Трудности отношений

Больно. Когда и как их отношения стали такими, как они есть сейчас? Начиналось ведь по-другому. Может быть, и банально, но по-настоящему, искренне. Дружба с детства, которая постепенно привела к любви. Ричи всегда был непоседливым, а рядом с Эдди вел себя как идиот — это неоспоримый факт. Невыносимые шутки, глупый смех и шутливые поцелуи по всему лицу. Каспбрак на это морщился и жаловался, сколько же микробов передаются через слюну, которую друг оставляет на его лице. Но на самом деле Эдди это вполне устраивало — он любил эти спонтанные, смазанные поцелуи. Эдди всегда восхищался Ричи. Несмотря на то, что тот в любом возрасте был очкастым придурком, он оставался весёлым, громким и, удивительно, безумно заботливым. Эдди знал, что бы ни случилось в его жизни — Ричи всегда будет рядом, чтобы рассмешить, поддержать, а в нужный момент и плечо подставить. Неудивительно, что Каспбрак смотрел на него горящими глазами. В подростковом возрасте мало что изменилось. Только вот статус отношений стал другим. Тозиер первым заговорил о чувствах. Это было так легко и невинно, сказать те самые слова. Ночёвка у Эдди стала уже привычным завершением дня. Хотя его мама и не была особо рада гостю, Каспбрак, став старше, не спрашивал разрешения, а просто ставил перед фактом. В комнате был выключен свет, и в тусклом свете луны едва различались очертания фигур. Они дурачились до поздней ночи, а потом, пытаясь отдышаться, лежали лицом к лицу, едва соприкасаясь телами. Эдди смотрел в потолок, размышляя о чём-то своём, когда вдруг Ричи протянул руку и попытался поправить его растрёпанные волосы, на что Каспбрак повернулся к нему лицом. И в этот момент Ричи накрыло. Сияющие глаза напротив, мягкая улыбка на губах и тёплое дыхание, которое слегка касалось его лица. – Эдс, я сейчас кое-что скажу. Только не ненавидь меня, хорошо? – шепчет Тозиер, его голос едва слышен, но в нем сквозит какая-то напряженность. – Не называй меня так, – в ответ прошептал Эдди, но взгляд Ричи, полный светлой тревоги, не оставил его равнодушным. Ричи нервно хихикнул, отвел взгляд к окну, словно пытаясь взять паузу, чтобы собраться с мыслями. – Сейчас глубокая ночь. И, учитывая, насколько ты хорошенький, вряд ли выгонишь меня на улицу, – сказал он с улыбкой, но в глазах все равно читалась какая-то боль. – Ты знаешь, что ты для меня очень важен? Эдди улыбнулся, но сразу понял, что это не просто слова. В его груди кольнула боль, но он не мог не ответить. – Ты для меня тоже очень важен, Рич, – тихо признался он, стараясь не выдать своей тревоги, хотя сердце все равно колотилось. Ричи вновь отвел взгляд и нервно покачал головой. Он не мог выговорить то, что на самом деле переживал. – Нет, ты не понял… – сказал он тихо, взгляд его терял фокус, а голос становился все тише. – Я хочу быть с тобой, Эдс. Хочу быть рядом всегда. Обнимать тебя крепче, целовать не только в щеку, а так... по-настоящему, касаться... много касаться. Ты для меня важен не только как друг. Я не могу ничего с этим сделать, извини. Но я... я тебя люблю. Ричи замолчал, его глаза стали влажными, и он опустил взгляд, словно боясь того, что может произойти дальше. Он был готов к любой реакции, только не к тому, чтобы разрушить все, что у них было. Это было для него слишком важно, слишком болезненно. Эдди молчал, но не злился. Он, как всегда, был рядом, стараясь понять, что происходит в душе друга. Но потом, через долгие пятнадцать секунд, когда все еще казалось неясным, его взгляд стал мягким. Он усмехнулся. – Рич, и ты так боялся мне это сказать? – с улыбкой спросил он, и его рука нежно погладила предплечье друга. Ричи замер, его глаза наполнились слезами, а сердце вдруг дрогнуло. Он не мог поверить, что все оказалось так. Ведь он не ожидал, что Эдди воспримет его чувства с такой искренностью. – Какой же ты все-таки идиот, – с мягким смехом сказал Эдди, касаясь пальцем щеки Ричи, смахивая с неё слезу. Ричи глотнул, пытаясь удержать контроль, но не мог сдержаться. Он просто бросился в объятия Эдди, крепко его обнимая и всхлипывая, как ребенок. – Эй, ну ты