Везучий случай

— Гук, привет, ну что, все в силе? — веселый голос друга щебетал на том конце трубки. — Больше да, чем нет, — ответил Чонгук, дожевывая гамбургер. — Ты опять жрешь, что ли? Очередной гамбургер? — спросил Пак. — И как в тебя столько помещается вредной еды? — Ой, иди нахуй, ты что, мой гастроэнтеролог? Сам как-нибудь разберусь. — Ладно, ладно, не заводись, словно твое такси с пол-оборота. Сегодня пятница, ты не забыл, что завтра мы идем в клуб — ту-у-у-уси-и-ить? — Пак растянул последнее слово. — С тобой разве забудешь? Все уши мне прожужжал. — Слушай, кончай выебываться. Юнги сказал, что у него есть охуенный друг, и по его описанию я понял, что он именно тот, кто тебе нужен. — Откуда тебе знать, что мне нужно? Может, я вообще больше ни с кем встречаться не хочу, — Чон замолчал, но разве Чимина можно было остановить. — Если тебе за всю жизнь и попался конченый мудак, то это не означает, что и другие такие же. Хотя сколько у тебя было серьезных отношений? Я забыл. Ах, да — одни и были. Не надо по одному мерить всех остальных. Короче, я уже договорился. Юнги с другом будут ждать нас завтра в нашем клубешнике. Отговорки и отмазки не принимаются. Я возьму такси и в восемь буду у тебя. Не забудь побрить жопу и яйца, хотя, глядя на твою смазливую мордашку, тебя трахнут и волосатым, — он истерически заржал, Гук начал хихикать и подавился. — Вот только не вздумай там сдохнуть, я говорил — вредная еда до добра не доведет. Ладно, пока, дел куча. До созвона. Чимин отключился. *** Парни познакомились в средней школе, когда им было по тринадцать лет, и вот уже на протяжении десяти лет они дружат. Об ориентации друг друга узнали совершенно случайно, когда учились в старшей школе и жили в одной комнате. Школа предоставляла жилье своим ученикам, жившим далеко от дома. Чимин застал Чонгука за просмотром гейской порнушки и рукоблудием со стонами. — Зачетный член, — негромко сказал Чимин, — я бы, пожалуй, тоже не отказался. Чонгук был в наушниках и не подозревал, что сзади кто-то есть. Когда Чимин тронул его за плечо, он заорал, выронил телефон и кончил, рассеивая своих несостоявшихся детей куда попало. — Ты че, охуел, так пугать? — А нехуй без друга баловаться вкусняшками. Жмот, блять. Не знал, что ты гей. — Если я смотрю гейскую порнуху, это не означает, что я гей, — будто обиделся Гук. — Да уж, но и толпы девчонок я возле тебя не вижу, — съязвил Чимин. — Как и я возле тебя, — тут же съехидничал Гук. — А я никогда и не скрывал, что девочки меня совсем не интересуют. А то, что ты этого не видел — твои проблемы. — Боже мой, я живу с пидором, — Гук театрально закатил глаза. — Э-э-э-э… Полегче. Пидор — это Санво, которого хлебом не корми, а дай поиздеваться над такими, как я. А я гей — красивый, охуенный и желанный! — подытожил Пак, улыбнулся, и глаза его превратились в щелочки. — Кстати, а ты актив или пассив? Я вот очень люблю поскакать сверху на хорошем крепком члене. — Мне кажется, я пассив. Меня пригласил на свидание один парень завтра, он актив — это точно, я знаю. У меня пока ни с кем не было, только дрочка с одним парнем и все. Но когда после он засунул в меня свои пальцы, я будто попал в рай. Так что да — я точно пассив. — Здорово, значит, будем вместе искать себе парней с хорошими членами, — резюмировал Чимин. На поступление в университет у родителей не было денег. Чимин окончил бухгалтерские курсы и работал в одной фирме помощником главного бухгалтера. Парень оказался очень башковитым, и его умение складывать цифры в уме, умножать и вычитать очень помогало ему в работе. Главный бухгалтер оценил способности Пака и сразу взял его к себе помощником. Чонгук всю жизнь мечтал работать в такси. Когда он получил права, родители купили ему его первую машину. Гук корпел над ней сутками. И в итоге сделал из говна конфетку. В плане ремонта у него были золотые руки, а чистоплотность парня просто поражала. Его кормилица работала исправно, а комфорт и чистота автомобиля вкупе с приятной внешностью водителя и готовностью помочь своим клиентам везде и всюду вмиг превратили его автомобиль в самый часто вызываемый на заказы. Репутация, мать ее. Через год Чонгук купил себе новый автомобиль, правда, в кредит, но все же — новенький. Часто перевозя мам с малышами и детьми постарше, Гук приобрел два детских кресла. Теперь у его беби-такси от заказов отбоя не было. Однажды ему предложили отвезти маленькую девочку без сопровождения родителей. Репутация Чонгука была известна многим, да и тряпочный телефон работал исправно. Этому парню можно было доверить перевезти миллиард вон, и ни одной бы не пропало. Такие заказы предполагали двойной и даже тройной тариф, но это совсем не пугало потенциальных клиентов. Наоборот, в последнее время он практически только и ездил по таким заказам. Чонгук кайфовал от работы, доходы росли, лучший друг был всегда рядом, поддерживал в трудные минуты. Трудные минуты у Гука были, не подумайте, что он порхающий мотылек. Если в жизни и работе все складывалось как нельзя отлично, то в направлении вектора отношений встречный ветер ебашил в морду со страшной силой. Первые и серьезные, как считал Гук, отношения случились в старшей школе, когда его позвали на свидание. Парень оказывал знаки внимания, они ходили в кино, кафе. Целовались, как сумасшедшие, у Гука в подъезде после первого свидания. Его новоиспеченный парень намекал на продолжение, но Чона что-то останавливало. Встречались они неделю, и только после этого Гук согласился на секс. Все, конечно, прошло не так, как в порнушке: Чонгук зажимался, расслабиться не получилось, в конечном счете удовольствия он так и не получил, ни разу не кончив. Наутро вся шайка под предводительством Санво обсуждала свидание Чона. Как оказалось, парни поспорили, и один из товарищей проиграл спор. — Долг — дело чести. Тебе