До рассвета

      — Иди-иди, — говорит ему Джон в своей привычной манере, ладонью указывая на выход из комнаты.       «То есть он просто уляжется сейчас спать? Прямо при мне?» — в недоумении думает Лололошка.       И Джон реально просто лег в огромную двуспальную кровать, проигнорировав всё ещë стоящего перед ним Лололошку. Даже очки не снял. И это ведь вполне в его стиле. Ло моргает, откровенно пялясь на него. И невольно проводит аналогию с котами.       «А ведь коты, когда доверяют, закрывают глаза и спят рядом… получается, Джон мне доверяет настолько?» — сам себе не веря, думает Ло. Кажется, он начал слишком много думать в присутствии Джона.       Почесав затылок, Ло оглядывает комнату. Обходит кровать Джона с другой стороны, словно желая убедиться, что перед ним реально Джон. И замечает, что рядом с ним есть свободное место.       «А что, если… »       Иногда мысли Ло уходят не в то русло. Но если Джон уснул, что мешает Ло прямо сейчас лечь с ним рядом. Зачем?       «Для научного эксперимента конечно же!»       «А это точно мои мысли?» — одергивает себя Лололошка, глупо глазея на свободную часть кровати, которая так и манит, чертовка. И ещë так внезапно усталость накатила при виде расслабленного Джона, который уже повернулся на противоположный от Лололошки бок, тихо посапывая.       Он ещё пару секунд обдумывает это решение, прежде чем снять с себя броню, аккуратно сложить рядом с ней оружие и положить на прикроватную тумбочку свои очки. Стянув ботинки, которыми он так злорадно топтался по замку Джона, Ло осторожно садится на край кровати, словно это не кровать, а минное поле. Не почувствовав угрожающей энергии в спину, Лололошка ложится, поворачиваясь на бок лицом к Джону. Вернее к его спине.       «Я реально могу просто вот так лечь рядом с ним? И мне ничего не будет?»       В комнате обволакивающая тишина, нарушаемая лишь мирным посапыванием Джона. Полутьма окутала пространство, создавая приятную атмосферу для сна. На стене горит лишь один несчастный факел, тускло освещая небольшую область вокруг. Кровать, находясь в отдалении от него, остаётся в полумраке. Тут приятно лежать. Теперь Лололошка понимает, почему до замка такая длинная дорожка. Чем ближе к центральному островку, тем слышнее ворчание Невера.       Он не закрывает глаза, неотрывно смотря на спину Джона. Его грудь еле заметно поднимается и опускается. В голове ни одной мысли. В моменте стало так легко и комфортно — как давно не ощущал Ло этого чувства. Даже спящий Джон вселяет чувство защищенности. Ло почему-то уверен, что тот никогда крепко не спит, ведь он всегда наготове. Но с первой их встречи Джон так изменился.       Ло протягивает руку вперёд, едва касаясь спины Джона, проводит грубоватыми пальцами вдоль позвоночника, словно боясь, что перед ним какая-то голограмма. Но под пальцами ощущается тепло чужого тела. Ему не кажется. И это так приятно осознавать. Ло проводит ладонью по его спине, невесомо касаясь шарфа, зарываясь грубыми пальцами в шелковистые короткие волосы на затылке Джона. И как только ему удаётся оставаться таким идеальным. Таким правильным. Иногда Лололошка ловит себя на мысли, что восхищается Джоном, каким бы придурком тот ни казался на первый взгляд. Он осторожно гладит мирно спящего Джона по волосам, взъерошивая его укладку своими движениями. Так странно осознавать, что он буквально гладит себя. Но не себя.       Внезапно Джон переворачивается лицом к Лололошке. Ло отдергивает руку, испуганно прижав её к себе. Видимо, он слишком много себе позволил. Он моргает, внимательно наблюдая за Джоном. Но тот молчит. Его лицо спокойное. Даже бровью не пошевелил. Ло поджимает губы.       «Видимо, ещё спит… наверное…»       Теперь он может детальнее рассмотреть Джона, когда тот не язвит, не переворачивается на руки или не сбегает через скинт. Джон просто лежит, подложив ладонь под щеку, и это вызывает какое-то тёплое и родное чувство. Словно так и нужно. Ло улыбается уголками губ.       «Интересно, ему в очках спать удобно?...»       Ло хмурится. Может, снять? Он медленно тянет руку к лицу Джона. Аккуратно берёт очки за дужку и, едва опустив, в ужасе застывает.       Джон. Смотрит. Прямо. На. Него.       