Пересечение судеб в тишине палат

*** Как бы Минхо ни старался скрыть свои чувства, он всё равно возвращается туда, откуда пришёл. Похоже на водоворот, который не остановить. Непонимание, ненависть, страх, любовь — всё это одновременно. Как? Что? Почему всегда так трудно? Кто управляет чувствами? Может, это всё случайность? Или нет? Судьба сводит, но и нещадно убивает. Можно ли это назвать судьбой? Даже если она, то почему такая путаница? Почему происходит так много ошибочных действий? Может, парни находятся в каком-то комиксе, который пишет школьник? В таком случае, почему он не хочет добавить хоть капельку счастливых моментов? Как-никак у подростков богатая фантазия. Они способны расписать фигню на миллион страниц. Но вот и тут так же. Просто нужно добавить чуть-чуть счастья. Страшно. Страшно, что если Минхо или Джисона выпишут, то они никогда не увидятся. Желание помириться намного сильнее, чем просто молчать. Хотя бы просто обменяться номерами и иногда спрашивать по типу: «Как дела?», «У тебя всё хорошо?», «Как день прошёл?», «Ты в порядке?». А если это просто сон? Не может жизнь за неделю направиться в лучшую сторону. Или может? Но если это всё-таки иллюзия, то есть защитная реакция мозга на одиночество, потому что он хочет немного расслабиться? А вдруг юноша в коме? Его сейчас пытаются оживить всякими аппаратами, а он медленно умирает. Фигня? Однако вопросов много. Психушка, вроде плохое место, но именно она стала началом нового этапа в жизни. Или лучше ворошить прошлое? Тут жизнь стала легче, ведь даже рпп будто убежало куда-то. Это понятно, что никуда оно не убежало. Скорее, это ремиссия. Ремиссия до первого взвешивания? Точно. Минхо не понимает ни-че-го. Если это судьба, то почему она такая тупая? Сводит, то разводит. Бесит.  Когда Минхо взял шоколадки, его тут же захлестнули вчерашние воспоминания. Почему день так быстро пролетел? Хоть он и пытался сделать вид, что всё нормально, однако, Чан заметил неладное по его выражению лица, ведь глазки у Хо забегали. Блондин, конечно же, узнает у ребят, почему парень так запереживал, ведь в последний раз они с Джисоном вроде бы ладили. Наблюдая за их отношениями всего несколько дней, Бан Чан заметил, что у них всё необычно, скорее ненормально. Особенно странно ведет себя Хан. Он говорил, что хочет исчезнуть, хочет, чтобы его забыли, по словам Чонина, а потом приходит с новым парнем и, как ни в чём не бывало, начинает разговаривать о жизни или о погоде. Для чего? По крайней мере, выглядит странно.  Минхо отправился к Хану. Странно, эти мысли бушуют, создавая хаос, как обычно, но сердце, как будто, замерло в ожидании. Оно не стучит, не выдает тревогу, а лишь тихо наблюдает за штормом в голове. Может, ожидает чего-то сверхъестественного, чего не будет? Каждая мысль — это путеводитель в мире, где мы живём. Они могут быть яркими, как звёзды на небе, так и тёмными, как тучи. Правдивыми, как история, так и ложными. Они могут быть простыми, как песня, так и сложными, как роман. Комок в горле и частое моргание. В голове океан вопросов: «Что будет дальше? Как мне поступить?». Парень явно переживает, но почему сердце не стучит? Обычно же оно вырывается из грудной клетки, а сейчас, словно находится в состоянии глубокого транса. Подозрительно.  «Всё ли у него хорошо? Вдруг он опять что-то сделал с руками?» — мысли приходят в голову с ритмом шагов, будто в унисон. Они текут, как река, не останавливаясь ни на миг. Каждая из них — нотка в симфонии, создаваемой мозгом. Это было странное ощущение — будто его разум и тело связаны невидимой нитью. Он даже вспомнил, как в детстве любил гулять. Тогда шаги были воздушными, а мысли — беззаботными. Но с каждым годом шаги становились тяжелее.  