в последствии, пока до его слуха не донесся очередной удар, словно небесное волнение, проникающее в самую душу. Он замер на месте, прислушиваясь к звуку, который, казалось, пришел из далекого времени, отголоском давно забытых трагедий. Пока его друзья вели разговор о победе над Векной, для Уилла этот привычный мир распадался на части. Он медленно повернул голову назад. У массивного дуба возвышались старинные часы, обретая зловещий вид. Его массивные деревянные двери, изящно резные, но изломанные временем, были обрамлены глубокими бороздками, словно запечатлевшими в себе шепоты древних тайн. Каждая из потемневших панелей хранила истории, переданные через века — скрытые годы одиночества, утраченную надежду и невыносимую тоску. На верхней части приютилась массивная позолоченная часовая механика, с упрямыми стрелками, которые, как будто одержимые, продолжали поворачиваться, несмотря на останавливающееся время. С каждым его тиканьем в воздухе возникало ощущение, что нечто невидимое наблюдает за собравшимися, напоминая о том, что прошлое никогда не уходит. — Ребят, вы это видите? – Уилл повернулся к друзьям, но те будто его не услышали, поглощённые своими мыслями и переживаниями. Шатен сделал шаг вперед, приближаясь к часам, взявшимся здесь из ниоткуда. Каждый удар колоколов резонировал в тишине, словно предвещая что-то нехорошее. Он ощутил, как холодный воздух вдруг наполнился напряжением. Вдруг чья-то ледяная рука опустилась на его плечо, заставив резко обернуться. Перед ним стоял Майк. Его насмешливая улыбка, словно тень, крадущаяся за спиной, обманчива в своей привлекательности. Она носит в себе безжалостный восторг, как преданно ожидающий хищник. Угловатые губы, изогнутые в дерзком веселье, собирают вокруг себя атмосферу недоумения и страха. Напоминает о штормовом облаке, готовом разразиться грозой — острая, злая усмешка оставляет след, как молния, пронизывающая мрак. Мир вокруг стал наполняться темнотой, словно невидимый художник окунул свои кисти в чернила ночи и начал размазывать их по горизонтам. Каждый уголок, каждый завулок утопали в густом мраке, оставляя лишь их двоих. — Ты серьезно думал, что я смогу полюбить такого как ты? – его голос звучал, как шипение змеи, попутно порождая в воздухе холодную волну. При этих словах сердце в его груди затрепетало — страх и гнев смешались в одну порочную симфонию. Ярость поднималась, словно огонь, готовый разгореться, но он лишь стиснул кулаки и заставил себя молчать. – Отвечай. Ответь мне Уилл! Ответь-ответь-ответь-ответь! – Уилл почувствовал, как чужие руки вцепились в его плечи. С каждым словом зрачки Майка обретали красные оттенки, словно в них отражался огонь ярости, который зажигался с каждым произнесённым звуком. Его голос звучал всё громче, проникая в самые уязвимые уголки души Уилла, вызывая в ней смятение и страх. Каждый взгляд, брошенный в его сторону, напоминал о непогашенном напряжении, что витало в воздухе, создавая ощущение надвигающейся бури. В один момент Уилл чувствует толчок, а его тело падает в темную бездну. Сначала его охватывает паника — непрекращающийся кашель воздуха, холодные стены, что летят мимо, и полное отсутствие звука, как будто мир замер в ожидании. Он не понимает, что происходит, и чем дальше он падает, тем больше теряет ощущение реальности. Эта мгновенная чернота затапливает его, и он не может вспомнить, как здесь оказался. Пока его мысли мчатся, как падающий метеор, из глубины сознания всплывают фрагменты воспоминаний. Внезапно эти картинки обрываются, и он сталкивается с осознанием, что у него нет выбора — лишь падение и темнота. Уилл закрывает глаза, словно это поможет ему найти покой в этом хаосе. Долгожданное падение дается ему на удивление безболезненно, а открыв глаза, он видел вокруг себя уже знакомый дом: строение с белоснежными стенами, которые будто были отполированы до зеркального блеска. Рядом раскинулась ухоженная садовая территория, где мелкие