Своими невозможными оранжевыми глазами, сверкающими в полутьме. Его веки слегка опущены, и взгляд впервые изнуренно-усталый, а под глазами легли тени. В полутьме это выглядит слишком интимно. Что-то подсказывает Ло, что ему этого видеть не стоило. И если бы Джон не сжал своей рукой запястье Ло, то он бы и подумал, что Джон просто один из тех, кто спит с открытыми глазами, что было бы вполне в его стиле.       В глазах Лололошки немая паника. Что сейчас будет? Даже страшно представить. Он хочет вскочить с кровати, но глаза Джона его будто гипнотизируют, не давая и шелохнуться с места.       — Почему ты тут лежишь? — тихо, немного хрипловато спрашивает Джон.       И Лололошка готов сквозь землю провалиться. Такой Джон — это что-то запретное, что нельзя никому видеть.       — Я… Просто… — в панике начинает оправдываться Ло. — Я уже ухожу, извини.       Джон сжимает хватку на его руке. Лололошка не двигается с места. Между ними возникает какое-то едва уловимое напряжение. Нет, Джон точно не собирается ругаться с ним. Он даже не прогоняет его, просто спрашивая, какого черта Ло тут развалился. Но даже не в такой форме. Он… выглядит измученным. Почему он показывает это? Разве его гордость позволяет вот так показать себя не в лучшей форме?       Ло аккуратно вынимает руку из хватки Джона, и кладёт его очки на тумбочку. Джон без очков какой-то… не Джон. Растрепанные волосы лежат прядями на его лице, и Ло тянется, чтобы убрать их. Чтобы получше рассмотреть Джона, которого никогда раньше не видел. Спокойного, умиротворенно лежащего напротив Ло.       Факел потихоньку догорает, погружая комнату в тьму. Она обволакивает все вокруг, и теперь глаза Джона — Ло готов поклясться — светятся в темноте драгоценными кристаллами. Он неземной. И свет из окон делает его таким призрачным, словно вот-вот он возьмёт и растает. Оставит Ло наедине с подушками, как будто и не было. И в погоне за этим призраком Ло вновь тянет к нему руку. Джон аккуратно перехватывает еë, прижимая к своей щеке.       «Видишь, я тут»       У Лололошки перехватывает дыхание. Он проводит большим пальцем по нежной коже Джона, и тот слегка прикрывает глаза. Льстится к руке, как кот. Видимо, и правда кот.       Джон осторожно приподнимается на локтях, приближаясь к Ло. А тот едва не падает с кровати, ведь лег на самом краю, чтобы не побеспокоить Джона. Джон берёт его поперёк талии, подтягивая ближе к себе, на середину кровати. И в какой-то момент оказывается сверху, внимательно смотря на Лололошку, который стремительно теряет связь с реальностью. Такой Джон ему определенно нравится, но…       — Не застывай так, будто это я лег к тебе, — Джон склоняет голову набок, скептически приподняв одну бровь.       Его руки по обе стороны от Лололошки преграждают путь к побегу, а внимательный взгляд теперь изучает смущенного Ло, который нервно перебирает пальцами уголок своего шарфа. — Я могу уйти…       Джон усмехается. И правда. Если бы мог, давно ушёл бы. Но что-то держит его, заставляя вновь и вновь заглядывать в оранжевые омуты напротив. И скоро он начнет в них тонуть, если Джон так и продолжит смотреть на него все тем же расслабленным, спокойным взглядом. Его руки потихоньку устают и он, слегка придавливая Ло собой, ложится на его грудь. Лололошка ощущает его дыхание на своих губах, и это начинает сводить с ума. Пульс в какой-то момент сбился, и теперь Ло боится, что Джон просто почувствует, как быстро бьётся сердце Лололошки и раскусит его. Но тот остаётся всë таким же невозмутимым. Джон облизывает губы, взглядом скользнув по губам Лололошки, и это становится последней каплей. Ло в заложниках.       Джон склоняется над ним, прижимаясь теплыми губами к его губам, и оставляя на них нежный, трепетный поцелуй. Он несомненно чувствует дрожь тела Ло и это, признаться, льстит. Джон аккуратно переплетает их пальцы, слегка прижимая руки Ло к кровати. Нет, он не становится требовательнее. Он все так же мягко сминает сухие губы Ло, удовлетворенный лишь его сбитым дыханием. Ло немного ерзает по кровати, прижатый сверху Джоном, и ужасно волнуется. Он в замешательстве. С одной стороны хочется постыдно сбежать, но с другой — остаться в этих руках. Он чувствует, что Джон не будет с ним резок. И блаженно прикрывает глаза, когда теплые губы Джона касаются нежной кожи шеи, спокойно отводя в сторону клетчатый синий шарф. Он останется в этой маленькой тёмной комнатке до рассвета.