Променад удался

После победы над Волан-де-мортом Гарри понял самое главное – он гей. Самый натуральный ненатурал, голубее неба. Когда он сообщил об этом общественности, все не могли найти цензурных слов. Нецензурных тоже, если честно. А кричащие статьи выходили каждый день. "Когда растлили мальчика-который-выжил?" "Альбус Дамблдор. Голубые дали или не дали?" "Свет в окошке, хуй за щечкой: советы девственникам от главного гея Лондона." "Уизли-мэнор или рассадник секс-меньшинств." И это только малая часть, что приходилось видеть каждое утро за завтраком Гарри, который заперся на Гриммо только с Кикимером. Мало того, что завтраки были отвратительные, так ещё и это. — Кикимер, что это такое? – кричал Гарри, показывая на подгорелые куриные косточки, – остатки твоего любимого хозяина? В последнее время настроение находилось на отметке "ноль", поэтому страдал домовик. Кикимер заплакал и отказался готовить что-то другое, поэтому Гарри не позавтракал. В камин кто-то постучался. — Гарри! Гарри, ты видел? Нет, ну это просто возмутительно! Голос Гермионы, которая каким-то образом взломала защиту, Гарри узнал сразу. И поспешил в гостиную, скинув свой завтрак на пол. Интересно, что могло так возмутить чаще всего спокойную Гермиону? — Иду, незачем так кричать. Девушка уже стояла около камина, отряхивая сажу с юбки. В руках у нее была свёрнута утренняя газета, которую Гарри случайно сжёг, даже не успев прочитать. Его магия иногда не слушалась, творя случайные заклинания без явного желания хозяина. — Что уже случилось? Умер кто-то? Чур похороны без меня, я в организации мягко говоря не очень. Гермиона возмущённо задохнулась, но силой воли закрыла рот, чтобы не разразиться гневной тирадой. Иногда ее друг был просто невыносим, особенно в последнее время. В первую очередь ее бесили его шуточки, совершенно глупые и не смешные. — Никто не умер, Гарри. Но, подозреваю, что скоро это произойдет. Читай. Она кинула ему газету, которую Гарри сразу же развернул. На глаза попался заголовок, напечатанный большими синими буквами. "Орошение семенем: все места в Хогвартсе, которые успел осквернить Мальчик-который-гей" Гарри стиснул тонкую бумагу в пальцах, пытаясь всеми силами справиться с гневом. — Ты дальше читай, – посоветовала Гермиона. Гарри и правда никогда не читал сами статьи, ему хватало и одного заголовка, но пробежал глазами весь текст. В статье были описаны места и люди, с которыми успел, по словам автора, совокупиться Гарри Поттер. Мало того, что список был внушительный, так ещё и сам процесс был описан довольно подробно. Вот только Гарри все ещё ни с кем не спал, и эта статья была не чем иным, как совершенной выдумкой. Но когда Гарри добрался до конца, сдерживать поток нецензурных выражений стало просто нереально. "С вами был ваш любимый и обожаемый Драко Малфой, который раскроет все секреты жизни Золотого мальчика." — Ты понял? Автор всех предыдущих статей тоже Малфой! Я специально проверила! В гостиной взорвались все светильники и повылетали книги. Гарри был вне себя от злости. Ну ничего, вот вернётся в школу и отомстит гадкому Драко Люциусу Малфою.

