главное лекарство

^^^

на небе сгущаются тёмные тучи. тут и там с неба падают маленькие капельки воды, оставляя темные точки на асфальте, постепенно разрастаясь. дождь с каждой секундой начинал все больше и больше капать, не оставляя ни единого сухого места на дороге. по дворам, Руслан идет рядом с рыжей бестией, которому неимётся. он то и дело с широченной улыбкой обращается к своему спокойному спутнику, задавая, казалось бы, самые глупые вопросы, что и дошколята не спросят. брюнет лишь с мягкой улыбкой отвечал на все, держа над головой черный зонтик и кутаясь в ворот своей, хоть и осенней, но очень даже теплой куртки. одна рука находится в кармане, согреваясь, а вторая же держится за зонтик, уже довольно быстро замерзая. хоть парню и тепло в его куртке, но это не отменяет того факта, что на улице-то осень, и ветер дует ого-го, да даже деревья нехило так нагибаются к земле. стоило на пару мгновений отвести взгляд на старые тусклые панельки и хрущевки, что стояли в хаотичном порядке на их пути, и заметить усиливающийся практически до максимума ливень, вернув взор обратно, тушенцов увидел лишь сверкающие пятки вансов, убегающего от него данилы. – дань, ты придурошный?! куда под ливень-то такой побежал? – вскрикнул старший, смотря на парня. тот с по-детски наивной улыбкой резво прыгал по лужам, чувствуя как рыжие пряди прилипают ко лбу, а вода стекает по всему телу, пробирая тело до вздрагивания и вызывая целый табун мурашек. вступая в очередную лужу, младший понял, что чувствует себя по-настоящему счастливым. всё напряжение, все проблемы будто рукой сняло, а на душе осталась лишь легкость и нескончаемая энергия, бьющая через край. так он и продолжает скакать по лужам, уже чувствуя полностью промокшие ноги, и, наступая на асфальт, слышит хлюпающие звуки от каждого шага в вымоченных насквозь кедах. виднеется просвет в домах. вот в него парням и надо выйти. поэтому, тушенцов продолжает спокойно идти, ловко обходя готовые для полноценных заплывов скопления дождевой воды. в это же время впереди мелькает резвящийся веснушчатый, смеющийся, не в силах сдерживать внутри себя огромное количество эмоций. за пару минут, проходя мимо закрытых подъездов и смирно стоящих машин, вместе они вышли к пешеходному переходу как раз таки через тот просвет. даня уже более спокойно, но до сих пор вприпрыжку, поровнялся с брюнетом и идет рядом, не смея отходить. – русь, побежали скорее!! зелёный горит!! – крикнул голубоглазый, в то время, как его и след простыл. он побежал по белым полосам на другую сторону дороги, в то время как кареглазый, в сотый раз ругаясь на этого безбашенного счастливого дурачка, бежит за ним следом на мигающий зелёный, что за мгновение становится красным, и показывает водителям раскрытую ладонь в качестве благодарности за то, что те их пропустили. сидящие в машинах недовольные взрослые, небось глядя на этих двух, задумываются о том, какое же потерянное поколение, какие же бывают глупые подростки и из них последующе выходящие. а может, некоторые из них невольно улыбаются, глядя на таких искренних и невинно веселящихся парней. многие взрослые ворчат, недовольным взглядом современную "молодежь" оглядывая, но только вот.. они забывают, что когда-то давно, они были точно такими же непослушными ребятами, чувствующими беззаботность. всепоглощающая повседневность не оставляет ни единого шанса взрослым почувствовать себя живыми не по праздникам, вооружившись завалами работы, коммунальными счетами и пустым времяпрепровождением, таким, как просмотр телевизора на каналах с программами-пустышками. иногда оба юноши задумываются над тем, как же хорошо что в ближайшее время им этого не грозит, ведь сейчас на них давит лишь промокшие ноги и не перестающая лить с неба вода. уже близко виднеется за практически непроглядными зарослями деревьев с непослушными ветвями нужный им дом. даня прыгает с ноги на ногу, кружиться, в десятый раз спотыкается и весело хохочет со своих же глупых действий. следом за ним, идет с невольной улыбкой старший. этот черт заражает парня своим безудержным весельем