Последствия ошибки прошлого

      — Армавир Гарольд Поттер-Блэк!       В зале повисла гробовая тишина. Замолчали даже первокурсники, до сего момента радующиеся своему распределению. У всех в голове была одна мысль: «Неужели этот мальчик сын того самого Гарри Поттера?»       Раздался стук, и из толпы учеников, еще не успевших пройти распределение, вышел ребенок ангельской внешности. Однако, присмотревшись, можно было подумать, что это дьявол в виде святого ангела, сошедшего с небес.       — «Падший ангел…» — подумалось директору Снейпу, когда мальчик садился на стул, а профессор Макгонагалл надевала ему на голову распределяющую шляпу. — Он больше похож на Блэка, нежели на Поттера.       — Северус, не будь так категоричен, — пробасил Хагрид, с гордостью глядя на мальца. — Если он, хотя бы в половину, так же силен, как и его отец, то далеко пойдет.       — С чего вы взяли, что Поттер его отец? — недовольно спросил Северус, не понимая, почему этот ребенок все еще не сидит за столом гриффиндора.       — Глаза, Северус, глаза, — улыбнулся лесничий. — Да и кого ты еще знаешь с такими фамилиями?       Да, верно, такие фамилии носит лишь один маг, известный всему миру как Гарри Поттер. Однако, в узких кругах прославился он совершенно под другим именем, которое до сей поры никто кроме аристократов не знал.       Гарольд Сириус Поттер-Блэк известен всем своим неизмеримым магическим потенциалом и довольно опасным родом деятельности. Не единожды он выходил на экспедиции в поисках редчайших ингредиентов для зелий, по которым позже начал писать книги, параллельно возрождая угасшие Рода.       Он уже вернул в свет Рода Поттер и Блэк, а теперь, по мнению магов Англии, готовится стать Лордом Певерелл, что даст ему еще большую власть в магическом мире. Данный факт заставлял Северуса Снейпа обливаться холодным потом, ведь тот помнил мальчишку лишь со школы и пару лет после нее. Однако Лорд Поттер-Блэк последние года не показывался на глаза никому, кроме аристократии, и то, только на балах.       — Слизерин!       Громкий выкрик шляпы остановил размышления зельевара, а новоявленный слизеринец проследовал за свой стол. В зале продолжала стоять гнетущая тишина, которую разрушил крик одного гриффиндорца:       — Предатель!       Армавир остановился, после чего резко развернулся на каблуках до блеска начищенных туфель, безошибочно найдя взглядом наглеца.       — Это мне говорит отпрыск Уизли? — ухмыльнулся мальчик, глядя на закипающего рыжего. — Сын предателей, которые пытались нажиться на человеке, считавшего их лучшими друзьями? Да, определенно, именно ты должен мне что-то высказывать.       Поттер-Блэк развернулся и продолжил путь к столу своего нового факультета, встречаемый редкими хлопками, которые быстро переросли в аплодисменты со стороны слизеринцев. Мальчик приземлился рядом с блондином, который тут же протянул ему руку:       — Я Скорпиус. Скорпиус Малфой, — надменно произнес тот, однако во взгляде читалось желание расспросить соседа обо всем на свете. Обычно Армавир не знакомился с людьми, которые хотели лишь узнать что-то, но шестое чувство подсказывало, что этот мальчик станет ему другом до конца дней.       Сомнения не отпускали первокурсника, пока он не увидел в глубине глаз сидящего рядом сокурсника искреннее желание подружиться. Малфою, очевидно, не были нужны ни деньги его семьи, ни слава. Он просто хотел завести себе друга в этой школе.       — Армавир Поттер-Блэк, — ответил слизеринец, пожимая руку. На мгновение ему послышался скрежет зубов со стороны преподавательского стола. — Снейп так моего отца ненавидит, что его передергивает от одного моего вида?       — Не обращай внимания, — не задаваясь вопросом, откуда сын Мальчика-который-выжил знает профессора, прошептал Малфой, наклоняясь к уху своего нового друга. — Отец говорит, что это его базовая реакция на всех Поттеров. Привыкнешь.       