Тилл открывает глаза, чувствуя, как кто-то обнимает его лицо. Чужие слезы падают на него, а он сам пытается не задохнуться, пытается дотянуться до этих знакомых рук.
Девушка перед его глазами была для него светом, что освещал всю его жизнь. Она была его кумиром, и он жил, питаясь этим светом. Сейчас же, на пороге смерти с мутнеющим зрением, он видел этот свет, исходящий от неё.
Нужно отпустить руку.
– Всё, снято! Переходим к следующему дублю, подготовьте всё.
Раздаётся громкий голос на площадке, и Тилл расслабленно вздыхает, что игра получилась сразу и не нужно было переснимать.
Он встаёт с колен Мизи, вытирая слёзы, что упали на него одним махом. Мизи тоже была напряжена и сейчас вытирала лицо, ибо нужно было плакать на камеру, что она не очень любила.
Тилл был вдвойне удивлён, вспоминая этот факт, что у них сцена получилась с первого раза.
Подходит тот, с кем у него недавно была другая сцена в другой серии, протягивая ему руку.
Тилл недолго думает, кто это может быть, узнавая его по одним штанам с обувью. Даже если тот переоделся, репетиций с ним было много, как и взаимодействий вне сцен. Они сразу сошлись в характерах, так ещё и тот оказался приятным человеком и компаньоном.
Тилл пусть и был немного закрытым в реальной жизни, но против энергии Ивана пойти не мог. Парень был довольно открытым, жизнерадостным, так ещё и амбициозным. Тилл только недавно узнал, что Иван выделяет последние крохи своего времени на него вместо отдыха от дел, которые занимают большую часть его жизни.
Тилл улыбчиво шлёпнул по его руке, схватившись крепкой хваткой и поднимаясь. Он оглянулся, чтобы проверить, как там другая актриса, но она уже стояла поодаль, разговаривая с помощницей сценариста.
Иван тут же приобнял его за плечи, оперевшись таким образом на него.
– Ну что ж, я думаю, мы с тобой встретились по ту сторону?
– Что?
– Ну ты же теперь тоже дырявый, – посмеялся Иван, отчего Тилл помотал головой.
– У меня в отличие от тебя только одно отверстие.
Иван рассмеялся, не ожидая такого ответа. Он всегда думал, что Тилл бы не пошутил над таким, но в тихом омуте черти водятся.
– Зато я вижу тебя насквозь, – продолжил Тилл, вызывая у напарника порцию нового смеха.
– И как тебе в аду? – поинтересовался парень, подавая светловолосому бутылку воды.
Пока тот отпивал, Иван не смог удержаться от последующих шуток.
– Аккуратнее пей, вода выльется наружу.
Тилл подавился, откашливаясь, пока Иван прыскал со смеху, хлопая ему по спине.
Тилл посмотрел на него и покачал головой. У них будто началось соревнование “кто скажет ещё более смешную чёрную шутку”.
– Судя по количеству словленных пуль, ты тормоз.
– Зато один выстрел, и тебя нет.
– А ты как таракан живучий, пятидесятый еле убьёт, – ловко парировал Тилл, и Иван думал, что уже проигрывает.
– У тебя теперь три дырки, больше разнообразия, куда можно войти, – темноволосый актёр вошёл в усиленную артиллерию.
Тилл посмотрел на него с таким подозрением, что было ощутимо его шок, ведь за их знакомство у них ещё не было гейских шуток.
– У тебя разнообразия гораздо больше, – прокашлялся Тилл. Но тут увидел Суа, что с нечитаемым лицом уставилась на них. Та извинилась, покраснев, что подслушала их интимный разговор и убежала. Тилл хотел остановить её и сказать, что всё не так, как она подумала, но лишь тяжело вздохнул, идя с Иваном дальше.
– Теперь мы прославимся геями на площадке.
– Добро пожаловать. Не так просто мы целовались в дубле без дублёров.
Тилл неожиданно для себя смутился. Его вроде не должно смущать такое, он и до этого целовался с другими. Пусть и актрисами, но что не так в поцелуе с человеком одного пола?
– Верно…
***
По дороге домой они ещё немного нашутились, пока не пришёл автобус Ивана. Всю дорогу Иван думал, как бы ему пошутить, ведь была его очередь.
И вот он набирает текст на телефоне, решив начать переписку.
До этого они даже не переписывались, только звонили либо договаривались о встречах на съёмочной площадке. О переписках не было даже и речи, обоим пока не было до этого дела. Тилл же думал, что Иван слишком занят и не хотел отвлекать. А последний и правда был занят и не мог найти тему для разговора зачем он вообще будет писать. Но вот эта тема появилась.
Не ожидал от тебя радикальных мер с оригинальностью. Ты решил скрыть засос на шее, вырезав его?
Иван усмехнулся своей смекалке, отчего клычок вылез наружу, царапая нижнюю губу. Но тут Тилл сразу же прочёл сообщение. Руки на телефоне заметно напряглись, когда темноволосый ждал, как тот на это отреагирует и отреагирует ли вообще.
И Тилл начал наконец писать.
Тогда ты вообще оторвался на изменах?
Иван хмыкнул, понимая, что отыскал и правда способного соперника.
Тилл вновь начал печатать.
Ты так решил закосплеить бронежилет? Не повезло, не фортануло.
Не думал, что ты такой шутник, что без очереди решил меня добить.
Не душни. Мне на сцене хватило того, как ты мою шею сжимал.
Вот тебе в шею и прилетело. Может, у тебя вообще фетиш на удушье?
От переписки Иван даже не заметил, как проехал остановку, но диалог с Тиллом был важнее.
Тилл затих ненадолго, видимо, думая над словами.
Зато я не тормоз, судя по количеству словленных тобой пуль.
Иван облегчённо выдохнул, в душе радуясь, что с ним продолжают общаться и в какой-то степени быть на одной волне.
Я, конечно, знаю о твоей крышесносности, но отверстия для пирсинга немного не в том месте делают)
Не тебе это говорить с твоей сотней дырок.
Твои убийцы хотя бы не крысы. Мои в спину стреляли.
Тилл попытался не засмеяться, притворившись, что кашляет, пока шёл до другого адреса, где его заберут. Затем он запустил пятерню в волосы, обдумывая, что же стоит ответить и как ещё пошутить. Ивановская дуэль точно разъест ему все мозги.
Тебе не кажется, что нам пора страховать жизнь?
Зачем? Чтобы нас ещё больше старались убить?
По сути, в одной вселенной по фильму мы уже мертвы.
И воссоединились в настоящем?
Похоже на то.
Оба слишком вжились в свои роли, хоть и были похожи на своих персонажей. И оба думали, что всё-таки от персонажей что-то передалось. Ивана тянуло к Тиллу, а тот уже привыкал, что клыкастый всегда рядом и ощущался как нечто родное и такое близкое.
В тот вечер, когда они желали друг другу спокойной ночи, парни надеялись, что смогут и дальше контактировать вне сцены и, возможно, даже испытать нечто большее.