надо охмурить и трахнуть этого педика Чона. Я заметил, как он на тебя смотрит. Через неделю ржач и травля парней закончились. Их обзывали и пару раз пытались поколотить, но мальчишки дали достойный отпор, и больше к ним не лезли и не задевали. Так, иногда подкалывали, но парни просто перестали обращать на это внимание. Вскоре компания недоделанных ублюдков нашла себе новую жертву. Для Чонгука это событие оказалось большим ударом. Он не понимал, как можно спорить на живых людей и делать такие страшные вещи: спать с парнем, если ты не гей, а потом стебаться и издеваться. Чимин успокаивал друга, как мог, переживая, что Чонгук сломается. Через месяц его отпустило, и он почти год не предпринимал попыток наладить свою личную жизнь. Обжегшись на молоке, дуешь на воду. Негативный опыт — тоже опыт. Он зарекся вступать в серьезные отношения, только одноразовые встречи без обещаний и продолжений. Ему хватило. После окончания школы и начала работы в такси Гук почти забыл о том происшествии, настроив свою жизнь так, как ему хотелось. Не обещая и не давая ничего своему партнеру, он не требовал обратного взамен. Хоть Чимин ему и напомнил, это уже не било по нервам, как тогда. И вообще, если бы не Чимин, во многих моментах Гуку было бы тяжело. Он с детства не очень доверял людям, а в Паке нашел свою родственную душу. Неуемная энергия, живость и обаяние Чимина придавали Гуку силы и ощущение нужности. Самый настоящий друг! *** — Юнги, я ухожу домой. Неделя выдалась какая-то сумасшедшая. Я наконец-то закончил с разводом семейства Ли. После завершения судебного процесса сможешь купить себе на дивиденды хорошенькую тачку, — Тэхён подмигнул другу. — Стоп! Время — час дня. Куда собрался? Ты все-таки раздел этого гулящего толстосума? Красавчик! Теперь от богатой разведенки мадам Ли ухажеров придется отгонять поганой метлой. — А нехуй было спать с молоденькими девушками, тем более с теми, кого самолично подослала наша безутешная, многоуважаемая обманутая бедная женщина, и неважно, знал ли он об этом, — он состроил страдальческую гримасу. — Я потом выражу мистеру Ли соболезнования или отправлю фото с курорта, на котором буду отдыхать на его денежки, ну или из тачки. Эй, Тэхён, подожди. Сначала просто заткнись и выслушай, а потом можешь орать. Завтра суббота, и мы с тобой идем в клуб. Я недавно познакомился с очень милым мальчиком, у него есть друг, и мы решили вас познакомить. Не отпирайся и не руби сразу. Просто сходим, потанцуем, пообщаемся. В последнее время ты будто отшельник. Нельзя так. — Юнги, друг, ты же знаешь, как я устал от всего этого. Им вечно от меня что-то надо. Согласен, ни один из моих трех парней ничего от меня не требовал, но со временем на их лицах начинала сиять вывеска — Я ХОЧУ БОЛЬШЕГО! Меня вполне устраивают одноразовые мальчики. Я дарю им подарки, предоставляю, по их словам, охуенный секс, но на этом все. Мне просто хочется тепла. Пусть у него не будет такого достатка, как у меня — я достаточно зарабатываю. Но, черт возьми, я хотел бы раз в жизни приехать домой, и меня ждал бы ужин, а не эти походы по тусовкам, ресторанам и разъездам по островам. Нам тридцать, Юнги, уже тридцать. Вспомни, какими мы были одиннадцать лет назад в универе, когда познакомились? Глаза горели, мы же могли объять весь мир, а сейчас — рутина, — Тэхён смотрел на друга погрустневшим взглядом. — Тэ, я все помню. Особенно, когда ты спас меня после предательства Минхо. Я был настолько пьяным, что мог вскрыть себе вены, если бы ты не приехал именно в тот момент. — Ну ты так живописно описывал своего бойфренда, что вытащил из твоего дома даже ершик от унитаза, когда сбегал со своим любовником, что я не мог не приехать. Кстати, тогда я и узнал, что мы с тобой одного поля ягоды. Хорошие друзья, — он показал пальцами кавычки, — даже не спрашивали и не знали про ориентацию друг друга почти два года. — Ну не бегать же мне с плакатом: «Я — Мин Юнги — гей! Позаботьтесь обо мне!» Представляю, — Юнги заржал, за ним подхватил Тэхён. — Короче, Тэ, ничего не знаю. Сходим, расслабимся. Друг, не заёбывай. Ты уже домой собрался, а мне тут еще четыре часа торчать. Наследники миллионера дерутся за носки своего деда, прикинь. Иди уже, не могу смотреть на твою довольную рожу. У тебя на лбу написано: «Пашите, негры, а я домой — пить вискарь.» Завтра в восемь в «Смачном персике». — Пиздец, ну и название. А почему не «Зачетная кукуруза» или «Пещера дракона»? Креативность — наше все! — Тэхёну хотелось напоследок стебануть Юнги. — Вот сходим завтра, ты найдешь владельца заведения и сам задашь ему этот вопрос. А теперь съебался по-быстрому, пока я не подкинул тебе работенку, — тряся пачкой документов, сказал Юнги. Тэхён показал ему средний палец и вышел из кабинета. В 16:00 на телефон Чонгука пришло сообщение с адресом следующего заказа. Он прибыл в место назначения — «Клеопатра, покори своего Юлия Цезаря», гласила вывеска салона красоты. Гук ухмыльнулся и прошел внутрь. «Что только не делают владельцы салонов, чтобы содрать со своих клиенток довольно немаленькие деньги», — подумал Чон. Салон находился в обеспеченном районе Сеула, и барышни даже со средним достатком сюда бы не сунулись. Навстречу ему вышла хрупкая блондинка с сумкой-переноской, в которой спала маленькая девочка. — Чонгук-щи, меня зовут Лорен, а это, — она указала на спящую девочку, — Мэй. Мои процедуры продлятся неопределенное время, муж только что вернулся из заграничной командировки, а няня слегла с температурой. Мне рекомендовали вас как высококвалифицированного специалиста. Нужно отвезти дочку домой к супругу вот по этому адресу, — девушка протянула Гуку листок. — Я понимаю, что дорога неблизкая, но свою малышку я бы хотела доверить именно вам. О финансах можете не беспокоиться. — Раз вы знаете обо мне, и ваш дом находится довольно