Don't dream it's over

      Самые тяжёлые дни в больнице это обычно выходные, когда ничего не происходит. Медсёстры по-прежнему приходят, приносят лекарства, делают уколы и на этом всё. В пятницу Майкл сидел, словно на иголках, в ожидании выписки. Время тянулось к четырём часам дня, но ничего не происходило. Ему просто сняли дренаж — он больше не был нужен, и Майкл наконец-то освободился от заботы об этом несчастном мешочке. Все эти дни он боялся случайно его выдернуть. Сняли дренаж, сменили повязку и отправили обратно в палату. О выписке пока и речи не шло. — Если меня не выпишут в понедельник, я сойду с ума, — зло прошептал Майкл Адаму на ухо. — Можно снежинки из туалетной бумаги вырезать, — рассмеялся Миллиган, — у тебя ведь есть маркеры, можно их раскрасить. И хотя звучало это как шутка, предложение было вполне серьёзным. У Майкла действительно были маркеры, которыми он правил свою статью. Отчаяние от скуки заставило его сесть и поработать. На выходные появился новый критерий отсчёта времени. Дожить до завтрака, потом до обеда, потом ужина, а там и спать можно. Часы тянулись неумолимо медленно, и Майкл не знал, как ускорить этот бесконечный поток времени. Он бродил по коридорам, сидел на диванчике у сестринского поста, пялился в окно и завидовал прохожим, посещал капеллу, разговаривал с Адамом до тех пор, пока не терял голос, закидывал Люцифера смешными картинками. С трудом дожив до понедельника, Майкл не терял надежды на выписку. Их с Адамом отправили на осмотр, послушать дыхание и оценить общее состояние. Через полчаса Адам уже собирал сумку, готовясь к отъезду домой, а Майкл лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку. После операции у Новака продолжался кашель, отдававший болью в боку, что было нормой, но всё же требовалось некоторое наблюдение, ведь у Адама кашель почти прошёл. — Всё будет хорошо, Майкл, — сказал Адам, полностью одетый и с сумкой в руке. Майкл выглянул из-под одеяла, взъерошенный и бледный. — Да, знаю, — он медленно сел, чувствуя боль в груди при движениях и вдохах. — У тебя тоже, Адам. Я рад, что ты пошел на поправку. Спасибо, что скрасил мои дни в больнице. Хотя Майклу и было обидно, что Адама выписали раньше, он не хотел портить тому настроение. Он улыбнулся и протянул Миллигану руку для крепкого пожатия. После ухода Адама количество развлечений резко сократилось. Майкл забрался в постель и лежал, наблюдая за падающим снегом. Тишина палаты успокаивала, и вскоре он уснул.