***

Драко Малфой наслаждался жизнью по полной. Пока все его одноклассники навещали родителей в Азкабане, его семья мало того, что и малой кровью не обошлась, так ещё и стали чуть ли не героями наравне с шрамоголовым. По крайней мере, их признали главными пострадавшими. Сразу после битвы Драко, Нарциссу и Люциуса посадили в одну камеру временного содержания, но не прошло и дня, как Нарциссу отпустили без суда. Кто-то, Драко догадывался кто именно, рассказал, что именно его мама спасла Поттера в запретном лесу, соврав про смерть мальчика прямо в глаза Волан-де-морту. Суд над самим Драко состоялся на следующий день, но не продлился и десяти минут. Члены Везенгамота резко поняли, что все обвинения приходятся на шестнадцатилетнего Драко, а значит автоматически снимаются, так как он на момент их совершения был ещё ребенком. Палочку отдали и отпустили домой к матери. Дни до суда отца проходили в тревоге. Драко понимал, что спокойно без обоих родителей жить не сможет. Нарцисса в тайне плакала, мало разговаривала и почти ничего не ела. Драко приходилось силой заставлять маму поесть и поспать. На эти несколько дней Драко стал единственным смыслом жизни для матери. На суде Нарцисса выглядела постаревшей, по ее бледным щекам постоянно текли тонкие дорожки слез. А когда похудевшего Люциуса в наручниках ввели в зал суда, она чуть не лишилась чувств. Сначала судья зачитал все обвинения, которых, по мнению Драко, было слишком много, а потом велел внести сыворотку правды. В зал через заднюю дверь зашёл невзрачный мужчина с редкой бородкой и продемонстрировал фиал с голубоватым зельем. Он подошёл к Люциусу и выгнул бровь, когда тот посмотрел на него. Драко прошибло осознание – это был Северус Снейп под оборотным. Снейпа оправдали и наградили орденом ещё в первый день, когда Гарри Поттер предоставил все доказательства шпионажа. Каким образом крестный пробрался в министерство, Драко не ведал, но в этот момент внутри зажёгся огонек надежды. Видимо Люциус тоже понял, кто перед ним стоит, поэтому безропотно запрокинул голову и открыл рот. И понеслось. От речи, которую выдал Люциус под действием "сыворотки правды", некоторые присяжные прослезились. Он рассказал, как его семью каждый день пытали Круциатусом, вымогали деньги, разрушали дом и гнобили домовиков. От рассказа про то, как приставали к его сыну, некоторые женщины придвинулись поближе к Драко, и начали гладить его по голове и рукам. А какую тираду выдал Люциус про заточение годичной давности! Он, оказывается, всего лишь заступился за сына, которого уже разложили на столе, и поэтому Волан-де-морт подверг его заклятию Империус. И вообще, вся его семья все эти три года жили исключительно под этим колдовством. Драко прибывал в благостном шоке каждую секунду, пока отец распалялся про жуткие времена после второго пришествия ненавистного им Темного Лорда. Драко даже подумал, что Снейп влил Люциусу зелье лжи, потому что ничего кроме нее лорд Малфой не рассказывал. Да, жить в одном доме с Волан-де-мортом было не сладко, но никто их не унижал и не пытал. Максимум, словесные оскорбления. Видимо в благодарность за крышу над головой и комфортные условия, Волан-де-морт не использовал Круцио на Малфоях. Остальные же пожиратели испытывали на себе его гнев ежедневно. Деньги тоже никто не тратил, у каждого были свои горы золота, а Тёмному Лорду материальные блага были ни к чему. Ел он максимум четверть обычной порции, не притрагивался к мясу и десертам, предпочитал овощи. Домовики просто напросто прятались, а когда кого-то не видишь, то и проклинать не хочется. Но именно эта ложь в итоге проняла всех участников суда, поэтому Малфоям присудили огромную компенсацию и сняли все ограничения. Не зря Волан-де-морт называл его отца скользким. И вот теперь Драко спокойно сидит в саду, любуется цветниками и очень скучает. Читать ему надоело, экзамены он уже сдал в досрочном порядке и теперь ждал результаты, а все его друзья сидели под домашним арестом в собственных обанкротившихся имениях. И видимо Госпожа Удача не пожелала покинуть такого милого мальчика, потому что в газете на первой полосе Драко узнал про ориентацию Гарри Поттера.