цветы, как драгоценные камни, блестели на солнце. Входная дверь, изящно украшенная резьбой, приоткрывала доступ в мир спокойствия и уюта. Окна, обрамленные яркими занавесками, искрилось отражением тепла, излучаемого ясным небом. Ночь окутала мир своим таинственным покрывалом, нежно расстилаясь по земле, словно мягкое одеяло. Лунный свет пробивался сквозь густую листву деревьев, создавая мерцающие тени на земле. Шелест ветерка приносил с собой тихие шепоты древних легенд, наполняя воздух магией и загадками. Звезды, как экзотические драгоценности, сверкали на бескрайнем небосклоне, освещая темные углы мира. Каждая звезда хранила в себе воспоминания о давно ушедших временах, о том, как люди мечтали, любили и теряли. Подняв голову, Уилл приоткрыл рот, а удивление накрыло его с ног до головы. У выхода из дома стоят четверо мальчишек, трое из которых залезают на свои велосипеды, чтобы отправиться домой после десятичасовой игры в DnD. — Твоя сестра совсем не изменилась – произнес знакомый шепелявый голос Дастина, прерывая тишину, как легкий ветерок, касающийся теплой поверхности воды. — Что ты имеешь в виду? – Уилл заострил свой взгляд на подавшем голос Майке. Его слова, словно мрачный предвестник, нависли над улицей, наполняя её давящей атмосферой ностальгии по былым временам, когда все было хорошо. — Сильно нос задирает – Прошло уже шесть лет, а Уилл помнил этот момент, будто бы это было вчера. Сначала он подумал, что может это шанс все изменить? Но судя по тому, как ребята упорно игнорировали присутствие все еще лежащего на земле парня эта мысоь отпадала. — Да – Подтвердил Лукас – потому что мутит с говнюком Стивом Харрингтоном. — Точняк – Дастин усмехнулся, уже отъезжая от дома Уилеров – и превращется в чмо. — Она всегда была чмо – Байерс никак не мог отвести взгляда от фигуры Майка. От того Майка, который запомнился ему как тот человек, который всегда будет рядом и не оставит Уилла не смотря на все преграды. Он скучал по тому времени, когда мир казался проще, когда их дружба была непреклонна. — Не, была клевой раньше, даже эльфом наряжалась для нашей игры – Уилл наконец поднялся с земли, подходя к ребятам ближе, которые упорно старались его не замечать. — Четыре года назад? – Крикнул вслед удаляющемся Дастину и Лукасу брюнет, оставляясь с Уиллом наедине. Байерс взглянул на самого себя. Там, в двенадцатилетнем себе, он увидел юного мечтателя, чьи светлые глаза полны надежд и невидимых стремлений. Этот мальчик еще не понимал, что его ждет. Смутный взгляд двенадцатилетнего Уилла, искренне восхищенного миром, напоминал ему о том, как просто было мечтать, не зная тревог жизни. Он вспомнил, как часто убегал в свои фантазии, представляя себя героем приключений, способным покорить любые вершины. Эти мечты, казавшиеся тогда обыденными, окутывали его надеждой на будущее. — Уилл – Вдруг произнес Майк, переводя взгляд на друга – Может на ночь останешься? Байерс удивлённо вскинул брови, не припоминая, чтобы в тот момент Уилер предлагал ему оставаться на ночь. Это была очередная игра фанатазии и не факт, что управлял ей Уилл. Вдруг обстановка сменилась и он оказался в том месте, которое за долгие года стало для него одновременно родным и таким далеким – подвал Уилеров. Комната наполнена атмосферой творчества и приключений. В центре располагается старый, проржавевший диван, обитый тканью с потертостями, свидетельствующими о множестве уютных вечеров, проведённых здесь в компании друзей. На стенах ярко сверкают постеры музыкальных групп, запечатлевшие мгновения на сцене, их цвета контрастируют с тёмными оттенками комнаты. Рисунки Уилла, изображающие фантастических существ — драконов с горящими глазами и волшебников, облачённых в мантии, — словно получили жизнь, заполняя пространство чудесами и тайнами. У самого дивана стоит квадратный стол, заваленный предметами для настольной игры DnD. Карты, кубики и фишки находятся в беспорядке, что говорит о бурном