Apple wine and buns with poppy seeds

Грей устало опускается за стол. Фергус на фоне болтает о людях, которых сегодня видел и каких трав еще нужно будет собрать. Грейден прикрывает глаза, складывает руки на стол и ложиться на них щекой, позволяя себе раствориться в шуме из окна, в кипячении чайника и приятном голосе Греха. Из окна доносились не только гомон прохожих и птиц, но и дул довольно холодный ветер. По коже пробегают неприятные мурашки. Наверное, стоило надеть что-нибудь с длинным рукавом, а не сидеть в майке. Из-за серого, и выглядящего очень холодным, вида из окна Мастер даже отказался прогуляться с Фергусом до лавки с травами, хотя, если быть честным, такие прогулки он любил. Грей не вздрогнул, когда на плечи опустился плед, он слышал шаги Фергуса. Окно закрыли, в кухне стало значительно тише. Грех говорил негромко, гремели чашки. Казалось, еще немного и Грей заснет прям за столом. Он приоткрыл глаза, когда с тихим звуком перед ним опустились сначала чашки, а потом и вазочка с конфетами. Любимыми конфетами Грея. Еле заметно дрогнули уголки губ, но Грех, очевидно, заметил. Он всегда все замечает. Слишком лениво было что-то говорить или делать, и Грейден продолжал лежать на руках, разглядывая Фергуса. Спокойный, в домашней одежде и с кривоватым пучком на голове он зашивал рубашку Грея, которую неудачно зацепила одна нечисть. Грех ворчал и приговаривал что-то о его аккуратности. Его вообще-то никто не просил заниматься этой морокой, но швейную натуру, видимо, не искоренишь. А Грей и не против. Чувство тоскливого дежавю настигло внезапно. Воспоминания, которые заставили его забыть на долгие годы, начали изредка всплывать в памяти. Он помнил, что у Фергуса было ателье. Что Грей иногда носился там и пытался помогать ему и одной работнице. Грейден уже не вспомнит как ее зовут, но ощущал, что она была приятой женщиной. Помнил, что в уютной – кажется, где бы не был Фергус, везде было уютно; по крайней мере, для Грея, остальным он соболезнует (чисто из снисходительной вежливости) – мастерской Греха, они сидели точно так же. Фергус журил его, слишком активного и неуклюжего, и зашивал ему штаны, кофты, футболки. Все, что страдало от небезопасных детских игр. Почти так же, как сейчас. — Как в детстве, – тихо пробормотал Мастер. Фергус замер над рубашкой. Грей видел смятение в его глазах. Грех задумчиво склонил голову, смотря словно сквозь него. А потом грустно усмехнулся и посмотрел на Грейдена. — Вы часто садились с книгами напротив меня в мастерской. И задавали много вопросов. Очень много, – мягко сказал Грех, смотря ему в глаза. С другими людьми такой длинный зрительный контакт вызвал бы дискомфорт, но на то Фергус и не человек, чтобы все, что с ним связано было комфортным для Мастера. — И ты прям на все отвечал? – подняв бровь, спросил он. — Ну, если успевал, то да, – засмеялся Фергус. Грей сунул в рот конфету из вазочки. Обертка отправилась к другим, уже скопившимся небольшой кучкой рядом. — А по вечерам вы любили есть конфеты и слушать, как я читаю вам вслух, – тем временем продолжал Фергус с улыбкой. — М, есть конфеты по вечерам я все еще люблю.. – Мастер отбивал по столешнице незамысловатый ритм, что-то обдумывая. – Почитаешь мне вечером? Грех удивлено поднял на него глаза от почти зашитой рубашки. — Тоже сказки? – он улыбался. В голосе не было насмешки, только любопытство и такая нежность, от которой Грейдену хотелось одновременно и сбежать, и укутаться в нее с головой. Грей сделал очень сложное лицо, будто и правда думал, какую сказку в итоге выбрать. — Не думаю, что у меня такое водится, – все же усмехнулся Мастер, смотря в сторону своих книжных полок. Он выпрямил спину, садясь ровно. Шея и руки неприятно затекли. — Хм, хотите что-то конкретное? – задумчиво протянул Фергус. Зашитая рубашка отправилась на диван. Мастер пожал плечами, с головой кутаясь в плед. — Тогда вечером что-нибудь для вас выберу, – пробежавшись глазами по корешкам книг, Фергус вернулся за стол. Согласное угуканье довольного Мастера потонуло в глотке чая. — Ты, между прочим, обещал мне яблочное вино, – не пытаясь больше скрыть улыбки произносит Грей. Фергус смеется. Мастеру нравится этот звук. — Хотите вина? – Грех сощурил свои яркие, зеленые глаза. — И маковых булочек, – пробормотал плед голосом Мастера. Тоскливая погода за окном делала из него очень ленивое создание. А Фергус, кажется, только поддерживает его в этом. Ну что ж, видимо, суждено сегодня устроить день ничегонеделания. — Надо съездить завтра за город да набрать яблок, – отпивая чай сказал Грех. — Я так понимаю купить слишком легко, а легких путей мы не ищем? – спросил Грей, надеясь лишь, что погода завтра будет хотя бы приемлемой. — Правильно мыслите, Мастер, – ответил, задорно косясь на него. Грей уперся кулаком в щеку, облокачиваясь на стол. — Расскажи еще что-нибудь, – жуя очередную конфету, просит он. Видя сосредоточенного Греха, думающего чего бы такого рассказать, уточнил: – Когда мы вместе еще жили. — Вы были очень вредным ре- — Ну эй. – Фантик от конфеты полетел в хихикающего Фергуса. За окном начало уже темнеть; на кухне горел приятным желтым светом единственный светильник. Грею хотелось вечно сидеть так, слушать Фергуса и не думать о реальном мире. — Ну вы дослушайте-то сначала.. И Грей с удовольствием слушает.

***

Утро следующего дня встретило его вкуснейшими маковыми булочками, мурлыкающим что-то себе под нос Фергусом, крепким кофе и мягкими солнечными лучами, пробивающимися через окошко.