далеко отсюда, моя работа будет стоить вот столько, — он написал на визитке сумму. — Реквизиты оплаты с обратной стороны. — Конечно-конечно, — закивала головой довольная молодая мама. — Буквально пять минут, и я переведу вам сумму на карту. Она что-то еще щебетала про мужа и его заграничные командировки; как тяжело быть мамой в декрете; как замечательно, что появился такой парень с услугами беби-такси. Чонгук ее не слушал, он смотрел на мирно посапывающую девочку. От силы ей было месяцев девять. Чонгук просчитывал все варианты: дорога до дома неблизкая; если девочка будет спать, то проблем не будет; если проснется, то нужна будет люлька. В его голове крутились профессиональные мысли перевозчика такого драгоценного груза. Он решил не рисковать и сразу положить девочку в люльку. Телефон пиликнул. Гук разблокировал его и посмотрел на оповещения. Платеж прошел. — Пойдемте в машину, сейчас упакуем вашу прелесть, а вы сможете продолжить свои спа-процедуры, — улыбнулся Гук и взял переноску со стойки ресепшена. — Ой, какой вы милашка, чудо, спасение, — она схватила сумку с детскими принадлежностями и посеменила за парнем. — Мэй должна проспать всю дорогу, она очень любит кататься на машине. Как только машина начинает ехать, она засыпает. Вообще, она чудный ребенок и никогда не плачет, — хотя мама и доверяла Чонгуку свое чадо, было заметно, как она нервничает и переживает, поэтому кудахтала, как наседка. — Я бы попросил вас успокоиться и не нервничать. Я отлично вас понимаю, вы переживаете. Дайте мне свой телефон, — девушка протянула гаджет Гуку. — Смотрите сюда, — он нажал на приложение своего такси. — Вот видите точку — это мы, вторая точка — это ваш дом, синяя пунктирная линия — путь следования. По мере движения она будет желтой. Вот значки камер, их в салоне пять. Вы можете онлайн следить с любой камеры и с любого ракурса, как мы будем ехать и как будет вести себя в дороге ваша принцесса, — глянул на девочку и добавил: — Она и правда очень красивая. — Охуеть, — внезапно выдала леди. — Ой, простите! — она зажала рот ладошкой. — Я просто не ожидала такого сервиса. Вы же ангел-хранитель. Вот вам ключ-пропуск на подземную парковку, потом отдадите его мужу. Спасибо огромное, Чонгук-щи. Я вам такую рекламу устрою — отбоя от клиентов не будет. — Спасибо. И нет, я не ангел. Просто очень люблю свою работу, а камеры — это не только для вас, но и для меня в первую очередь. В дороге может случиться всякое, и получить квалифицированную помощь посредством камер я тоже смогу. Он открыл багажник, вытащил люльку и закрепил ее на заднем сиденье. Затем уложил переноску в люльку, закрепив множеством ремней. К дому они подъехали через час с небольшим. Девочка спала всю дорогу. На мониторе было видно ее хорошенькое спящее личико. Чонгук посмотрел на адрес — шестая квартира, значит, первый этаж. Элитный район, ухоженные парки с детскими площадками, подземной охраняемой парковкой и множество камер наружного и внутреннего наблюдения. Он припарковался и, взяв вещи и сумку-переноску, зашел в лифт. Тот плавно поехал вверх и буквально сразу же остановился. Выйдя из лифта, Чонгук увидел справа на стене табличку с именами и номерами владельцев квартир. «Квартира номер шесть, Ким Намджун» — прочитал парень. Прямо напротив лифта как раз была квартира под номером шесть. Чонгук позвонил в звонок и услышал громкую мелодичную трель. Он увидел, что дверь приоткрыта, и зашел внутрь. В квартире было тихо, откуда-то раздавалась негромкая музыка и был слышен плеск воды. Хозяин, видимо, принимал душ после командировки. Чонгук поставил переноску на диван в гостиной и вышел в коридор, услышав, что музыка затихла, как и шум воды. — Ты ещё, блядь, кто такой? — услышал Гук. Он обернулся и увидел молодого мужчину. Тот стоял в одном полотенце. Его тело было мокрым от воды, она стекала по шее, рукам, груди и животу, скрываясь в складках полотенца, которое еле держалось на бедрах. Крупными каплями с мокрых, чуть длинных, слегка кудрявых волос капала вода и, по уже проложенным дорожкам, стекала вниз. «Пиздец», — подумал Гук и сглотнул. «Красивый. Если бы не был женатым и с ребенком, я бы с ним замутил. Слизал бы с него каждую капельку. Судя по выпирающему бугорку, у него и член что надо. Блять. Гук, ты ебнулся, что ли? Это же заказчик». — Последний раз спрашиваю: какого хера ты делаешь в моей квартире? — Хорошее приветствие. Я привез вашего ребенка. Не кричите, она, вообще-то, спит. Разбудите. — Какого еще ребенка? Ты охуел? Выметайся из моей квартиры и ребенка захвати. Иначе… — Иначе что? — Чонгук сделал шаг к нему и сжал кулаки. — Въебёшь? — осмелел вдруг Гук. Плевать на плохой отзыв. Папаша совсем охренел, еще и от ребенка отказывается. — Выебу, — хозяин с вызовом посмотрел на непрошенного гостя. — На этом диване? — смелея от такой наглости, спросил Гук, указывая на гостиную, где так и спала девочка. — На нем, а еще в спальне, на кухне и в душе пару раз. У меня мест много. Выдержит ли твоя задница, малыш, вот в чем вопрос? — хозяин сделал два шага навстречу. В нос Чонгука ударил аромат геля или туалетной воды, неважно чего, но он был таким приятным, что Чон облизнул губы. Папаша заметил это действие непрошенного гостя и ухмыльнулся. — Ну ты и ублюдок, — Чонгук смахнул с себя наваждение. — Я такого конченого вижу впервые. Иди ты на хуй, малыш, — последнее слово Чон выделил язвительно. — Нет, сладкий, я всегда сверху, — хозяина квартиры забавлял этот парнишка. Дерзкий, красивый. Темные, почти черные глаза сверкали, словно из них вот-вот вылетят молнии. Накачанная шея, на которой вздувались вены, и забитая татуировкой правая рука выдавали в нем смелого, отчаянного парня. — Я могу и заплатить. Скажи, сколько ты стоишь? От такого Гук охренел еще больше. Его глаза распахнулись, ноздри раздулись, и он хотел вдарить