приключении, которое здесь только что разыгралось. Лампа мягко освещает кружки с чаем и закусками, создавая уютное тепло, а в воздухе витают ароматы фантазий и ожиданий. Уилл наблюдал за Майком и младшей версией себя – они весело разбрасывались подушками, каждое взмахивание рук поднимало облака текстиля, которые словно лужайка из лепестков, кружились в воздухе. Заливистый смех раздавался в комнате, наполняя ее теплом и радостью. — Майк! – вдруг воскликнул маленький Уилл, останавливая игру. Они смотрели в глаза друг друга и в этом молчаливом взгляде заключалось множество невысказанных слов. Каждый миг тянулся, как будто время решило остановиться, чтобы они могли насладиться этой неуловимой близостью. Уилл резко срывается с места и прижимается своими губами к чужим, словно искал спасение в этом мгновении, пленяя соперника своей настойчивостью. Ветер врывается в открытые окна, развевая их волосы, словно древний элемент, способный разжечь искру между ними. Как только младший отстранился, Уилл заметил на лице Майка все ту же насмешливую улыбку, которую наблюдал несколько мгновений назад. — Ты серьезно думал, что я смогу полюбить такого как ты? – раздалось из уст Уилера, разбивая юное сердце на кусочки – Отвечай! – Майк хватается за плечи младшего и начинает трясти его, пока голос наполняется яростью и неземным отчаянием. – Ответь-ответь-ответь-ответь! — Отпусти его! – крикнул старший Уилл, но его никто не услышал – Отпусти! Не трогай его! Вдруг его ноги оторвались от земли, тело взлетело ввысь, а мир погрузился в темноту. Казалось, время замерло, и лишь звук его собственного сердца напоминал о том, что он жив. Ощущение невесомости окутывало его, словно туман. Тьма распахнулась перед ним, как бескрайний океан, полон таинственных глубин и невидимых звезд. Обрывки воспоминаний проносились мимо – совместные игры, ночёвки у Майка, пропажа Уилла в Изнанке, возвращение Одиннадцати, отстранение Майка, их первая ссора... Время, казалось, не оставляло шансов на забвение, каждое мгновение было пронизано эмоциями, которые прочно вросли в их души. Ощущение безмятежности, когда они собирались у озера, смех над шутками, которые могли понять только они. Уилл медленно открывал глаза, и мир вокруг него расплывался в легких завихрениях. Он чувствовал, как ветер касается его кожи, нежно обнимая каждую клеточку тела. Сначала ему казалось, что он просто мечтает, ведь пространство вокруг заполнили мягкие облака, переливающиеся всеми цветами радуги. Он парил, словно птица, в безмолвной симфонии неба. Но вдруг этот сонный покой нарушился. Яркий свет стал угасать, а облака, которые раньше несли его ввысь, начали рушиться. Уилл ощутил острое сжатие в груди, страх заполнил его поведение. Земля приближалась с ужасающей быстротой, словно гигантская рука притягивала его из небесного рая в жестокую реальность. С каждой секундой его падение ускорялось, и в ушах раздался пронзительный гудок ветра. Он пытался сообразить, что происходит, но мысли путались, как тучи на горизонте. Чьи-то теплые руки окутали его тело и прижали к себе, будто бы пытаясь на мгновение сохранить это сладкое безмятежное состояние. Он закрыл глаза и позволил себе раствориться в этом мгновении, забывая о суете мира вокруг. Сердце билось в унисон с ритмом дыхания рядом, и время казалось остановившимся, обернувшись вокруг них мягкой вуалью. Разомкнув веки, он увидел темные локоны сбоку, такие родные и знакомые. Байерс уложил голову на плечо Майка, осознавая, что все закончилось, что он жив и с ним все хорошо. — Уилл, ты так нас напугал.. – Произнес Уилер, сильнее прижимая к себе друга. — Но как ты смог выбраться оттуда? – Вдруг переключил внимание Байерса на себя Лукас – Чтобы открыть тебе проход в наш мир нам необходимо было включить твою любимую песню.. Майк вот только нашел ее и ты..! Как ты это сделал? — Я сам не знаю – Не смотря на то, что Уилл наконец обрел покой, странное чувство не покидало его. Оно находило специальные пути, чтобы пробраться в его сознание, как утренний туман, обвивающий старые деревья в лесу.