чего? – забеспокоился Эдди, но сам чуть не потерял голову от чувства, которое нахлынуло. Он прижал Ричи к себе еще крепче. – Все будет хорошо. Я рядом. Ричи вздохнул, в его слезах сквозила счастливая улыбка, и он прошептал, сжав Эдди сильнее: – Прости… я просто очень счастлив… Ты даже не представляешь, как. Эдди тихо хихикнул, почувствовав, как Ричи дрожит в его руках. – Да ладно тебе, идиот, я тоже тебя люблю, – прошептал он, наклоняясь и прижимаясь к его губам, поцеловав Ричи с такой нежностью, что тот вновь почувствовал, как все его сомнения исчезают. Ричи не верил своим ушам. Он искал хоть малейшую примету шутки, но, не найдя её, ощутил, как у него перехватило дыхание. Глаза наполнились новыми слезами, но на этот раз – от счастья. Он обнял Эдди еще крепче, словно боялся потерять, и снова всхлипнул, но на этот раз с улыбкой на губах. – Ты правда меня любишь? – едва слышно спросил он, зарываясь в волосы Эдди. – Конечно, идиот, – прошептал Эдди, нежно целуя его в макушку. – Всё будет хорошо. Всё прекрасно. Теперь все будет так, как должно быть. Они сидели так еще долго, обнявшись в тишине, ощущая друг друга, словно весь мир растворился вокруг, и не было ничего важнее, чем этот момент. Тот, когда они наконец нашли друг друга. Прошло несколько лет с того момента, как Ричи и Эдди признались друг другу в своих чувствах. Время, как и всегда, сделало своё дело. Они привыкли друг к другу, жили вместе, делили радости и разочарования, но, как и во всех долгих отношениях, пришел момент, когда привычные мелочи начали исчезать. Когда-то они встречались у двери с поцелуями, с нетерпением ждя окончания рабочего дня. Каждый взгляд был полон нежности, и каждый прикосновение согревало, как первый день. Но теперь все изменилось. Эдди приходил домой поздно, без особых слов и встреч. Ричи сидел на диване, поглощенный своими мыслями, и ждал, когда тот появится. Молчание между ними стало тяжелым. Поцелуи, которые когда-то были такими естественными, стали редкими. Ричи стал просыпаться раньше, чтобы не столкнуться с этим пустым пространством между ними. Даже ужины, когда они сидели за столом и молчали, стали более напряженными. А в ночи они спали, но уже не так близко, как раньше. Однажды, после очередной молчаливой встречи, Эдди посмотрел на Ричи с усталым выражением и, казалось бы, неожиданно для себя произнес: – Рич, я устал. Мне нужно время. Мы… мы давно не говорили об этом, но, кажется, мы оба чувствуем, что что-то изменилось. Мне нужно немного пространства. Я думаю, нам стоит взять паузу. Это не значит, что я тебя не люблю, просто... мне нужно разобраться в себе. Ричи замер. В его груди что-то сжалось. Он всегда знал, что отношения не могут оставаться такими, как в первые месяцы или годы, но он не готов был к этому. Он думал, что они смогут справиться со всеми трудностями, что смогут найти решение, а не просто бросить всё. – Ты... Ты серьёзно? – его голос был немного дрожащим, будто слова застряли в горле. – Ты хочешь паузу, потому что ты устал? Почему ты не можешь просто поговорить со мной? Мы всегда решали все проблемы вместе, Эдс. Мы это переживем, я уверен. Ты же мне всё ещё нужен. Я не хочу быть один. Эдди выглядел усталым. Он не был злым, но его глаза были полны растерянности. – Рич, я не говорю, что мне нужно уйти. Я просто... хочу немного времени. Может быть, мы станем немного легче друг для друга, если не будем так сильно давить. Но Ричи не мог понять. Он чувствовал, как его сердце сжалось, как тяжело стало дышать. – Ты не можешь просто уйти. Я не могу... я не могу так, Эдс. Мы не можем просто взять паузу, как будто всё будет хорошо через какое-то время. Я не хочу этого. Ты не понимаешь, как это будет больно. Его слова обрушились на Эдди, и хотя тот всё еще не хотел обострять конфликт, в его глазах проскользнула тень сожаления. – Я понимаю, но, может быть, нам стоит немного отдохнуть друг от друга. Ты сам чувствуешь, как всё изменилось. Мы оба это чувствуем. Иногда нужно остановиться, чтобы понять, чего мы действительно хотим. Это не конец, Рич. Это просто... пауза. Ричи не знал, что ответить. Он