Невозможно разлюбить человека за день. И это факт. Не получится. Не получится избавиться от всех возможных воспоминаний, от всех моментов, от всех слез, которые ты пролил из-за этого человека. Любовь — это многогранное чувство, которое развивается со временем. Это не просто эмоция, а глубокое и сложное чувство, которое связывает людей друг с другом. Любовь — это способность понимать и принимать другого человека, его сильные и слабые стороны, его мечты и страхи. В голове словно фотоальбом, показывающий всё больше памятных моментов. Даже если кажется, что всё забыл, он находит ячейку и демонстрирует у тебя в голове, как проектор. Представьте себе, что вы провели с человеком множество дней, месяцев, а может, и лет. Каждый день, проведенный вместе, запечатлён в вашей памяти: смех и слёзы. Это всё создаёт картину. Как можно взять и стереть всё одним махом? Как можно забыть о том, что когда-то было важным? Если вы почувствуете, что любовь угасает, это не значит, что это так. Она может видоизменяться, но не исчезнуть. Когда кто-то говорит, что разлюбил, важно помнить, что это не мгновенное решение. Это может занять недели, месяцы, а иногда и годы. Разлюбить — это значит пережить всё в обратном порядке. То есть пережить боль и разочарование. Но даже на этом этапе остаются следы любви. Страшно, что даже после смерти всё равно будешь привязан. Привязан до невозможности. Сильно. Дойдя практически до палаты, парень на секунду остановился. Он выдохнул, собрав себя заново. Заново сшил себя, а точнее, своё чистое сердце. Чистое? Нет, все мы грешны, но оно точно чище, чем у Джисона. Парень сделал шаг навстречу прошлому. Шаг навстречу счастью. Счастье — это понятие разностороннее. Для кого-то оно состоит из мелочей, а для кого-то нужно покорить Эверест, чтобы достичь его. Но будет ли благополучие, если парни начнут заново отношения? Вероятно, человек мог измениться, поменяться в худшую сторону. Однако это не останавливает. Может, это и есть тот самый шаг, о котором Минхо так давно мечтал? Юноша не может забыть, как Джисон изменился после их разрыва. Тот самый жизнерадостный человек, которого он знал, превратился в сумасшедшего. Хочется стабильности, хочется любви. Минхо ничего не знает о Джисоне вообще. А возможно, рыжий стал чертовски больным, но ведь это правда. Хан улыбался, как чокнутый, когда казалось, что он вот-вот покроется полностью кровью, растворится в ней.  Хотя, знаете, в литературе «счастье» часто выступает как награда за пройденные испытания. Может, их любовь будет гореть ярче после всего этого?  «Что, если он стал хуже?» — размышлял Хо. — «Что, если я вернусь, а он уже не тот, кого я любил? Может, это будет не счастье, а лишь иллюзия, которая разрушит все, что осталось от наших воспоминаний?» Честно, если бы Минхо вернулся в тот самый день, когда первый раз увидел здесь Джисона, то не смог бы завести этот разговор. Сложно. Он знал, что должен сделать этот шаг, чтобы исцелить раны. Парень закрыл глаза, представляя, как они снова вместе. Но в голову ударили образы Хана, который смотрел в сторону, избегая всякого контакта. Минхо почесал голову, пытаясь собрать мысли в кучу. «Смогу ли я принять его таким, какой он стал? Или буду постоянно сравнивать с тем, кем он был?» Хо понимал, что возвращение к прошлому — это не просто шаг назад, это риск. Риск потерять себя, свои мечты и надежды на лучшее. Но в то же время он чувствовал, что не может просто так оставить все это позади. «Счастье — это не только воспоминания, но и возможность создать что-то новое», — подумал он и сделал шаг вперед.                           *** Джисон сидел на койке и смотрел в пол, будто в одну точку. Он замер. Точнее, находился в прострации. Парень ничего не понимает. Он не замечал, как Минхо медленно приближается. Его шаги отдавались эхом в тишине палаты. Хан не обращал внимания, словно он находится в другом измерении. Словно застыл в безмолвной борьбе с собственными демонами. А ведь правда, бывает такое состояние, когда ловишь глазную эйфорию. Или это не то? Глазная эйфория — это состояние, когда человек испытывает удовольствие, сосредоточившись на чем-то одном, точнее, на визуальном объекте. Мозг отключает все внешние раздражители. А может, он просто размышляет о чем-то или, наоборот, ничего сейчас не чувствует? Ни мыслей, ни картинок в голове. Ничего. Пустота. Душевная пустота. Это хорошо или плохо? Или он пытается разглядеть то, чего не существует? В его глазах ничего не читалось. Каждый звук, каждое движение вокруг него казались далекими и незначительными. Рыжий будто сидит на наркотиках, хотя, скорее, на антидепрессантах. Парень точно что-то недоговаривает. Не мог он просто так пропасть на три года, а сейчас объявиться и твердить о любви. Здесь явно скрывается кое-что другое.  