***

Драко в Хогвартс не приехал. Об этом Гарри узнал на третий день учебы, когда устал выискивать белобрысую макушку и спросил Макгонагалл. Она и сказала, что Малфой уже успешно сдал экзамены и в школу ему возвращаться незачем. Жажда мести не оставляла Поттера ни на минуту, он еле дождался первого сентября, и получил такой облом. Он даже придумал, что сделает с хорьком, когда встретит. Был составлен четкий план поимки Малфоя в подземельях, а потом яростного избиения. И к стулу привяжет, и извиняться заставит. И вообще, будет у него хорек писать только хорошие статьи, а иначе получит по одному месту. От мыслей о голом Драко с красной попой, член Гарри заинтересованно дёргался. Нет, он не будет думать о голых белобрысых хорьках. Разве что, совсем чуть-чуть. О голом Драко Малфое он думал постоянно. Надоедливый хорек докучал ему даже без физического присутствия, чем раздражал ещё больше. Друзья уже начали беспокоиться, поэтому выпросили у Макгонагалл возможность посетить Хогсмид раньше остальных, и, получив разрешение, вытащили упирающегося Гарри на улицу. В деревеньке Гарри постоянно норовил сбежать обратно в свою нору – кровать с закрытым балдахином. Но вдруг между домами мелькнула светлая макушка, и Гарри хищно улыбнулся.

***

Драко маялся по дому, как неприкаянный. Ему было скучно, написание порнографических статей больше не вставляло, хотелось какого-то экстрима. Родители уехали в очередной медовый месяц, а домовики перестали интересовать лет в восемь. Оставалось только бродить по дому и стонать. Драко надоел всем обитателям поместья, даже портретам. Поэтому какой-то случайный предок предложил прогуляться за пределами своей собственности, что очень воодушевило Драко. Но косой переулок уже сидел в печёнках, поэтому было выбрано другое направление. Драко решил совершить променад по Хогсмиду. Выйдя за ворота, он аппарировал к визжащей хижине. Несколько раз провалившись в снег и прокляв Мерлина, Моргану и всех остальных, Драко с горем пополам добрался до первого магазина. Отряхнувшись, он планировал чинно и мирно прогуляться по улочке, когда в конце улицы заметил Поттера. Встречаться с ним сейчас – самоубийство. Но не успел Драко дойти до угла здания, как перед ним возник Поттер собственной персоной. Драко скривился. — Поттер, вот что ты за человек, я только отошёл от горя, а тут ты припёрся и напомнил. Гарри был настроен решительно, но резко отпрял. Мало ли, что происходит за закрытыми дверями Малфой-мэнора. — Кто-то умер? — Ты выжил! Достал! Вот что тебе не сидится на месте. Сейчас бы встретился с родителями, порадовал хороших людей. — Это каких? — Так меня, тупой Потти. Твои родители явно поумнее, вовремя отошли в мир иной. Гарри взбесился. — Сейчас ты отойдешь в мир иной посредством палки в жопе. Будет шашлычок. Драко по глазам Поттера понял, что тот не шутит, резко побежал в обратном направлении, напрочь забывая про аппарацию. Но Поттер на то и Поттер, догнал наглого хорька и променад Малфоя закончился, так и не начавшись.