по этой красивой роже так сильно, чтобы его зубы повылетали и наглая ухмылка навсегда исчезла с этого лица. — Сука. Что ты сейчас сказал? Сладкий, заплатить? Я сам тебе заплачу за тот длительный больничный, который сейчас организую, — он двинулся вперед. — Да я тебе… — Ребят, простите, что прерываю, — на пороге стоял молодой мужчина и тревожным взглядом осматривал парней. — Привет, Намджун, ты уже вернулся? А Лорен где? Ты чего-то хотел? — В смысле, блять, — Гук уставился на вошедшего. — Ким Намджун из шестой квартиры? — изумленно проговорил он. — Да, это я, — ответил Намджун. — А вы Чонгук-щи? Таксист? — Да, это я, — совсем не соображая, что происходит, негромко ответил Гук. — А Мэй там, на диване, спит. — Не знаю, как так вышло, что вы попали в чужую квартиру. Наша находится правее по коридору, а это квартира номер девять, — объяснял Намджун. — Когда вас долго не было, я позвонил Лорен. Она сказала, что видит, как вы подъехали, машина пустая, а на ее телефон пришло сообщение, что заказ выполнен. Она думала, что вы у нас — пьете чай. Она мне столько про вас рассказала и попросила угостить вас. У Мэй в люльке есть родительский датчик слежения. Так как квартиры находятся рядом, в телефоне жены он показывал, что она дома. А я со своего телефона уже узнал, где конкретно моя дочь. Тэхён, может, ты мне объяснишь, почему мою принцессу принесли к тебе? — Черт, — Тэхён обвел всех немного виноватым взглядом. — Это, наверное, моя ошибка. Простите. Верхний гвоздик моего номерка вывалился и потерялся. Когда сильно хлопаешь дверью — девятка превращается в шестерку. Все никак руки не доходят. Я ждал, когда мне принесут пиццу, поэтому и дверь была открыта, а тут такое. Намджун, ты же знаешь, что мы так делаем, — хозяин шестой квартиры махнул головой в подтверждение слов хозяина девятки. — Покупки и заказы, привезенные курьером, наш консьерж заносит в квартиру и прикрывает дверь, все заранее предупреждены. «Непонятно, что сейчас происходило. Этот мужчина виновато оправдывается?» — думал Гук. — Клоун, блядь, фокусник, — съязвил он. — Гвоздик у него упал, видите ли, — и Чонгук, скривив рот в гаденькой ухмылке, кинул взгляд на пах мужчины, типа: «А там у тебя ничего не упало? Как твой гвоздик поживает?» — Короче, парни, отдайте мне мое сокровище, мою принцессу и разбирайтесь дальше, а я пошел. Я ее неделю не видел, у меня Мэй-голодание, Мэй-диета, я похудел. Я срочно должен скушать мою булочку, — и оголодавший Намджун проследовал в гостиную. За ним двинулись оба парня. Они подошли к дивану, на них смотрели глазки-бусинки. Мэй не спала, но лежала очень тихо и не произносила ни звука. Малышка изучала интерьер вокруг себя, особенно ее привлекла красивая люстра, переливающаяся разноцветными огоньками, бегающими по кругу. Мэй глазела на нее, не отводя взгляда. Все трое уставились на маленькое создание, девчушка в ответ стала изучать склонившихся над ней мужчин. Когда ее взгляд выцепил родное лицо, она сначала нахмурилась, а потом ее ротик растянулся в чудесной улыбке с одним нижним торчащим зубиком. Ручки и ножки девочки начали беспорядочно дергаться в разные стороны, и она издала звук, похожий на мурлыканье котенка — она узнала своего папочку. — Моя булочка, моя бубочка, моя прелесть, моя принцесса, мое солнышко, иди, иди к папочке, — он ворковал над малышкой, расстегивая ремни на переноске. — Правда, она фантастическая? Парни переглянулись и в один голос ответили: — Ага. Намджун достал дочку и пару раз подкинул ее вверх, ловя и прижимая к себе. Мэй заливисто смеялась. — Спасибо, парни, я пошел. Моя прелесть кушать хочет. Бежал к вам и телефон дома оставил, Лорен, наверное, уже извелась вся. Если что — приходите к нам, когда будет удобно, чай попьем. Пока. Он взял переноску и на руках со своим сокровищем двинулся к себе домой. Тэхён проводил соседа и закрыл, теперь уже точно, за ними дверь. Чонгук так и стоял в гостиной, видимо, переваривая все случившееся. — Какие они милые, правда? — спросил Тэхён. — Да, — машинально ответил Гук и, скидывая наваждение от увиденной сказки, возвращался в реальность. — Так, я поехал. Пока, — он прошел мимо Тэхёна к двери и дернул ручку. Дверь оказалась закрытой на замок. — Открой дверь, — приказным тоном сказал Гук. — Малыш испугался закрытой двери? Попалась Красная Шапочка в лапы злого волка? — Тэхён издевался, подходя все ближе и ближе. Шагов по полу не было слышно, только его приближающийся голос говорил о том, что он уже рядом. — Открой дверь, я сказал, — Гук терял терпение, все так же стоял, прислонившись к ней и не отходя назад. Он часто задышал. — Зайчонок, котенок, мышонок, ты что, боишься меня? — Тэхён провоцировал Чона, выводил на эмоции. — Ты в зоопарке работаешь, что ли? — усмехнулся Чон. — Нет, в цирке — дрессирую непокорных милых мальчиков, — Тэхён подошел вплотную и прижался всем телом к Чонгуку. От парня одуряюще вкусно пахло. Он уткнулся ему в шею сзади, по росту волос, и начал нюхать, водя носом. Нежно, едва касаясь шеи. Волна возбуждения захлестнула Тэхёна, он часто задышал, напитываясь ароматом тела с нежным шлейфом парфюма. Прижался к Гуку плотнее, вдавливая того в дверь, упираясь своим вставшим естеством в аппетитную задницу. Его руки опирались на дверь по обе стороны от головы парня. Он толкнулся и услышал сдавленный стон. Чонгуку не хотелось, чтобы его тело так реагировало на этого взрослого мужчину. Отсутствие секса и обнаженный красивый хозяин квартиры не оставили выдержке Гука ни единого шанса. «Будь что будет. Один раз живем. Завтра на свидании меня познакомят с охуительным парнем, а про этого я забуду. Вряд ли мы когда-нибудь еще встретимся. Детей у него нет, и, судя по обстановке квартиры, он далеко не бедный. У такого точно есть крутая тачка, и такси он не пользуется». Чонгук медленно развернулся в капкане