Чёрный юмор-предвестник жести

Джон, Невер и Лололошка стояли на главном острове и разговаривали. Ну, как разговаривали. Скорее переругивались. — Я уже смирился с тем, что этот мерзкий орк живёт с нами, но мириться с его постоянными глупыми разговорами не намерен! — прокаркал ворон. — А ты не пробовал его попросить не разговаривать с тобой? — насмешливо протянул Джон. Птица возмущённо взмахнула крыльями и ответила: „Конечно, я пробовал! Он не перестал меня доставать!”. — Я поговорю с ним об этом, — вздохнул Ло, глядя на развеселённого оранжевого. — Да ты, прям конфликтолог, Лололошка, — произнёс Джон. Голубой с непониманием посмотрел на Джона: „Это кто?”. Джон закрыл лицо правой рукой. Отняв руку, он сообщил: „Когда человек умер, он ничего не понимает и не чувствует, только окружающим тяжело. то же самое когда ты тупой”. Молчание. Каркающий смех Невера и улыбка Ло. После этого они разошлись каждый по своим делам. Ло ещё предстояло поговорить с раздражающим его орком. Спустя примерно скифос Ло убирался у себя в инвентаре в своём доме, когда к нему подошёл взбудораженный Джон: „Не кажется ли тебе, что запрет допуска лиц мужского пола в женские общежития является пропагандой нетрадиционных сексуальных отношений?”. — Что? Ты об общежитии на острове? — сконфуженно спросил Лололошка. Шатен разочарованно вздохнул и ушёл. Ло неопределённо пожал плечами и продолжил заниматься своими делами. На следующий день кареглазый снова подошёл к нему, когда Ло сидел у Альфреда. — Отгадай загадку: Жёлтое и не умеет плавать? Шатен, что сидел до этого грустно на полу, встал и потянулся: „Привет. Может цыплята?” — предположил мироходец. — Школьный автобус полный детей. Но твой вариант тоже правильный, — задумчиво подчеркнул учёный. Ло шокировано на него посмотрел: „Джон, ты просто ужасен!”. Джон обиженно пробурчал, что больно это ему нужно и ушёл из домика. Оставшийся не мог понять, что творится с гением. Спустя ещё несколько дней Ло и Джон, вернувшись в сон с очередного расследования, увидели недовольного орка, сидящего связанным с кляпом во рту. — Что здесь происходит? — ошеломлённо поинтересовался шатен, развязывая Балсмега. Невер, спускавшийся степенно по лестнице, ускорился: „Кар! Нет, не развязывайте его!”. Но было поздно кузнец уже был освобождён, он вытащил кляп из своего рта и сбросил с островка: „Это уже переходит всё!”. — Невер, зачем ты его связал? — потребовал ответа клетчатый. Ворон возмущённо каркнул: „Он снова заявился ко мне домой с глупыми просьбами и разговорами!”. — Мне уже и попросить ничего нельзя?! Я не собираюсь это терпеть, потому и уйду отсюда! — закричал зелёный. — Ну, и уходи! — заграял Невер. — Так успокойтесь!.. — начал Ло говорить, как его тут же перебили: „Статистика говорит, что каждый четвертый мужчина гей. Мне кажется, что в нашей компании это Лололошка, он такой милый” — перетянул внимание на себя Джон. Лололошка тут же залился румянцем. Джон радостно улыбался, видя то, насколько Ло выбит из колеи.Невер и орк, не понимающе разглядывали это представление. — Всё, перенесите меня отсюда! Я не намерен здесь больше оставаться! — продолжил гнуть своё Балсмег. Мироходец отмер: „Это решаемая ситуация. Балсмег, просто не ходи к Неверу. Если что-то нужно подходи ко мне и спрашивай” — разрешил всё Ло. Зелёный раздражённо фыркнул и ушёл в дом Марка. Ворон, устав от этих ссор, ушёл к себе, спать. Голубой проследил взглядом за уходящими с тревогой и обернулся к своему альтер эго: „Джон, что происходит?”