Об отношении Лорда Малфой к профессору Армавир знал со слов отца. Как и о ссоре Снейпа с крестником. Гарольд не скрывал от сына ничего из того, что знал сам, однако тему зельевара предпочитал обходить стороной из-за не шибко приятного прошлого.       Сокурсники странно косились на столь неожиданный дуэт Поттер-Малфой, но разговорившимся мальчикам не было до них дела. Малфой рассказывал про стаю павлинов, которые являлись гордостью его дедушки, а Поттер про себя вспоминал химеру, которую его отец однажды принес из очередной экспедиции, и загадочно улыбался.       С отцом Скорпиуса Армавир был знаком, изредка заставая его с отцом у них дома, когда те за бокалом коньяка обсуждали дела Палаты Лордов или следующую экспедицию Гарольда. Вернее то, как Лорд Малфой опять будет вытаскивать своего друга с того света.       Новоявленные друзья даже не заметили, как праздничный ужин подошел к концу, поэтому шли за старостами, не отвлекаясь от разговора. Декан слизерина опаздывал, поэтому посвящение первокурсников было отложено, а сами дети отправились по комнатам знакомиться с соседями, с которыми им предстоит жить следующие семь лет.       Скорпиус и Армавир оказались в одной комнате, чему были только рады. Наспех приняв душ, они уселись на кровать Малфоя, продолжая разговор. Как только блондин уснул, Поттер укрыл его одеялом и перебрался на свою кровать, решив написать письмо отцу завтра.       Ночью разразилась страшная гроза, молнии били повсюду, а замок словно ходил ходуном. Армавир глубже закутался в одеяло, молясь тому, чтобы сон не ушел от него.       — Армавир… — послышался шепот рядом, вынудивший Поттера высунуть голову наружу, чтобы увидеть друга, который трясся то ли от холода, то ли от страха. — Можно я?..       Мальчик подвинулся, освобождая место для Скорпиуса, и приподнял одеяло, под которое тут же шмыгнул блондин, мгновенно засыпая. Усмехнувшись, Поттер тоже поспешил уснуть, чтобы не слышать раскаты грома.       На утро друзья быстро приняли душ и поспешили в гостиную, где уже стоял профессор Снейп, который с явным неодобрением смотрел на спустившихся учеников, несмотря на то, что они спустились вниз самые первые. Осмотрев Скорпиуса, зельевар с неприязнью перевел взгляд на Поттера, заставив того нахмуриться.       — Профессор Снейп, у вас ко мне неприязнь какая-то? Я понять не могу, — протянул Поттер, с вызовом глядя на директора.       — Мистер Поттер, будьте любезны проявить должное уважение к своему декану и директору школы, в которой вы учитесь, — надменно ответил тот, окинув мальчишку пробирающим душу взглядом.       — Много чести, профессор. И, сэр, моя фамилия Поттер-Блэк. Запомните это, пожалуйста.       Пока Снейп глотал воздух, мальчики отошли к дальним диванам, усевшись на них, и что-то тихо обсуждая. Речь декана прошла мимо них, поэтому от разговора их оторвали старшекурсники с просьбой проследовать за ними в большой зал.       Уроков в этот день не было, поэтому после завтрака слизеринцы вернулись в гостиную, и Армавир пошел писать письмо отцу, которому было интересно, на какой факультет распределили его наследника.

«Дорогой отец,

У меня все хорошо. Меня распределили на слизерин вместе с сыном Лорда Малфоя. Мы, вроде как, даже подружились. Его зовут Скорпиус и он, если сравнивать с твоими рассказами о Малфое-старшем в детстве, не такой заносчивый. Мы живем в одной спальне, что, мне кажется, скрепит нашу дружбу.

Вчера дал отпор сыну Уизли. Не волнуйся, словесный отпор. Постараюсь не давать директору Снейпу повода вызвать тебя в школу.

К слову, про директора Снейпа. Он к тебе тоже так отвратительно относился? Такое ощущение, что я лично ему что-то сделал, настолько сильно ощущается его неприязнь ко мне. Неужели дедушка настолько ужасно с ним обходился, что он несет ненависть сквозь года?

