Самоконтроль

Между плотных занавесок в темную комнату пробивается луч света. Сынмин сверлит его взглядом с полчаса, пока не слышит шаги на первом этаже, и только потом выходит из транса и быстро закрывает щель, снова погружая комнату во мрак. — Чонин, снова ты неплотно прикрыл шторы. Чонин замирает в проходе со свечой в руке и недовольно закатывает глаза, так же молча передавая Киму пакет с кровью. Вместе они живут уже давно, но ровесниками не являются. Сынмин был рожден вампиром, однако его семья развалилась. Отца люди казнили, а мать добровольно стала прахом. Сынмину было уже сто лет, но пережить такое все равно было трудно. С самого детства он боялся солнца и людей, поэтому запирался в своей темной комнате и никому не показывался. После смерти родителей он совершенно закрылся в своем поместье, которое через пару сотен лет пришлось продать. Тогда ему уже прислуживала семья Ян, которые его и транспортировали. Рождение Чонина Сынмин видел, видел и его рост, а когда тот стал подростком, то всячески стал провоцировать Кима укусить. После трагедии, в которой выжили лишь Сынмин и Чонин, вампир все же нашел в себе силы попросить у Совета Вампиров обращения для Яна и сделал его своим верным другом и товарищем. Солнце вампирам не страшно. Как и чеснок, осиновый кол, святая вода и другие атрибуты, которые были выдуманы людьми в древности. Чонин потратил не один десяток лет, чтобы показать на себе все это и доказать Сынмину, но он всего этого жутко боялся. Поэтому добычей пропитания занимался исключительно Чонин, а удовлетворить охотничьи инстинкты Сынмин выходил только в полночь и ловил мелких животных. Взяв кровь у младшего, Сынмин плавно вернулся в свою спальню. Сюда вход был воспрещён даже Чонину. Вечность они коротали довольно скучно. Половина дня проходила за уборкой, вторая половина проходила у Сынмина в одиночестве. Чонин уходил развлекаться, находя жертв для завтрака, Ким сидел в своей комнате и читал. Чем больше проходило времени, тем больше он увлекался современной литературой и погружался в философию новых людей. Ночью они оба выходили из дома и гуляли поблизости. После завтрака Сынмин вышел на тёмную кухню, освещаемую восковыми свечами. Чонин часто ворчал на них, но для него самого это казалось чем-то жутко романтичным. Наступила осень и, хоть Чонин уже давно перестал пытаться соблазнить его красотой природы, которая только ярче раскрывается при дневном свете, а на улицу по-прежнему выходил только он, поэтому убирать эту красоту тоже была обязанность Яна. Сынмину было совсем не сложно прибрать весь дом одному. Он делает это каждый день и много труда это не составляло. За уборкой половина дня всегда пролетела незаметно. Часы пробили полдень, и, судя по тому, что дверь даже не хлопнула, Чонин либо еще не закончил, либо свалил не заходя в дом. Войдя в спальню, Ким открыл новую книгу, которую Чонин притащил, вообще-то, полгода назад. Но автор малоизвестный, и это была его первая книга. Наученный опытом, Сынмин легко вник в произведение, закончив читать как раз к вечеру. Назвать шедевром это было сложно, но было куда лучше, чем много первых работ других авторов. Определенно есть потенциал. Начинало темнеть. Сынмин до сих пор так и не услышал хлопка двери, а по-другому в дом было и не пробраться. Поэтому он стал один приводить себя в порядок, выходя на улицу. Все было прибрано от листьев, поэтому Сынмин понял, что все же младший просто загулялся. Он не зря почти год унижался перед Советом. Обращенные вампиры часто изгои, их не признают и унижают, но Чонин был под защитой самого Совета. Пару раз его пытались задеть, но Совет строго соблюдает законы и обидчики оказываются наказаны, поэтому за младшего Сынмин всегда спокоен. Однажды такое уже было. Чонину жутко понравилась одна дама, и он пропадал у нее каждую ночь. Но что-то не сложилось и потом еще целый месяц он выходил из дома только чтобы найти пропитание, а потом до следующего утра утопал в депрессии. Поохотившись на белок, Сынмин довольный вернулся обратно. Тушки убитых животных он собирал, а Чонин после этого уносил их людям и выручал деньги, на которые и покупались новые книги. Отмыв руки от грязи, Сынмин прилег в своей спальне отдохнуть. Слух его был острым, но посторонних в доме он не слышал. Обычно Чонин всегда возвращался к этому времени. Прошли уже сутки с тех пор, как Сынмин последний раз видел Чонина. Привычка никуда не делась, и организм требовал свежей порции крови. Но достать ее было негде. И Чонина тоже не было. Впервые за несколько столетий их уклад был нарушен, и Сынмин испытывал дикий страх. Уборка и книги ушли на второй план. Вампир осел у двери и только ждал возвращения младшего, отсчитывая минуты до наступления ночи. Солнце зашло, уступая место луне. Сынмин без страха открыл дверь, смотря на улицу, но Яна до сих пор не было видно.