рук и прямо посмотрел в глаза напротив. На уровне этих медовых блядских глаз был мокрый локон, с которого так и норовила сорваться подрагивающая капелька воды. Гук, не отрываясь, смотрел на нее. Тэхён проследил за его взглядом. То, что он сделал потом, выбило почву из-под ног. Тэхён высунул язык в тот момент, когда капелька воды сорвалась и полетела вниз. Она упала аккурат на середину высунутого языка. Чонгук все это время следил за действиями Тэ. Он смотрел на язык, на котором растекалась бывшая капля. Приблизился, обхватил язык Тэхёна губами и обсосал его. — Что еще ты умеешь, сладкий? — произнес он глухо, почти шепотом. Чон опустил взгляд. Возбужденный член Тэхёна, немалых таких размеров, выглядывал из-под запахнутого полотенца. Он медленно сполз по двери, пока не опустился практически на самый пол. Сел на корточки, слегка дернул за полотенце, и то, соскользнув с бедер, упало к ногам. Стоящий член оказался напротив губ парня. Капелька предэякулята блестела на краю головки. Чон без рук слизал ее, отчего член дернулся сильнее, а его хозяин застонал. Гук вобрал в рот член Тэхёна наполовину и толкнулся. Сверху послышалось шипение. Схватив мужчину за бедра, Чонгук начал работать головой. Он сосал, вылизывал, прикусывал достоинство, втягивал щеки, периодически создавая вакуум. Стоны сверху уже были несдержанными, но руки Тэхёна оставались на двери. Он хотел, чтобы парень сам выбирал заданный темп. Чону сносило крышу от запаха свежевымытого тела с ароматом геля. Чонгук поднял свою руку, схватил Тэхёнову и положил себе на голову, разрешая похозяйничать, поруководить. Тэхён схватился за волосы и, уже не сдерживаясь, насаживал Гука на свой член. Чонгук крепко держался за бедра Тэхёна, его ноги начали затекать от неудобной позы. Старший размашисто вбивался в рот парня, громко стонал, слушая хлюпающие звуки снизу, которые возбуждали и были лучшей мелодией, что уши Тэ когда-либо слышали. Ни один из его парней так умело и с таким желанием не делал ему минет, не отдавался этому занятию с таким азартом, энтузиазмом, желанием. Понимая, что оргазм уже близко, Тэхён хотел отстраниться, но у Чона на этот счет были свои планы. Он вобрал член Тэхёна, насадился глубже до чистовыбритого лобка, сглотнул и задержался. От тесноты и узости горла по телу Тэ пробежали тонны мурашек, и он излился глубоко в глотку парня с громким стоном. Чонгук сглотнул все полностью и только после этого отстранился, выпуская член с пошлым чмоком. Тэхён схватил его за футболку и дернул наверх. Затекшие ноги Чона подкосились. Тэхён вжал его с силой в дверь, протиснув свою ногу между ног парня. Впился глубоким поцелуем в губы. Он вылизывал рот, слизывая свой собственный вкус вперемешку со слюной. Порыкивал от удовольствия, властвовал, доминировал. Чонгук не отставал. Глотнув воздуха, что уже заканчивался в легких, перехватил инициативу. Зарылся пальцами во влажные волосы на затылке и дернул голову Тэхёна назад, обнажая горло с выступающим кадыком. Широкими мазками проходился по венкам, языком оглаживал кадык, покусывал. И вновь бешенный танец языков, трение голого тела о мешающую одежду и руки, шарящие по всему телу. Сумасшествие в чистом виде. Тэхён накрыл пах парня, и Чонгук застонал. Его собственный член крепко стоял, прося разрядки. Ноги покалывали от прилива свежей крови и кислорода. Тэхён в нетерпении начал расстегивать ремень брюк, не прекращая целовать парня. — Мне надо в душ, — слегка просипел Гук. Он понимал, что будет продолжение банкета, а свежесть от утреннего душа уже испарилась. Парень был очень чистоплотным, несколько раз в день менял рубашки и футболки, не говоря о носках. — Где ванная, думаю, тебе не стоит говорить, — шлепнул по упругой попе старший. Чонгук зашел в ванную, снял вещи, аккуратно сложил и зашел в душ. Настроил воду, выдавил гель и стал растирать по телу, вспенивая. Член стоял колом, просил разрядки. Рука Гука в пене обхватила стояк и плавными движениями доставляла удовольствие хозяину. — Шалишь? — услышал он голос за спиной и подпрыгнул от неожиданности. Из-за шума воды Гук не заметил, как оказался не один. Тэхён зашел в душ, прижался грудью к спине Гука, утыкаясь своим полувозбужденным членом в бедро. Отстранил его руку, взяв член парня своими длинными пальцами. Вода омывала тела, смывая пену. Плавными движениями Тэхен скользил по члену парня, периодически большим пальцем проезжаясь по головке и теребя уздечку. Чон рвано дышал, предвкушая разрядку. Его возбуждало дыхание за спиной, легкие поцелуи на шее, спине и плечах. — Наклонись и раздвинь ноги, малыш, — приглушенно приказал Тэ. — И не дай бог тебе тронуть себя, накажу! Чонгук даже не думал сопротивляться. Он выполнил приказ, опираясь руками о стены кабинки. Тэхён сжал член у основания, он не даст парню кончить раньше времени. Ему давно не делали такой качественный минет, как пять минут назад. Он просто должен отплатить той же монетой, не любит быть в долгу. Тэхён опустился на колени, раздвинул упругие половинки и широким мазком прошелся от гладко выбритых яичек по промежности, сфинктеру до копчика. Чонгука затрясло, он выругался, его передернуло. Тэхён по очереди посасывал яички, вбирал в рот и выпускал с причмокиванием, продолжая сжимать член у основания. Пальцем оглаживал сфинктер, но не проникал. Член Чона даже не думал опадать, а когда Тэ его отпустил, ударился о живот. — Сука… — послышалось сверху. Больше Тэхёну играться не хотелось. Он раздвинул половинки посильнее, припал к колечку мышц, посасывая и вылизывая то широкими мазками, то частыми, дразня и возбуждая еще сильнее. Толкался языком, старался проникнуть как можно глубже, доставляя удовольствие на грани безумия. Стоны становились громче. Хлюпающие звуки и шум воды создавали мелодию, придуманную парнями только для их личного пользования. Тэхён на пробу