Как продвигаются дела с Родом Певерелл? Не обращай внимания, это шутка. Маги вокруг свято уверены… В прочем, не важно. Или ты снова в путь? Если да, то постарайся вернуться живым, а то Лорд Малфой скоро сам тебя прибьет.

Жду твоего ответа,

Армавир Гарольд Поттер-Блэк»

      Когда письмо было дописано, юный слизеринец упаковал его в конверт и пошел к старшекурсникам с целью спросить, в какой стороне находится совятня, так как про эту часть замка отец особо не распространялся, ибо она не самая интересная.       Сперва более взрослые ученики отмахнулись от Поттера, видимо переняв отношение декана к первокурснику, однако староста факультета, увидев такое отношение к ребенку, подошел и хлопнул приятелям по затылку, от чего те пригнулись к коленям.       — Вы совсем одурели? — зло спросил юноша. — Это обычный первокурсник. Напоминаю, что вам всем так же подсказывали, когда вы спрашивали местонахождение базовых помещений. Армавир, идем, я тебя провожу.       Мальчик пожал плечами и последовал за старостой, который уверенной походкой пошел прочь из гостиной, оставив сокурсников потирать затылки после удара.       Едва письмо было отправлено с родовой совой Блэков, слизеринцы поспешили вернуться в гостиную, так как у них были свои дела. Более взрослого юношу ждали учебники, так как тот в этом году сдавал СОВ, а Армавира ждал Скорпиус, который до этого рассказывал про какую-то книгу по зельям.       — Скорпи, я тут, — сказал Поттер, едва вошел в спальню.       Блондин обнаружился на своей кровати. Он сидел, облокотившись на подушки, и читал ту самую книгу. Хмыкнув, слизеринец скинул туфли и залез к другу, устроившись рядом, после чего тоже уткнулся в текст.       — Еще раз меня так назовешь…       — И что ты сделаешь? — ухмыльнулся Армавир. — Тоже придумаешь мне какую-нибудь кличку?       — Я буду называть тебя Арми или Вир, — со смешком ответил Малфой, повернувшись к Блэку. — Устроит такой расклад?       — Ну Вир, так Вир, — пожал он плечами, тем самым закончив диалог.       Так и повелось. Скорпиус и Армавир сдружились довольно быстро, а Йоль Поттер встретил вместе с семьей своего лучшего друга. Малфой, напротив, не был знаком с Поттером-старшим, несмотря на то, что постоянно упрашивал друга хотя бы упомянуть о нем.       Единожды прочитав книгу Гарольда Поттер-Блэка, не сможешь остановиться. У каждой чистокровной семьи в библиотеке или кабинете Главы Рода стояло целое собрание его книг. Магическое право, записи из экспедиций, сборники проклятий и заклинаний — не было ни одного жанра, которой не встречался на полках.       Северус Тобиас Снейп такого рьяного желания сына своего крестника познакомиться с ненавистным Поттером не понимал, о чем и указал Драко в довольно грубой форме. С тех пор вход в Малфой-мэнор для старого друга был закрыт. Лорд Драко Малфой не желал видеть в своем доме человека, который не испытывает даже малейшего уважения в сторону его близкого человека.       На сближение наследников так же влиял тот факт, что они оба росли без матерей. Скорпиус объяснил это тем, что его матушка умерла при родах, поэтому отец воспитывает его один. Армавир не спешил рассказывать, куда подевалась его мать, но поведал о том, что отец тоже воспитывал его в одиночку, пока он не подрос достаточно, чтобы оставаться дома один.       Ближе к концу учебного года, идя с прогулки по территории Хогвартса, Поттер решился последовать совету отца и пригласить Скорпиуса погостить у них летом. Тем более, что Лорд Малфой тоже приедет к открытию Певерелл гарда. Так хотя бы ему не придется оставлять сына дома.       — Скорпи, — позвал он, вырывая друга из размышлений.       — Когда ты смотришь на меня таким взглядом, мне становится страшно, — сказал блондин, повернув голову к Блэку. — Что такое?       — Как ты смотришь на то, чтобы поехать ко мне в гости летом? Я у тебя уже был, а ты у меня нет, — смущенно пробормотал Армавир, потирая затылок. — Как раз с отцом познакомишься. Ты же давно хотел.       Малфой остановился, широко открытыми глазами смотря прямо на своего лучшего друга, который только что, сам того не подозревая, сделал ему самый лучший подарок. Увидеть лично и познакомиться с автором любимых книг было давней мечтой Скорпиуса, так как Гарольд был его кумиром.       Блондин пришел в движение, когда Поттер пощелкал пальцами перед его лицом, призывая очнуться, и, недолго думая, кинулся на шею однокурсника, тараторя слова благодарности. Такое несвойственное Малфою поведение вызвало смех Армавира, которым мгновение спустя проникся и Скорпиус.       Веселье друзей прервал кашель откуда-то сзади. Поттер-Блэк развернулся и закатил глаза, увидев стоящего позади Уизли, который прожигал их ненавистным взглядом.       — Какие-то проблемы? — довольно грубо спросил Армавир, окидывая взглядом рыжего.       — У меня никаких проблем, — ухмыльнулся он. — А вот у вас они скоро появятся.       — Уизли, ты головой ударился? — с усмешкой спросил Скорпиус, делая шаг вперед. — Или тебя при рождении уронили? Какая жалость.       — Согласен, — протянул Блэк, ухмыляясь. — Надо было сильнее, не все мозги отшибло.       — Вы в своем гадюшнике слишком смелыми стали? — закипая, ответил гриффиндорец. — Ну ничего! Я скажу отцу, и вы тут больше учиться не будете!       Поттер и Малфой засмеялись. Такие высказывания со стороны кого-то из Уизли неизменно приводили к этому. Рон Уизли никогда не мог запугать Драко Малфоя, так с чего его сын решил, что ему это по силам? Смех, казалось, не собирался прекращаться, пока мальчики не услышали слова рыжего, последовавшие за угрозами.       — Сыновья пожирателя и пидора не достойны учиться с обычными детьми!       Веселье прекратилось мгновенно. Армавир Гарольд Поттер-Блэк мог стерпеть многое, но не оскорбление своего отца. Он за пару шагов преодолел расстояние между ним и человеком, возомнившем о себе черт знает что, и со всей силы ударил ему в нос. На помощь рыжему прибежали его друзья, и Скорпиус с Армавиром остались вдвоем против компании из семерых человек.       Однако Поттер не собирался продолжать бессмысленную, по его мнению, драку. Свое дело он уже сделал. Слизеринец пнул Уизли под бок, вынуждая откатиться назад, и стал ждать, когда ему помогут подняться. Стоило полному ненависти взгляду гриффиндорца подняться на обидчика, как тот сделал резкий рывок вперед, пугая оппонента.       — Струсил? — ехидно спросил он. — Еще хоть одно слово в сторону моего отца, и ты пожалеешь, что вообще родился. Понял меня, Уизли?       — П-понял, — проблеял тот, едва ли не прячась за спины друзей.       Не дав никакого ответа, Армавир развернулся и вместе со Скорпиусом покинул неприятную для себя компанию. Пока первокурсники шли, Малфой в шоке смотрел на лучшего друга. Влезть в драку, а тем более ударить первым, было несвойственно для Поттера. Он всегда предпочитал решать конфликты словами, нежели кулаками.       Их и раньше пытались оскорбить, но до рукоприкладства дело никогда не доходило, поэтому блондин решил, что Уизли затронул больную тему Армавира. Так как он не слышал, что его друг сказал тогда, вся эта ситуация оставалась загадкой для него. По крайней мере до тех пор, пока они не придут в свою спальню, где Скорпиус решил расспросить Блэка обо всем, что тот не рассказывал ему до этого дня. Малфой чувствовал, что должен поддержать своего лучшего друга в этом, должен дать ему понять, что он не один.       Едва за мальчиками закрылась дверь спальни, Скорпиус толкнул Поттер-Блэка в сторону кровати. Послышался тяжелый вдох Армавира, который понял, что в этот раз отвертеться от вопросов не сможет. Единственным вариантом было начать рассказывать раньше, чем Малфой спросит, дабы избежать излишних подробностей. С таким видом, словно его держат в заложниках, Поттер сел на свою кровать, приготовившись посвящать лучшего друга в жизнь своей семьи.       — Чтоб избежать неловкостей, я начну сам. Потом уточнишь, если не поймешь что-то, хорошо? — дождавшись кивка Скорпиуса, Армавир начал рассказ. — Ты спрашивал про мою мать, когда мы с тобой только начали сближаться. Так вот, у меня ее нет. У меня два отца. Тот, с кем я рос всю свою жизнь и тот, кто бросил папу, когда тот был беременный мной. Папа хотел сделать ему сюрприз на праздник, но не успел. Он выгнал молодого беременного парня на улицу в мороз. Выставил из дома, где тот старательно создавал уют после войны.       Поттер замолчал, не в силах продолжить говорить. Воспоминания того злополучного разговора с отцом прочно засели у него в памяти, не желая оставлять носителя ни на минуту. Блондин придвинулся ближе, намереваясь обнять друга, но Армавир помотал головой, намеренный успокоиться сам. Сглотнув непрошенные слезы, он продолжил.       — Папа оказался один. Друзья отвернулись от него в тот день, когда был суд над твоим отцом. Папа вступился за него, что не понравилось Рону Уизли. Гермиона, тогда еще Грейнджер, поддержала жениха. Но несмотря на это, у моего отца оставался любимый человек, который находился на реабилитации после ранения, полученного в Битве за Хогвартс. Уезжать из Англии после выздоровления он отказался, поэтому папа продолжал терпеть нападки со стороны бывших друзей и ненависть от своих недавних приятелей. Ему был нужен только мой второй отец. К сожалению, не взаимно.       — Армавир… — прошептал Скорпиус, удивленный, как Поттер-Блэк хранил все это в себе. Блондин корил себя за то, что не расспросил друга раньше, не надавил, не помог.       — Подожди, — попросил юный слизеринец, пытаясь собраться с мыслями. — Подожди. На чем я остановился?       — Не взаимная любовь Лорда Поттер-Блэка.       — Точно. Их отношения продлились не долго, так как вскоре этому человеку надоело присутствие папы в его жизни. Гарри Джеймс Поттер оказался на улице в метель зимой, одетый в легкую куртку и летние кроссовки. Этому извергу было все равно, умрет он или нет. Он хотел, чтобы мой папа умер! — голос мальчика дрожал, а из глаз постепенно начинали течь слезы. За какие проступки его отец должен так страдать? За какие проступки он, Армавир, должен расти в неполной семье? — Он ненавидит всю мою семью по сей день. Меня, папу, дедушку. Всех Поттеров. Хотя, кажется, он всех ненавидит.       — Вир, прости за вопрос, но… — Скорпиус замялся, не зная, как мягче спросить о пронзившей его голову мысли о личности второго отца своего лучшего друга.       — Ну? Чего замолчал то? Спрашивай уже.       — Твой второй отец… Это случайно не директор Снейп? — осторожно спросил Малфой. — По описанию подходит, и я подумал…       Поттер замолчал. Если он скажет «да», то наконец-то сбросит с плеч груз недосказанности. Если скажет «нет», то будет до конца жизни нести это бремя в одиночку. Знать, что мог вырасти в целой семье, но твой отец оказался полнейшей сволочью, но не иметь возможности с кем-то поделиться этим невыносимо. Скорпиус ни разу не давал повода усомниться в нем, но доверить такую информацию слишком сложно.       Однако молчать еще дольше Армавир не мог, поэтому решение было найдено за пару секунд. Собравшись с мыслями, он, зажмурив глаза, как на духу выпалил:       — Да. Да, мой второй отец Северус Тобиас Снейп.       Поттер ожидал всего: что Скорпиус сейчас встанет и уйдет, что начнет кричать, но мальчик молча подсел к другу ближе и притянул его в крепкие объятия, давая понять, что никуда не уйдет и будет рядом столько, сколько ему позволят. Для этого и нужны друзья.       — Справимся, — улыбнулся Малфой.       — А когда не справлялись?       