и нескончаемым счастьем. прохожие, идущие мимо, сбоку по тротуару, смотрят на прыгающего парня презрительным, недовольным взглядом. ну как же так, в такую грустную погоду в этом грустном городе и чувствовать себя нужно соответствующе, не надо радоваться. а вот некоторые, глядя на идущего впереди веснушчатого, тоже заражаются все больше и больше, ведь начинают тоже невольно улыбаться, чувствуя как в груди, где-то далеко, в колючих зарослях, в ледяных сердцах что-то пульсирует, теплом отдаёт. ближе к дому, кашин наконец перестает скакать как безумный жеребец, чувствуя налитые медью икры. усталость берёт своё, но он не перестаёт улыбаться, уставшими и довольными глазами обводя знакомый пейзаж казалось бы уже в тысячный раз. открывается металлическая, тяжелая дверь с соответствующим ей пиликаньем. следом, она закрывается, с грохотом хлопая, ведь доводчик слетел ещё давно, а заменять его никто не спешит. раздается топот, останавливающийся через пару десятков секунд на 3 этаже. щелкает замок, дверь отворяется и в квартиру залетает веснушчатый, а за ним заходит и Руслан, как следует вытряхнув зонт от лишней влаги. разувшись и оставив мокрую обувь на полочке, даня убежал в комнату, пока брюнет спокойно разулся, снял куртку и прошел вглубь квартиры. проходя мимо комнаты, он мельком увидел лишь стоящего к нему задом кашина, что устало снимал мокрую одежду и оголял молочную кожу спины с, усыпанными веснушками, плечами. руслан наконец прошел к цели маршрута. уже стоя на кухне, он поставил чайник и кастрюлю с водой на плиту, ожидая закипания. – русла-ан... – протяжно раздалось с другой комнаты ломким, чуть охрипшим голосом. тушенцов практически сразу встал и быстро направился в комнату. какого же было его невероятное удивление, что данечка, оказывается, начал плохо себя чувствовать. сука, ну вот говорил он ему: не надо скакать как умалишённый по лужам, не надо было идти в одной толстовке и тоненькой ветровочке, не надо было уходить из под зонтика. перед его взором показался кутающийся в одеяло голубоглазый в сухой теплой кофте. нездоровый румянец на щеках сигнализировал о спешно поднимающейся температуре, приоткрытый рот о том, что нос-то заложен и дышать приходится другим способом. как следует обругав младшего за то, что он заболел, руслан все же присел рядом на диван и начал расспрашивать о том, какие симптомы. данила же начал перечислять. – насморк ебейший, слабость сильная очень.. горло болит, голова болит.. – проговорил веснушчатый, переодически прерываясь на кашель. – горе моё луковое.. сиди, щас горячий чай принесу. – с каплей раздражения, но все же с переживанием и заботой, сказал кареглазый и пропал их комнаты на пару-тройку минут. по звукам, он налил чай и закинул в кастрюлю пельменей, чуть перемешал и вернулся к рыжему. – спасибо.. – тихонько и хрипло поблагодарив и приняв в руки теплую кружку, парень отпил теплую жидкость, что приятно окутала ротовую полость, а затем спустилась по горлу со слабым, даже приятным покалыванием. – русь.. согрей меня.. – слабым голосом вновь заговорил даня и отставил кружку на тумбочку, беря чужую руку своей холодной и дрожащей. – дань, я за лекарствами должен идти. – тушенцов встал с дивана, обувая тапки, а также тут же теряя равновесие. – ты мое главное лекарство. – кротко сказал веснушчатый, потянул старшего за руку на себя и прижал к себе упавшего парня, умиротворённо выдыхая и прикрывая уставшие глаза. а тушенцов и не сопротивлялся. он тихонько вздохнул и приобнял тело, укладывая голову на чужую грудь. стало слышно стук сердца. слабо слышно. но оно уверенно и медленно отбивало свой ритм. а в свою очередь по нему было понятно – даня спокоен, доверен брюнету. рука с черепом зарылась в мягкие, немного отросшие шоколадные волосы, перебирая их. мирное дыхание переросло в тихое сопение, а значит, парень уснул. кареглазый задумался, какой же даня: сейчас больной, растрёпанный как птенчик, покладистый даня, главное - самый любимый. он мягкий, будто плюшевая игрушка, заботливый, старается всегда для него. большего для счастья руслану и не надо.