чувствовал, как его лицо становится горячим, как в груди поднимается волна отчаяния. Он был готов бороться, но не знал, что делать с этим предложением. Он просто не мог представить, как будет жить без Эдди рядом, без того, кто был с ним все эти годы. – Ты хочешь пространства, а я хочу... хочу тебя, – тихо сказал он, опуская голову. – Я не знаю, как быть без тебя, Эдс. Ты… ты слишком важен для меня. Эдди молчал, не зная, как ответить. Он просто встал и тихо сказал: – Я подумаю. Мы поговорим позже. И, как и всегда, в этом молчании, которое раньше казалось обычным, было что-то тяжелое. Что-то, что не позволяло сделать шаг вперед, но и не оставляло возможности вернуться назад. Прошли несколько дней. Ричи старался не думать об этом, но каждое утро он просыпался, чувствуя, как пустое пространство между ним и Эдди расширяется. Он пытался найти оправдания, отговорки, которые могли бы вернуть их на прежний путь. Он пытался заняться чем-то, чтобы отвлечься от пустоты, но всё было не так. Без привычных поцелуев, без улыбок, без этой лёгкости, которая была раньше, всё казалось чужим. Ричи не знал, как бороться с этим чувством, что его теряет. Он не мог понять, почему Эдди не хочет бороться за них, за их отношения. Почему просто не попробовать, не попытаться вернуть всё, как было? Каждую ночь, не чувствуя рядом того, кто раньше был всегда рядом, Ричи просыпался и лежал, глядя в темноту. Он чувствовал, как его сердце пустое, как слёзы, которые он пытался удержать, опять наполняют глаза. Он всё ещё любил Эдди, но что делать, если тот больше не хотел быть рядом? Он вспоминал те моменты, когда всё было легко: когда они смеялись вместе, когда каждый день начинался с улыбки. И теперь, когда Эдди не было рядом, каждый день был серым. Он пытался отвлечься, но ничто не могло заменить того, что исчезло. Ему не хватало этих маленьких жестов, которых они лишились: не хватало тех поцелуев на прощание и ожидания перед дверью, не хватало того ощущения, что каждый день они делят всё вместе. Он понимал, что должен дать Эдди пространство, но как можно отпустить того, кто был твоим всем? Ричи не знал, сколько продлится эта пауза. Он просто знал одно — ему больно. И даже если это было нужно, он не знал, как пережить это, не теряя себя. Эдди уехал. Он не сказал, куда и как долго останется, только тихо шепнул "Поговорим позже" и вышел, оставив за собой только тяжёлую тишину. Это было странно, словно кто-то вырвал часть его жизни, и теперь Ричи остался один, среди вещей, которые так сильно напоминали ему о любимом человеке. Он стоял в центре комнаты, чувствуя, как его грудь сжимается. Все эти обыденные предметы — футболки Эдди на диване, забытая чашка на кухне, на которой все ещё оставался след от кофе — теперь становились невыносимыми. Всё, что он любил, теперь стало напоминанием о том, что их отношения могут быть на грани. Он присел на диван, уставившись в пустое пространство. В голове проносились воспоминания о тех днях, когда они с Эдди смеялись, бегали по квартире, обнимались без конца и не думали о проблемах. Он пытался вспомнить, когда всё начало меняться. Когда тишина стала их спутником. Когда поцелуи на прощание исчезли, а вместо них остались лишь немые взгляды. Он понимал, что он тоже был не идеален, что и он мог бы сделать больше, но теперь, когда Эдди ушел, он чувствовал себя предателем. Ведь это он, как и Эдди, не заметил, как их отношения стали такими. Телефон в руках вибрировал. Ричи взял трубку, не глядя, кто звонит. Это была Беверли. – Привет, как ты? – её голос был мягким и теплым, но Ричи не мог скрыть излишнюю грусть. – Привет… – сказал он, едва сдерживая эмоции. – Эдди ушел. Мы взяли паузу. Я даже не знаю, что делать. Всё так… пусто, Бев. В голосе Ричи звучала безысходность, и Беверли сразу поняла, что с другом что-то не так. Он не был типом, который бы жаловался на проблемы, но сейчас её тревожило, что его слова и тем более молчание наполнили квартиру особым холодом. – О, Ричи… – её голос стал ещё мягче. – Я понимаю, как тебе тяжело. Ты ведь знаешь, я вообще не ожидала этого, но иногда людям нужно