Мёрзлые цветы и горящий керосин

      Подмерзшая трава хрустит под моими ногами.       Я посильнее кутаюсь в свою теплую бежевую кофту и вжимаю голову в плечи. Кажется, в этом году зима пришла гораздо раньше обычного. Что очень и очень печально… Ведь когда я в следующий раз увижу цветущую природу?..       Передо мной открывается вид на высокую каменную стену с воротами. Я с небольшой опаской подхожу ближе и почти любовно провожу рукой по холодным, железным прутьям ворот. Чувствую уже привычное ощущение холода от металла, и мне становится чуть легче дышать.       Я всматриваюсь во тьму коридора за воротами, в очередной пытаясь увидеть конец этого тоннеля. Хотя бы маленький лучик света в его конце — чтобы просто знать, что он там есть…       Но тщетно.       Как всегда. Не знаю даже, на что я вообще надеялась. Наивно с моей стороны.       Эх, как же хочется выйти наружу через этот коридор. На ограниченной территории нашего дома мне всегда было трудно дышать. Кажется, я с самого раннего детства ждала момента, когда смогу наконец покинуть этот удушливый дом. Ждала, когда смогу погулять по оживленным улицам, посмотреть на счастливые улыбки людей. Смогу пройтись по парку, посидеть на лавочке, полюбоваться на уток, плавающих в пруду…       Мечта…       Я вдруг краем глаза замечаю какое-то движение в кустах возле ворот, и резко отскакиваю назад.       Мнимое ощущение безопасности у ворот в реальный мир тут же меняется едким чувством страха. Впрочем, всего секундой после я успокаиваюсь — мне, конечно же, просто показалось. Никого там нет и быть не может…       Хах, даже смешно от своего испуга становится. Поздравляю, мама — твои запугивания страшными-страшными волками и другими хищными зверями у ворот все-таки подействовали на меня спустя столько времени!       На меня — далеко не ребенка, которой ты видела свою милую Ассоль. Твою «любимую» девочку с длинными темно-розовыми хвостиками и очаровательными васильковыми глазами. Так меня когда-то описывала наша «старшая сестренка» Хэлен, собиравшаяся в будущем стать поэтессой.       — Ты у мамы явно станешь любимицей,— хихикала она,— потому что искренне заботишься о других! Мама очень уважает таких людей, и сама такая же, потому и мы все стремимся стать такими!       Мама…       Я прикрываю глаза.       Конечно же, мне первым делом вспоминается ее ласковая улыбка… в которой я всегда видела лед с примесью легкого отчаяния. И особенно теперь...       Ее улыбка такая же, как у моей матери.       …Брр.       Я разворачиваюсь и быстрым шагом ухожу от ворот, словно пытаюсь сбежать от своих воспоминаний о другой жизни, а заодно и от других отвратительных фактов.       Подмерзшая трава все так же непрерывно хрустит под моими ногами.