На следующий день школу потрясла новость. Гарольд Сириус Поттер-Блэк должен появиться с минуты на минуту. Снейп ходил мрачнее тучи, а с лица Уизли не сходила довольная ухмылка. Гриффиндорец считал, что его донос отцу был правильным решением, ведь ублюдка, посмевшего ударить его, сына бравого аврора, должны наказать. Мысль о том, что получил он за дело, так и не посетила рыжую голову.       Армавир нервничал, направляясь к выходу из Хогвартса. Он знал, что отец не хочет посещать это место из-за воспоминаний о прошлом. Да, сейчас у Гарольда другая жизнь. Он наконец-то заслужил свою славу, его признает весь магический мир, за его спиной стоят все чистокровные, а в самом мужчине таится мощь одних из сильнейших Родов. Однако, место, где прошли лучшие годы его жизни, навевало лишь грусть.       Скорпиус, шествующий рядом с другом, лишь ободряюще сжал его плечо. Мальчик понимал, что помочь ничем не может. Только быть рядом.       Глухой стук шагов раздался неожиданно. Гарольд Сириус Поттер-Блэк прибыл в Хогвартс. К удивлению мальчишек, рядом шел никто иной, как его лучший друг. Драко Люциус Малфой. Мужчины шли не торопясь, всем своим видом показывая, как им противно находиться в этом месте. Губы Гарольда скривились в горькой ухмылке, и Лорд Малфой незаметно для остальных прикоснулся к его руке.       Слизеринцы поспешили к своим отцам, остановившись в шаге от них. Поттер-Блэк внимательным взглядом окинул своего наследника, высматривая возможные повреждения. Мужчина, зная, как бывший друг мог воспитать сына, не верил, что тот ни разу не ударил Армавира. Мальчик без слов понял действия своего отца и слегка улыбнулся.       — Все хорошо, пап, — прошептал он, после чего шагнул в объятия взрослого. Гарольд притянул к себе ребенка, зарываясь носом в его волосы. Корица. Любимый запах Лорда Поттер-Блэка.       — Ну все, — усмехнулся Драко. — Идем на разговор к моему дорогому крестному.       — И почему я слышу сарказм в твоем голосе? — со смешком спросил Гарольд, приобняв сына за плечи.       — Потому что он и правда там есть.       Компания пошла в сторону кабинета директора, натянув на лицо высокомерную усмешку. Лордов и их наследников провожали шокированные взгляды всех учеников, встречающихся у них на пути.       — Гарри! — женский крик за спиной заставил мужчину замереть, однако сил повернуться не придал. Пальцы на плече мальчика с силой сжались, а рубашка под ними угрожающе затрещала, норовя разойтись по швам.       Декан гриффиндора спешила к бывшим ученикам, которые стояли спиной к ней рядом со своими сыновьями. Поттеры напряженно выпрямились, хотя вся их поза пыталась показать некую расслабленность и контроль над ситуацией. Едва женщина приблизилась к компании, Гарольд и Драко одновременно повернулись, смотря в глаза своего бывшего профессора.       — Доброго дня, профессор Макгонагалл, — неожиданно холодно сказал Поттер-старший, заставив Минерву вздрогнуть. Она не ожидала, что один из ее любимых учеников может общаться так… по-слизерински. Без каких-либо эмоций, лишь с каплей уважения за то, что она научила его чему-то. Например, не поворачиваться ни к кому спиной.       — Гарри, я хотела… — начала она, но натолкнулась на такой же взгляд Лорда Малфой, который едва уловимым движением встал на полшага впереди друга, как бы закрывая его собой. Издалека казалось бы, что мужчины стоят рядом, но вблизи было видно, что плечо Драко находится перед Гарольдом.       — Профессор, давайте не будем заставлять директора ждать, — протянул он, подталкивая Поттера в изначальном направлении.       — Я лишь хотела сказать, что мне жаль.       — Сделанного не вернуть, — отрезал Поттер-Блэк, ускоряя шаг и заставляя остальных идти за ним. В голове Лорда клубились мысли, но он отбросил их. Выкинул из своей головы, как двенадцать лет назад магическая Англия выкинула его из своего мира.       