пространство, чтобы разобраться в себе. Ричи сгорбился, проводя рукой по волосам. – Но мне кажется, что я больше не могу жить без него. Он для меня — всё. Как мне пережить этот момент, если я даже не знаю, когда он вернётся? – Я понимаю, это трудно. Но ты не один в этом. Мне тоже было тяжело, когда мы с Беном переживали такую паузу. Но знаешь, что я поняла? Это не значит, что всё закончено. Это просто момент, когда нужно немного отпустить друг друга, чтобы не утонуть в этих эмоциях, чтобы не уничтожить всё, что было раньше. Я была в такой ситуации, и это не конец, Рич. Это просто испытание. Ричи поднял взгляд и посмотрел в окно, где раннее утро уже начало затмевать тёмные тени ночи. Он пытался найти в словах Беверли какое-то успокоение, но его сердце продолжало биться быстрее от мыслей об Эдди. – Ты не думаешь, что пауза в отношениях — это всё-таки слишком? Может, я должен был что-то сделать по-другому, может, это я виноват, что так всё получилось. Я не готов терять его, Бев. – Я тебя понимаю, правда. Это нормально, что ты переживаешь. Мы все переживаем за наши отношения. Но, возможно, Эдди тоже сейчас нуждается в том, чтобы побыть одному. Важно, чтобы и ты тоже дал себе время разобраться, что тебе нужно, что важно. Иначе ты будешь только разрушать себя от этой тревоги. Ричи тяжело вздохнул и встал с дивана, не зная, как унять этот внутренний хаос. Он ощущал, как холод разливается по телу. Он не мог найти успокоения, пока не вернется Эдди. – Ты думаешь, это поможет? – спросил он с некоторым сомнением. – Поверь мне, да, поможет. Это нужно обоим. И если ваши чувства сильны, то пауза не означает конец. Ты поймешь, чего хочешь, когда отдохнёшь друг от друга, а потом… вы оба будете готовы к следующему шагу. Только не закрывайся в себе, не теряй связь. Поговорите, когда почувствуете, что готовы. Иногда дистанция помогает увидеть, что было потеряно. Ричи молчал, думая о её словах. Он чувствовал, что Беверли права, но внутренне был все ещё полон боли. Он хотел верить, что пауза – это просто временное решение, но его сердце не могло успокоиться, пока не видел рядом с собой Эдди. – Спасибо, Бев. Я постараюсь… Я надеюсь, что всё будет хорошо. Это просто очень трудно, ты даже не представляешь. – Я знаю, Рич, я знаю. Я всегда рядом, если нужно поговорить. Ты не один. Ричи поблагодарил её, повесил трубку и снова посмотрел на пустую комнату. Он чувствовал, как боль уходит, но всё равно оставался с ощущением, что жизнь остановилась. Всё, что он мог делать сейчас — это ждать. И надеяться. Но как долго он сможет ждать? И когда Эдди вернется? Тишина в квартире становилась всё гуще, и каждый её угол теперь напоминал о том, чего не было рядом с ним — о любви, о тепле, о том, что могло бы быть. После того как Эдди ушел, время тянулось медленно, как будто всё замедлилось, и каждый новый день был лишен той привычной легкости, которая была раньше. Ричи просыпался в тишине. Он открыл глаза, но его первое ощущение было не облегчением, а пустотой. Пустота, которая не покидала его с того момента, как Эдди ушел. Он пытался найти утешение в мелочах: заварить кофе так, как это делал Эдди или расставить обувь у дверей. Но эти привычки, вместо того чтобы утешить, только усиливали одиночество. Всё, что он делал, заставляло его ощущать ещё более остро, что его мир теперь лишен того, кто был его опорой. Он пытался заполнить дни работой, встречами с друзьями, занятиями, которые раньше приносили радость, но теперь всё казалось неважным. Он засыпал, думая о том, что, возможно, это уже конец. Он не знал, как долго продлится эта пауза, и что будет, если Эдди не вернется. Однажды, лежа в постели, он вдруг осознал, что за эти несколько месяцев они почти не общались. Иногда Ричи писал Эдди, но те короткие сообщения, без эмоций, не давали ему никакого утешения. Всё выглядело так, как будто Эдди открыл какую-то невидимую границу между ними, и Ричи не знал, как её перейти. С каждым днем сомнения становились сильнее. Он не мог не думать, что, возможно, Эдди не вернется. Что этот разрыв был неизбежен. Ричи думал, что это, вероятно, была лишь