я тебя тоже

      это неудачная тусовка. и токито понимает это, когда его запястье сжимает до ссаднящей боли спутник.        они расстались в конце августа.       в руках танджиро связка ключей от чердака, через который можно пройти на крышу. поговорить – они уходят от всех ради этого.        — я по ночам вижу сон, где фонтаном бьёт кровь вверх, — говорит камадо, когда им остаётся пройти лишь один пролёт, — и знаешь что? и хорошо от того, что сделал.        вспоминает о том, что танджиро стал резаться. он делает это тихо, никому не говоря. кроме него.       — странно, но страха совсем нет отомстить тебе за всё, что наболело, — продолжает старший, всё сильнее сжимая руку бывшего любовника.       — хватит мне лечить, что только я всему причина! — резко дёргает рукой голубоглазый и спотыкается на ступеньке. не падает, только потому что его держит танджиро. — и между тонких пальцев зажимать ключи…       голова резко впечатывается в стену подъезда так, что на мгновение показалось – поверхность треснула. становится больнее, хочется зашипеть, но получается только стон. хочется кричать, но получается мычание.       — мне нравится, когда ты сквозь мою ладонь кричишь. давай проверим, кто из нас с тобой токсичней? — танджиро резко убирает руку от губ муичиро и резко впивается в них, безбожно залезая под толстовку напротив.       от холода перерезанных рук по спине брюнета мурашки, но он охотно смакует вкус алкоголя с чужого рта и отвечает. с охотой, вожделением…       кровь, подобно бензину, циркулирует по телу с такой скоростью, что вот-вот закипит. растекается дёгтем и обволакивает всё. дыхание сбивается.       они расстаются, и танджиро снова тянет его за собой. толкает вперёд, когда они добираются до нужного места, и ведёт к краю, где перегородки.       — хах, — усмехается муичиро и тянет камадо на себя, — от твоего тепла светло, как днём, — смеётся, будто маньяк, – да и… этот оранжевый цвет тебе к лицу, — медленно поднимает взгляд с толстовки на лицо собеседника. проводит худыми пальцами по губам, и шепчет: — я так хотел остаться вдвоём, когда всё подойдёт к концу. но не выйдет из-за твоего гнилого характера, камадо. так что…       он отталкивает его от себя и машет больной рукой.       — до скорой встречи, мой друг…       токито делает много шагов, но перехватывают его не сразу. он останавливается и оборачивается в сторону танджиро, что опустил голову вниз.       — у меня для тебя есть сюрприз…       он тащит его в сторону, где перегородок нет. швыряет пьяное тело вперёд так, что муичиро едва держится на краю, и улыбается. плачет, но улыбается.       — посмотри, как красиво вокруг, когда падаешь вниз…       его руки дрожат. но он не может остановиться. им обоим тяжело, и они это понимают.        токито медленно поднимает руку и нежно проводит ею по чужой. обхватывает и просит не плакать.        — с каждым разом, камадо, растекается, как пломбир и в серых трещинах тонет… твой глубокий внутренний мир на бетоне!       брюнет тянет на себя.        а крыша остаётся пустой.       красиво, по асфальту бензин перламутром скользит       всё плавится, как резина, 

и становится прошлым.

      завтра утром пройдёт, а пока погорит       ты меня не любил, значит 

я тебя тоже…