Макгонагалл не стала продолжать разговор, лишь молча последовала за человеком, доверие которого давным-давно предала. Доверие которого она уже не вернет. До кабинета Северуса Снейпа добрались быстро, и Минерва, назвав пароль, первая вошла внутрь. Остальные последовали за ней. Их уже ждали.       Директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, Северус Снейп, сидел за своим столом, напряженно вглядываясь в бумаги на столе, чтобы откинуть волнение из-за предстоящей встречи с бывшим любовником. Любовником, которого он выставил за дверь его же дома.       Снейп успел бесчисленное количество раз пожалеть о своем поступке, изобрести десять различных поисковых зелий, вывести семь заклинаний, провести одиннадцать ритуалов поиска, но ни одна из попыток найти Гарри Поттера не увенчалась успехом. Ссора любовников, послужившая началом их разлуки, уже не казалась столь масштабной, какой была в глазах старшего тогда, двенадцать лет назад. Это не было причиной начинать травлю победителя Темного Лорда. Мальчик, только закончивший Хогвартс, не заслужил такого отношения к себе. Кто угодно, но не он.       Письма, которые Северус отправлял ему, возвращались нетронутыми. Совы не находили адресата и летели назад к отправителю. Зельевар не знал, чем живет его любовник, и жив ли он вообще. Со временем боль притупилась, уступив место всем известной ненависти к Поттерам. Ненависти, которая годами не давала мужчине покоя.       Когда объект его мыслей зашел в кабинет, Северус невольно поднял на него взгляд. Изменился. Поттер-Блэк мог принять главенство над Родами, мог отрастить волосы, обзавестись ребенком, повзрослеть, но в глазах директора школы оставался тем самым мальчишкой, которого ему приходилось защищать долгие годы.       — Мистер Поттер, — прошипел он, поднимая голову, чтобы смотреть прямо на Лорда. Неожиданностью для Снейпа стал его крестник, который стоял подле Гарольда и с мрачной усмешкой осматривал некогда самого близкого человека. Драко потянул друга к креслам перед директорским столом, и мужчины уселись на них, не отрывая глаз от зельевара, во взгляде которого на мгновение мелькнула ничем не прикрытая боль.       — Директор Снейп, — спокойно сказал Поттер-Блэк, кивнув головой. — Чем обязан столь неожиданному приглашению в мою любимую школу?       Малфой усмехнулся, после чего повернулся к другу, мгновенно распознавая сарказм в его словах, которым Гарольд пытался скрыть дрожащий голос. Сидеть напротив своего предателя явно не входило в планы мужчины, недавно вернувшегося из очередного путешествия.       — Мне тоже интересно, — протянул блондин с ухмылкой. — Что такого сделал юный Наследник Поттер-Блэк, что потребовалось наше присутствие?       — Я приглашал только мистера Поттера, Драко. Опять твое любопытство, — покачал головой Снейп.       — Лорд Поттер-Блэк, сэр, — отрезал Гарольд, нахмурив брови. — Будьте добры, соблюдайте субординацию. Я выше вас по положению в обществе и хотел бы соответственного отношения к себе.       — Слава все же вскружила вам голову, Поттер-Блэк.       — Лорд Поттер-Блэк. И это банальное уважение, директор, — терпение мужчины постепенно заканчивалось, но ощущение поддержки Драко придавало ему сил и помогало не сорваться. — И все же, что произошло, раз потребовалось мое присутствие здесь?       Северус глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Только самому себе он мог признаться, что появление Поттера-старшего выбило его из колеи, чего не случалось давным-давно.       — Лорд Поттер-Блэк, ваш сын ударил ученика. Я не Дамблдор, оставлять эту ситуацию без внимания я не собираюсь.       — Правильно, вы не Дамблдор, — усмехнулся Гарольд. — Вы хуже, раз не поняли, что мистер Уизли спровоцировал моего ребенка на этот удар. Впрочем, ничего нового.       — Объяснитесь, — потребовал Снейп.       — Директор Снейп, — в разговор встрял Драко, закатывая глаза. — Будем честны, с годами не поменялось абсолютно ничего. Уизли продолжают провоцировать слизеринцев, которые позже получают выговор за защиту своих границ. Так было еще во время нашей учебы при Альбусе Дамблдоре. При вашем управлении этой школе эта традиция не изменилась.       — Драко, дорогой, — слащавым голосом перебил Поттер. — Ну ты чего? Разве мог мой сын воспользоваться своим правом на самозащиту? Поттерам это непозволительно.       — Прости, милый, совсем забыл об этом, — Малфой, понял, что за игру затеял его друг, решил поддержать. Даже Лордам древних Родов нужно иногда развлекаться.       — Господа, будьте любезны, прекратите этот спектакль, — встрял директор. — Сейчас должен подойти мистер Уизли.       В этот момент дверь кабинета вновь открылась, впуская внутрь рыжего мужчину в форме аврора, лицо которого скривилось при виде бывшего друга. Рон так и не смог простить Гарри, что тот предпочел Снейпа его сестре, которая любила Мальчика-который-выжил еще с детства. Которая буквально росла на историях о нем.       — Присаживайтесь, мистер Уизли, — Рон сел слева от Драко на единственное свободное кресло. — Что мы будем делать в сложившейся ситуации?       Совершенно абсурдная идея пришла в голову Гарольда, но в этот момент она показалась ему единственной верной.       — Армавир больше не будет учиться в этой школе, — твердо сказал он. — Я не готов каждый раз, когда Уизли будет провоцировать моего Наследника, мотаться сюда и слушать одно и то же. Сомневаюсь, что этот разговор что-то изменит.       — Отлично, — с ухмылкой сказал Рон Уизли. — Я полностью поддерживаю это решение, всего доброго.       С этими словами аврор вышел из кабинета, не дав никому вставить ни слова.       — Бежите от проблем, мистер Поттер? — усмехнувшись, спросил Снейп.       — Вовсе нет, сэр. Лишь обеспечиваю свой комфорт перед свадьбой.       — Свадьбой? — мужчины уже и забыли о том, что Минерва Макгонагалл присутствует при разговоре. Женщина осела в кресло возле стены, в шоке уставившись на своего бывшего ученика. Она и подумать не могла, что отец Армавира все еще холостой.       — Вы все верно услышали, профессор, — сказал Драко, вставая с кресла и увлекая за собой Гарольда. — Скорпиус так же прекращает свое обучение в Хогвартсе. Мы с моим женихом не планируем появляться здесь больше необходимого, а зная характер представителей семьи Уизли, появляться в этом кабинете мы будем часто. Это не то времяпровождение, которым бы мне хотелось заниматься.       — Прошу прощения, — в шоке сказал Северус. — Ты сказал «женихом»?       — Ох, крестный, — обманчиво-слащаво проговорил Малфой. — Позволь представить тебе моего жениха — Гарольд Сириус Певерелл-Блэк-Малфой.       Выпускники Хогвартса усмехнулись, смотря на профессоров, что во все глаза таращились на них, даже не пытаясь скрыть свой шок.       — Певерелл? — прошептала Минерва, смотря на Гарольда.       — Поттеры произошли от Певереллов, — пояснил объект внимания декана гриффиндора. — Говоря « Лорд Поттер», знающие маги подразумевают «Лорд Певерелл». А теперь, позвольте откланяться.       — Верно, — продолжил Драко. — Нам еще проводить ритуал кровного усыновления Армавира. Всего доброго.       — А как же мать мальчика? — догнал их в дверях вопрос Северуса, который старался не замечать очевидного.       — У него нет матери, — чересчур грозно ответил Гарольд. — До этого момента у Армавира было два отца. Не волнуйтесь, профессор, скоро я это исправлю.       Дверь закрылась. Снейп опустил голову, сжимая в кулаках волосы.Как он не видел этого раньше? Способности Армавира Поттера в зельеварении должны были натолкнуть на мысли о том, что с рождением мальчика не все так чисто, как кажется на первый взгляд. В голове мужчины был лишь один вопрос: это того стоило? Возможно, не выгони он Гарри тогда из дома, все было бы по-другому. Этот магически сильный и влиятельный мужчина был бы его. Теперь этого не будет. Он все потерял. Безвозвратно.