иллюзия, что всё, что связывало их, не было настоящим, а просто временным увлечением, которое угасло. Это думал Ричи каждый раз, когда пытался представить свою жизнь без Эдди. Он обижался на себя за то, что так поздно понял, как много значил для него этот человек. Он начал винить себя: за свою замкнутость, за то, что не замечал, как угасает их страсть, за молчание, которое стало их союзником. Каждый вечер Ричи снова и снова пересматривал старые фото на телефоне. В его голове до сих пор звучали смех Эдди, их разговоры до поздней ночи, шуточки и мелкие ссоры. Он просил себя поверить в то, что пауза — это просто этап. Но его сердце тосковало, и чем больше он пытался остановить эти мысли, тем больше они обрушивались на него с новой силой. Беверли была рядом. Она не оставляла Ричи в одиночестве, поддерживая его во всех этих переживаниях. Каждый раз, когда он начинал сомневаться, она была тем человеком, который могла бы подсказать, что всё не так плохо, как ему кажется. Она говорила, что с Беном тоже переживали такой период. Беверли рассказывала, как с ним было трудно, но они нашли способ снова стать ближе. – Ты не один, Рич, – говорила она. – Время лечит. Ты сам знаешь, что паузы — это нормально. Ты думаешь, что Эдди не вернется, но это не так. Он будет скучать по тебе, как и ты по нему. Вы просто нуждаетесь в времени, чтобы понять, что важно. Но, несмотря на все её слова, Ричи не мог избавиться от чувства, что что-то уже безвозвратно потеряно. Он не мог представить, как снова будет смотреть в глаза Эдди после стольких месяцев разрыва. Было ли всё это временным кризисом, или их чувства уже угасли навсегда? Каждый день эти мысли мучили его, но он молчал. Беверли могла говорить ему все, что угодно, но он не мог избавиться от ощущения, что больше не может вернуть их отношения в прежнее русло. Однажды вечером, после очередной долгой ночи, когда Ричи снова лежал в темноте, не зная, как выйти из этого лабиринта одиночества, его телефон вдруг зазвонил. Он взял трубку, не сразу понимая, кто на другом конце. – Привет, Рич… – тихий, но узнаваемый голос Эдди заставил его сердце забиться быстрее. – Эдс? – слабо произнес Ричи, не веря своим ушам. – Ты... ты звонишь? – Я... я скучал по тебе, Рич. Ты не поверишь, как сильно. Прости меня. Я так долго пытался разобраться в себе, и мне нужно было это время, но я не могу больше жить без тебя. Мы можем поговорить? Ричи почувствовал, как его глаза наполнились слезами, а сердце сжалось от боли и радости одновременно. Он не мог найти слов. – Я скучал по тебе, Эдс. Я так скучал. Прошли несколько мгновений молчания, прежде чем Эдди ответил: – Я тоже, Рич. Мне не хватало тебя. Я хочу, чтобы всё снова стало как раньше. Или... лучше. Ричи почувствовал, как слёзы катятся по его щекам. Он не знал, что сказать. Ему не хватало сил для слов. Он просто молчал, слушая дыхание Эдди по ту сторону телефона, и чувствовал, как всё внутри него начинает растворяться в этом голосе. В его жизни снова был Эдди. Тот, кого он так сильно любил. Через несколько часов Эдди приехал. Ричи открыл дверь и, не говоря ни слова, просто посмотрел на него. Эдди был на пороге, с легкой растерянностью в глазах, но с твердостью в голосе. – Ты... ты всё ещё меня ждешь? – сказал Эдди, неуверенно шагнув внутрь. Его глаза были полны эмоций, а улыбка, которая появилась на его лице, была искренней и нежной. Ричи кивнул, и в тот момент всё, что они пережили, стало каким-то неважным. Весь тот временный холод и страх исчезли, когда их руки встретились. Это было так просто и в то же время так мощно. Он прижался к Эдди, обнял его, и, не сдерживая слёз, прошептал: – Я так тебя люблю, Эдс. Я не знал, как жить без тебя. Эдди поцеловал его в макушку и тихо сказал: – Я тоже, Рич. Я тоже. И в этот момент, несмотря на всю боль, несмотря на всё, что прошло, их любовь вернулась, но уже другой — глубокой и зрелой, с новым пониманием, что значит быть друг для друга. С того момента они уже не боялись пауз. В их отношениях было место для всего — и для тишины, и для любви, и для того, чтобы быть рядом, несмотря на любые трудности.