Минхо подошёл ближе, но тот всё равно не реагировал. — Хан, — пробормотал он под нос, начав махать рукой, пытаясь вернуть его к реальности. Конечно, может показаться глупым, но в этот момент это было единственное, что он мог сделать. Молчание. Оно было не просто отсутствием звука, а целым миром. В тишине слышалось биение сердца Джисона. Молчание было как пустота, в которую можно было вложить всё что угодно: боль, страх, гнев, любовь. Оно было как зеркало. В этом молчании можно было услышать не только гробовую тишину, но и шёпот прошлого, крики настоящего и обещания будущего. Рыжий не сдвинулся с места. Он даже не моргает. Что происходит?  Белизна больничной палаты казалась размытой, нереальной. Стерильный запах антисептиков, обычно бьющий в нос, сейчас едва ощущался. Все чувства растворились. Взгляд Джисона устремлён в пустоту, будто в портал в иную реальность. Время потеряло всякий смысл. Минуты растягивались в бесконечность, а часы сжимались до мгновений. Хан не чувствовал ни боли, ни дискомфорта. Все физические ощущения исчезли, уступив место этому странному, завораживающему состоянию. Обыденные вещи — трещина на потолке, складка на простыне, тень от капельницы — превращались в фантастические образы, которые имели скрытый смысл и тайные знаки. Он видел целую вселенную, рождающуюся и умирающую в бесконечном цикле. Парень видел микроскопический мир, кишащий жизнью. Видел атомы, танцующие свой танец. Эйфория, рождённая в глазах, заполняла его всего, проникала в каждую клетку тела. Он чувствовал себя частью вселенной, частью вечности. Это было состояние абсолютного покоя. Он не хотел двигаться, не хотел говорить, не хотел думать. Юноша просто хотел существовать в этом состоянии, наслаждаясь каждой секундой, каждым мгновением.  За окном шумел город. Рядом — Минхо, который пытался привести его в чувства. Но все эти звуки доносились до парня как будто издалека, из другого мира. Он был отрешён от всего, погружён в свой внутренний мир, где сейчас царила гармония. Смотря в одну точку, он видел в ней бесконечность. И в этой бесконечности он видел себя.  Минхо, охваченный паникой, вдруг закричал имя прошлого, словно это было единственное, что могло вернуть того в реальность. В его голосе был страх. Внезапно Джисон начинает очень быстро моргать, быстро дышать. Он заглатывает воздух, будто тонет. Словно ему никто не может помочь. Воздух казался таким тяжёлым и трудно доступным. Он пытался взять глубже, но его грудь сжималась. Тело просто пытается выжить. В голове раздавались крики, которые рыжеволосый не мог игнорировать. Парень поднимает свою голову и смотрит в даль, но его взгляд словно растворяется в пространстве. Он расфокусирован. Хан не знает, что делать, как справиться с тем, что происходит внутри. Руки дрожат. Он чувствует, как холодный пот стекает по его спине. Джисон был с Минхо, но в то же время его не было.  Хо оглянулся назад, но никого не увидел. Куда смотрит Джисон? Что он видит? То, чего другим людям не суждено? — Хан! — опять крикнул парень, судорожно смотря на рыжего. Он чувствует, как горло сжимается, будто кто-то сжимал его в тисках.  Джисон дёрнулся и, наконец, посмотрел на Минхо. Но тут же глаза забегали, словно баскетбольный мяч, отскакивающий от земли.  — Что с тобой? — спросил Хо, всё ещё не понимая, что происходит.  Даже если Хан будет пытаться что-то объяснить, поймет ли его Минхо? Он продолжает вздыхать.  — Что?! Что с тобой?! — крикнул парень, не в силах сдерживаться. В его взгляде точно присутствует непонимание. — Почему ты не реагируешь?! — голос дрожал от отчаяния.  Рыжий резко кусает губу чуть ли не до крови. Жмурится. Он просто пытается прийти в себя после увиденного. Расскажет ли он кому-то об этом? Неизвестно.  — Мин… Хо, — еле выговорив, юноша взял его за руку и сжал. Возможно, он просто пытается держаться за него, чтобы дальше не провалиться в яму огненных переживаний и иллюзий. — Останься.  