толкнулся пальцем, и расслабленный вход принял его сразу на две фаланги. Не переставая вылизывать парня, старший уже орудовал в святая святых двумя пальцами, раздвигая их и оглаживая стеночки. Тэхён поднялся, прогнул Гука сильнее в пояснице и вогнал до основания уже три пальца, нащупывая и задевая заветный комочек нервов. — Блять. Еще, еще, — услышал Тэхён. — Давай, малыш, кончи для папочки. Давай, детка, я жду. Своими длинными пальцами он обхватил член Гука, продолжая ласкать простату. Чонгук выпрямился, упал на грудь Тэхёна и с протяжным стоном кончил. Сил совсем не осталось. Такого оглушающего оргазма он не испытывал никогда в своей жизни. Чонгук кончал долго, от небывалых ощущений дыхание спирало, и перед глазами взрывались звезды. Тэхён обеими руками обнимал его за талию, не позволяя упасть, крепко прижимая к своему телу. Оставлял на плече легкие поцелуи, пока парень отходил от оргазма. Вода уносила следы их страсти, смывая безумство, которое творилось в душе. Тэхён обтирал расслабленное после оргазма тело большим махровым полотенцем. Несмотря на очевидную разницу в возрасте, если сильно не присматриваться, можно подумать, что парни ровесники — Тэхён в силу своей худощавости и Гук с его атлетическими формами. «При желании этот парень сам выебет, кого захочет», — мельком подумал Тэ. Взяв за руку, молча повел в спальню и слегка подтолкнул к кровати. — На живот и вытяни руки, — скомандовал Тэхён. Чонгук лег на живот и вытянул вперед руки. Тэхён сел на задницу Гука и завязал его руки чем-то похожим на галстук. Он медленно начал оглаживать руки от кончиков пальцев, пробираясь к плечам, едва касаясь. От нежной ласки тело Чона покрылось мурашками. Член Тэхёна при наклоне проезжался вдоль позвоночника, размазывая естественную смазку, дополнительно стимулируя головку. Мягкими касаниями губ оставлял поцелуи-бабочки на шее, плавно переходя на спину и спускаясь ниже. Возбуждение по новой заставило член Гука налиться кровью, он упирался в кровать, и так как Тэ сидел на талии, ему было не очень комфортно. Тэхён заметил, что парень ерзает под ним. Он сполз вниз, устроился между его ног и резко приподнял нижнюю часть вверх, ставя Чонгука в коленно-локтевую с широко раздвинутыми ногами. Сам перевернулся на спину и подполз под парня, вбирая его полувставший орган в рот. Не ожидавший такого Чонгук чуть не упал на Тэхёна. — Не торопись, малыш, не хотелось бы прочитать о себе в новостях, что я умер от члена во рту. — Я не могу предугадать твои дальнейшие действия. — Тебе не надо угадывать, просто чувствуй и наслаждайся. Стон удовольствия будто подтверждал, что Чонгук действительно следует указаниям — чувствует и наслаждается. Он потихоньку опускался и поднимался, толкался в чужом рту. Пальцы Тэхёна, еще недавно растянувшие парня, вновь хозяйничали и теребили комочек нервов, принося дополнительную порцию удовольствия. Когда член младшего уже стоял достаточно крепко и был немаленьких таких размеров, от дополнительной стимуляции Чонгук перестал себя контролировать и напирал, вдалбливался в глотку. Ему было не просто хорошо — это было охуенно. Закрытые глаза и связанные руки играли с воображением. Что можно было ожидать от Тэхёна, Чонгук и представить себе не мог. Чтобы не превратить новости в реальность, Тэхён выполз, не вынимая пальцев, растягивая, подготавливая. Щелкнул колпачком смазки, и прохладная жидкость с ароматом лимона щедро покрыла вход. От контраста температур Чонгук передернулся. Тэхён согревал смазку, просовывая четвертый палец и разводя их все в стороны. Разорвав упаковку от презерватива, Тэхён раскатал его по члену, вытащил пальцы, приставил головку ко входу. — Готов? — низким голосом спросил старший. — Если ты трахаешь так же хорошо, как сосешь — я готов потерпеть. — Ты сможешь оставить свой отзыв в книге жалоб и предложений, — подколол его Тэхён. — У тебя и такая имеется? В трех томах… — Он хотел в ответ подколоть Тэхёна. — Ах… М-м-м-м...... Су-уу-ка… — зашипел Чонгук. Он, видимо, собирался еще что-то сказать, но ему не дали этого сделать. Тэхён одним толчком заполнил тело под собой, удерживая за талию, и замер, давая привыкнуть. Чонгук втянул воздух и сжал член внутри. Тэхён с силой ударил по ягодице, оставляя яркий след, и Гук, переключая внимание на шлепок, расслабился. Тэ воспользовался ситуацией. Вышел наполовину и снова толкнулся. Затем снова и снова, наращивая темп, вдалбливая свой немаленький член в уже разработанный и привыкший вход. Красные отметины от пальцев на коже еще неделю будут напоминать, что творил на этой кровати в этой спальне Тэхён с Чонгуком. Тэхён сменил угол проникновения и толкнулся жестче, напористей. Увидел, как сжались кулаки парня. Цель достигнута — простата найдена. Отличный слоган! Чонгук заскулил. Тэхён еще несколько раз повторил проложенный маршрут и резко вышел. Он перевернул Гука на спину, снял повязку и хищно ухмыльнулся. Слезы текли по лицу младшего. Своей нежностью, сменяющейся на жесткость, лаской рук, прикосновениями Тэхён давал понять, что он не просто трахает парня. Он показывает, как надо заниматься любовью, дарить наслаждение вперемешку с ощущением заботы. Не просто берет то, что ему дают, а дарит взамен. Тэхён раздвинул ноги Чона и уже плавным движением заполнил тело под собой. Их глаза встретились. Почти черные, блестящие от слез, смотрели прямо, с благодарностью за любовь. Чонгук потянулся к своему члену, и Тэхён отрицательно покачал головой. Гук раскинул руки и сжал простынь. Он выгибался в спине, пока Тэхён трахал его, любил его, нежил его, вытирая слезы и оглаживая шею, грудь, возбуждая еще больше бусины стоячих сосков. Чонгук потянулся за поцелуем. Накрывая тело парня, зажимая его член между телами, Тэхён двигался, дополнительно создавая трение и стимулируя ствол и головку. Длинные пальцы сомкнулись