***

Драко проснулся связанный на кровати, лежащий на животе, а ещё абсолютно голый. Рядом стоял Поттер в черных перчатках и с какой-то тонкой длинной палочкой в руке. — Добро пожаловать в воспитательную комнату. Здесь ты получишь за все свои оскорбления и шутки. А ещё за то, что летом не давал мне наслаждаться завтраками. Твои статьи выводили меня из себя каждый раз, когда я на них натыкался. Гарри сел на край кровати, притягивая к себе Малфоя. Теперь бедра и попа Драко лежали на коленях Поттера. Из-за этого положения попой к верху Драко покраснел и попытался уползти, но Гарри придавил его своей ладонью. — Куда это ты направился, хорек несчастный. Сейчас будешь получать. Гарри замахнулся, и крепкая мозолистая ладонь встретилась с нежной белой попой Драко. Драко ойкнул, но рыпаться перестал и вообще затих, только шлепки нарушали тишину. На десятом Драко начал ёрзать, задевая ещё вялый член Гарри. Шипел сквозь зубы, про себя проклиная Поттера. Вид покрасневших половинок воодушевил Гарри. Пора было переходить на следующий уровень. Гарри достал розгу и замахнулся, и тонкая тростинка оставила свой красный след на ягодице. Драко взвизгнул. — Ай, ты придурок, что вообще делаешь? — Оскорбление наказывающего, плюс удар. Свистящий звук опять рассек воздух, и Драко взвыл. — Будешь извиняться? — Прости, прости, прости, – заголосил Драко, но тут же пакостно улыбнулся, – за то, что от родителей остался только ты, ошибка мироздания. Гарри не жалел сил и сек Драко как положено, красные полосы уже полностью покрывали попу бедного паренька. Но тот не прекращал насмехаться. Гарри зарычал и отбросил тростинку. — Ну, раз порка на тебе не работает, пойдем по другому пути. Гарри стянул с себя штаны и, взмахнув несколько раз палочкой, пристроился к розовой дырочке. Драко задёргался, он ощутил что-то влажное внутри и понял, что сейчас лишится своей драгоценной девственности. Стерпеть такое Драко не мог. — Ты что, ублюдок несчастный, совсем берега попутал? Куда нацелился? – Драко обиженно отвернулся, – приласкал бы хоть. А то сразу сует. Гарри замер и усмехнулся, ложась рядом с Драко. Погладил половинки, от чего в ответ получил болезненный стон, и раздвинул, открывая себе вид на сжимающийся анус. Ну как такое и не попробовать на вкус! Гарри поцеловал сначала красные полосочки, безмолвно извиняясь и плавно продвигаясь к дырочке. Драко только тяжело дышал, подняв бедра. Язык Гарри пощекотал вход и проник на кончик. Драко задохнулся, а Гарри продолжал трахать его своим языком, добавляя пальцы. Драко хотелось большего, но попросить было стыдно. Внизу живота завязался узелок, и Драко начал сам насаживаться на длинные пальцы. — Ещё, Поттер, я почти. Гарри погладил простату, из-за чего Драко излился с громким стоном, и его бедра упали прямо на капельки спермы. Гарри лег рядом и обнял Драко, положив его голову себе на грудь. — Ладно, не буду тебя сегодня трахать. Потом как-нибудь, с тебя и этого хватит. Драко только тяжело вздохнул, прижимаясь к Гарри. Попа болела, но терпимо, говорить об этом сейчас он точно не станет. — Меня папенька искать начнет. Они завтра приезжают из медового месяца. — Как начнет, так и закончит. Спи. И Драко уснул. Люциус Малфой рвал и метал – пропал единственный сынок, кровинушка. По словам домовиков, он ушёл днём два дня назад, да так и не вернулся. Подозреваемым стал развратитель невинных, а именно Поттер. Люциус сразу понял, что он выкрал сыночка из дома родного, из-под родительской нежности в свои грязные лапы. И пошел тараном на Хогвартс. Вот только в Хогвартсе героя тоже потеряли, и главным подозреваемым стал белобрысый хорек, который даже на расстоянии не давал Гарри жить спокойно. Поэтому они все пошли тараном на Малфой-мэнор. Разминулись. Встретились в Хогсмиде прямо напротив неприметной гостиницы и начали свои разборки. Люциус кричал, что сыночка его, кровинушку, украл герой недоделанный и прямо сейчас портит его невинную натуру, пугает намеками грязными и вообще, Поттер проблема человечества. Рон Уизли не соглашался с Люциусом, утверждая, что это их драгоценного Гарри украли и сейчас насилуют во все дырочки, потому что тот хоть и гей, но гей приличный и первый не лезет. Так они и орали друг на друга, если бы из окошка на втором этаже не высунулся заспанный Драко, а вместе с ним злой Поттер. — Не мешайте приличным геям насиловать кровинушек, пожалуйста. И оба исчезли в окошке, с грохотом его закрыв. — Ну, получается, это, как его, расходимся. Промямлил Рон и почесал макушку. Ошеломлённый Люциус смог только кивнуть, развернуться на прямых ногах и исчезнуть в вихре аппарации. А Драко счастливо стонал под Гарри и думал, что променад удался.