Держаться за руку… Казалось бы, такой простой жест, мимолетное соприкосновение, но в нём может скрываться целая вселенная. Когда всё вокруг тебя рушится, когда земля уходит из-под ног, этот простой контакт , тепло чужой руки в твоей, может стать единственной опорой, тонкой нитью, связывающей тебя с реальностью. Твои дрожащие пальцы переплетаются с пальцами другого человека. И в этот миг происходит что-то невероятное. Словно электрический разряд пробегает по телу, разгоняя мрак и страх. Тепло чужой руки перетекает в тебя, наполняя пустоту внутри. Это не просто физический контакт. Это безмолвное обещание поддержки, молчаливая клятва быть рядом, что бы ни случилось. И в этом прикосновении — целый мир: тепло, забота, понимание.   — Да я и не соб…  — Сядь, пожалуйста, — перебил его Джисон, сам не понимая, что он хочет сделать. — Что происходит? У тебя паническая атака? — только об этом подумал Минхо, так как было очень похоже. Обычно он сам испытывает подобные ощущения. — Он рядом.  — Кто он? — спросил парень, продолжая держать Джисона за руку. Ему самому стало не по себе от его слов. Почему рыжий говорит фразами? Почему не может договорить?  — Оно.  — Ты дурной.  Минхо ничего не понимает. Неужели он невнимательно слушал Джисона, когда тот рассказывал о том, чем болеет? Или просто забыл? Невнимательность и забывчивость — это два разных, но связанных состояния, которые могут возникать в любое время. Невнимательность может быть связана с усталостью. Она приводит к мелким ошибкам, недопониманиям и упущенным возможностям. Забывчивость — это когда информация исчезает из памяти. Происходит обычно из-за стресса или тревоги. Возможно, в тот момент, когда Джисон рассказывал свою историю, то Минхо был перегружен эмоциями? И не был сосредоточен на деталях, потому что разум был занят другим? А может, мозг решил защитить себя от этого воспоминания, ведь иногда забыть — это легче, чем помнить. А возможно, Минхо не может принять это. Забыть — значит, не сталкиваться с реальностью, которая пугает.  Хан резко начал бить себя рукой по лицу. Он просто пытался выдворить из своей головы все плохие мысли.  Минхо трясёт парня. — Всё нормально, всё нормально, — произнёс он. Голос дрожал, но в нём звучала решимость. — Бежим! — крикнул Хан, схватив парня за запястье. — Бежим от моего мира! Они выбежали из палаты, и Минхо почувствовал, как сердце начало биться быстрее. Парни мчались по коридору. Джисон, казалось, был в трансе. Его глаза всё ещё искали кого-то. — Куда мы… — В туалет! — перебил рыжий, не зная, почему именно туда. Возможно, это было единственное место, где они могли укрыться от этого кошмара.  Когда они добрались, Хан закрыл за собой дверь и прислонился к ней, пытаясь отдышаться. Он посмотрел на Хо, который выглядел ещё испуганным. — Ты в порядке?  — Я не знаю… — ответил Джисон, его голос был полон страха. — Она была так близко. Я чувствовал её дыхание. Хо подошёл ближе и обнял его, стараясь передать свою уверенность. Он знал, что сейчас важно быть рядом, поддерживать друг друга. — Не говори загадками, объясни мне, пожалуйста, всё.  — Мёртвая девушка… Наконец-то парень понял.  — Это всего лишь иллюзия, — сказал он, стараясь успокоить. — Я не дам ей тебя забрать.  Джисон прижался к нему. — Я не могу это контролировать, Минхо. Она всегда возвращается. Не хочу, чтобы ты из-за меня страдал.  — Ты не причиняешь мне боль.  Ложь — это когда слова не соответствуют действительности. Каждый взгляд, каждое слово, произнесённое с лёгким дрожанием, говорило о том, что правда скрыта. Когда Минхо обнял, это было как возвращение домой. Хан очень хотел верить, что его слова не лгут. Он знал, что не может дать ему то, что хочет, но именно сейчас, когда они были так близко, парень не мог отстраниться. Они словно боялись вновь потерять друг друга. Он не мог разрушить этот хрупкий момент, когда они были просто вместе, без слов, без обвинений. Рыжеволосый чувствовал его дыхание, его пульс, и это было так знакомо. Он хотел сохранить этот миг, даже если он был полон лжи.  Парни стояли так, обнявшись, а все их чувства переплетались: страх потерять друг друга, нежность, которая когда-то связывала их, и горечь от того, что они не могут быть теми, кем были раньше. Это было одновременно прекрасно и ужасно, и они оба знали, что этот момент не продлится вечно. Но сейчас, в этом туалете, они были просто двумя людьми, которые искали утешение друг в друге, несмотря на всю правду, которая их разделяла.