вокруг шеи и слегка сдавили. Язык не прекращал хозяйничать в чужом рту, перемешивая слюну, делясь ДНК. Чонгук начал дышать часто, хватая воздух. Тэхён отстранился и обхватил член парня, надрачивая. — Я, я, я..... — Мы, малыш, мы. Вместе. Темп, заданный рукой и членом Тэхёна, окончательно выбил из Гука все ясные мысли, остатки контроля и самообладания. Они кончили одновременно. Один с глухим рыком, второй со звездами под веками. Теперь Чонгук точно знал, он был уверен на миллион процентов, что такой охуительный секс был первый раз в его жизни. Тэхён упал на Чона, не выходя, размазывая сперму между телами. Член Гука продолжал подрагивать, выталкивая остатки жидкости. Дыхание постепенно выравнивалось, но парни не думали вставать. Делясь теплом тел, вдыхая ароматы, наслаждаясь касаниями. Тэхён поднялся, вышел из тела младшего. — В душ? — Нет, сил не осталось, — тихо ответил Чон. — Могу отнести, — предложил Тэ. — Ага, — хмыкнул Гук. — А мне потом всю жизнь работать на твою грыжу? Носильщик, блин. — Я был бы не против, — сам не зная почему, ляпнул Тэхён. Он вышел из спальни и вернулся спустя минуту с влажным полотенцем, приведя себя в порядок. Он вытирал живот Чонгука и любовался его телом, пока тот лежал с закрытыми глазами, отходя от сумасшествия тел, языков, членов. — Я дико хочу жрать, — вдруг сказал Тэхён, натягивая спортивные штаны на голое тело. — Кроме утреннего кофе во мне не было ни капли, ни крошки. — Знал бы — кончил тебе в рот, — заржал Гук. — Пообедал бы и поужинал. — Ну тебя-то я накормил, — съехидничал в ответ Тэ. — Ебать, какой заботливый хозяин. — Гук, я серьезно. Пиццу все-таки привезли. Пошли. — И правда. Я тоже проголодался, — живот Гука ответил за своего хозяина, заурчав. — Сперма переварилась, просит пиццы, — подъебнул Тэ. — Надо было все-таки въебать тебе там, в коридоре. — В отличие от тебя — я свое обещание выполнил, — подмигнул Тэ и ушел на кухню, шурша пакетами, коробками и напевая какую-то мелодию своим бархатным голосом. — Если бы я сам не захотел, хрен бы ты меня трахнул, — вставая, сказал Гук. Он надел спортивные штаны Тэхёна. На кухне уже был сервирован стол. Парни сели и принялись поглощать пиццу. Наевшись и запив газировкой изобретение итальянских поваров, Гук стал собираться домой. Он никогда не оставался ни у кого на ночь, предпочитая свою кровать всем остальным. — Останься, — просто предложил Тэхён серьезно, без тени улыбки на лице. — Мы не будем трахаться. Просто останься. Гук застыл с вещами в руках, повернутый спиной к старшему. Интересное и в то же время странное предложение. Вот так просто предлагал остаться на ночь. Не претендуя ни на что. Незнакомому парню. «Похуй, что я теряю? Ничего. Кто меня ждет? Никто» — Чонгук своему внутреннему «я» задавал вопросы и сам же на них отвечал. — Тогда давай ложиться. Денек сегодня был улетный, — он улыбнулся Тэхёну. «Пожалуй один из лучших дней в моей жизни», — подумал Тэ. Он прошел за Чонгуком в спальню, расстелил постель, и парни легли, укрывшись одним одеялом. Они не касались друг друга. Просто лежали. Тэ наблюдал за Чоном, тихо, без слов. Говорить сейчас не хотелось. Тэхён включил ночник, и по всей комнате медленно поползли разноцветные плавные линии. Чонгук наблюдал за ними, медленно проваливаясь в сон. Тэхён рассматривал уснувшего парня. Тот мирно посапывал, изможденный секс-марафоном, а Тэхён всматривался, разглядывал подрагивающие ресницы, сложенные во сне бантиком губы и родинку под нижней. Она была такая соблазнительная. И почему он не видел ее при дневном свете? Ему захотелось поцеловать ее, член дернулся в желании, но Тэ сразу же одёрнул себя. Он не будет будить парня, как бы ему ни хотелось, не нарушит его безмятежный сон, не прервет ту тихую идиллию, что сейчас творилась в спальне. Тем, чем он наслаждался. Таинство, сокровенность момента. Он запомнит его, отложит на подкорке и будет вспоминать, возвращаясь в этот момент. Это будет его личным секретом, скрытым даже от обладателя этого темного пятнышка на лице напротив. Он поцеловал свой палец и прижал к отметине на лице, легко, едва касаясь. Кто этот парнишка, что делает в его жизни, как он мог впустить его вот так сразу, будет ли больно, когда он уйдет? Столько вопросов-размышлений крутилось в голове, и пока он не находил на них ответы. Почему-то от последнего стало грустно. Уйдет?! Сам не заметил, как уснул. Просыпаться не хотелось, глаза открывать тоже. Член Тэхёна жил собственной жизнью и ему было плевать на желания хозяина, он стоял по стойке смирно и хотел разрядки. Тэхён не будет трахать Чона, просто подрочат друг другу. Так сказать, пожелают доброго утра, а утро действительно было добрым. Тепло разливалось по телу от осознания, что он давно так хорошо не спал с кем-то. Именно спал, а не трахался. Чонгук снился ему всю ночь, в стонах, в разных позах. Почему-то в голове крутилась мысль пригласить младшего на свидание и предложить встречаться. После этой ночи он понял, что, скорее всего, Гук тот парень, который нужен Тэ. Он не хотел его на одну ночь, как минимум еще пара сотен ночей, а может, и не пара, намного больше. Чонгук разительно отличался от парней, которые были до него. Фактурный, волевой, смелый, нагловатый, с острым языком. Опять — язык Чонгука — и в голове картинками отрывки прошлой ночи. Он не хочет возвращаться в воспоминания. Хочет новых моментов, которые будет складывать в свою копилку. Не будет доставать оттуда, а наполнять ее. Потому что у него все будет наяву с этим парнем. Он пошарил рукой слева от себя. Холодно. Постель остыла. Тэхен вмиг позабыл о желаниях отдельной части своего тела. — Гук, — довольно громко позвал Тэ. — Ты на кухне или в душе? Если в душе, то не торопись. Папочка уже идет, готовь жопку, малыш. Встал с кровати и прислушался. Тишина. Из ванной не раздавалось ни звука. Тэхён