***

— Разбирайте оружия – велела Ненси, пока рядом с парнями раскинулись различные атрибуты, что могут помочь им в борьбе с Векной. На полу, который сохранил множество следов времени, лежали различные орудия, словно застывшие в ожидании. В центре внимания сияла булава, массивная и внушительная, с грубыми гранями и древними узорами, глубокими как истории, которые она могла бы рассказать. Каждый шип острия обещал неумолимую силу, готовую разразиться в нужный момент. Рядом, словно контрастируя с тяжестью булавы, покоился пистолет — точный и элегантный. Холодный металл переливался в тусклом свете, обещая мгновенную смерть с лишь малейшим усилием нажатия спускового крючка. Его форма обманчиво проста, но в ней таилась опасность, способная унести жизни с безжалостной легкостью. Автомат, оставленный в беспорядке, напоминал о бурной борьбе. Его массивный корпус излучал ощущение военной мощи, а обойма, наполненная патронами, ожидала своего часа. Ножи, маленькие, но смертоносные, разбросаны вокруг, будто забытые сердцем в битве. Каждое лезвие, блестящее и острое, было готово вонзиться, оставляя после себя лишь шрамы и тени. Эти оружия, каждый со своей историей, создавали атмосферу напряжения, разрывающего окружающий мир тишиной. Однако Уилла привлекло совершенно другое оружие – меч, выточенный из сверкающей стали, лежал на бетонном полу, где мягкий свет отражался от его идеально отполированного лезвия. Каждый изгиб и каждое украшение на рукояти, изысканно инкрустированной драгоценными камнями, говорили о высоком мастерстве кузнеца. Лезвие меча, хотя и броское, имело в себе силу, способную разить врагов одним легким движением. — Я хочу, чтобы ты умер – Услышал он голос Майка сзади и резко обернулся, сжимая рукоятку меча. — Что?.. — Я спрашиваю, на мое место претендуете, Уильям Мудрый? – С улыбкой сказал Уилер, заставив шатена выдохнуть, списав на паранойю после произосшедшего. В сумерках, когда мир вокруг погружался в эфир ночи, ребята, готовые к ожесточенной битве, вышли из старого заброшенного склада. Дастин, уверенно держа в руках два пистолета, ощущал, как адреналин бился в его венах. Каждый его шаг был рассчитан, каждый миг — заранее предусмотрен. Ненси, стоя рядом, крепко сжимала автомат, её взгляд был полон решимости и мужественности. Она знала, что с этим оружием в руках у неё не было права на слабость. Лукас, с двумя ножами в руках, излучал спокойствие, контрастируя с напряжённой атмосферой. Его пояс, украшенный ещё несколькими заточенными лезвиями, говорили о том, что он готов к любому исходу, каждый удар был уже продуман заранее. А Майк, с булавой, стоял, как непоколебимая скала, вызывая уважение и страх одновременно. Его выражение лица скрывало бурю эмоций, но в его глазах горел огонь решимости. Уилл же, словно стоял на крепостной стене, его ладонь крепко сжимала рукоять меча, покрытого изысканными узорами. Свет вечернего солнца отражался от его клинка, озаряя темные преломления стали, словно маленькие звезды, искрящиеся ночи. Этот меч не был просто оружием; он хранил в себе память поколений, страсти и надёжность предков. «Убей его» – раздался голос, где-то глубоко в сознании, заставив Уилла вздрогнуть и оглянуться. Его взгляд невольно остановился на Майке. Он чувствовал себя так, будто им контролирует кто-то иной, кто-то, кто лукаво прятался в тени его разума, словно охотник за жертвой. Страх и гнев смешались в его душе, клокоча, как бурное море в ненастье. Майк, будто почувствовав напряжение, обернулся. Их глаза встретились, и в этот миг Уилл увидел в его взгляде нечто странное, почти предвкушающее. Это было как будто мгновение слияния: один был охвачен тёмными мыслями, другой – неосознанным страхом. — Так – Прервала размышления Ненси, переманивая внимание парней на себя – Нам необходимо разойтись. Дастин и