***

      Наверное, Майкл никогда не был так счастлив оказаться дома. Его выписали ровно через неделю после операции, и спустя пятнадцать минут после подписания всех документов и получения эпикриза он уже сидел на улице со своими вещами, ожидая Люцифера. Всё вокруг радовало: подтаявший снег под ногами, холодный воздух, лёгкий ветерок. Он устроился на скамеечке у фонтана и наслаждался долгожданной свободой. — Не думаю, что стоит ее резко отрывать, — задумчиво произнёс Люцифер. Майкл только что вышел из душа, стоял в ванной с полотенцем вокруг бедер, ожидая, что Люцифер поможет снять повязку. — Начни медленно, там посмотрим, — Майкл наблюдал в зеркало, как Люцифер наклонился и аккуратно подцепил край повязки. — Ого... Никто не знал, что ожидать, но оказалось не так страшно. Шов был небольшой, немного припухший, с чёрными нитками, торчащими наружу, а вокруг расползался зеленеющий синяк. — Шрамы украшают мужчину, — пошутил Люцифер и поцеловал Майкла в ребро. Тот фыркнул и покраснел, выдыхая с облегчением. Перед выпиской Майклу выдали лист с рекомендациями для восстановления: обязательная дыхательная гимнастика, осмотр врача через две недели и контрольное КТ через месяц. Люцифер подошёл к делу серьёзно — прочитал эпикриз, как будто прекрасно понимал медицину, и тут же стал искать дыхательную гимнастику на YouTube. — Тебе не кажется, что можно заняться чем-то более полезным? — буркнул Майкл, глядя на Люцифера поверх кружки. — Твоё здоровье самое важное, — заметил Пеллегрино, не отрываясь от телефона. — С этим разберёмся потом. После завтра ведь Рождество, и нам надо поговорить о свадьбе, если ты ещё не передумал, пока я был в больнице. — Иногда ты настоящая бессердечная сволочь, солнышко, — улыбнулся Люцифер. — Но я не мог передумать. Он отложил телефон, и через секунду Майкл получил видео с гимнастикой. Он закатил глаза и поднялся. — На Рождество можем пригласить Габриэля и устроить небольшой ужин, — предложил Люцифер, когда они устроились в кровати. Майкл всё ещё боялся лежать на правом боку, поэтому им пришлось поменяться сторонами. Наконец он нашёл удобное положение, прижавшись головой к плечу Люцифера и смотря в экран ноутбука. За время, пока Майкл лежал в больнице, Люцифер не терял время зря, он нашёл несколько мест для свадебной церемонии, ателье, шьющее только свадебные костюмы, и ювелирный магазин с кольцами. — Погоди, — Люцифер резко закрыл ноутбук и развернулся к Майклу лицом. — Когда ты хочешь свадьбу? Майкл задумался. Очевидно, именно этим стоило заниматься, лежа в палате, а не ныть без дела. — Так, чтобы не было слишком холодно, но и не слишком жарко. — Очень конкретно, — поддразнил Люцифер и получил мягкий укус в плечо. — Конец мая, начало июня или конец августа. Главное, не пересекаться с другими важными датами. Не хочу отмечать день рождения и годовщину свадьбы в один день. — А что с началом мая? — У Габриэля день рождения. — Ах да. Майкл рассмеялся и взъерошил волосы Люцифера. Как он мог забыть про день рождения собственного брата? — Ну ладно. Март, когда у тебя день рождения, не рассматриваем, будет холодно, — продолжил Майкл. — Предлагаю 26 мая. Красивая дата: 26.05.26. Как тебе? — задумчиво сказал Люцифер, открывая ноутбук снова. — Действительно красиво, я согласен. С датой решили. Организация свадьбы казалась сложной, и так оно и было, но вместе с тем интересной: создавать свой особенный день. До тех пор, пока они не поссорятся из-за цвета торта или скатерти. Ответственность за торт, конечно, полностью ложилась на Габриэля, так что хотя бы за это можно было не беспокоиться. С остальным нужно было договориться им двоим. К счастью, времени было достаточно. — Я хочу белый костюм! — заявил Люцифер, листая уже четырнадцатую страницу сайта ателье. У Майкла уже рябило в глазах от цветов и цен. — Тогда никто не будет спрашивать, кто из нас невеста, — пробормотал Майкл, прикрывая глаза ладонью. При этом неприятно потянуло в боку, и он опустил руку. — Таких кретинов на свадьбу не зовём, — фыркнул Люцифер, нахмурившись. — Кстати, о гостях. Я не хочу много народа. — Я тоже. — А что насчёт свидетелей? — У меня, по-моему, выбора нет. Мелкий обидится, если я не возьму его в подружки невесты. Майкл хихикнул, думая, кого бы сам хотел видеть рядом. Первой в голову сразу пришла Лаура. Возможно, это было глупо, но он считал её другом и обещал пригласить на свадьбу. В любом случае, времени подумать было достаточно. — С сайтом пригласительных я сегодня не справлюсь, — сказал Люцифер, убирая ноутбук на тумбочку. Как только он лег, руки Майкла обвили его, крепко прижимая. — Я скучал, — тихо выдохнул Майкл, закрывая глаза. Ему было спокойно дома, рядом с Люцифером. Казалось, самое страшное позади. Разумеется, впереди ещё многое, но если они справились с этим, справятся и со всем остальным. — Я тоже, — ответил Люцифер, обнимая его и тыкаясь носом в лохматую макушку. Майкл не сказал ничего, просто тихо улыбнулся и прижался ещё ближе. В этих объятиях было всё: спокойствие, уверенность, тепло, которое нельзя подделать. Он знал, рядом с Люцифером он в безопасности. Не потому, что тот силён или решителен, а потому, что рядом с ним всегда есть место для любви, даже в самые трудные дни. И теперь оставалось только одно — жить. Строить день за днём что-то своё: простое, настоящее, упорно нежное. Свадьба, гости, даты, всё это будет. Но главное уже случилось. Они выбрали друг друга. И больше ничего не имело значения.