заглянул туда все равно на всякий случай — пусто. В гостиной тишина. Были еще две большие свободные комнаты, но Тэ ими не пользовался, и они были закрыты на ключ. Подергал ручки — двери не поддались. Это так, для проверки, мало ли что. Осталась единственная комната. Тэхён надеялся, что Чон, боясь его разбудить, закрыл дверь кухни и смотрит телевизор. — Попалась, Красная Шапочка! Сейчас злой серый волк будет тебя кушать, — он распахнул дверь и влетел в кухню. Вы слышали, как звенит тишина? Нет? Тэхён до этого момента тоже. Теперь он знает. Помещение пустовало, Гука не было. Он подошел к столу и увидел завтрак. Завтрак! Простой: три вареных яйца, пара тостов с джемом, легкий салат из овощей, овсяные хлопья в коробке и молоко. В термокружке была сварена гречка. Тэхёну в первый раз кто-то приготовил завтрак. В первый раз сделал для него что-то такое обычное, домашнее, правильное. Сейчас ему захотелось, чтобы этот кто-то сидел рядом и завтракал вместе с ним. Но Тэхён был один. На столе лежала записка, написанная красивым каллиграфическим почерком. Спасибо за чудесную ночь и классный секс. Гук. Все. Просто спасибо. Классный секс, не охуительный, как раньше говорили его партнеры. Он горько усмехнулся, осознавая, что его просто использовали. Его партнеры говорили то, что он хотел слышать, а он в ответ дарил щедрые подарки и выполнял все прихоти и желания. Хотя почему только его, он в свою очередь получал от них то, чего желал — их тело. Ему стало мерзко и гадко. Тело. А как же душа? Была ли она у тех парней, бывших партнеров Тэхёна, а у него самого, когда они трахались? Почему в эту ночь все было по-другому? Возможно, потому что именно единение душ, а не тел испытал Тэ. От осознания его передернуло. Раньше все было фальшью. Ким решил, что должен во что бы то ни стало найти парня. Начать свою жизнь сначала. Выкинуть хлам из головы и дома, если потребуется. Но где искать? Что он знает о нем? Чонгук и все. И тут он вспомнил о Намджуне. Сорвался и босиком побежал к соседу. Тихонько постучал на случай, если Мэй спит. Тишина. Вернулся в квартиру и стал звонить соседу. Гудки шли, трубку так никто и не взял. Номера Лорен не было. «Такси!» — осенило парня. В интернете отыскал нужный сайт. На главной странице красовался Чонгук на фоне черного автомобиля с шашечками. Забил адрес в навигатор и поспешил из квартиры, наспех натягивая толстовку, носки и кроссовки. На пороге остановился. Он не может уйти и оставить свой первый подарок. Да, именно подарком Тэхён считал завтрак от младшего. Наспех закинув в себя все, что было на столе, кроме хлопьев, и запив молоком, выскочил из квартиры. Он не будет звонить, не будет предупреждать — свалится, как снег на голову. Они поговорят, начнут сначала. Тэхён расписывал план в голове. Одноэтажное здание гаража с небольшим офисом оказалось закрытым. Суббота, выходной. В соседнем магазине Чонгука знали очень хорошо. Пара улыбок и сунутые в руку деньги творили чудеса — адрес парня был у Тэхёна в кармане. Тэхён звонил в дверь квартиры, ему отвечала тишина, давящая и скребущая когтями по коже. — Вы к Гуки? — спросила проходившая мимо пожилая женщина. — Да, к нему, — поворачиваясь, ответил Тэ. — Он с Чимини уехал за покупками. — А кто такой этот Чимини? — негромко спросил Тэхён. — Его парень, — ответила женщина, и собачка на ее руках затявкала, будто подтверждая слова хозяйки. — Парень, значит. Спасибо. Тэхён смотрел ей вслед. Парень. У него есть парень. В принципе, это неудивительно: красивый, дерзкий, фактурный. Он ехал домой расстроенный. Еще и поход в клуб сегодня — так не хотелось никуда идти, но Юнги ему весь мозг чайной ложкой выест, если он откажется. Вспомни дьявола. Телефон зазвонил: — Привет, соня. Отоспался, отдохнул? — в этом весь Юнги, не успевая получить ответ на предыдущий вопрос, задавал новый. — Угу, — буркнул Тэ. — Отлично. В 19:30 заеду — будь готов, — и отключился. Тэхёну уже ничего не хотелось. Он бы закрылся в квартире, включил сериал, благо их сейчас нашлепали — мама дорогая, и ни о чем не думая, провалялся на диване все выходные. К сожалению, с Мин Юнги такие фокусы не проходят. При желании он и на Марс слетает и звезду с неба достанет, пока не добьется своего, а цель у него на сегодня — затащить Тэхёна в клуб и познакомить с другом «своего нежного мальчика». Лучше подчиниться. Ровно в 19:30 телефон зазвонил. — Выходи, я подъехал, — вещал друг. — Иду, иду, словно на Голгофу, — выходя из квартиры, ответил Тэхён. — Не начинай, будто старый дед. Не порть мне такой прекрасный вечер. Мой Минни ждет меня, — Юнги говорил и говорил. Отключился, когда Тэхён появился в поле зрения. В клубе было полно народа, парни заняли забронированный столик. Очень удачные места — хорошо просматривается весь зал и танцпол. Они заказали бутылку хорошего виски и, чокнувшись налитыми больше половины стаканами, Юнги произнес: — Ну что, за новое начало? И пусть в этот раз нам повезет, — он чокнулся с бокалом Кима еще раз, и парни опрокинули напиток. — А вот и они, точнее он, мой нежный мальчик. Юнги поднялся. Ему в объятия кинулся довольно красивый блондин и, запрыгивая, обхватил талию ногами. Юнги взял того под аппетитную задницу и впился в пухлые губы. — Чимин, — отпустив парня, произнес Юнги. Тэхён махнул головой в знак приветствия. — Тэхён, — уже обращаясь к Чимину, знакомил Юнги своего парня с другом. Тэхён поднялся с дивана. — Чонгук, — протянул руку Тэхёну Чон, выйдя из-за закрывавших обзор целующихся парней. — Ебучий случай, — негромко вымолвил Тэхён. Он точно не ожидал такого подарка. Судьба, не иначе. — Что вы сказали? — не подавая виду, что знаком с парнем, спросил Чонгук. — Везучий случай, говорю, — пожимая руку в ответ, ответил Тэхён и улыбнулся. — Тэхён, очень рад знакомству. — Взаимно, — подмигнув и улыбаясь в ответ, сказал Чон.