Лукас, пойдёмте со мной, а Майк и Уилл заберут Оди и приведут к радиостанции. Если что случится.. – Старшая передала брату рацию – звоните. Все, разбегаемся Компания разошлась в разные стороны. Уилл шагал рядом с Майком по пустынной улице, и с каждым шагом ощущал, как его разум словно выскользнул из-под контроля, оставляя за собой водоворот тёмных мыслей. Они прокрадывались в его сознание, словно тени, шепча о том, что он не осмеливался даже произнести вслух. Мысли о Майке, о том, как он ранил его, терзали его душу, но в то же время в них звучал неумолимый зов, призывающий к расплате. Словно кто-то другой управлял его внутренним миром, вовлекая в игру, где он сам становился жертвой и палачом. Смешивались образы любви и ненависти, и каждое воспоминание об его смехе обрастало осколками боли. Уилл чувствовал, как эта тёмная мысль — избавиться от источника своей муки — завладевает им, заставляя сердце биться быстрее. Эта борьба внутри него становилась невыносимой, и он понимал, что на этом пути его собственный разум может стать самым грозным врагом. Каждый шаг отводил его дальше от света, погружая в бездну, где мрак искушал его окончательно пойти на крайние меры. — Уилл – Разорвал тишину Майк – с тобой все хорошо? – в его глазах читалось беспокойство, словно в тихих водах озера мельчала неведомая буря. — Да, все нормально – Ответил Уилл, думая, что сейчас есть дела поважнее, чем его психическое состояние. — Ты уверен? Ты какой то странный.. — Я тебе сказал все хорошо – это значит, что все хорошо! – Неожиданно для себя выкинул Байерс, останавливаясь, что поразило обоих. Сейчас он понимал, что все его мысли не были разыгравшейся фантазией после пережитого – им упралял кто-то другой. Внутренний голос, который не оставлял его в покое, словно шептал истину, укрытую в тени его сознания. В один момент Уилл полностью теряет контроль не только над разумом, но и над своим телом. Он чувствовал, что каждое движение становилось результатом невидимого влияния, заставляющего его действовать против его воли. Сердце колотилось, как будто готовилось вырваться наружу. Вокруг всё воспринималось иначе: мир потерял четкость, цвета расплывались, а звуки сливались в неразделимый шум. Байерс, остановившись и глядя на Майка с неподдельным удивлением, казался частью этого безумия. — Ты чего?.. – он спросил, но Уилл уже не слышал его. Все, что имело значение, сосредоточилось в нем самом — борьба за контроль над собственным «я». Никакая общепринятая логика не могла объяснить то, что происходило сейчас, как будто внеземные силы тянули его к себе, завлекая очередным неизведанным путем. Тем временем, в далеком уголке его сознания, раздался новый, тёмный голос, который тихо звал его по имени, обещая найти ответы, если лишь он осмелится сделать шаг в неведомую бездну. Уилл оттолкнул Майка от себя, заставляя упасть на землю, а руки достали из чехла меч. Он накинулся на Уилера и в этот же миг над Майком нависло оружие, его лезвие сверкало, отражая тусклый свет. Уилл чувствовал, как его тело, восставшее против его воли, будто находит удовлетворение в этом акте насилия. Внутренние противоречия терзали его: он не хотел причинять вред другу, но сила, овладевающая им, была неумолима. В тот момент, когда он собирался вернуть контроль, тьма заполнила его сознание, сжимая когтистые пальцы своей власти. В тени его разума раздавался голос, манящий и опасный, обещая мощь и понимание за пределами человеческого опыта. Мысли Уилла стремительно умирали, уступая место хаосу. Каждый вдох становился всё тяжелее, словно атмосферное давление требовало исполнения недозволенного. Само существование отвратительно колебалось между реальностью и мистическим влиянием. Майк, не в силах понять, что происходит, смотрел на своего друга с отчаянием. Он не осознавал, что тот больше не был хозяином своего тела; Уилл даже не мог крикнуть, чтобы остановить то, что было неизбежно. И когда холодный металл коснулся