. — О чём ты? — сделал вид, что не понимает оранжевый, сделав колесо под конец вопроса. — Джон, зачем ты задаёшь мне какие-то странные вопросы, глупые шутки или просто ставишь в неудобное положение? — раздражённо прошипел Ло. — Да ладно тебе, разве тебе не было смешно? — обронил кареглазый. — Сейчас это было смущающе! Джон, твоё нездоровое поведение в сторону меня.. Неужели ты гомосексуал? — заливаясь краской, задал вопрос Дейвисон. — Гомосексуал-это тот, кто расширяет круг своих друзей, — подмигнул Харрис — А у меня друзей нет, так что.. Ло постарался подавить улыбку, но шатен всё равно её заметил. — Ладно, у меня ещё много дел, — решив закончить разговор, ушёл к своему острову Ло. Оранжевый тоже направился к своему острову. Войдя в замок, он направился в свою комнату. Сев, за рабочий стол, находящийся там, он начал придумывать новые шутки, что могли бы понравиться Лололошке. Так, глядя, на потемневшее фиолетово-синее небо, он провёл весь предполагаемый вечер (время толком и не определить). На следующий день Лололошка и Джон отправились на разведку к гноллам. По пути им встретилось много заражённых животных, благодаря этому им пришлось сражаться всю дорогу. Возле очередной кучи монстров оранжевый вспомнил шутку про животных и не раздумывая, решил рассказать её: „Существует два вида страусов: серый страус и голубой страус. А отличаются они тем, что при испуге серый страус прячет голову в песок, а голубой только этого и ждёт”. Мироходец, услышав это, раздражённо воткнул меч в плоть медведя: „Джон, объясни уже, что за гениальная идея взбрела тебе в голову? Чего ты добиваешься?”. — Тебя, Симпапусик, тебя, — хихикнул учёбный, магией отправляя ближайших монстров в полёт. Лошка промолчал, полностью сосредоточившись на бое. Далее он не поднимал эту тему. После непродуктивного расследования они вернулись в сон и каждый направился по домам. Шатен вошёл в свою спальню в замке и повалился на кровать. Как же он устал. Расследование будто не двигается! Помассировав виски, он собирался уснуть, как услышат хлопок двери. — Джон, нам нужно поговорить, — взволнованно произнёс голубой. Джон перевернулся набок, завернувшись в одеяло: „Именно сейчас?”. — Именно сейчас! — прикрикнул Ло, садясь на край кровати. Джон разочарованно выпутался и сел в изголовье: „О чём именно?”. Ло теребил в своих руках кончик шарфа, собираясь с мыслями: „Мы могли бы чем-то заниматься вместе. Но боюсь, что мы можем слиться, если дотронемся друг до друга. Да, и ты должен понимать мы не будем в отношениях. Тебе нужно скоро уйти. А я придерживаюсь того, чтобы ни с кем не встречаться, так как сам понимаешь. Столько жизней прожито” — выпалил на одном дыхании кареглазый. Джон изумлённо на него посмотрел: „Что? Ты о чём вообще? ”. — Ты же в последние дни намекаешь на отношения? Разве нет? — всё неувереннее спросил Ло. — А, ну можно и отношения, конечно. Во мне чисто исследовательское изучение горит, а не что-то связанное с сексом. Я бы хотел узнать, то насколько у нас разные тела. Всё же жили мы по разному, — задумавшись, протянул Джон. — Чтобы ты хотел увидеть? — опасливо задал вопрос голубой. — Член? — Нет, Джон, давай начнём с чего-то не смущающего! — пискнул Ло, отводя взгляд в сторону. — Ладно, сними кофту, — согласился Джон. Ло неуверенно стянул через голову своё худи, оголяя тело. Перед учёным предстали хорошие мышцы, накачанные за годы тяжёлых сражений, физической работы и постоянным спасением всех и вся. Тело Джона было несколько послабее и погибче явно. Теперь Джон сможет изучать что-то поинтереснее и понятнее, чем проблемы вселенского масштаба. Главное, чтобы Ло не противился экспериментам.