кожи Майка, в его глазах проскользнула искра страха, отражая бездну, в которую оба они могли провалиться. — Уилл? – Произнес дрожащим голосом Майк – Ты что делаешь?.. — Я ненавижу тебя. Ты испортил всё. Ты испортил мою жизнь, ты разбил мое сердце, ты уничтожил все мои мечты. И прямо сейчас я уничтожу тебя – Он видел, как в глазах Уилера накапливаются слезы, но сам ничего не мог сделать. Векна был силен. Настолько силен, что его имя наводило страх на тех, кто знал о его темной магии и безжалостных поступках. — Уилл, я.. – Голос Майка дрожал, когда он произносил эти слова. Все вокруг замерло, и даже ветер, казалось, перестал дышать. – не делай этого, прошу. Я давно хотел тебе это сказать, просто не знал, как ты отнесешься и.. – он понимал, что чем больше он тянет, тем быстрее кончается терпение второго. Постаравшись собраться с мыслями, Майк продолжил свою речь – я люблю тебя. — Что? – Уилл и не заметил, как на мгновение смог взять в себе силы, чтобы забрать контроль над разумом, сразу же теряя его. — Я.. правда, люблю. Уже очень давно. Я боялся, что это неправильно, что ты отвернешься от меня. Когда появилась Оди, я старался заполнить ей все свои мысли, старался отстраняться от тебя лишь бы не думать.. Но все выходило наоборот. Я думал, что люблю ее, но очень сильно ошибался. Мне нужен ты, Уилл – Та искренность, с которой говорил Майк, завораживала Уилла. Каждое его слово было пропитано глубоким чувством, словно он делился не просто мыслями, а частичкой своей души. Уилл замер, не в силах отвести взгляд от лица Майка, которое светилось искренностью. В каждом предложении он чувствовал, как разжигается что-то внутри него. Меч постепенно стал отстраняться от шеи Уилера. Уилл ощутил, как тёмные тени в его сознании начали отступать, словно клубы тумана, рассекаемые первым светом рассвета. Каждый удар сердца становился всё более осознанным, и он, наконец, почувствовал притяжение своего истинного «я», которое с трудом пробивалось к поверхности. Слова Майка, словно магический заклинание, разрушали темные оковы, давали силы вернуть управление. Меч медленно опустился, и Уилл дышал глубже, одолевая жар ненависти, который подгонял его к действию. Взгляд его друга(?), наполненный страхом и надеждой, тянул его обратно в реальность, лишая сил мрачные порывы. С каждым мгновением ясность возвращалась. Уилл видел, что вокруг них опять мир — реальный, живой и многогранный, без теней и шепотов, которые пытаются заставить его следовать в бездну. Он снова становился самим собой, освобождаясь от груза, который сковывал его разум. «Он врёт!» «Ты должен покончить с ним!» Настойчивый голос в голове не прекращался, но Уилл больше ему не поддавался. Он долго сомневался, слушал его обманчивую логику, но теперь понял, что этот внутренний монолог лишь мешал ему двигаться вперед. Каждый раз, когда голос подначивал его на старые ошибки и неудачи, Уилл сопротивлялся, находя в себе силы игнорировать его настойчивые упреки. — Я тоже тебя люблю, Майк. В этот миг весь мир вокруг них исчез, остались лишь они двое, каждое слово и каждый взгляд были пропитаны искренностью. Майк приблизился и, не раздумывая, сплел их губы в долгожданном поцелуе. Это был нежный, трепетный поцелуй, словно два сердца, долгое время разлученные болью и недопониманием, наконец-то нашли друг друга. Темные тени, которые завладели разумом Уилла, начали рассеиваться, как пыль под солнечными лучами. Векна, внезависимости от своих страхов и сил, терял власть. Уилл почувствовал, как освобождается от оков, и каждый вдох наполнялся надеждой. Он и Майк были связаны по духу, и теперь эта связь имело новый смысл, основанный на любви и понимании. С каждым новым поцелуем и каждым прикосновением, темная магия Векны, словно мятежный ветер, окончательно растворялась в их общей силе. Теперь, даже в самые мракобесные моменты, у него есть нечто, что сможет противостоять всем ужасам — любовь, которая сделает его неуязвимым.